Академия Гранденпоинт

Андрей Филиппов

Академия Гранденпоинт

Академия Гранденпоинт

Глава I Милость

Начало Сегодняшний день — лишь финал длинной цепи событий, стерших с лица земли великое имя. Полное имя Альбиса — Альбис Ван Дерам. Для редких знакомых он просто Альби. Его предки были сакральными патриархами всей церковной системы, но три поколения назад этот род канул в лету. Сегодня от былого величия остался лишь блеклый отголосок.

И этот отголосок сейчас стоял на коленях.— Вейн, хватит... Я же ничего тебе не сделал, — Альбис попытался отползти назад.— Ты еще не знаешь, что такое «хватит», Альби, — Вейн глумливо улыбнулся, покачивая в руке чашку. — Как думаешь, если я оболью тебя этим прекрасным чаем, от тебя будет вонять так же, как от твоей сгнившей семейки? Пусть все вокруг знают, что от Дерамов нужно держаться подальше.

— Вейн, держи себя в руках, не хватало, чтобы этот мелкий недомерок еще пошел жаловаться Милене.— Да, ты прав, Джейк, проще просто залить его и отойти подальше от этого куска забитого вонючего Дерама.

В текущих сетях академии Гранденпоинт семья Альбиса была не просто объектом ненависти молодежи, а просто изгоем в глазах абсолютно всех учеников. Почему? Ответ прост: его семья создала неуклонные устои, что построили систему обучения, затрагивающую абсолютно все этнические нормы нашего мира, а новому поколению эти устои невдомек.

Альби, вытирая слезы, смахнул с себя капли остывшего чая, мельком произнеся фразу:— Я еще покажу вам, кто действительно воняет.

Он отошел в сторону и, упав на просторный луг, нежно обнимая себя, начал громко реветь. Но никто, абсолютно никто не попытался его утешить. А учителя, что проходили между несущих колонн здания школы в районе столовой, лишь жалобно смотрели на Альби, не в силах помочь ему в столь трудный час. Ибо каждый, кто учился в этой академии, был не просто богат, они были теми, чьи родители в принципе вели серьезный бизнес не только в Англии, но и во всем мире в целом!

—Почему со мной так,я не виноват в этих правилах порядка,что же я сделал не так не понимаю. В ветхом здания напротив прохода в столовую сидел Альби.Время было блжие к трем часам дня, следовательно скоро должны были начатся вечерние занятия подготовки. А по факту форма была вся грязная да и вид совсем несуразный,потерянный взгляд и жестокая дума о том , как жестек этот мир и что все ненавидят его.

—Скоро на занятия нужно бы побыстрее умыться и собирать учебники. Вдруг из-за угла выходит Мария. —Альби,что случилось?!,почему ты такой потрепаный?,—Ничего,все хорошо Мария,мы играли с ребятами вот и немного испачкался.Мария жалобно все понимая смотрла на него,видя перед собой не просто грязный фрак и лицо а абслолютно униженого Альби в этой ситуации она не чего не могла,только жалобно смотреть и лишь слегка поддержать его.— Пойдем в общежитее умоем тебя да побежим на урок,если пойдем сейчас то успеем.—Не надо Мария ,я сам иди спокойно я скоро буду! Произнеся эти слова Альби побежал в сторону не смотря на останавливающие крики Марии,ему было настолько не то что неудобно,Стыдно за себя,не просто за то что он грязный а в целом за свое неудобное существование. —Я не хочу чтобы из-за связи со мной и ей еще досталось. Промелькнуло в голове у Альби.

Быстро добежав до края разделительных колон он забежал в мужское крыло и открыв дверь в раздевалку пока нет никого,зашел в уборную и со всей яростью что кипела в его сердце начал чистить фрак и лицо от грязи.

Альби закончив процедру добежал до учебного корпуса,поднявшись на третий этаж по винтовой лестнице постучал и зашел в кабинет , Мадам Милена с жутким возгласом поприветсвовала его —Альбис,что это значит! Как ты можешь приходить опаздавши да и еще в таком потрепоном виде,твоим предкам основателям должно быть стыдно за тебя!! Тихо проносились голоа среди парт—Не зря родители его отринули и подохли от них так же в этих могилах несет как и от него.—Молчать класс!!, Ну Альбис что с тобой скажи ка мне как это понимать? — Я упал мадам Милена,простите этого не повторится. —Садись!.

Густой тишиной покрылся учебный класс, Мария издалека смотрела на него не то с грустью не то с жалостью а ребята в особенности Вейн Клетчер просто тихо усмехались —коненчо упал да да да хахахах—

—Сегодня мы изучаем особенности подвидов пауков а именно ''Ложная вдова'', это группа пауков которая очень похожа на знаменитых черных вдов...—Мадам Милена а если такую кинуть в трусы Альби она же от вони быстро сдохнет? хахах. —Лидия, еще одно слово — и вы будете драить полы в хозяйственном блоке вместе с мистером Вигрумом до самого отбоя. —Так на чем я остановилась .. Она похожа на черных вдов, но их яд значительно слабееи не представляет угрозы для жизни! В Великобритании обитает несколько видов таких пауков,но самый известный и крупный из них - благородная ложная вдова. —Мадам а в нашем кабинете Зоологии у заболевшей Мисис Тернер есть эти пауки?, —Не только эти Альби,множество включая и настоящих Черных вдов! .

Далее же шли многие рассказы не только о пауках и ареоле их обитания, но в целом Альби выделел именно этот момент для себя. Он был поражен именно той сутью что все считают пауков опасными , но на самом деле они лишь не ядовитые самозванцы.

Глава II Покинут Небесами

За что именно вся академия презирала Альби и его семью? Что они совершили, раз новое поколение относилось к нему с такой жестокостью?

Чтобы понять это, нужно отмотать историю назад. Когда-то прапрадед Альби по материнской линии, Йозеф Гранденпоинт, основал эту академию как оплот равенства. Он строил её на убеждении, что перед знаниями все равны — независимо от статуса, богатства и расы. Именно Йозеф ввел строгие правила, которые соблюдались по сей день: одинаковая для всех форма, жесткие стандарты стрижек как для парней, так и для девушек.

Вместо исключений за проступки дед ввел систему исправительных работ в хозяйственной части и на благоустройстве территории. Дисциплина была железной. Спортивные достижения ценились наравне с научными, не позволяя разделять учеников на «высших» и «низших». Были даже созданы добровольные ученические комитеты порядка.Но времена изменились. И теперь те самые устои, что должны были защищать слабых, стали причиной, по которой Альби возненавидели.

Но строгие устои предка были лишь полбеды. Настоящий кошмар начался семь лет назад, когда Альби было восемь.В тот роковой день он вместе с родителями, Софией и Брэдом, попал в ужасную аварию. На обледенелой, скользкой дороге — что было частым делом в этих краях — машину занесло и на полной скорости выбросило на встречную полосу, прямо в школьный автобус. В той катастрофе погибли родители Альби, но что еще страшнее — жертвами стали десять ни в чем не повинных детей. Детей, чьи семьи принадлежали к той самой мировой элите.С тех пор академия Гранденпоинт превратилась для сироты в пожизненную клетку без права на каникулы или поездку домой. Она стала его единственным пристанищем — местом, где было одновременно и тепло, и смертельно холодно. В глазах выживших и их влиятельных родителей Альби превратился в живое напоминание о пережитом горе.Логика этого жестокого мира была проста: тот, кто выжил, тот и виноват.

После вечернего урока Альби поспешил в раздевалку, чтобы поскорее снять грязную форму и встать под горячий душ. Вода приносила хоть какое-то расслабление. На короткое время она притупляла душевную боль, но, конечно же, ни в коем случае не уничтожала её полностью.«Что же мне делать? Как поступить, чтобы меня никто больше не трогал?» — размышлял наедине с собой Альби.Он уперся кулаками в кафельную стену душевой кабины. Сквозь шум воды доносился тяжелый гул стиральной машины, которая в этот момент яростно отстирывала его запятнанные вещи.Вдруг из коридора послышался другой гул — громкие голоса и смех. Это мальчишки из футбольной секции возвращались переодеваться после тяжелой тренировки.

Когда футболисты подошли ближе к душевым, их громкий смех резко оборвался. Перед ними стоял Альби. Он выглядел встревоженным и был готов в любую секунду броситься бежать. В его нежных, но до крови разбитых руках была крепко зажата мокрая, совершенно невыжатая форма.Из толпы спортсменов вперед вышел Мерси.— Это же Альби! Что случилось? Что не так?! — встревоженно спросил он. — Кто тебя так разукрасил? Покажи мне эту тварь!Отношение Мерси к Альби было не столько дружеским, сколько глубоко понимающим. Парень сочувствовал сироте как никто другой. Мерси сам рано потерял отца. Он видел, как мать в одиночку тащила семью, разрываясь на трех работах и не чураясь самого тяжелого труда ради сына. Мерси слишком хорошо помнил ее тихие слезы по ночам, которые он слышал, когда оставался дома на выходных, а не ночевал в общежитии академии.

Альби молчал. На его лице читалось горькое понимание: стоит ему назвать имена, как станет только хуже. Мерси и вся футбольная команда были выпускниками, а сам Альби со своими обидчиками учился лишь в десятом классе. Смысла говорить не было. Ему всё равно придется нести это бремя одному.Ничего не ответив, парень молча пробежал мимо спортсменов и, едва не спотыкаясь на ходу, бросился в спальный корпус общежития.Запершись в своей комнате, он на автомате развесил мокрые вещи. Затем открыл старый том с правилами академии и наконец дал волю слезам. В переплетении горьких мыслей он снова и снова вспоминал унизительные слова Вейна. Но когда первая истерика, преследовавшая его весь вечер, немного утихла, в голове возник холодный вопрос: «Но как? Как мне защититься?»Альби подошел к столу и открыл расписание. «Почему в этой чертовой дыре телефоны запрещены даже в жилых комнатах?..» — раздраженно подумал он.Парень внимательно изучил дневник уроков на завтра. Его ждал тяжелый день: плавание, стрельба из лука, черчение, история и математика. Первые два предмета были самыми опасными. Даже дурак бы понял, что устроит ему компания Вейна на практических занятиях в бассейне и на спортивном полигоне...

Утро в академии началось по традиции: общий подъем и обязательная тренировка. Толпа студентов спустилась на нулевой этаж. Громадный зал легко вмещал около тысячи учеников всех возрастов, и места всё равно оставалось с запасом.После изнурительной гимнастики ребята двинулись по винтовым коридорам, утопающим в утренней мгле, и вышли к столовой. Система в Гранденпоинте работала идеально — пока все тренировались, повара успевали приготовить и расставить сотни порций. На столах учеников уже ждали готовые блюда.Альби подошел к стойке раздачи. Вдруг из-за угла в него со всей силы кто-то врезался. Парень едва не рухнул на пол. Изо всех сил удерживая равновесие, он уперся руками в край длинного стола. Всхлипнув от неожиданной боли, Альби не выдержал и зверски огрызнулся:— Как же вы достали, ублюдки!— Что ты сказал, вонючий отброс? Тебя вчера мало поливали? — раздался глумливый голос. Гадать, кто это был, не приходилось.— Что тебе снова нужно, Вейн? — процедил Альби, оборачиваясь.— А тебя это волновать не должно. Мусору положено лежать тихо и не дергаться, пока в него кидают грязь. Хотя в тебе её столько, что скоро мы переименуем тебя из помойки в общественный туалет! — Вейн залился хохотом.Альби сжался. Их было трое, а за их спинами стояла целая толпа дружков, разделяющих этот издевательский взгляд. Любая попытка ответить силой или словом сейчас стала бы не просто фатальной — она принесла бы еще больше кошмара, чем вчера.