Андрей Расторгуев.

Во имя Безликого!



скачать книгу бесплатно

– Господин Арон, – король подождал, когда собеседник повернёт голову. – Всё, что вы перечислили, может быть кознями лишь одного клана. В крайнем случае, двух. Почему же вы решили, что против нас действуют все три?

– Смута в Куалорне, Ваше Величество, задумана лишь для того, чтобы посеять хаос и ослабить государство. Думаю, конечная цель заговорщиков – свергнуть клан Куал и вместо вас возвести на трон марионеточного короля, которым легко можно управлять. Если это не удастся во время беспорядков или, как мы их называем, революции, то ждите прямого вторжения. Думаю, именно с таким дальним прицелом Вейсорн, Эльторн и Приворн собирают сейчас свои войска возле ваших границ.

– Что?! Это правда? Почему мне никто не сообщил?!

Вот, еще один тревожный сигнал. Раньше бы он узнал об этом ещё до начала формирования неприятельских армий. Едва только соседи приняли бы такое решение, Анари уже бы читал доклады провидцев. Всё рушится. Вся стройная государственная система, любовно взращённая предками.

В сердцах король стукнул кулаком о подлокотник.

– Проклятье! Где справедливость? Что я делал не так?

– Много чего, – спокойно произнес посол. – Я же предупреждал, Ваше Величество, что предвидится нечто подобное.

– Да, я помню. Но тогда вы предлагали совершенно неприемлемые вещи. Договор между Землей и кланом Куал, заключённый ещё моими предками, не предусматривал вашу торговлю с другими кланами. Только с нами.

– Да. Но так же верно и то, что один Куалорн не способен в настоящее время обеспечить во много раз возросшие потребности Земли. Это просчитали наши аналитики.

– Что-то я вас плохо понимаю, господин посол, – судя по тону, король явно хмурился. – До сих пор мы выполняли все ваши заказы точно и в срок. Или есть какие-то нарекания?

– Что вы, Ваше Величество, о нареканиях не может быть и речи, – Мацкевич даже привстал и согнулся в легком извиняющемся поклоне. Потом снова сел, продолжив: – Досадно другое. Чтобы обеспечить нас требуемым количеством продуктов, вы снова и снова вынуждены увеличивать сборы с населения. Они повышаются год от года. Естественно, что народ этим недоволен. Ропщут уже и землевладельцы, ваши подданные. Вы не даёте им богатеть, сильно ограничив свободную торговлю и устранив от сделок с нами. Весь доход поступает в королевскую казну. Да, клан Куал сказочно богат, однако страна, которой вы управляете, медленно скатывается к нищете. Вот где благодатная почва для смуты, чем и пользуются недоброжелатели. А последних, между прочим, становится всё больше. Если так пойдёт и дальше…

Посол не договорил, только развёл руками. И так понятно, что может произойти. Уже всё сказано.

– Но вы ведь не бросите Куалорн в беде? У нас же с вами Договор…

– Сделаем всё, что в наших силах, Ваше Величество, – вздохнул Мацкевич.

Собираясь уходить, он поднялся с кресла, закрепил на лице свою маску. Глянул сквозь прорези на короля, сказав на прощание:

– Только условия Договора всё же придётся пересмотреть.

В одиночку вам не справиться. Если не желаете расставаться со своим богатством, переложите хотя бы часть требуемых поставок на плечи соседей. А уж мы-то сумеем их успокоить, обеспечив тем, что так сильно хотят они отнять у вас.


Когда шаги посла на лестнице стихли, в простенке между окнами появился ещё один человек. Сначала показалась его маска, серая и гладкая. Только две прорези для глаз на совершенно ровной, матовой поверхности, лишённой не только драгоценных украшений, но и каких-либо рисунков. Затем и вся фигура постепенно утратила прозрачность. Кардинал Раднук, закутанный в такую же серую, как его маска, сутану, неторопливо подошёл к столу, за которым продолжал сидеть Анари, и застыл, встав перед королём.

– Всё слышал? – не глядя на него, пробормотал правитель.

Голова Кардинала качнулась в утвердительном полупоклоне:

– Да, мой король. Этот недостойный опять оголял перед тобой своё лицо?

Покров невидимости не только скрывает от чужих глаз, но и делает слепым того, кто им окутан. Если, конечно, не оставить небольшую прореху для наблюдения. Похоже, Кардинал не рискнул выглядывать из-под покрова, за которым спрятался, когда доложили о прибытии посла. Мацкевич очень хорошо умеет чувствовать прикосновение взглядом. Один Хронг знает, как ему это удаётся.

Представив брезгливую гримасу на физиономии Раднука, так рьяно пекущегося о нравственности, Анари невольно усмехнулся:

– Полно, друг мой. Что взять с чужака, пришедшего из другого мира? Им никогда не понять нас, а нам не понять их… Ты лучше вот что скажи, почему о скоплении вражеских войск на границе я узнаю от него, а не от своих провидцев?

– Это значит лишь одно, мой король, – рукава сутаны разлетелись в стороны и бессильно повисли вдоль тощего тела, – связи между твоими вассалами разорваны. Многие отвернулись, забрав свою Силу и преданность. Но, боюсь, это ещё не всё…

О боги, куда уж больше-то! Вонзив пальцы в подлокотники, Анари хмуро бросил:

– Говори. Чего замолчал?

– Вера в Безликого рушится на глазах. В народе ходят слухи, что нас этому богу заставили поклоняться гололицые. Что он вовсе не заслуживает привилегии высшего божества. В самом деле, Ваше Величество, куда смотрели твои предки? Они бы ещё Хронга в покровители взяли.

– Не забывайся, Раднук! – в голосе короля зазвенел металл. – Не нам с тобой судить о мудрости предков. Мы лишь исполняем их волю. И волю богов.

Анари провёл открытой ладонью перед маской, словно пыль с неё смахнул. То же самое проделал кардинал, повторив ритуальный знак поклонения Безликому.

– Оно так, – со вздохом согласился священнослужитель. – Но выпутываться-то нам.

– Значит выпутаемся. Думай, что делать будем.

– По-прежнему уповая на Безликого?

В тоне Раднука сквозило сомнение. «Если даже Кардинал в это не верит, что уж говорить об остальных?» – подумал король с горечью. Вслух же твёрдо сказал:

– Я, кажется, ясно выразился: следуем воле предков. Итак, я тебя внимательно слушаю.

– Что насчёт… гололицых?

Последнее слово было произнесено с таким неприкрытым презрением, что Анари всей кожей почувствовал летящую в него противную слизь, и поспешил отгородиться от эмоций Кардинала, создав невидимый щит. Пришлось резко взмахнуть рукой. Чтобы не смущать собеседника, выдал это за обычный жест, прикрыв его словами:

– Забудь. Они ясно дали понять, что не станут вмешиваться. Не удивлюсь, если вся эта ситуация возникла именно с их подачи. Нам надо рассчитывать лишь на себя.

– Ну, коли так…

Раднук опустился в кресло, которое до него занимал Мацкевич. Посидел какое-то время в задумчивости, барабаня длинными пальцами по столу. Наконец, заговорил растянуто, тщательно подбирая каждое слово:

– Путь у нас один – возрождать веру. Причём быстро и эффективно, чтобы и люди вновь обратили свои взоры к Безликому, и подстрекатели с разными болтунами утихомирились. Как мы можем это сделать? Есть один способ… Но вряд ли он придётся по вкусу Вашему Величеству.

Глаза под серой маской выжидающе уставилась на короля. Но Анари молчал. Тогда Кардинал решительно выдохнул:

– Клану Куал нужно породниться с Безликим…

– Что?! – король вскочил с места. – Отдать мою дочь?..

– …Провести обряд бракосочетания между принцессой и нашим божеством, – невозмутимо продолжал Раднук. – Это успокоит народ и отвадит захватчиков.

– Да в своем ли ты уме, Ваше Святейшество? – Анари нервно заходил вокруг стола. Легкая мантия затрепетала за спиной, едва поспевая за королем. – Как тебе в голову могло прийти! Обречь мою девочку, мою Таяну на вечное безбрачие! Ради чего? Ради призрачного единения с богом?

– Ради спокойствия и процветания Куалорна.

Кардинал был всё так же невозмутим. Его спокойствие отрезвляюще подействовало на короля. Тот остановился, буравя взглядом серую маску собеседника.

«Милостивые боги! А ведь он тысячу раз прав. Этот обряд может спасти нас. Никто не посмеет поднять руку на родню божества, пусть даже им будет сам Хронг, творец смерти. Испугаются. Тем более Безликого, что видит всех насквозь, не взирая на маски. И казна будет столь же полна. Траты на свадьбу не в счёт. Но как же не хочется этого делать! Что я скажу дочери?»

Анари тяжело опустился в кресло. Сейчас он выглядел, как измождённый, побитый жизнью старик. Сгорбленная спина прижата к мягкой обивке, голова опущена, длинные руки безвольно свисают с подлокотников.

– Неужели больше ничего нельзя придумать? – едва слышно проговорил король.

– В создавшейся ситуации мне это кажется единственно верным решением. Принцесса Таяна уже достаточно взрослая, Ваше Величество. Она всё поймёт.

– Но как быть с Лемис-Бертом? Таяна обещана ему в жёны. И насколько я знаю, они друг другу далеко не безразличны. Вряд ли такая весть обрадует Берта. А что предпримет его отец? – Анари медленно поднял голову и, глядя прямо в глаза Кардинала, вкрадчиво произнёс: – Ты понимаешь, что мы потеряем последнего союзника? Возможно, даже наживём злейшего врага, который, ко всему прочему, окажется у нас за спиной.

– Зато успокоим Вейсорн с Эльторном и Приворном, что уже немало. А один Лемисорн будет нам не страшен. К тому же от северян всегда можно откупиться.

Золотая маска короля, на которой, кажется, потускнело всё вплоть до драгоценных камней, снова упала на грудь. Глаза бесцельно таращились в пол.

– Что ж, – бесцветным голосом произнёс правитель, – судя по всему, иного выхода у меня нет.

4. Знакомство

– Крючков, подъём! – раздался над ухом оглушительный рёв Смита.

Данила проворно соскочил с кровати, где заставил себя уснуть перед ночной сменой. Откинутое одеяло взмыло вверх и улетело куда-то в коридор, а сам техник едва не врезался в противоположную стену небольшой комнаты отдыха. Сказывалось отсутствие привычки к пониженной силе тяжести. Смит посмеивался в сторонке. Вот ведь зараза, наверняка специально устроил весь этот балаган с внезапным подъёмом. Ничего, будет и на нашей улице праздник.

Молча заграбастав свой камуфляж, Данила стал одеваться, постепенно отходя ото сна. Понял вдруг, что разбудили его раньше, незадолго до момента, когда должен был сработать «внутренний будильник». Поднял вопросительный взгляд на Фредерика, который как раз вносил из коридора улетевшее одеяло.

– Мацкевич здесь, – кратко пояснил тот. – Хочет пообщаться перед началом работы.

И поманил Крючкова за собой.

Посол сидел на кухне, жадно уплетая приготовленное на скорую руку жаркое из плодов каких-то местных растений и яиц неведомой домашней птахи. Такой же худой, как Фредерик, он был гораздо выше дэдээровца. Согнутые колени едва не упирались в столешницу, а острые локти свисали с её противоположных краёв, дотянуться до которых Крючков мог бы, разве только на всю раскинув руки.

«Их сюда по росту, что ли, отбирают, чтобы внешне на фростиан походили? – невольно подумал Данила. – Я уж точно никаким боком в эти параметры не вписываюсь». Действительно, он здесь самый низкий. Единственное исключение из правил. Даже программист Луи выше, хоть и ненамного.

Аромат пищи витал в воздухе, бесцеремонно властвуя в тесном пространстве маленькой кухни. Желудок сразу дал о себе знать громким урчанием, напоминая, что пора бы подкрепиться. Услышав этот стон, Смит хмыкнул, взял чистую тарелку, наложил туда из сковородки несколько зажаренных кусков и поставил на стол, на свободное место. Кивнул технику – садись, мол, ешь.

– Раз ты такой предусмотрительный, – язвительно пробурчал Данила, отодвигая стул, – может, заодно и чаёк заварил?

– Пришлось, – грустно вздохнул разведчик, доставая чашки. – Никто не додумался установить в бункере кофейный автомат.

– Обойдётесь, – прошамкал Мацкевич. Пожевал, проглотил еду, потом закончил: – Здесь и так приборов мама не горюй. Хотите, чтобы фростиане таки пронюхали про бункер?

Данила успел забросить в рот приличную порцию жаркого. Чёрт, горячее!.. Пока, остужая, перекатывал пищу на языке, прошло время. Потому спросил с небольшим запозданием:

– А чем так заметен кофейный автомат?

Ему ответил Фредерик, разливающий по чашкам дымящийся чай:

– Сам по себе ничем. Но если в одном месте скопится много приборов… Уж не знаю как, но любые наши работающие комплексы «шесты» за версту чуют. Электроника просто приводит их в бешенство…

– Фрэд! – перебил вдруг Мацкевич. – Я же просил не называть фростиан этим дурацким прозвищем.

– Извини, Арон. Забыл, как болезненно ты к этому относишься.

Подсаживаясь к столу с чашкой чая в руке, Смит откровенно лыбился. Похоже, никакой забывчивостью он вовсе не страдал, что было бы, по меньшей мере, странно для разведчика. Просто решил немного поддразнить шефа. Ну и пройдоха.

Отпив из чашки, дэдээровец принялся объяснять:

– Аборигены каким-то непостижимым способом легко находят и ломают нашу аппаратуру. Для этого им даже не обязательно к ней прикасаться. Потопчутся поблизости, уйдут, а у нас всё тухнет. Чего не скажешь об отдельных, модульных системах. Но и те летят время от времени.

– Разобраться не пробовали в чём тут дело?

– А как же, пытались. Только всё бестолку. Я ж говорю, никакая аппаратура рядом с «шес…», извини, Арон,… рядом с фростианами не выдерживает. Либо сразу отрубается, либо вообще дымить начинает. Успевали только зафиксировать повышение активности биополей аборигенов, резкий всплеск статического напряжения и всё. Вообще, их биополе – это нечто! Оно намного больше и активнее нашего. Его можно почувствовать даже без приборов, как воздух затвердевший, или там разряд электрический. А иногда и увидеть, если… фростианин впадает в ярость, например.

– Как это «увидеть»?

– Ну, ты на какой-нибудь планете ионизацию атмосферы наблюдал?

– Полярное сияние, что ли? Ага, видел.

– Вот и вокруг них так же светится иногда. Но это у очень сильных магов. В основном из аристократии. У короля, например, его баронов или храмовых жрецов. Среди простого люда таких не бывает.

– Ну, о местном населении ещё успеем наговориться, – Мацкевич отодвинул пустую тарелку и взял чашку с чаем. – Давайте, на секундочку, о деле, а то вам скоро в храм идти.

Сложив губы трубочкой, он подул на чай, отгоняя пар, отхлебнул, причмокивая. Поднял удивлённый взгляд на Смита.

– С лимоном? Откуда столь завидная роскошь?

– По случаю немного контрабанды прихватил, когда мотался за Дэном, – вяло махнул рукой капитан. – На Фросте ничего похожего не растёт. Я всё перепробовал.

– Таки пользуешься служебным положением?

– Да ладно. Сам же не прочь лимончиком побаловаться.

Посол улыбнулся, ничего не ответив. Снова припал к чашке, блаженно прищурив глаза. Потом словно опомнился, покряхтел и перешёл к делу:

– Итак, ваша задача, господин Крючков, запустить БМД. Не обязательно восстанавливать работоспособность модуля полностью. Достаточно, чтобы он двигался и говорил.

– То есть вам нужна громкая связь?

– Совершенно верно. Безликий должен не просто «ожить», но и «пообщаться» с народом. Для этого вам необходимы знания местного языка. Постарайтесь усвоить хотя бы азы. Примерную текстовку ваших изречений я попозже набросаю. Фростианский язык изучайте днём. «Витязем» занимайтесь ночью. Таки мало у нас времени. Потому работа предстоит напряжённая. График, на секундочку, плотный. Сразу определитесь по необходимым запчастям. Список передадите Фрэду. Я закажу на станции. Всё, что душе угодно, кроме вооружения. На это наложен строжайший запрет. Ничто из арсенала землян не должно попасть на планету. Надеюсь, это понятно?

– Вполне, – кивнул Крючков. – Для проведения диагностики мне нужно подключить БМД к питанию. Это хоть не запрещено?

– Батареи уже здесь, в бункере, – отозвался Фредерик. – Сразу возьмём с собой. На этот счёт можешь не переживать.

– Ну, тогда я спокоен.

– Что ж, – посол поднялся из-за стола, оказавшегося ему едва ли не по колено. Данила снова подивился гигантскому росту Мацкевича. – Тогда приступайте, не буду больше отвлекать. Фрэд, таки держи меня в курсе.

– А то бы я сам не догадался, – буркнул капитан и, хлопнув Дэна по плечу, вышел в коридор.


Подземный тоннель вёл прямо. Ни замысловатых поворотов тебе, ни ответвлений. И всего-то метров четыреста в длину. Но первый переход показался Крючкову бесконечно длинным. Была ли тому виной тяжёлая сумка с аккумулятором и набором инструментов, немилосердно бившая по бедру, густая тьма вокруг, разгоняемая лишь узкими лучами ручных фонарей, или мелкий гравий под ногами, затрудняющий движение – до конца он так и не понял. Просто старался не отставать от Смита, который, подсвечивая себе дорогу, бодро вышагивал впереди. У него в точно такой же сумке, оттягивающей костлявое плечо, болтался второй аккумулятор.

Перед тем, как войти в тоннель, капитан переоделся в странного вида хламиду, больше похожую на женское платье до колен, а на голове соорудил некое подобие чалмы. Один её широкий конец свободно спадал на грудь, почти доставая до пояса.

– Это что за маскарад? – удивлённо поднял брови Крючков.

Дэдээровец молча взялся за свисающий лоскут и обмотал им лицо так, что теперь в тени оставленной узкой щели едва можно было различить лишь тусклые отблески глаз.

– Вот настоящий маскарад, – донесся сквозь материю слегка приглушённый голос. – Так ходят местные работяги. Маски им по рангу не положены. Обходятся тряпками.

– Зачем это тебе? В храме же ночью нет никого. Сам говорил.

– Лучше перестраховаться. Ты работаешь, я караулю. Если вдруг что и произойдёт, прикрою, пока ты сматываешься.

– Не собираюсь я сматываться! – Данила расправил широкие плечи. Что этот хлыщ себе возомнил? Не бывать такому, чтобы десантник показывал спину…

– Это приказ, товарищ старший лейтенант, – спокойно, но твердо проговорил Смит. – Если услышишь в переговорнике команду «отход», немедленно заметай следы и возвращайся в бункер. Задача ясна?

– Так точно, – буркнул Крючков, закидывая сумку на плечо.

Чёрт с ним. В конце концов, он ведь обязан подчиняться старшему по званию.

Тоннель кончился. Данила понял это, когда налетел на спину неожиданно замершего перед ним проводника.

– Эй, повнимательнее, – съязвил тот и, отойдя к правой стене, начал что-то на ней искать.

Фонарь Крючкова осветил каменную плиту, наглухо перекрывшую проход. Тупик? Туземцы, окажись они здесь, так бы, наверно, и подумали. Но Дэн уже сталкивался с некоторыми приёмами маскировки, которые вовсю использовались на Фросте. Потому спокойно ждал. И совсем не удивился, когда в стене под рукой Фредерика открылась ниша, а из неё выехал голограф. Он был гораздо больше того, на котором Смит впервые показал внутренности храма. Ещё и клавиатура с кучей всяких кнопок прилагалась. У этого проекция должна быть намного шире.

Но когда Фредерик включил прибор, Данила разочарованно протянул:

– Тю! И это всё? Нафига ставить сюда такую бандуру, чтобы она транслировала ту же картинку, что и твой карманный голограф? Я-то думал…

– Много ты понимаешь, – огрызнулся разведчик. – Тут ещё сканер встроен. Мы не только видим зал, но и людей вокруг. Если бы в храме или рядом с ним кто-то был, они бы светились красным. А так видно, что никого нет. Понял?

– Куда понятней. Так вы что, всё время за храмом следите?

– Если бы, – фыркнул Смит. – Первое время пытались, но стоит сюда набиться народу, как изображение пропадает. Пару голографов даже поменять пришлось. Испортились. Так что включаем по мере необходимости, когда «штырей» нет поблизости. Ладно, пошли.

Длинные пальцы разведчика молниеносно пробежали по клавиатуре. Каменная плита дрогнула и с тихим шорохом начала плавно уходить в стену. Данила покачал головой. Он был уверен, что такая «дверь» откроется с неимоверным грохотом. Уж слишком громоздко выглядит. Впрочем, чему тут удивляться? Наверняка дэдээровцы собаку съели на обустройстве подобных объектов.

Затаив дыхание, он смотрел, как в открывающемся проёме постепенно появляется массивный корпус «Витязя». Вот опущенный манипулятор, перевитый тягами под защитным броневым кожухом, вот нога-опора, «спина» с наглухо закрытым люком, венчающий машину наблюдательный колпак. И, наконец, БМД предстаёт во всей своей многотонной красе. Гигантский рыцарь-исполин, с ног до головы закованный в металл. Человек рядом с ним похож на безобидного зверька, рост которого едва достает до коленного сочленения опоры.

Данилу захлестнула целая гамма чувств. Мощь, уверенность, надёжность. Еще что-то неопределённое, но чертовски приятное.

Он сам не заметил, как оказался возле модуля. Ходил вокруг, проводя ладонью по шершавой броне, повторяя:

– Ну, здравствуй, друг. Здравствуй, хороший мой. Здравствуй, красавец…


Скрестив руки на груди, Смит привалился плечом к стене и с интересом наблюдал за действиями Крючкова. Техник снова и снова обходил «Витязя», продолжая ощупывать его металлическую поверхность, будто гладил любимую девушку, и непрестанно бормотал что-то себе под нос. «Признание в любви?» – мелькнула шальная мысль. Глядя на восторженное, как у ребенка, лицо Дэна, разведчик усмехнулся. Да-а-а, ну и специалиста он себе подобрал. Просто маньяк какой-то.

– Надеюсь, ты не технофил, – произнес Фредерик, отрывая напарника от благоговейного созерцания, грозившего никогда не закончиться.

На третьем (или уже четвертом?) круге тот соизволил-таки остановиться и повернуть к Смиту по-идиотски улыбающуюся физиономию:

– Чего?

– Хватит пялиться, говорю, – разведчик не рискнул повторить фразу, неосторожно брошенную перед этим. Очухался технарь, и ладно. – Приступай к работе. Времени до утра не так уж и много. Пролетит, не заметишь.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Поделиться ссылкой на выделенное