Андрей Мансуров.

«Опять дурацкие вампиры!..»



скачать книгу бесплатно

Ну, это уж потом. Вначале – дай бог, как говорится, было разобраться с добром археологов. С Денни Уотерсом, их «спецом», мы прекрасно поладили, так как он честно и сразу, с очаровательно милой улыбкой признался, что почти ничего в ней не понимает, и довольно трогательно извинился, и попросил меня, не смогу ли я… Настроить, объяснить… Ну и всё такое прочее.

А на своё место он попал, оказывается, по протекции дядьки – какой-то шишки из Министерства Образования, решившей, что мальчику будет полезно посмотреть на мир, а заодно и отдалиться на время от почти ежедневных «тупых» тусовок с «золотой молодёжью», да повзрослеть. В свою очередь, он честно выставил бутылку, и предложил дежурить за меня по ночам – а случалась и такая работа, когда наши Боб и Хуч находили что-то, заслуживающее пристального изучения, или долгого и аккуратного извлечения. Правда, это случалось не часто. Но всё-таки…

Ага, первые несколько дней мне пришлось повозиться: вся их аппаратура была не такой, как наша, и пока я прочухал её и настроил, слегка выбился из сил – даже Надя сказала, что она отродясь не видела такого придурочного любителя железок… Впрочем, ей-то было грех жаловаться. Как, собственно, и всем нам – готовила она превосходно, и первые дни и док, и все наши и не-наши, просто млели, и каждый старался сделать ей приятное – ну, выражал, то есть, своё полное наслаждение пищей, и восторг. Даже Лесли.

Я тоже выражал. И доказывал калорийность рациона, так сказать, действием.

Ничего не скажу – мне было тогда хорошо. Наслаждался я по-полной своей «востребованностью» – сами знаете, как это бывает, когда работа спорится, и, вроде нужная она людям… И быт вполне устроен. Я даже подумывал на Наде жениться. В первые-то дни. Может, это воздух тропиков так влиял? Или её готовка?..

Теперь о раскопках. Чтобы вам было понятней, мне, конечно, придётся коротенько рассказать, что за работёнка у археологов, и почему наши, с Кафедры прикладной физики, оказались в одной упряжке с официальными, так сказать, копальщиками гробниц. Если что не совсем так объясню – не обессудьте. Я всё-таки не специалист по археологии, истории, и всяким там мумиям – буду рассказывать так, как видел, и как понимал сам. Ну, понятное дело – после разъяснений наших спецов…

Пирамида, как нам всем в самом начале сказал док Эд, принадлежала, вроде, к ранним майя, но архитектура её (Это он так высказался про эту замшелую и оплывшую груду камня!) была нетипична: и стены круче, и фундамент – чудовищно глубок, и размерения сторон другие, и… Словом, что-то там имелось такое, что гарантировало её уникальность, и делало их исследования важными. Во-всяком случае, настолько, чтоб это дело прилично финансировалось.

Коллега Джонни, какой бы тюфяк не был, всё-таки смог наладить эхографические исследования территории. Это оно только звучит так устрашающе, а на самом деле – заряжают холостой патрон в специальную трубу, стреляют в землю, и потом компьютер показывает неоднородности: камни там всякие, клады, керамику, и прочее такое, что отличается по составу и плотности от основной почвы вокруг.

Методика старая, её даже в «Парке Юрского Периода» показывали.

Но вполне надёжна. Правда, площадь, которую просматриваешь за один выстрел, небольшая – всего несколько десятков квадратных ярдов, но вот уж времени и патронов у Джонни имелось предостаточно.

И первую подземную галерею нашёл всё-таки он.

Проходила она от фундамента пирамиды под нашим забором, и вела прямо в джунгли. Ну, ясный пень, наши бравые археологи раскопали её – пролегала эта каменная громада чуть не десяти футов в поперечнике на глубине пяти-шести ярдов.

Копали, конечно, возле самой пирамиды. Чтобы, во-первых, естественно, не лезть за колючку в непролазные джунгли, а во-вторых, чтобы быть поближе к проходу – проходу, само-собой, к сердцу пирамиды – погребальной камере.

Ну, копали, конечно, только их, штатные, так сказать, землекопы – я честно говоря, удивился, когда узнал, что технику, типа миниэкскаватора, или даже дешёвую местную рабочую силу, экспедиция с самого начала не привлекала – и это тоже казалось странным… Как и забор под током. Как и сержант с отделением охраны. И некоторые другие…

Странности.

Ну да и пёс пока с ними.

Вот, они её, то есть, галерею эту, и раскопали.

Долго разбирали капитальную кладку, все камушки нумеровали, да записывали – какой где лежал… И что в итоге? Оказалось, что никакого прохода внутри к центру, или там, к секретной погребальной камере, или чему-то такому, что всегда бывает в таких галереях, не оказалось: сплошной камень и гравий по всей десятифутовой ширине и высоте. Как сказал тогда Эд, они все были буквально в шоке, и волосы рвали на разных местах – такого никто ещё не встречал. Получалось, галерея – обманка. Возможно, для чересчур ретивых грабителей могил, или (это уж моё личное мнение) археологов.

Все шишки достались злополучному Джонни – почему, мол, не сообщил заранее, что кладка без внутренней полости?! А он и не мог – такая примитивная метода не позволяет этого определить. Вот тогда они на него и наехали: применяй, дескать, что положено. Джонни, не будь дурак, и задвинул, что того, что положено – у них нет. Это, мол, в ведении и распоряжении физиков да геологов, а археологам такую дорогую специализированную пром.аппаратуру не купить и через десять лет. Ни одно начальство потому что такую смету на оборудование не утвердит.

Ага. Вы правильно догадались – тогда-то нас и выписали из Штатов, да со всем нашим барахлом, потому что дорогой и горячо любимый Джонни, которого схватили, как говорится, за жабры, обнаружил ещё четыре каменных галереи, расходившихся крестом, от центра каждой стороны пирамиды, и тоже скрывающихся далеко в джунглях.

Пятая подходила к северному углу пирамиды, и залегала ещё глубже. Копать их пока не стали, потому что определить, где они кончаются, и которая из всех внутри полая, не смогли. Тут старина Эд рассчитывал на наш магнитно-ядерный резонатор, и на портативный томограф. Не говоря уже об УЗИ и МГД-сонаре. А переносной маломощный прибор, позволяющий по изменению сопротивления почвы искать подземные тоннели и полости в теле пирамиды, показывал в лапах Джонни такую чушь, что они решили, что он испорчен.

Он не был испорчен – в этом я убедился. Просто мощности не хватало. Да и от помех отстроиться оказалось непросто. Ладно, сделали. (Ну, вернее – я сделал.)

Поясню, почему археологи так суетились и спешили.

Кончался срок, на который было дано разрешение правительством Гватемалы на раскопки и изучение всего этого добра. А первые полгода работ толку не дали. Центральная погребальная камера в конце сорокафутового коридора, ведущего прямо с верха пирамиды вглубь её толщи, оказалась, конечно, разграблена. Уж не знаю, кем и когда, этого не выяснили и археологи – не то самими же майя, в глубокой древности, не то испанцами-конкистадорами, почти, так сказать, моими «предками», всего каких-то триста-четыреста лет назад.

Однако огромный, толстый и необычно глубокий массивный фундамент – футов на пятьдесят уходящий в почву! – позволял надеяться, что внутри могут иметься ещё полости, в одной из которых и скрыты долгожданные сокровища. То есть, это они для археологов должны были быть сокровищами – а уж какие резоны здесь для армейских, я даже примерно не представлял. Тогда. А потом уже поздно было.

Ну, я, конечно, тоже не всемогущ. Больше, чем на несколько футов в глубину камня, и нашей аппаратурой было не просветить. Ну так: камень – он вам не почва!…

Вот, когда археологи увидали, как сноровисто мы с Джонни распотрошили до винтиков, и опять собрали и отладили всю их аппаратуру, (не такую уж и скромную и дешёвую, честно-то говоря) они, понятно, захотели, чтобы я занялся, наконец, делом.

Ну, я и занялся. Почти всё, что мне, по моим-то, не отягчённым, как говорится, наукообразными теориями, представлениям, было нужно, имелось – и наше, и не наше.

Так что я написал на клочке бумажки список, чего мне ещё понадобится, поговорил спокойно так с Лесли, и «доцентом» МакАллистером, который командовал, как я понял, и заправлял тут всем, даже сердито-подозрительным интендантом склада.

И вы бы видели, как шустро трое Леслевских архаровцев с пачкой наличных денег, и на экспедиционном джипе, рванули в столицу провинции…

Уже на третий день всё привезли, и я «под руководством», как говорится, и неусыпным оком всех наших «учёных», дающих очень «ценные» советы, и молча сопящими в усы военными, смонтировал за пару дней своё барахло на здоровенной телеге, на каких обычно возят багаж в аэропортах, с вырезанной в днище дырой – под излучатель. Вручную мы её даже впятером с лаборантами Эда сдвинуть с места, особенно на мягкой почве, не могли: ещё бы, на ней же торчал и генератор для выработки уймы электричества! А его нужно было ни много ни мало – двадцать пять киловатт.

Приспособились однако возить тележку на прицепе за всё тем же джипом – у Тойоты-лендкрузера движок явно стоял чужой, лошадей на триста. Теперь мы со всем этим добром смело заезжали в джунгли, чтобы проследить, где и чем, наконец, кончаются эти чёртовы галереи, и есть ли внутри них полости.

Правда, и «землекопам» пришлось повозиться: пошли в ход и бензопилы и мачете, и обычные лопаты – а то даже джип не пролазил по жутким кочкам и зарослям. Теперь нам досаждали и мокрицы, которые всё падали с деревьев, норовя обычно попасть в глаз, или за ухо, и змеи, шипящие в гниющих листьях на земле, и прочая вредоносная мерзость. И уж если кто из них исхитрялся кого цапнуть – мало не казалось. Благо, док с флаконом спирта и ватой таскался везде с нами – оберегал, так сказать, похлеще родной мамы… И то сказать – тропики же! Влажно, как в сауне! Малейшая царапинка, или укус, тут же воспалялись, особенно, если расчесать грязными ногтями. Да не проходили буквально месяцами. А таскаться везде с бинтами да с нашлёпками тампонов из медицинских пакетов – удовольствие так себе. Ниже среднего.

Вот когда мне этой самой экзотики «первозданной девственной природы» хватило, как говорится, по самые помидоры. Не скоро захотел бы повторить.

На то, чтобы отследить и «расколоть» три оставшиеся галереи, отходившие от сторон крестообразно, много времени не потребовалось – за неделю мы с ними разобрались.

Никаких «секретных» камер у их входов не было. Похоже, они всё же, как сказал Эд, имели или ритуальное, или вводящее в заблуждение грабителей, значение. Кончались они в трёхстах, или чуть побольше, ярдах от пирамиды, и на глубине всё тех же пяти-шести ярдов от поверхности. С которой не имели никакой связи. О том, что состояли они из монолитного камня-гравия, можно и не говорить.

Последняя, обнаруженная ещё Джонни, шла куда ниже – на десяти ярдах под поверхностью, выходила на двести пятьдесят ярдов за территорию лагеря, и… Тоже оказалась из монолитной каменной кладки сплошняком – внутренней полости не было!

Наши археологи просто взбеленились: ведь не копать же по периметру всю почву вокруг пирамиды в глубину! Тут и пирамида могла осесть, и времени просто не оставалось. Да и понадобилось бы человек сто…

И тут бы нашей чёртовой экспедиции и, как говорится, кирдык. Если бы не (Не хочу скромничать!) ваш покорный слуга. Хоть мамуля и втемяшивала мне своё, что, дескать, покой усопших лучше не тревожить, а взыграл у меня, так сказать, дух спортивного азарта. И нашёл-таки я им их галерею. И даже бешенный кайф при этом испытывал…

Ничем она (В-смысле, не мамуля моя, а – галерея!) облицована не была, а просто шла под землёй, на глубине добрых сорока футов, от какой-то полости у южного угла пирамиды, далеко в джунгли, и кончалась в четверти мили от неё.

И была она вся практически полностью затоплена грунтовыми водами. Обнаружить её, даже если вы самый ретивый и прожжённый грабитель могил, или, там, археолог, (иногда, особенно, когда они высказывались после очередного облома, или их кто-нибудь особенно болезненно кусал, или ещё что-нибудь такое получалось, мне казалось, что особой-то разницы и нет) было практически невозможно. Ну, то есть, обычными приборами. А уж пройти – ха-ха!.. Разве что в акваланге.

Это я догадался, как и что подрегулировать в излучателе, чтобы его детекторы реагировали на простую воду: я вначале-то настраивал их на воздух, то есть – на воздушные полости или карманы, в поисках галерей-то. Но потом словно завеса спала: я понял, что если галерея лежит поглубже уровня грунтовых вод, она, или они – должны быть затоплены!

И вот, когда здорово обсерженные «землекопы» и скептически настроенная профессура убеждали меня в том, что ничего не должно выявиться, и приборы ТАК эксплуатировать нельзя, я, с благословения «доцента» снова прицепил телегу к Тойоте, и мы объехали, наверное, в двадцатый раз, вокруг нашей горячо любимой пирамиды.

И вот тут-то как раз такой, как я и предсказал, «водный», проход, и обнаружился.

И никаких больше лже-проходов нигде не было.

Снова мы углубились в сельву на добрых триста ярдов, с мачете и бензопилами.

И пришлось Лесли снова отправлять архаровцев в город, на этот раз за насосом, а мне – убрать своё барахло с телеги, оставив там только генератор.

Ещё неделя ушла на раскопки у конца земляной галереи, поиск ближайшего глубокого оврага, и копание канала к нему, разумеется, предварительно как всегда расчистив буйную дикую растительность. Зато, скажу честно, когда мы точно локализовали вход, вскрыли часть пробки, и в земле начали попадаться следы керамики, наконечники стрел, и всякие другие древние «сувениры-артефакты», причём – как раз «того периода», у всех, даже у моих физиков, вместо здорового скепсиса прорезался снова дикий азарт – Ника аж трясло. Хотя до этого я что-то не замечал в нём особого интереса к древностям…

А, может, тут были ещё и моменты, как говорится, Золотой Лихорадки?..

Что, если археологи заранее знали, что пирамида буквально «начинена» золотом? Тогда становится понятной и усиленная охрана, и отсутствие дешёвой рабочей силы, и даже жест, как я себе представляю, отчаяния – вызов нашей «физической» подмоги: время-то… поджимало.

Выход нашей (вернее, всё-таки, археологов) секретной галереи пришлось, конечно, долго раскапывать и укреплять – находился его конец глубоко. Зато уж когда всю пробку вскрыли, и появился проход, и наши убедились, что возраст, вроде, и правда – тот самый, мне на спине наставили чуть ли не синяков – так радовались, что не пришлось убираться домой, как говорится, несолоно хлебавши. И буквально все норовили выразить эту, мать её, радость, дружеским похлопыванием.

Короче, ещё три дня откачивали воду и ждали – чтобы проверить: не обвалились ли, и не обвалятся ли стенки.

А опасаться было чего. Проход имел, как бы это выразиться, треугольное сечение: острый угол сходился вверху, на высоте футов семи-восьми, и стены, само-собой, состояли из самой обычной, ничем не укреплённой, глины. Конечно, за эти века и годы там, в галерее, кто только не побывал – уж крысиных нор я понавидался в своё время. А тут – и многоножки, и змеи, и кроты, и жуки-вонючки – кто только не отметился, пока всё это хозяйство не затопило, как прикинул Эд, лет эдак восемьсот назад – когда ирригационная система майя была заброшена, и пришла в упадок, и все реки и ручьи снова разлились, как им было предначертано природой.

Словом, как ни странно, проход всё же сохранился – стенки не оплыли, почву не вспучило… Вот умели люди строить! Одно слово: на века! Даже простую щель в земле!

Ещё дня три наши бравые «землекопы» продолжали то откачивать всё поступающую воду, то выравнивать стены, и обрубать корни, пока наконец кто-то из аспирантов Эда, немного разбиравшийся в гидрогеологии – кажется, это был Хуч – не сказал, что лучше не будет, и если мы хотим попасть туда, куда ведёт-таки этот ход, надо идти сейчас, иначе он, дескать, не гарантирует, что без воды всё это не рухнет нам на головы, или не вспучится вовнутрь…

Оба больших босса – в смысле, оба доктора от науки, согласились с ним. Лесли и «доцент» не возражали рискнуть, проинструктировав землекопов.

И вот мы полезли.

Вернее, в первый-то раз полезли они – мне удалось отвертеться. А вот во второй – нет. Дошли – вернее, доковыляли, раскорячиваясь аки утки – по галерее наши археологи аж до самой пирамиды. Но там вся кладка, в которую ход упёрся, опять выглядела абсолютно монолитной! И они не смогли решить: пробиваться ли напрямую, или хитрущие перестраховщики майя опять их дурят.

Ещё день ушёл на наладку портативного оборудования – ну, это сильно сказано, портативного…Хорошо хоть, «портатил» его не я: двое наших самых здоровых землекопов еле протащили носилки с ним по метровому земляному тоннелю к самому боку пирамиды, а я только шёл за ними по щиколотку (иногда по колено) в воде, и командовал – чтобы, мол, не уронили в воду, или не зацепили о сырую стену. Да и то сказать – если бы намочили, так нечем было бы и «просвечивать» стены весёлой пирамиды с сюрпризами.

Дотащили, однако, благополучно. Просветили – тоже. Наши правильно решили подстраховаться: полость в каменной кладке обнаружилась только в двенадцати футах левее того места, куда вывел туннель, и ещё на добрых пять футов ниже.

Вот бы и пукнули в лужу, если бы стали долбить так, в лоб…

Пришлось срочно вытаскивать моё добро из туннеля, и копать ход вбок и вниз. И снова разбирать очередную прочную каменную пробку. А если учесть, что воду приходилось откачивать чуть ли не каждые два часа, чтобы хоть ходить можно было, а не плавать, вынос разобранного больше походил на каторжный труд шахтёров, как его показывали на картинках, кажется, восемнадцатого века… Хорошо хоть, разбирал и таскал тоже не я – уж разбирать и таскать у нас было кому.

Потом кто-то умный – кажется, это опять был всё тот же Хуч – додумался не мучиться: и верно, мы все согласились, что его план вполне приемлем, и опасности обвала не будет, особенно если сколотить коробку из досок.

Короче, прокопали наши бравые ребята вертикальный колодец вдоль бока пирамиды прямо ко входу, который к тому времени почти расчистили от пробки, а галерею, по которой до этого мы все ходили, если плавание вброд можно так назвать, по возможности засыпали. Сначала заложили обломками камней – благо, этого добра после разборки самой первой сплошной галереи хватало! – и землёй: и с одной, и с другой стороны каменного завала.

Конечно, укрепили всё как следует – иначе эту пробку вышибло бы в два счёта всё теми же грунтовыми водами. Зато спустя ещё пять дней у нас имелся очень удобный, и, главное, расположенный под боком, «вход в неизведанное», как элегантно выразился Эд.

От поверхности до этого самого входа было уж точно никак не меньше сорока пяти футов. И если б не короб из двухдюймовых досок, который мы наращивали сверху, постепенно опуская до самого дна, земляные стены колодца уж точно грохнулись бы нам на головы.

Закончили разборку кладки пробки сам док и оба его помощничка. Поскольку майя работали без скрепляющего раствора, было это не очень сподручно: верхние камни всё норовили обвалиться.

Ну, справились. Укрепили. (Толщина пробки оказалась всего футов пять.) А дальше – шёл длинный, почти квадратный в сечении, и суживающийся, как обычно, кверху, коридор.

И вот руку вам даю на отсечение, если все наши бравые археологи не струхнули туда лезть!

И правильно – зачем нарываться на неприятности, когда можно послать робота – это я подал такую мысль. Инициатива наказуема – с кого, как вы думаете, потребовали этого самого робота?!..

Ладно. Сляпать его оказалось нетрудно.

И колёса пригодились, и сервомоторы на складе нашлись, и излучатель влез.

Вот только генератор с шумным и дымящим движком пришлось оставить снаружи, и соединить с тележкой (сильно зауженной и приплюснутой, чтоб, значит, влезла) с помощью длинного кабеля. Ну и правильно – а не то бы воняло в туннеле так, что и работать стало б невозможно потом, когда робота вынули бы.

Ну, запустили. Робот получился уродливый, но работающий: я прямо гордился им.

И вот вся эта фигня, да со всеми нашими бесценными приборами, и видеокамерами, и сервомоторами, и погибла в первый же день.

На неё обрушилось примерно пять тонн огромных камней, и – всего ярдов через тридцать путешествия по коридору.

Ник здорово разорялся по этому поводу, но «доцент» быстренько заткнул его сообщением, что всё специализированное барахло экспедиции застраховано специальным фондом научных разработок, (Вот уж хотел бы я посмотреть, в каком из кабинетов Пентагона размещается этот «фонд»!) и, разумеется, все затраты и убытки нашей лаборатории будут компенсированы. Да и то сказать – разве было бы лучше, если б погибли люди?..

На это док не нашёлся что возразить.

На разбор завала ушёл целый день. К этому времени и лето стало как-то незаметно так заканчиваться. Но вот уж с чем у нас теперь-то (когда вожделённый проход был перед глазами) никто не считался – так это с трудозатратами. Все двенадцать дюжих молодцов, работая в две смены, уже без этих дебильных записей, где что лежало, раскидали жуткую груду, и даже не заикнулись, что, мол, дескать, «опасно»!

И это тоже могло бы меня насторожить, если бы я не чувствовал того же, что и все – дикий азарт, и предвкушение чего-то такого… Такого…

Ладно, неважно.

К этому же времени стало мне понятненько и то, что с Надей-то у меня уж точно ничего не получится. Ну, кроме взаимноприятного секса. Скандалов и разборок я и дома достаточно натерпелся. Похоже, привыкла ко мне – стала держать за «своего». За «близкого». Вот и выливала на меня все свои эмоции, да мысли, которые, как известно, у каждой нормальной домохозяйки возникают даже опережая то, что она в данный момент уже говорит… А мне такая «близость» и «общение» и на дух, как говорится…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное