Андрей Дергунов.

Один из Семи



скачать книгу бесплатно

Пролог.

В ту ночь спалось мне особенно хорошо. Стоит оговориться, что в последние годы, из-за проблем с алкоголем, я давно уже забыл что это такое – хороший здоровый сон. Вернее две недели он был, а потом приходил запой и начинался АД. Ладно, сейчас не об этом. Так вот, именно в ту ночь, когда всё это началось, сон был прекрасный. И сновидения тоже. Мне снился какой-то очаровательный сад с невиданными мне ранее растениями и животными. Мы с моей любимой гуляли по этому саду, ели мороженое, которое появлялось по нашему желанию из ниоткуда, и, Боже правый, как она была прекрасна в этом сне. Я и в жизни глаз от неё оторвать не могу, но там… В этом сне она была очаровательна, бесподобна, в каком-то белом платье, которое при порывах ветра открывало на мой взор её прекрасные ноги. А её улыбка… Я бы всё отдал, чтобы она так же улыбалась и в реальности!

– Андрюша…Андрюш. Андрей!!! – голос, мой родной и любимый голос донёсся словно из небытия. Я с неохотой приоткрыл глаза, безумно не хотя расставаться с этим, привидившимся мне, садом и повернулся к ней.

– Что случилось, милая?

– Телефон…Твой телефон. Не слышишь?

И только сейчас я расслышал назойливое жужжание мобильника. «Кому не спится в ночь глухую?», – попытался пошутить я, но чувство непонятной тревоги отодвинуло сарказм и юмор в моей голове в самый дальний угол. Бросив взгляд на часы, было 1:07, я поднял трубку.

– Алло?

– Андрей, привет! Прости, что разбудил, но….С тобой всё в порядке?

– Кто это вообще? – немного грубовато спросил я.

– Ах, да. Прости. Сто лет, сто зим. Это Сергей. Староста нашей университетской группы.

– Серёга! Ё-моё! Ты как номер – то мой нашёл, мы уже лет семь как не общаемся?

– Не важно, Андрей! Поверь, сейчас это неважно. Как ты?

– Да всё путём у меня, Серёга, не пойму твоего беспокойства! Да ещё и среди ночи!

– Ладно, спи! Но, будь добр, следи за всеми изменениями и, если не дай Бог что, тут же звони! В любое время!!!

– Да что?– телефон ответил мне короткими гудками.

«Бред какой-то» – пронеслось в голове.

– Кто это, родной? – спросила вечно беспокойная за меня Татьяна.

– Да, сам в шоке! Староста нашей университетской группы. Спрашивает, всё-ли со мной в порядке, – ответил я.

– И часто он интересуется состоянием и здоровьем своих одногруппников?

– Да в том – то и дело, что никогда не интересовался.

Я в задумчивости сел на кровати. Действительно, что должно было произойти, чтобы Серёга, с которым мы и в университете общались по типу «привет-пока», среди ночи где-то откопал мой номер и принялся названивать. Надрался он что-ли? Да не должен вроде, он ведь всегда был «самых честных правил». Но что тогда?

Как – то машинально я провёл левой ладонью по волосам. Что за хрень? Уставился на свою ладонь, будто оттуда должен был появиться ответ на извечный вопрос «Что делать?».

– Господи Иисусе, что это? – прошептал я, не веря своим глазам.

– Что, любимый? – Танюша встала и, включив свет, повернулась ко мне.

– Боже, что…,-слова застыли у меня в горле, а Таня, зажав рот, попыталась не закричать.

Смотреть было на что.

Пальцев на моей левой руке стало…Шесть.

Глава 1.

«Разбуди меня! Танечка, милая, разбуди меня, пожалуйста! – с этими словами я пытался вывернуть, выкрутить, оторвать невесть откуда взявшийся «рудиментарный орган» – Да что это, чёрт возьми, значит???».

На меня смотрела ладонь, моя собственная ладонь, которая ласкала перед сном свою любимую девочку, но, чёрт возьми, она была уродлива, страшна, безобразна. Она была – НЕПРАВИЛЬНАЯ!!!

Таня словно онемела. Она смотрела на меня оцепеневшим от ужаса взглядом не в силах вымолвить ни слова. Зато в комнате находился предмет, видимо, решивший не замолкать всю ночь. Чёртов мобильник зажужжал вновь. Я вздрогнул и, что есть сил, шарахнул его о стену, даже не заинтересовавшись, кто звонит. Мобильник разлетелся вдребезги.

– Успокойся, любимый, – услышал я её дрожащий голос – это, наверное, чья – то шутка.

Голос доносился как будто из-под воды. Я зажмурился, стал трясти головой изо всех сил, молился всем Богам, чтобы это было наваждение. Но, открыв глаза, опять увидел этот долбаный палец, торчащий куда-то в сторону и скрючившийся под непонятным углом.

– Шутка? Да, конечно, любимая, это просто чья – то идиотская шутка! Кто – то пробрался к нам ночью, пришил мне этот отросток, потом нашёл человека, с которым я не общаюсь уже давным-давно и заставил его позвонить мне, чтобы поинтересоваться моим состоянием? А может это дети? Эй!!! Ребятки!!! Кто из вас решил свести Андрюшку с ума? А? – я орал как потерпевший, пока Таня не прижалась ко мне всем телом и я не почувствовал, что она дрожит как осиновый лист.

Здесь стоит немного оговориться. Мы жили с Татьяной уже почти два года, общих детей у нас с ней не было. У меня была дочь от первого брака, а у неё двое – сын Иван и дочь Катюша. Но, как говорится: «Чужих детей не бывает».

Слава Богу, детей можно было разбудить лишь обрушившейся артиллерийской канонадой.

Я прижал Таню к себе: « Прости, милая, я несу чушь. Но что ЭТО?», – я снова поднёс изуродованную ладонь к лицу. Отросток рядом с мизинцем был похож на сардельку, только в очень миниатюрной форме. Сил в нём не было вообще, то есть, шевельнуть им было сравнимо с тем же, что и поднять самосвал над головой. Но он невыносимо мешал и, по-моему, побаливал, хотя на тот момент я в этом уверен не был.

– Покурить. Надо покурить, – сказал я, наверное, сам себе.

– Не надо, милый, – Таня гладила меня по голове, но дрожь в её руках проходить не собиралась.

ВЖЖЖЖ! ВЖЖЖЖ! ВЖЖЖЖ! Мы оба вздрогнули, будто услышали выстрел.

«Я ведь только что разбил его», – подумал я о своём несчастном телефоне, разбитом о стену несколько секунд назад. Подумал так, словно являлся единственным в мире обладателем этого наносредства связи.

– Это мой, – прошептала Танюша, – надо посмотреть, кто.

– Дай я, – ответил я, – видимо, сегодня ночью в этот дом звонят только мне.

Я попытался улыбнуться, но улыбка вышла настолько натянутой, что напугала Таню ещё больше. Резко развернувшись, я попытался взять телефон, но, на свою глупость, попытался сделать это левой рукой. Телефон выскользнул из неё, словно был только что пойманной рыбой. Танюша перегнулась через меня и подняла телефон с пола.

– Я не знаю этот номер, – сказала она, – может тебе знаком.

Номер мне был определённо знаком, причём воспоминания о нём исходили именно из того времени, когда я учился в университете. Номер в памяти был, а вот его обладатель никак не хотел появляться. Я глубоко вздохнул.

– Ответь, – сказала Таня, – что ещё делать?

Действительно, что ещё делать? Разбить и второй телефон, а потом вообще все гаджеты в доме вышвырнуть с балкона? Надо было отвечать.

– Да!

– Андрей – ты седьмой! Прости! -не представившись и не поздоровавшись сказал мой собеседник. Впрочем, я уже узнал его.

– А ты девятый, что-ли? В разведку будем играть? Первый, первый – я сто первый! Что происходит, Стас? И вообще откуда у тебя этот номер?

Со мной разговаривал Стас Колесников, тоже мой одногруппник и, в университетские времена, очень хороший товарищ. Можно сказать друг.

– Откуда номер? – он как-то недобро ухмыльнулся, – Тебя что, действительно интересует только твоя женщина? Поверь, мне она не нужна, и сейчас есть вещи поважнее.

– Да есть тут одна проблемка, но думаю любой хирург способен без напряга её решить, – откуда у меня брались силы на юмор, хоть и чёрный, знает лишь Господь Бог.

– Не советую, Андрей! Эту проблему нам придётся решать всем вместе. Я ведь сказал – ты седьмой.

– Да ёб…

– Не перебивай, будь добр. Даже если ты решишь отрезать себе всю руку, проблемы это не решит. Она у тебя сейчас на генном уровне. В твоих хромосомах. Ты ведь знаешь что такое хромосома?

– Клетки, хранящие большую часть наследственной информации, предназначенные для её хранения и передачи, – отрапортовал я, сам не зная, что говорю.

– В общих чертах, – ответил Стас, – и вот сейчас они у тебя поражены вирусом, который может превратить тебя в кого угодно, это лишь вопрос времени. Кстати, времени у нас не так уж и много.

– Да что за хрень? Что ты несёшь? – я снова перешёл на крик.

– Я ведь просил не перебивать. У вас началась мутация на клеточном уровне, вы можете стать динозавром или обезьяной, кому как повезёт. Ты, главное, верь мне и слушай меня внимательно. Ты знаешь семь смертных грехов? По Библии?

– Гордыня, зависть, гнев, лень, жадность, чревоугодие и блуд, – я тараторил как марионетка в чужих руках, и Танюшка смотрела на меня, как на буйно помешанного.

– Верно. Так вот согласно одной очень Древней теории, не буду вдаваться в подробности какой, есть способ навсегда избавить человечество от этих грехов. Построить идеальное общество. Без всего того, что приходится видеть вокруг. Представляешь? Без войн, проституции, алкоголизма…Кстати, как у тебя с алкоголем?

Мне казалось, я уже ничему не удивлялся.

– Нормально у меня с алкоголем. Если я его не трогаю, то и он не трогает меня.

– Остёр ты на язык, Андрей! Как, впрочем, и раньше. Да, мы отвлеклись. Так вот. Я хочу жить в обществе, которое тебе только что обрисовал. Мне надоело смотреть, как вы меняете женщин, словно носки, спиваетесь и прочее, прочее, прочее. Для этого я всё это и затеял. Позволю заметить, что мне пришлось приложить немало усилий и времени, но благодарности я не жду. Тем более, не зная, будем ли мы разговаривать с тобой ещё когда-либо.

– Что ты имеешь ввиду?

– Останется один. Один из семи. Ты должен завтра быть в Питере. Ты ведь любишь Санкт – Петербург? Завтра утром, в девять часов, на нашем месте на Садовой. Надеюсь не забыл. Не опаздывай, – и тут же раздались короткие гудки.

– Эй? – вскрикнул я, но уже в пустоту.

– Что? – еле слышно спросила меня Таня.

– Он сошёл с ума, – ответил я, – если он не бредит, то вскоре я и ещё шесть человек будем находиться уже не на уровне homo sapiens.

– Андрюша, пожалуйста, говори яснее! Что происходит? – Таня начала теряться, а этого я в своей с ней жизни ещё не видел.

– Этот ненормальный, вернее, он был вполне себе нормальный в своё время, говорит, что у меня началась мутация на клеточном уровне, и я могу стать… Ну, мартышкой например. Ничего не понимаю…, – я посмотрел на любимую так, словно она всё понимала и в любой момент могла мне помочь.

– Кто ненормальный? Какая мартышка? Андрюша, что ты вообще говоришь? – Таня была в замешательстве, и это ещё мягко сказано. Скорее в панике. Как впрочем и я.

– У меня нет времени, любимая! Я завтра же должен быть в Питере. Сам не знаю зачем. Хотя…, – меня вдруг осенило, – надо позвонить Сергею. Тому, который звонил первым.

– А номер? У тебя есть его номер? – спросила Таня.

– Чёрт подери, – выругался я, – я ведь разбил телефон.

– А в контакте? Есть он в контакте? – Танюша метнулась к ноутбуку.

До пяти утра мы искали Сергея во всех социальных сетях, но его там не было. Но это была лишь половина проблемы. Проблема была в том, что ни в одной сети не было МЕНЯ. В пять пятнадцать, с ощущением полностью уехавшей далеко и надолго крыши, я оделся и, обняв свою девочку, закрыл за собой дверь квартиры. Не зная, открою ли я её когда-нибудь ещё раз. Я ехал в Питер.

Глава 2.

Санкт-Петербург. Я полюбил этот город с первого взгляда, в шестнадцать лет, когда приехал поступать в университет после школы. Полюбил всё: архитектуру, подземку, разводные мосты, Петропавловку, Зимний. Я полюбил даже его негостеприимный климат, который выражался в почти постоянном ветре, осадках, и свинцово-сером небе над головой. В те редкие дни, когда над головой светило солнце и было тепло, мы просто не заходили в помещения, мы наслаждались погодой и городом. Каждый визит сюда после универа был для меня событием, сравнимым с праздником. Но только не в этот раз…

В дороге я размышлял над разговором со Стасом. И чем глубже я погружался в мысли, тем сильнее было ощущение, что всё это – дурной сон, бред сумасшедшего, но, стоило посмотреть на свою ладонь – и мысли возвращались на исходную. «Господи, вразуми его! Что он задумал? Зачем? Почему именно я? Как он умудрился заразить меня и ещё шесть человек каким-то непонятным вирусом?». Ответов, само собой, не находилось, да и не могло их быть. Утром, почти перед самым уже Питером, боль в руке усилилась, и я заметил, что этот «палец» стал больше, а на нём появилось нечто вроде когтя. «Ну и что это? – думал я, – В кого я, интересно мутирую?».

До станции метро «Садовая», где прошли, как мне казалось, лучшие годы моей жизни, я добрался без приключений. Рука доставляла массу неудобств, её приходилось всё время прятать в кармане куртки, и я чувствовал себя словно инвалид с протезом. Поднявшись из подземки, я присел на скамейку и стал ждать назначенных девяти часов. По глупости, телефон, вместо разбитого, я с собой не взял. Да и до телефона ли…

– Здравствуй, Андрей! А ты совсем не изменился.

Я повернулся на голос, слегка удивившись, что принадлежал он девушке и оторопел. Лицо её походило на лицо манекена, брови были нарисованные, глаза скрывали тёмные солнечные очки, а на голове была надета какая-то дурацкая шапочка, натянутая по самые уши.

– Не узнал? Неудивительно. Наталья.

– Наташа? Никифорова? – спросил я несвойственным себе, каким – то писклявым голосом.

Наталья Никифорова училась со мной в одной группе и всегда была весёлым и чутким человечком. Она была из тех, про кого говорят, будто у них шило в одном месте. Занималась спортом, музыкой, каким-то там рукоделием, но и про учёбу не забывала. Ей мог бы позавидовать знаменитый заяц из рекламы батареек «Энерджайзер».

– Да. Андрей, я не могу больше!!!

– Подожди, что с тобой? Хотя…Почему ты здесь? Одна?

– Так было велено.

–Велено? Кем велено? И потом, насколько я знаю, после учёбы ты уехала домой. В Читу. Это же очень далеко.

– Ну ты ведь тоже не погостить к родным приехал, верно? Кем? А ты не догадываешься? Нашим «спасителем общества и мира», – она горько ухмыльнулась.

– Отвернись! На минутку, – попросила она, – Пожалуйста!

Я не заставил просить себя дважды. Только вот Наталья не учла того, что мы стояли напротив витрины какого-то бутика, и в отражении её мне прекрасно всё было видно. Не знаю, правда, хотел ли я это видеть. Она достала из сумочки какие – то капли, сняла очки, и заметив, что я наблюдаю за ней в отражение, резко отвернулась. Потом закапала капли в глаза. Однако тех нескольких секунд, что я видел её без очков, хватило на то, чтобы заметить – ресниц на глазах не было! «Вот почему у неё нарисованные брови…», – подумал я.

– У меня выпали все волосы! – она стояла отвернувшись и говорила очень быстро, – ВСЕ! Даже ресниц нет. Глаза разрываются уже от боли, ведь любая пылинка, даже крохотная, попадает прямо туда! Я просто проснулась три дня назад, встала с кровати, а на ней…На ней остались все мои волосы!

Она зарыдала. Я попытался хоть как-то успокоить её, попробовал обнять, но она оттолкнула меня с такой силой, что я чуть не упал.

– И знаешь за что? Этот придурок сказал, что это за грехи. Вернее за грех. Дело в том, что через два года после окончания университета я вышла замуж, всё было хорошо, вот только ребёночка нам Бог не давал. А потом и вовсе оказалось, что я бесплодная. Врачи сказали, что это всё из-за спорта. Ты ведь помнишь, что я занималась художественной гимнастикой?

Я кивнул.

– Так вот, они сказали, что это из-за чрезмерных нагрузок на организм. И из-за препаратов. Мы принимали что-то по наставлению тренеров и врачей, даже не знали, что. Но! Все мои подружки из нашей команды могут иметь детей, а я нет! Муж меня бросил и я возненавидела их.

– Кого их, – спросил я – подружек?

– Да, – ответила Наташа, – не знаю почему, но именно их. Я стала страшно завидовать им. До такой степени, что чуть не убила девочку. Ребёнка одной из них…

«Мир сошёл с ума!!! Так вот оно что. Зависть. Смертный грех. Мой получается…Чревоугодие. Алкоголь, мать его», – подумал я.

– А потом, в тот день когда у меня случилось это. Ну, с волосами. Позвонил Стас и начал нести какой-то бред про…

– Можешь про бред не рассказывать. Мне он тоже звонил. Почему ты здесь? И кто ещё вплетён в эту фантасмагорию? – перебил я Наталью.

– Я не знаю, Андрей! Честно не знаю. Мне велено было попасть сюда сегодня, встретить тебя и ждать звонка. Кстати, ты в курсе, что позвонить мы никуда не можем? – сказала она и снова полезла в сумочку за каплями.

– Что значит, не можем? – удивился я.

– А ты попробуй, – горько улыбнулась мне Наташа.

– У меня нет трубки. Я её разбил вчера со психу.

– Это не имеет значения. Я бы дала тебе свой, но для пущей убедительности, попробуй спросить у прохожих. А ещё лучше, пойдём присядем в кафе. Я очень устала, я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ!!! – она снова зарыдала.

На нас стали обращать внимание прохожие и я, от греха подальше, схватил Наталью под локоть и заволок в ближайшую закусочную.

– Посиди. Минуту. Я попробую спросить телефон у кассирши, – я посадил её за столик и пошёл к стойке с кассой.

– Чем могу помочь, – осведомилась у меня кассирша, – Вы как – то странно выглядите, молодой человек, у Вас всё в порядке?

Я представил себе, что выглядим мы с Натальей со стороны и правда, не лучшим образом, и попытался говорить как можно спокойнее.

– Будьте добры, можно от Вас позвонить? – спросил я.

– Пожалуйста! Телефон на стене у входа. Разве сразу не заметили?

«Заметишь тут», – подумал я, а вслух сказал: «Спасибо, вы очень любезны!».

«А кому звонить – то? – подумал я, – Господи, конечно же, Танечке! Я ведь даже не сообщил ей, что доехал!».

Проходя мимо Наташи, я потрепал её по голове. Она повернулась ко мне и я увидел, что по щекам её просто водопадом текут слёзы.

– Постарайся успокоиться, – нагнувшись прошептал я ей, – всё наладится!

Верилось в это, честно сказать, с трудом.

Я набрал вытатуированный уже в памяти номер и приложил трубку к уху.

Гудок. Второй. Третий.

– Ваш телефон работает лишь по одному номеру, – услышал я голос Стаса и чуть не упал прямо в вестибюле кафе, – моему номеру.

– Стас? Но как???

– Так! Здесь пока мои правила. Вас нет. Пока мы не решим проблему. Заметь – вашу проблему и проблему большинства людей.

– Я…

– Стоп! Не говори ничего. Сейчас спуститесь в метро и поедете в Купчино. Пока всё. И береги нашу спортсменку, судя по её эмоциональному состоянию – она на грани срыва! Всё! Следующая станция – Купчино.

И короткие гудки…

Мне хотелось заорать от собственного бессилия, разбить трубку о стену, да и вообще разнести к чертям свинячьим весь этот кафетерий.

«Держись!!!», – мысленно сказал я сам себе.

Чья-то рука легла на моё плечо. Я резко развернулся и увидел Наталью.

– Я ведь сказала тебе – звонить бесполезно. Поехали, я слышала ваш разговор.

По эскалатору мы спускались молча. Я пробовал пару раз окликнуть Наташу, но она словно была не в себе. Знай я сразу, что она задумала – держал бы её рядом с собой и покрепче.

В конце эскалатора она резко вырвалась вперёд. Я не успел даже окрикнуть её, как она спрыгнула вниз, на пути, и коснулась рукой контактного рельса. Удар постоянного тока в 800 вольт за несколько секунд отправил её к праотцам…Знания, полученные в университете, помогли ей уйти из этого мира наименее болезненно.

«Один из шести…», – пронеслась в моей голове совершенно неуместная на тот момент мысль.

Глава 3.

– Ты идёшь или нет? Чего встал, словно у Мавзолея, – кто-то грубо толкнул меня в плечо и протиснулся вперёд.

Дар речи у меня пропал. Я подбежал к краю платформы и аккуратно посмотрел вниз, на рельсы. НИКОГО. Натальи там не было!!!

Сказать, что я обалдел, значило не сказать ничего! Я огляделся вокруг. Пассажиры спешили по своим делам, тупо смотря в пол, шли куда-то; продавщица в газетном ларьке, с ужасно скучающим лицом смотрела на всю эту серую массу людей; по соседней ветке прогрохотал поезд. Словом, всё было как всегда, в принципе, и бывает в метрополитене. Никто ничего НЕ ЗАМЕТИЛ.

«Вас нет».

У меня в голове был такой кавардак, что я, наверное, не отличил бы сейчас мужчину от женщины и не смог бы сказать, где право, а где лево. Стараясь не упасть от накатившего внезапно головокружения, я доковылял до скамейки в центре станции и тяжело опустился на неё. «Отче наш! Иже еси на небеси…» – стал вспоминать я текст единственной известной мне молитвы, поскольку кроме как чертовщиной или мракобесием всё происходящее назвать было нельзя.

«Бред. А может я сошёл с ума? Может я пьян, и всё это видится мне в очередном алкогольном кошмаре?», – подумал я. Острая боль в левой ладони быстро отогнала эти мысли прочь. «Бог ты мой!!! Как больно!!!». Я аккуратно вытащил руку из кармана…Пальца не было!!! Зато рука стала больше похожа на лапу какой-то ящерицы или лягушки. Между пальцами появились перепонки, а кожа стала похожа на кожу человека, больного псориазом. Ногти затвердели и вытянулись, скорее их уже можно было назвать когтями.

– Молодой человек, Вам плохо?

Подняв глаза, я увидел пожилую женщину, лет шестидесяти, услужливо наклонившуюся ко мне. Свою руку ( правильнее всё-таки лапу ) я аккуратно спрятал за спину. «Вы ещё всё-таки остались. Небезразличные ко всему люди» – пронеслось в голове.

– Спасибо. Всё нормально. – я постарался улыбнуться.

– Будьте аккуратнее. Вы очень бледны. Может, я помогу Вам подняться наверх? – спросила меня женщина.

«Дожили. Это, скорее, я должен был предлагать свою помощь Вам…»

– Нет, нет. Не стоит. Не переживайте, сейчас всё пройдёт. И спасибо Вам – сказал я.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное