Анатолий Гусев.

Золото императора династии Цзинь



скачать книгу бесплатно

Каташи-сан сказал, что в доблесть буси входит умение скакать на лошади, стрелять из лука и в совершенстве владеть мечём, и за это им великий император страны Восходящего Солнца даёт землю. Чже с ним полностью согласился, сказав, что скакать на лошади и стрелять из лука, а так же владеть оружием ближнего боя – мечём или копьём – очень важно. Но, добавил, что это умеет делать каждый мужчина в степи, и если бы за это давали ещё и землю, то земли бы не хватило на всех. Каташи-сан высказал сомнения, как можно сидя на лошади, на полном скаку попасть в летящую птицу. Чже пожал плечами и сказал, что если уважаемый хозяин предоставит ему лошадь, то он пошлёт за своим луком и покажет, как это делается. Хозяин согласился, а также приказал своим слугам принести его меч.

Приказание выполнили. Каташи-сан взял в руки меч и показал его меркиту. Меркит кивнул и спросил, что это? Почему у этой сабли такой длинный клинок и такая длинная рукоять? Ведь сражаться ей будет неудобно? Каташи-сан сказал, что это душа самулая. На что Чже ответил, что тогда всё в порядке, если это только душа и драться ей не надо, то душа у Каташи очень красивая. Каташи-сан молча встал, взял в руки свой меч и показал несколько движений. Меч как бабочка порхал вокруг него, со свистом рассекая воздух. Проклятый меркит был в восторге, он сказал, что если бы в степи побеждали танцами, то у Каташи-сана не нашлось бы равных. Наш хозяин был возмущён – Чже явно издевался. Но меркит спокойно, с улыбкой на губах попросил принести ещё и его саблю.

Просимое вскоре было доставлено. Подвели коня соловой масти. Меркит вскочил на коня, проехался по кругу, пробуя, подчиняется ли лошадь управлению ногами. Удовлетворённый, он сказал, что можно начинать. Но птицы кружились только над морем. Чже тогда приказал кинуть деревянные тарелки перед ним, а потом и за ним. Он разогнал лошадь. Перед ним взлетела вверх тарелка. Меркит вскинул лук, натянул тетиву до уха. Тарелка упала на землю с тремя воткнутыми в неё стрелами. Взлетела ещё одна тарелка сзади всадника. Меркит на скаку оглянулся. И ещё три раза звенела тетива. И эта тарелка упала в траву с тремя стрелами. Чже сделал круг и вернулся довольный. Он попросил воткнуть прутья с двух сторон тропы, что бы он смог показать, как надо рубить саблей. Каташи-сан кивнул и что-то приказал на своём языке. Вскоре вдоль дороги, с двух сторон, выстроились, встав на одно колено, молодые воины нашего хозяина, держа перед собой двумя руками бамбуковые шесты. Меркит заметил, что он может случайно задеть молодых людей или, даже, убить. Каташи-сан сказал, что настоящий воин должен быть счастлив умереть от клинка, а, боятся его, тем более, он не имеет права. Я понял, что это своеобразное испытание воинов Каташи. Чже пожал плечами и сказал, что если хозяину не жалко своих воинов, то ему тем более жалеть не о чем. Меркит вынул саблю из ножен и помчался с гиканьем, рубя бамбуковые шесты направо и налево. Обрубки, наискось срубленные саблей меркита, втыкались в землю рядом с державшими их людьми.

Лица молодых воинов Каташи были невозмутимы, но сабля Чже никого из них и не задела. Меркит вернулся довольный. Странно и грозно смотрелся на соловой лошади этот довольный собой степной воин. Грозным знамением он показался нам в тот миг.

Хмурый Каташи-сан приказал заменить шесты и привести себе лошадь. Так красиво срубить шесты, как это сделал Чже, у него не получилось. Одной рукой меч держать было тяжело, а двумя неудобно было рубить бамбуковые шесты, в результате, один из его воинов был убит, и несколько получили ранения.

Чже, глядя на это, сказал, что в степи его бы за это закатали бы в войлок. Каташи-сан спросил, что это означает. Я пояснил, что войлок это очень толстая и плотная шерстяная ткань и человек, завёрнутый в войлок, задыхается. Это очень мучительная казнь, человек долго мучается в этом войлоке, пояснил нам меркит, особенно на жаре.

Каташи-сан выглядел очень расстроенным. И огорчала его не смерть молодого война. Он понял, что если такие люди, как Чже придут на эту землю, они завоюют её без особого труда. И только чудо сможет спасти людей страны Восходящего Солнца.

Ночевали мы у гостеприимного хозяина, а утром с отливом двинулись дальше, на север.


ЗДЕСЬ СЕРЕЙ ПАВЛОВИЧ, ПЕРЕЧИТАВ СВОЙ ПЕРЕВОД, РЕШИЛ, ЧТО ЧИТАТЬ ЭТО НЕ ВОЗМОЖНО И НАДО ПЕРЕВОДИТЬ ТЕКСТ НЕ ПОСТРОЧНО, А ЛИТЕРАТУРНО. ПЕРЕВОДИТЬ ПОСТРОЧНО У НЕГО ВСЁ РАВНО НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ – ОН ПИШЕТ НЕ ДА-ДА, А ТАТАРЫ, НЕ МЭЙЛИЦЗИ, А МЕРКИТЫ.


III


Блестело солнце в голубом небе, отражаясь в тёмно-синей воде Восточного моря. Безветрие. Джонки ели ползли, повинуясь морскому течению. Наша охрана тянула какую-то длинную унылую степную песню. Далеко она разносилась по волнам, долетая до зелёного гористого берега. И была там услышана. Это была северная оконечность большого острова страны Восходящего Солнца. Из тени берега вынырнули около десяти лодок, выдолбленных из целого ствола дерева и с наращенными бортами из досок. На вёслах они летели к нам под ритм барабанов. Было не понятно, что это? Нападение или они хотят с нами торговать? Для торговли, уж слишком стремительно они к нам приближаются, да и много их в лодках, человек по двадцать в каждой.

Это была уже страна эмиси или эбису, как их называют вадзин, жители страны Восходящего Солнца. Сами же себя местные жители называют айну.

У нас, на протяжении стольких лет походов за золотом в северную землю были с ними и военные столкновения, и мирные торговые отношения. В прошлом году, возвращаясь с золотом, на другом берегу Восточного моря мы столкнулись примерно с такой же флотилией. Они напали на нас, приняв за корейских купцов. Ошибка им стоила дорого. Наши охрана во главе с тем же Чже перестреляла их из луков, не дав даже близко подойти к нашим джонкам.

Ко мне подошёл Чже:

– Господин – сказал он, – в их руках луки. Это не товар для обмена.

У Чже был орлиный взгляд степняка.

– И кто там?

– Айну. Но есть и вадзин.

– Командуй, Чже.

Я приказал просигнализировать второй джонки, указав ей на опасность. Оттуда мне ответили, что всё видят и готовы к обороне.

Чже о чём-то договаривался со своими подчинёнными. Вскоре они выстроились по правому борту с луками в руках. Раздались звуки спускаемой тетивы, и первые свистящие стрелы, пущенные рукой Чже, полетели, в нападающих. Первые враги, пронзённые стрелами, упали кто в море, кто внутрь лодки. Начался ленивый обстрел лодок противника. Наши люди били без промаха. Но лодки упорно двигались на нас. Айну в ответ не стреляли, их луки были не такими дальнобойными, как у наших степных варваров.

Айну, храбрые войны, и, презирая опасность, не пользуются щитами. Вместо щита в левой руке у них меч, почти такой же, как нам показывал Каташи-сан, только меньше у него клинок и рукоять для одной руки, длинной в один бу (примерно полтора метра). Сложно сказать, кто у кого перенял это оружие, айну у вадзин, или вадзин у айну, но мечи у них похожи. Скорее всего, вадзин у айну. Айну, люди более рослые, чем жители страны Восходящего Солнца. Айну мало похожи на обычных людей (Лю Жуншу имеет ввиду монгольскую расу), лица их покрыты густой растительностью. В лодках их сразу можно было отличить от вадзин. Айну, длинноволосые и бородатые, в одних набедренных повязках, мускулистые, с луком в руках и двумя мечами за спиной производили довольно таки воинственное и грозное впечатление, в отличие от одетых жителей страны Восходящего Солнца. Но отсутствие щита делали их уязвимыми для стрел степняков, да и для стрел вадзин тоже, недаром же Каташи-сан говорил, что для самурая главное, это умение владеть луком. А вадзин, как я знаю, враждуют с айну. Правда, не всегда. В пиратских лодках были и те и другие.

Наша охрана спокойно, стоя на качающейся палубе, отстреливалась от нападающих, не позволяя им приблизиться, что бы ни дать им открыть ответную стрельбу, кроме одной лодки, которая двигалась к корме. Её как бы, не замечали, разрешая ей вплотную подойти к джонке. Оттуда летели стрелы, на что, впрочем, наша охрана внимания не обращала. Лодка приблизилась к джонке, и с неё сначала были брошены несколько копий, а затем верёвка с крюком на конце. Крюк зацепился за наш борт, и по верёвке к нам полез вражеский воин. Он ловко перепрыгнул через борт и с боевым кличем вытащил два меча из-за спины. Это был воин-айну. К нему одним прыжком подлетел воин-татарин из нашей охраны с обнажённой саблей в правой руке и круглым щитом в левой. Неуловимые движения клинков, звон металла и татарин отскакивает от айну. Через всё тело айну, от правого плеча, до паха прошла красная полоска, изо рта его хлынула кровь, удивлённые глаза затуманились смертельной дымкой, и он мёртвым рухнул на палубу, рассечённый надвое одним лихим ударом татарской сабли. На палубу запрыгнул другой айнский воин, размахивая ремнём с деревянной колотушкой на конце – таким валиком с ручкой, на конце ручки проделано отверстие, куда вставляется ремень, по бокам валика торчали каменные шипы. Наверное, это страшное оружие в умелых руках. Но и этого айна постигла та же участь, что и первого, только от другого нашего война. Глухой удар колотушкой о щит, шипящий свист сабли и айнского война не стало. Зато стало понятно, что наша охрана заранее договорилась между собой подпустить вражескую лодку к нашей джонке, чтобы немного развлечься и заодно поупражняться в рубке саблей на живых людях. Поэтому они так вяло и отстреливались, им просто захотелось подраться. Они не боялись проиграть, знали точно – достойных противников тут нет.

На палубу выскочил воин-вадзин с каким-то неизвестным нам оружием – меч, загнутый с одного конца и длинной рукояткой, всё вместе, около восьми чи длинной (примерно два метра тридцать сантиметров). Оказавшись на палубе, он очень красиво стал размахивать своим несуразным оружием, как недавно это делал самурай Каташи-сан. Наших воинов он не испугал, но очень удивил. Они как заворожённые смотрели на его движения, не пытаясь их прервать.

– Смотри,– сказал я, стоявшему рядом со мной Чже, – он танцует так же, как Каташи-сан.

– Нет. Каташи-джан махал мечём гораздо красивее – возразил Чже

– Ты с ним потанцуешь? – спросил я насмешливо, кивнув на воина-вадзин со странным оружием.

– Какой из меня танцор, господин? Я – воин! – сказал Чже, и направился на своих кривых ногах к вадзин, на ходу вынимая саблю из ножен и перекидывая щит со спины в левую руку.

Воин-вадзин махал своим оружием не долго – оно выло отбито щитом Чже, а сам он был разрублен саблей меркита наискось, от правого плеча до пояса. Оружие вадзин оказалась в руке Чже. Он повертел его, рассматривая, бросил его своим воинам. Но рассмотреть его они не успели, на судно взбиралось одновременно несколько пиратов. Завязалась схватка, если её так можно назвать, уж очень она скоротечная. На бой с участием степняков смотреть не интересно – это не пьяная драка в портовом кабаке. Всё происходит мгновенно, не успеешь и глазом моргнуть, как всё уже кончено и их противник падает, разрубленный саблей. Привыкли к конным сражениям, где всё происходит довольно быстро. Хотя сабля в степи – редкость. Это оружие богатых и знатных воинов. Степные варвары низкого происхождения обходятся всё больше дубинами и топорами в ближнем конном бою, которого они очень не любят. А любят они больше всего стрелять из луков, не ввязываясь в рукопашный бой. Саблями нашу охрану обеспечил наш божественный император. Как они им обрадовались! Как дети новым игрушкам. Ухаживали за ними, берегли, и очень быстро научились ими великолепно владеть. Лучше они ухаживали только за своим сложносоставным луком – своим основным оружием. Хранили его в коробе из бересты. Протирали его и чем-то натирали постоянно. Тетиву хранили отдельно. Я так и не узнал – из чего изготовлена тетива их луков, которая не боится морских солёных брызг.

На палубу выскочил ещё один воин-вадзин с таким же странным оружием, как и у предыдущего. На него тут же накинули аркан, связали и отволокли в сторону, чтобы не мешался.

Бой заканчивался. Нападавшие поняли, что эти два судна далеко не мирные купцы и с ними лучше не связываться. Уж очень много пиратов мёртвыми упали в море или окрасили палубу своей кровью. Айну бежали. Одну их лодку, как степного коня, наша охрана поймала арканом. С убитых айну и вадзин сняли всё ценное, а тела выкинули в море. Пойманную лодку привязали на аркане за нашей кормой. Тут как раз поднялся южный ветер, и наши джонки заскользили по волнам на север. Я приказал натянуть аркан, чтобы пойманная лодка не зарывалась носом в воду, но так, чтобы она и кормой не черпала.

Пока наша охрана грабила мёртвых, мы с Чже подошли к пленнику.

– Зачем вы его поймали, Чже? Что вы с ним собираетесь делать?

– Можно выкинуть его в море, можно подарить его тебе, господин. Но сначала, мне и моим воинам хотелось бы расспросить его об этом странном оружии.

– Ты думаешь, он понимает язык Поднебесной? Или хотя бы ваш?

Этот простой вопрос озадачил меркита. Он вопросительно посмотрел на пленника.

– Ну, наш-то вряд ли. Откуда ему его знать?

– Почему? Вы северные варвары и он – северный варвар.

– Мы с ним не один народ. Хотя вы, цзиньцы, считаете по-другому. Не только ты один, господин.

– Это шутка, Чже.

– Я не думаю. Вы, цзиньцы, действительно так считаете.

– Это правда. Но только не я. И мы не называем себя цзиньцы, мы, люди Срединного царства, называем себя ханьцы, в память той династии, к которой я имею честь принадлежать. Посмотри, Чже, тебе не кажется, что он понимает наш разговор.

Пленник, достаточно молодой человек, лет восемнадцати, двадцати, полулежал, прислонившись к борту, и смотрел на нас спокойным, равнодушным взглядом. В его глазах не было не отчаянья, ни покорности судьбе, только мелькала лёгкая тень досады. Но он явно понимал наш разговор.

Чже присел на корточки возле него:

– Ты понимаешь меня?

– Да, – ответил тот равнодушно.

Пленник спокойно смотрел на нас своими карими глазами.

– Дайте мне нож – сказал он.

– Зачем? – поинтересовался Чже.

– Зарезаться.

– Зачем? – не понял Чже.

– Потому, что это позор, когда тебя берут в плен, накинув на плечи колючую верёвку.

– Это не верёвка – явно с обидой возразил Чже, – а аркан из конского волоса. Ты никогда не видел аркана?

– Нет.

– Никогда не видел, а считаешь это позором. Кроме того, с живыми может случиться всё что угодно, с мёртвыми, никогда и ничего! Чингисхан четырнадцать лет провёл в плену, освободился и стал грозным и великим. А если бы он зарезался? Но я с тобой соглашусь – лучше бы он зарезался. Тогда бы мы с тобой не увиделись.

– Ты много болтаешь, Чже – прервал я его. – Парень всё равно ничего не понимает.

Чже посмотрел на меня и, усмехнувшись, сказал:

– «Блажен тот, кто ничего не знает: он не рискует быть непонятым».

Я был удивлён – грязный степняк знает слова нашего великого учителя Куна. Наверное, он слышал это где-нибудь и запомнил понравившуюся фразу. Чже не грамотный и прочитать её не мог.

– Как тебя зовут – обратился я к нашему пленнику.

– Кин – ответил он, – что значить, по-вашему – золото.

Меня как-то больно резануло по сердцу – Кин, это искажённое наше Цзинь – золото. Эти островные варвары не знали, что такое золото, у них не было даже слова, обозначающее его, и они взяли наше. Но не в этом дело. Кочевники захватили золото! Как это понимать? Не хорошее предчувствие обожгло мне душу. Но, слава нашим всемогущим предкам, оно не оправдалось и по сей день.

– Как называется твоё оружие? – спросил пленника Чже.

– Нагитана – ответил тот. – Длинный меч, по-вашему.

– По-моему, длинная у него только рукоятка? – недоумевал Чже.

– Ты не о том спрашиваешь его, Чже. – сказал я.

– О чём же его спрашивать, господин? Мы для того и заарканили его, чтобы узнать, что это за оружие.

– Это не главное.

– Что же тогда главное, господин?

– Главное, это узнать, что он знает и решить, нужен ли он нам.

– Зачем?

– Как зачем? Что бы узнать кормить его или скормить его рыбам. Вы то, степняки, своих рабов не кормите.

– Это правда, господин, – согласился со мной Чже, – таковы обычаи степи, но на севере мы рабов и собак кормим.

– И так, – обратился я к пленнику, – откуда ты знаешь язык жителей Поднебесной?

– Не только этот язык, но ещё и язык айну и тех людей, которые живут дальше на север отсюда, которые зовут себя нанай и нивх.

– С айнами понятно – ты среди них жил, хотя я слышал, что айны и вадзин враждуют между собой.

– Да, но не всегда. Мой отец был купец. Мы торговали по всему побережью этого моря, были и довольно часто были, и в вашей стране, господин. Отсюда и знание языков. Мои предки все были купцами. Мы с детства языки учим. Без языка торговать сложно.

– Вы торговали?

– Да. Шторм разбил наше судно. Мы до этой земли на полузатопленном судне добрались. Судно починить не удалось. Так здесь и остались.

– И занялись разбоем?

Пленник пожал плечами:

– Надо было что-то делать. Где-то надо было брать средства на починку судна и на покупку товара. Отец и старший брат набрали денег, построили судно и ушли на родину, домой. И опять занялись торговлей. А что мне дома делать? Торговля меня не привлекает. Я хочу стать самураем. А что бы стать самураем, надо прославиться и набрать отряд воинов. Потом поступить на службу к какому-нибудь сёгуну. Он бы дал мне землю, я стал бы самураем, здесь на границе, это возможно. Стал бы богатым и знатным. А теперь я у вас в плену и все мои надежды рухнули. Осталось только умереть.

Я поспешил его успокоить:

– Не огорчайся. Зарезаться ты всегда успеешь. Сёгуна ты, считай, нашёл в моём лице, если ты знаешь языки местных народов и хорошо владеешь оружием, а не только языком. А служить нашему божественному императору Срединной империи гораздо почётней, чем вашему. «Не беспокойся о том, что у тебя нет высокого чина. Беспокойся о том, достоин ли ты того, чтобы иметь высокий чин. Не беспокойся о том, что тебя не знают. Беспокойся о том, достоин ли ты того, чтобы тебя знали». Так говорит великий учитель Кун!

– Умирать лучше во славе и почёте на склоне лет в какой-нибудь великой битве – высказал своё мнение Чже.

Пленник промолчал. А я опять вспомнил слова учителя Куна и сказал Чже:

-«К молодым людям нельзя относиться свысока. Очень может быть, что повзрослев, они станут выдающимися мужами»

Чже усмехнулся, и ничего не сказал.

– Хорошо – сказал я. – Покажи Чже и его воинам искусство владения своим странным мечём, а потом расскажешь мне о своих странствиях более подробно.

Искусство владения длинным мечём, которое показал Кин воинам Чже, не очень-то их поразило. Красиво, конечно, завораживает, как танец. Но в степи не танцуют, в степи убивают. Там воевали все против всех и воевали жестоко. Война там не весёлая прогулка, не великолепное приключение, а жестокая, кровавая действительность, в чём я, впоследствии, убедился на собственном опыте. Но сейчас война в степи прекратилась. Чингисхан железной рукой привёл все племена степи к покорности. Но эти дикие псы привыкли к крови и, если, он их не натравит на кого-нибудь другого, они разорвут его самого. Но я надеюсь, что наш император сумеет их укротить, и они и дальше будут грызться между собой в своей холодной голодной степи, пока все не передохнут.

Рассказ Кина о торговых странствиях со своим отцом и братом, меня тоже не поразил. Обычные торговые путешествия. Покупали в Поднебесной шёлк и другие ткани, фарфор и прочие товары, ту же бумагу, в общем, всё то, что хорошо умели делать в Поднебесной и совсем не умели делать в окрестных странах. Всё это везли в Корею или в свою страну Ямато, продавали там, покупали на вырученные деньги железные изделия и везли их на север, в страну айнов или ещё дальше в страну нивх. Там всё это меняли на меха, а в стране нивх ещё иногда удавалось, и приобрести клыки неизвестного мне морского зверя. И этот товар опять везли в Поднебесную, в Корею или в Ямато. Что бы поразить моё воображение, Кин начал рассказывать, что далеко на севере, где обитают клыкастые морские звери, ночь зимой длиться полгода, и столько же летом длиться день. И ночью там прекрасные сполохи на небе бывают, и звери там все белые: и медведи, и лисы, и совы. Даже, сказал, что зимой там море замерзает.

Я его спросил:

– Ты всё это сам видел?

– Нет. Нам люди народа нивх рассказывали и айну – тоже.

– А им, в свою очередь, рассказали люди народа эвенкил, в страну которых мы направляемся. Это всё сказки! А народ эвенкил живёт гораздо севернее твоих нивх. И ни каких там белых медведей не водится, спроси хоть у Чже, он там зимовал несколько раз. А сказки, юноша, рассказываются затем, что бы всякие купцы вроде тебя или твоего отца, туда не плавали и не сбивали цены на клыки морского зверя.

– Туда плыть очень далеко. Айны рассказывают, что на северо-востоке острова Эдзо на север тянется цепочка островов, которые не что иное, как огнедышащие горы. Они доходят до другого огромного острова, где на самой его оконечности тоже живут айну. Айну считают, что весь мир состоит из островов. Так вот, если плыть дальше на север, как рассказывают местные жители, не айну, то можно попасть в страну, где обитают белые звери и морской зверь с огромными клыками, где полгода – день, а полгода – ночь.

– А на небе ночью полыхают что-то смешанное с радугой и зарницей? Ты сам-то в это веришь? Это сказка, красивая и страшная сказка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6