Убийство за бумажной стеной

Анастасия Корф

Убийство за бумажной стеной

Глава 1

Винный погреб

В висках стучали маленькие противные молоточки. Я попыталась поднять голову. На глаза упала темная пелена и свет погас.

Не знаю, сколько времени я провела в забытьи и сколько всего пролежала на ледяном полу, но тело отказывалось мне служить. Я просыпалась и засыпала с десяток раз. А как вы хотели, чтобы себя чувствовал человек, голова которого «встретилась» с бронзовой вазой? Неоднократно! Хвала богам, я еще на этом свете, а не отправилась с визитом к бывшим владельцам роскошной усадьбы. Им придется подождать. Дама не готова к свиданиям.

Когда, наконец, я смогла держать веки открытыми больше 15 секунд, моему взору предстала картина: в полутемном помещении, до отказа заполненном дубовыми бочками и бутылками из темно-зеленого стекла, находились два человека. Один из них – я, второй лежал с проломленной головой в противоположном конце зала. Не было никаких сомнений – он точно уже пировал с элитой из прошлого на мягких облачках.

Я настолько устала бороться с бесконечной утратой сознания, что даже не заорала. Свет в глазах надо беречь. Аккуратно приподняла руки и внимательно их осмотрела, потрогала ноги, попыталась пошевелить пальцами, из стороны в сторону повернула голову. Где-то на задворках сознания еще подавал признаки жизни курс по оказанию первой помощи: пострадавшего нельзя активно трясти и переворачивать. Даже, если этот пострадавший ты сам. Особенно, если этот пострадавший ты сам.

– Так, вроде все на месте. Видимых повреждений нет, все чувствую, – зачем-то я решила проговаривать свои мысли вслух. Голос звучал хрипло, звук то появлялся, то исчезал. – Значит, можно попробовать встать. Давай, Кира. Вперед.

Подбадриваемая самой собой, я аккуратно привстала на локтях, затем села. Молоточки вернулись в виски. Но слабо. Жить можно.

– Слушай, милая, ты же можешь ползти. Просто ползи на четвереньках…Интересно, эти разговоры с самой собой – тоже результат травмы?

Я стала на четвереньки и попыталась ползти. Атласная ткань скользила между коленками и каменным полом. Дело продвигалось плохо. Подергав ногами и загнав наряд почти под грудь, я сделала еще одну попытку.

– Хмм… Так эффективнее, но больно. Черт. Как они ползали по этим своим подвалам, нализавшись отборного вина из погребков? Они ведь точно нализывались.

Я болтала и ползла. Ползла и болтала. В конце туннеля был свет. Точнее, слабо светился дверной проем в самом конце огромного зала. Как всякое живое существо, я тянулась к свету. К трупу я решила не ползти. Экономила силы. Молоточки усиливали стук, но и я не из слабаков.

– Ну нет уж. Если я и упаду еще раз в обморок, то как можно ближе к двери.

У двери стало понятно, что коленно-локтевой марш-бросок – не единственное испытание на сегодня. Здесь был пролет из ступеней, а витая ручка находилась высоко. Придется попытаться встать на ноги. Как краб, треснутый об скалы, я принялась перебирать конечностями по ступенькам. Зачем-то решила ставить руки и ноги максимально широко. Показалось, что так надежнее. Кроме молоточков в голове начало бешено стучать сердце. Притом ни где-нибудь, а в горле. Кто-нибудь знает, зачем сердце перемещается по организму в зависимости от обстоятельств жизни? То становится комом в горле, то падает в пятки, то прирастает к желудку, то пытается пробить грудную клетку? А главное – как?

– Ладно. Довольно. Расселась тут, принцесса. Вставай давай!

Подбадриваемая самой собой, я ухватилась за выступы в двери и принялась карабкаться вверх как на скалодроме.

– О, видишь, и тупые занятия пригодились. А все говорили, ой, да зачем.

Но, чем выше по двери я поднималась, тем отчетливее чувствовала, как силы покидают меня. Всем телом навалившись на ручку, я буквально вывалилась в одно из помещений замка. Последнее, что помню перед очередным «выключением света» в глазах, удивленные и испуганные лица работников. Дверь винного погреба открывалась на кухню.

«Ну спасибо, что хоть не в бальный зал!» – пронеслось в голове и свет погасили окончательно.

Глава 2

Жизнь "до". Офис

«Собирайте чемоданы! Вы этого достойны! 3 дня в роскошном замке запомнятся на всю жизнь!»

Блондинка с ярко накрашенными губами ходила по лужайке перед огромным домом и счастливо улыбалась. Казалось, что это самые лучшие моменты в ее жизни. Нежное белое платье с тонким плетеным ремешком, скроенное точно по фигуре, почти незаметные туфли-лодочки самого базового цвета, красная помада. Образ девушки из интернета, ее голос, подача, и, безусловно, декорации заставляли остановиться на рекламе. Не каждый день такие очаровашки обещают легко исполнить мечту большинства девочек – пожить в настоящем замке. Как в сказке.

Зазвонил телефон и я вздрогнула. В последнее время замечала такое за собой. Стали очень пугать и раздражать резкие звуки. Уверена, так выходит усталость и вечные переработки. Офис с 8 и до бесконечности, на выходных – мамина дача. Потому что, «Ну Кирочка, здесь же все свое, свеженькое. Кто там знает, что на тех рынках и в магазинах продается». Мамины аргументы были самыми аргументированными в мире. А характер козерога самым непробиваемым, поэтому я садила, полола, окучивала, поливала и так до бесконечности с конца апреля и по середину октября. Отдыха не было ни здесь, ни там.

– Кира, привет! – в трубке материализовалась Вика, дизайнер их фирмы и по совместительству компаньон для кофе. – Ты мне на прошлой неделе сбрасывала задание. Я его не заметила, прости. Вот сейчас делаю, можешь подойти? Есть пару вопросиков.

– Да, конечно, минуту.

Я положила трубку и попыталась ногами нащупать под столом свою обувь – часто сидела босиком. Особенно, когда нужно было много думать. Мне казалось, что так процесс идет легче и продуктивнее. Кеды все никак не поддавались и пришлось нырнуть под стол с головой. Выбираясь обратно, пребольно ударилась. Видимо, этот удар стал роковым. Потому что в следующие несколько часов и дней я приму решение, которое кардинальным образом поменяет жизнь. Иначе никак не объяснить, почему я сделала то, что сделала. Наконец, я нашла свои конверсы – на них пришлось копить полжизни – и медленно, потягиваясь, пошла в сторону дизайнерского бюро.

– Смотри, – стрекотала Вика, словно сейчас не было десятого часа вечера. Ее вечная бодрость была предметом тайной зависти половины коллектива. Не человек – вечный двигатель. – Если ты хочешь, чтобы мы разместили наш лого на баннере, то нужно решить, что делать с конфликтом цветов. По нашему брендбуку, вот видишь, – и Вика ткнула своей модной дизайнерской компьютерной ручкой в книгу, которая лежала рядом. – Мы не можем поставить красный лого на синий фон. Это запрещено.

– Ладно, а что мы можем? – я достала телефон и приготовилась смотреть сторис блондинки с замками. Вике нужно просто присутствие человека рядом. Она и сама сейчас со всем разберется.

«Еще год назад я и сама мечтать не могла о такой жизни, а сейчас воплощаю в реальность мечты других. Это так круто! Только представьте: роскошные наряды, классическая музыка, изысканные блюда. И все это в настоящем японском замке. Вы почувствуете себя героинями и героями наших любимых книг и фильмов. Когда-то именно так танцевали, веселились и вели беседы сильные мира сего своего времени, а уже совсем скоро это сможете сделать и вы!»

Блондинка ходила по замку как у себя дома. Такие интерьеры – из прошлого – мне не нравились, но голос блондинки действовал магически. С ней хотелось пойти куда угодно.

Вика тоже оторвалась от своего десктопа и заглянула в мой экран.

– Прикинь, Вик, как раньше люди жили.

– Ну, некоторые и сейчас так живут. Просто к ним гостей на экскурсии водить не принято.

– Знаешь, вот мне вроде и не нравится этот замок. Да и жить во дворце я бы не хотела в принципе. Мне кажется, там страшно и одиноко, и призраки водятся. Тем более в старом. Я люблю новостройки.

– Я тоже.

– Но мне почему-то нравится эта идея. Пожить в другой эпохе. Вырваться из рутины. Наверное, это здорово перезагружает мозг. Я вот на прошлых выходных просто на другое озеро съездила и то по-другому себя чувствовала. Как будто в путешествие небольшое. Тут вот тоже программа на три дня. И не далеко, вроде. Может махнуть?

– А что там по датам?

– Сейчас посмотрю. Вроде, что-то в начале августа.

Я перемотала сторис блондинки в обратную сторону.

– Нет, немного ошиблась. В конце июля. О, у меня там как раз может быть отпуск. Я пока точные даты не ставила. Просто вторая половина лета.

– Почему нет? Новые впечатления полезны.

Вика погрузилась в работу, я продолжила изучать страницу блондинки, которую увидела сегодня совершенно случайно. В тот момент я, конечно, не могла даже представить, как сильно эта «случайность» изменит жизнь. Если бы знать наперед. Ни за то бы не согласилась. И ничего бы не произошло. Ни хорошего, ни плохого. Все было бы привычно, обыденно, как всегда. Но, может, это и хорошо. Чай, уже не маленькая девочка в ожидании чуда. Взрослая. С обязанностями, задачами и одиночеством.

Я давно поняла, труд и одиночество – мой удел. Вернее, для себя решила. Отношений не было и не предвиделось, а значит – так тому и быть.

«От работы дохнут кони, ну а я бессмертный пони» – глупенькая рифма частенько играла в голове, когда я вставала из-за стола в офисе только на следующий день. Хотя пришла на работу в предыдущий. Поначалу было полно энтузиазма и желания творить. Еще бы! Меня – вчерашнюю студентку и девочку без блата – взяли на работу в крупную корпорацию. И не просто бумажки перебирать или следить за водой в кулере, а отвечать за связи с общественностью. То есть, быть рупором компании в мир. Я о таком и мечтать не могла на своем филологическом. Откликнулась на вакансию без надежд, но – о, чудо – и на собеседование пригласили, и на работу. Поэтому вначале работала не за двоих – за троих. Чтобы не разочаровать, не потерять доверия, показать, что сделали правильный выбор. Тот период помнился смутно. Только то, что от напряжения дергались оба глаза одновременно и постоянно хотелось есть. По наивности я предполагала, что трудолюбие, мозги и креатив помогут «сделать карьеру». Поэтому еще пару лет я думала, что иду к цели. Но, оказалось, что повышают совсем не за это. И, кстати, не за то, о чем вы подумали. За это тоже повышают редко. А вот за подхалимство, стукачество и даже тупость – да. Большинство начальников, которые встречались на моем пути, стремились окружить себя сотрудниками, которые, мягко выражаясь, не отличаются большой сообразительностью, зато прекрасно делают кофе, заискивающе смотрят в глаза и выполняют все, даже самые глупые, задания Следующие пару лет я проработала по инерции. И вот сейчас, видимо, окончательно выдохлась. От бесперспективного бега.

– Кира, аууу! – Вика пыталась вырвать меня из моих мыслей.

– А?

– Ты вообще меня не слушала?

– Прости, неделя – дрянь. Все как-то надоело разом, голова совсем не «варит».

– У тебя случилось что-то? – Вика с тревогой посмотрела на меня.

Очень добрая и очень сочувствующая девочка эта Вика. В коллективе лютых орков она – настоящий лучик. Всегда улыбается. На нее можно положиться. Если дизайн делает она, я знаю, что все будет ок. Вот и сейчас Вика пыталась понять, насколько сильно я задолбалась по шкале от 1 до бесконечности. И, если по ее внутреннему барометру, цифра будет больше 5, то она отпустит меня домой и всю нашу общую работу сделает сама. И ни единого слова упрека. Только безусловная поддержка.

– Эх. Вик. Если бы все были такими же внимательными и эмпатичными, мы жили бы в гораздо более комфортном мире.

Вика тоненько засмеялась. Ее смех был отражением ее самой: тонкой, звонкой и настоящей.

– Перестань.

– Да это факт. Факт. Вот сейчас я примусь жаловаться тебе на жизнь. Ты отпустишь меня домой и сама будешь биться над макетами, хоть час, хоть два. И завтра я приду, а на столе – о, чудо. Вполне себе рукотворное.

– Перестань, – повторила Вика. – Но, если тебе нужен отдых, то, конечно, иди.

– Я и сама не знаю, что мне нужно. Все так… опостылело. Боже, откуда я знаю это слово? Это не мое, мне подкинули. Но это именно то, что я чувствую. Я ничего не хочу. И никуда не хочу. Я, честно говоря, даже домой не хочу. И тут оставаться не хочу. Сейчас перед тобой сидит биоробот. Снаружи человек, а внутри – механизм для выполнения задач. Меня ничего не радует…

– Ну все, можешь идти домой!

Мы обе засмеялись.

– Быстро же ты сдалась. Я даже к основной части программы не подошла.

– Я догадливая. И недавно читала про то, что чужие негативные эмоции очень заразны.

– Ааа… – протянула я. – А я-то думала, что ты настоящий друг, а ты просто себя оберегаешь. Фу такой быть.

И мы снова засмеялись. Какое-то время еще порешали рабочие вопросы. А потом я все-таки отпросилась у Вики и побежала на последнюю маршрутку. Вика – счастливый обладатель личного транспортного средства – жила в совершенно противоположном конце города. А в мой «конец» общественный транспорт ходил из рук вон плохо. Да что там говорить, даже таксисты не жаждали ехать туда. Что, кстати, вызывает мое искренне недоумение и возмущение. Давно ли в такси стали работать миллионеры? Или как еще объяснить их избирательность? Они все стараются брать заказы только в центре. Там должна быть и точка «А» маршрута, и точка «Б». В мои «Чигири» никто ехать не хочет. Пару раз я даже ночевала в офисе. Очень неудобные, скажу я вам, в нашей переговорной комнате стоят стулья.

– Беги, конечно. И на самом деле подумай про отпуск. Ты очень грустная в последнее время. А у человека энергия – это самое главное!

– Это ты тоже в статье прочитала? Где про негативную энергию?

– Ага! – Вика, полностью погруженная в процесс, слушала меня вполуха. – Ой, нет. В другой, но это и не важно. Тоска зеленая – первый шаг к депрессии.

– Понял. Принял. Ушел.

Глава 3

Жизнь "до". Дом

Дома я была в 11 вечера. Около получаса просидела на тумбе в прихожей, тупо листая ленту. После ванны еще поскролила ленту. Ни есть, ни пить мне не хотелось. Ужина от меня никто не ждал – в моей холостяцкой квартире давно не ступала нога мужчины. Точнее, не ступала нога моего мужчины. Сантехники, слесари, плиточники, электрики и прочие помощники сильных и независимых не в счет.

На глаза опять попалась блондинка с замком. Призывный текст с упором на человеческие боли, фотографии необычных интерьеров, презентабельная внешность блогерки – я знала все эти «продажные» уловки не хуже команды маркетологов по ту сторону экрана. Это все пыль в глаза, мыльный пузырь. Там не будет и вполовину так хорошо и весело как они рассказывают. И вообще это какое-то странное, даже туповатое развлечение для губастиков, которые решили «примкнуть к аристократии». То есть, скучающих богатеек, которым просто нечем заняться, пока очередной «масик» зарабатывает кэш. А они – губастики – решили, что уже можно сделаться «элитой».

«Масика» у меня нет, лишних денег тоже. Сама не знаю, как так получилось, но тем же вечером я оформила предзаказ и внесла предоплату за «лучший тур выходного дня, который вы, мои красавицы, запомните на всю жизнь».

Блондинка с красными губами и сама не подозревала, насколько окажется права. Во всяком случае, в конкретно моем случае. Уж простите за тавтологию. Но об этом не подозревала и я. Просто очень хотелось добавить хоть каких-то красок в мою серую, однообразную, одинокую жизнь.

Глава 4

Жизнь «До». Аэропорт. Встреча

Колесики чемодана бодро отстукивали один из самых любимых ритмов. Даже от него немного захватывает дух. Я шла в зону вылета и мое сердце замирало. Не так часто я бываю аэротуристом и еще не успела привыкнуть к аэропортовской жизни. Для меня все здесь жутко романтично, а то, что огромные махины поднимаются в небо и куда-то летят, еще и волшебно. Вообще все вокруг волшебство, если не понимаешь физику.

Возле кресел стояли ярко одетые девушки. Они о чем-то переговаривались и улыбались, изо всех сил стараясь скрыть смущение первых минут встречи. Среди них я сразу увидела и узнала ту самую блондинку из видео. Она выглядела гораздо проще, но все равно выгодно отличалась от большинства. Светлый льняной костюм-тройка. Да-да, с жилетом! Замшевые светло-коричневого цвета лоферы, такого же цвета сумка. На лице – минимум косметики, волосы собраны в высокий хвост. В моем детстве такой вид хвоста называли конским. Единственное, что роднило нынешнюю блондинку и девушку из рекламы – ярко красная помада.

«Хороший маркетинговый крючок, – подумала я, – точно врежется в память и выделит из толпы».

Заметив, что я иду в их сторону, блондинка сделала шаг вперед и несколько секунд следила за моей реакцией. Она пыталась понять из их ли я «стаи». Я улыбнулась. Блондинка уверенно пошла на встречу.

– Здравствуйте! И добро пожаловать в путешествие, которое захочется повторять снова и снова! Меня зовут Ирина и я очень рада знакомству!

– Добрый день! – только и смогла я выдавить в ответ. Несмотря на достаточно публичную профессию, я типичный интроверт. И вот так, непринужденно, вести себя в кампании незнакомых людей – испытание.

Сам рейс до Токио, длящийся неприлично долгие 12 часов, я запомнила плохо. Потому что почти весь полет спала, что даже удивительно для аэрофоба. Но перелет был ночной, а я очень устала. На работе решили, что, если уж и отправлять такого ценного сотрудника в отпуск, то только выжав из него все соки. Последняя неделя на работе была не гуманной. Зато в небе никаких проблем. Усталость и стресс меня усыпили. Это мой первый такой долгий перелет. До сих пор я любовалась на облака всего несколько часов – по пути в Сочи, в командировку.