Дачные страшилки

Анастасия Безлюдная, Екатерина Земляничкина

Дачные страшилки

© Земляничкина Е., текст, 2025.

© Безлюдная А., текст, 2025.

© Стеблева В., иллюстрации, 2025.

© Издание на русском языке, оформление. Строки, 2025.

Садоводство «Точка»

Рома шёл по дороге и пинал осколок кирпича. Было совершенно непонятно, откуда взялся этот осколок: все дома в дачном посёлке были деревянные. Но неожиданная находка даже повеселила Рому: теперь он не просто шёл к воротам, скрывающим старые дачи от остального мира, а отрабатывал удары. Кирпич нельзя было пинать слишком сильно, иначе он мог улететь в канаву, и нельзя слишком слабо: это было бы просто неинтересно. Всё Ромино внимание было сосредоточено на расчёте правильной силы удара. И когда после очередного толчка кирпич улетел с дороги и звонко стукнулся о столб, на котором висела табличка «Садоводство „Точка“», Рома удивился. Обычно путь до ворот занимал минут пятнадцать. А с кирпичом он, кажется, прошёл его всего за пять. Рома приходил к этой табличке каждый вечер уже целую неделю. За воротами открывался вид на дорогу, по которой родители привезли его на лето к бабушке на дачу. И Рома всё надеялся увидеть на дороге знакомую машину и родителей, которые поняли свою ошибку и вернулись за ним. Делать на даче было совершенно нечего: комп остался в городе, в дачном посёлке жили одни старики и малышня, целыми днями визжащая и не вылезающая из песочницы. Единственным интересным занятием для Ромы стала охота за чёрным котом. Кот иногда появлялся перед бабушкиным домом, и сколько Рома ни пытался его выследить, тот всегда неожиданно исчезал. Рома даже бабушке один раз пожаловался на неуловимого кота, но та только рукой махнула: нет у нас в посёлке никаких чёрных котов. Померещилось, наверное.

* * *

Но сейчас Рома не думал ни про кота, ни про бабушку. Он выглянул за ворота и посмотрел на дорогу. Она была совершенно пустой. Рома прислушался: может, вдали раздастся шум и рычание двигателя? Тихо. Только монотонный треск кузнечиков доносился из густой травы. Рома со всей силы пнул железные ворота. Родители не приедут! Всё лето он будет торчать в этой «Точке» мира. Рома нагнулся, нашёл в траве осколок кирпича и подошёл к столбу с табличкой. Понадобилось всего полминуты, чтобы зачеркнуть на табличке букву ч и нацарапать букву с. Получилось «Садоводство „Тоска“».

– Тоска беспросветная, – пробормотал Рома и бросил осколок кирпича в кусты.

Из кустов тут же раздалось возмущённое мяуканье, и на дорогу выскочил чёрный кот. Рома не поверил своей удаче: ещё ни разу ему не удавалось увидеть его так близко. Кот махнул хвостом и, не глядя на Рому, пошёл по дороге вдоль заборов. Рома двинул следом. Кот в этот раз не исчезал, шёл неторопливо, словно хотел, чтобы Рома не отставал. Они прошли несколько поворотов, пересекли пожарную дорогу, свернули на соседнюю улицу, потом на другую и наконец вышли к дальнему краю посёлка. Здесь за домами уже начинался лес. Кот оглянулся, посмотрел на Рому и юркнул в дыру в покосившемся деревянном заборе. Рома посмотрел по сторонам. На этой улице он ещё не был. Старый дом, торчащий из-за забора, за которым скрылся кот, выглядел совершенно заброшенным. Крыша сползла набок, маленькое окно на чердаке заколочено. Рома подошёл к забору, прижался к шершавым доскам щекой и заглянул в щель. И тут же отскочил назад. Из щели, с той стороны забора, на него смотрел чей-то глаз.

– Эй, кто там? – тихо спросил Рома, глядя на щель.

– Это ты там, а я здесь! – За забором раздались смех и возня. Одна из досок забора скрипнула и отодвинулась. За ней Рома увидел кудрявую голову.

– Я Маргаритка. Мы с Ма́ртином, моим братом, тут живём, – пояснила кудрявая голова и улыбнулась. – А ты кто?

– Рома.

– Далеко живёшь? – спросила Маргаритка. Она с явным любопытством рассматривала Рому из-за забора.

– На Тринадцатой улице в зелёном доме. – Рома махнул рукой, показывая, где его дом.

– С кем ты там болтаешь? – За забором послышался мальчишечий голос, звонкий и встревоженный.

Маргаритка вздрогнула и быстро задвинула доску на место. Рома снова смотрел на забор.

– Уходи скорее, тебе нельзя тут! – раздался Маргариткин шёпот. – Мы вечером с Мартином придём к тебе в гости.

И Рома услышал Маргариткины убегающие шаги.

* * *

До самого вечера Рома не находил себе места: он ждал, придёт его новая знакомая с братом или нет. И когда скрипнула калитка, Рома бросился встречать гостей. Маргаритка с Мартином оказались двойняшками; кудрявые, кареглазые, они словно сошли с ретрооткрытки. Даже одежда у них была необычная: вместо кроссовок – ботинки, вместо футболок – смешные рубашки. Но всё это было совершенно неважно! В конце концов, какая разница, кто как одет? Главное – у Ромы появились друзья!

– Идёмте скорее ко мне на чердак! – пригласил гостей Рома и распахнул перед ними дверь.

Первый вечер

На чердаке пахло соломой и яблоками. Ребята устроились на мягком пледе, и Рома достал из рюкзака угощение – пакет с чипсами, который он привёз из города.

– Мои любимые: «Сметана и лук». – Рома надорвал пакет и поставил его посередине, чтобы всем было удобно брать. – Угощайтесь!

Мартин взял одну чипсину, покрутил в руке и положил обратно:

– Я больше картошку с луком люблю!

– Чипсы со вкусом картошки? – удивился Рома. – Это что-то новенькое. Я такие не пробовал.

– А ты что, ешь в своей комнате? – спросила Маргаритка.

– Не ем, а перекусываю. – Рома закинул в рот сразу три чипсины и захрустел.

– Похоже, ты не знаешь страшную историю про богов объедков, – тихо произнёс Мартин и начал рассказывать…

Боги объедков

Один мальчик очень любил есть в кровати. Бабушка всё время его ругала, говорила, из-за этого муравьи в доме заведутся. А мальчик бабушку успокаивал: мол, он аккуратно ест, ни одна крошечка мимо рта не падает. А сам незаметно крошки в щель между кроватью и стеной смахивал и огрызки от яблок туда же запихивал. Раз в неделю бабушка заставляла мальчика наводить порядок: вытирать пыль и мыть пол в его комнате. Мальчик особо не старался: намочит тряпку, поелозит ей по полу немного – вот и вся уборка. Под кроватью ни разу за всё лето не помыл. А бабушка старенькая уже была, ей нагибаться тяжело, вот она и не видела, какой склад объедков у мальчика там накопился.

Однажды ночью проснулся мальчик и чувствует: кусает кто-то! Больно кусает, но не как комары, по-другому. Вскочил мальчик с кровати, свет включил – нет никого! Удивился: неужели показалось? И снова спать лёг. Да только понимает: опять его кто-то кусает. «Наверное, муравьи пришли, – подумал мальчик. – А разбегаются, потому что света боятся».

Решил он тогда муравьёв перехитрить – фонарик на телефоне включил. И опять никого! Вдруг что-то острое впилось мальчику в руку.

– А-а-а! – заорал мальчик, руку к глазам поднёс, а там маленькое стёклышко, размером с крошку. «Откуда тут стёкла?» – подумал мальчик. А потом вспомнил, что перед сном ел булку с сахарной обсыпкой. Вот эти сахарные «стёклышки» осы́пались и кололи его, а вовсе никакие не муравьи.

* * *

– Ой, боюсь, боюсь! – фыркнул Рома. – Ну всё, теперь только за столом буду есть! Скучная какая-то страшилка, совсем не страшная.

– Так это ещё не вся история! – возмутился Мартин. – Слушайте дальше!

* * *

После этого ночного происшествия решил мальчик больше в кровати не есть, а то что же, каждый раз из-за случайной крошки просыпа́ться?

Прошло несколько дней. В субботу с утра пораньше бабушка объявила день уборки. Мальчик под кровать заглянул: любопытно ему стало на свой склад объедков взглянуть. Смотрит – а там пусто, ни одной крошечки. «Странно, – подумал мальчик, – неужели бабушка всё убрала, пока я гулял. Почему тогда не отругала меня…» Но потом он решил, что бабушка просто забыла. Вот если бы мама этот склад обнаружила – точно бы не поздоровилось! Но мама с папой в городе остались, работы у них много было. Так что, считай, повезло!

На ужин в тот день была тушёная капуста. Мальчик её терпеть не мог, поэтому сказал бабушке, что не голодный. Бабушка распереживалась, не заболел ли внук, пощупала ему лоб и отправила спать пораньше. Среди ночи мальчик проснулся. В окно светила полная луна, а желудок недовольно урчал, словно голодный о́боротень. В голове прозвучало: «Надо подкрепиться!» Мальчик встал с кровати и пошёл на кухню. Он не стал включать свет, чтобы не разбудить бабушку. Стараясь не шуметь, мальчик открыл шкафчик и достал пакет пряников и баночку гречишного мёда. Но только он сделал шаг к столу, как ноги внезапно подкосились, и мальчик грохнулся на спину. Он попытался встать, но не смог: его будто паралич сковал! Сердце заколотилось у мальчика у груди. Он был как брошенная на пол игрушка – совершенно неподвижный и беспомощный.

Вдруг тело мальчика стало приподниматься над полом! Туловище больше не подчинялось ему, оно двигалось само по себе, словно зомби. Правда, зомби, похоже, был в глубоком обмороке: мальчик медленно скользил над полом вниз спиной. В такой странной позе мальчик вылетел из дома и направился к лесу, который начинался сразу за забором. В лесу со всех сторон раздавались шорохи и жуткие звуки: где-то ухала-хохотала сова, лохматый зверь жалобно причитал в кустах. Мальчик пролетел над узенькой тропинкой, а потом, всё так же словно лёжа на спине, понёсся прямо сквозь кусты. Острые ветки царапали его, на лицо налипла паутина, одежда намокла от вечерней росы. Мальчик не мог ни слова вымолвить от страха, только крепко прижимал к груди пакет с пряниками и баночку мёда, как последние вещи, которые связывали его с домом.

Внезапно полёт над землёй остановился. Тело мальчика тут же освободилось от невидимых оков и упало на землю. Он привстал и огляделся: он был на поляне. Посреди поляны возвышался огромный серый валун. «Камень для жертвоприношений!» – с ужасом подумал мальчик. И вдруг в голове у мальчика прогремел голос:

– Достань пряники из пакета!

Мальчик вздрогнул и весь покрылся противными мурашками. А голос в голове продолжал приказывать:

– Поломай пряники на мелкие кусочки и разбросай по поляне!

Дрожащими руками мальчик разорвал пакет и стал крошить пряник на землю.

– Быстрее! – Голос в голове подгонял мальчика, и тот стал крошить пряники двумя руками.

– Открой банку и вылей мёд на землю! – последовал новый странный приказ. Но мальчик не смел ослушаться. Голос, казалось, жил и командовал прямо в его голове. Мальчик липкими от пряников руками отвинтил крышку и стал выливать из банки тягучий мёд.

– Теперь возвращайся домой! – скомандовал голос.

Мальчик сделал пару шагов, а потом замер в растерянности.

– А в какую сторону идти? – прошептал мальчик.

– Прямо шагай! – крикнул голос в голове.

Мальчик подскочил от неожиданности и бросился бежать. Он нёсся, продираясь сквозь заросли кустов. Опавшая хвоя больно колола босые ноги, еловые ветки хлестали по бокам. А голос в голове приказывал, куда поворачивать и в какую сторону двигаться дальше. Наконец показалась родная дача! Мальчик влетел в дом и без сил упал на кровать.

– Чего разлёгся? – возмутился голос. – Иди на кухню и обсыпь себя сахаром!

– Ну, это уж слишком, – всхлипнул мальчик. – Почему я должен тебя слушать? Кто ты такой?

– Я бог объедков! – гордо произнёс голос. – И с этого дня ты каждую ночь будешь относить дары к моему алтарю. В лес.

«Кажется, я сошёл с ума», – обречённо подумал мальчик. Он пошёл на кухню, достал банку с сахаром и высыпал его себе на голову. В левом ухе что-то неприятно защекотало, и оттуда выполз огромный муравей. Но мальчик этого не видел. Он сидел за столом и беззвучно плакал, проклиная тот день, когда начал есть в кровати.

А муравей забрался к мальчику на макушку, устроился там и принялся лакомиться сахаром, блестевшим в волосах мальчика. Теперь этот человечишка будет каждую ночь приносить еду к их муравейнику. И боги объедков будут всегда сыты!

* * *

– Да ну, ерунда какая-то! – фыркнула Маргаритка. – Как муравьи его в лес утащили? Он же тяжёлый!

– Ха, – усмехнулся Рома, – между прочим, муравей может поднять груз в пятьдесят раз больше собственного веса. А их там целая толпа была.

– А я сейчас Маргаритку домой утащу, – улыбнулся Мартин. – Нам пора. Поздно уже.

– Но мы завтра вечером придём! Будешь нас ждать? – спросила Маргарита.

– Конечно, – кивнул Рома и протянул друзьям пакет чипсов. – И чипсы заберите! По дороге съедите, а то мне что-то есть совсем перехотелось.

Второй вечер

Весь следующий день Рома смотрел на часы: скоро ли наступит вечер? Но день тянулся долго-долго. После обеда Рома вспомнил страшилку про бога объедков и решил навести порядок у себя в комнате на чердаке: подмёл пол, собрал все фантики и выбросил мусор. Бабушка очень удивилась: раньше Рома никогда не рвался делать уборку. А Рома так увлёкся, что не заметил, как наступил вечер. И даже не слышал, как на чердак поднялись Мартин с Маргаритой.

– Привет! – сказала Маргарита. – Ты, похоже, нас и не ждёшь!

– Наоборот! – похвастался Рома. – К вашему приходу уборку сделал! Сейчас ещё музыку включу, и вообще красота будет!

– Музыку? – удивился Мартин. – Как?

– На колонке, – объяснил Рома.

– На коленке? – переспросила Маргарита.

– Нет, – рассмеялся Рома и достал из рюкзака маленькую умную колонку.

– Включи музыку, – громко сказал Рома. Колонка мигнула, и из динамика полились первые ноты. Мартин и Маргарита с открытыми ртами смотрели на колонку.

– Вы что, никогда умных колонок не видели? – удивился Рома.

Мартин и Маргарита покачали головами.

– Мы и глупых колонок никогда не видели, – призналась Маргарита. – У нас в посёлке колонки только с водой.

– Тогда я вам сейчас про одну умную колонку расскажу! – Рома выключил музыку и начал рассказ.

Шумная колонка

Одному мальчику на окончание учебного года родители колонку подарили. Умную, беспроводную, которая команды понимает. Скажешь колонке: «Включи музыку!» – и можно ходить с ней по квартире или по улице, песни петь. Но песни петь мальчик не любил, а вот музыку громко слушать ему очень нравилось. Выйдет мальчик во двор, сядет на скамейку, скажет колонке: «Включись на полную громкость!» – и слушает, улыбается. Рядом женщина с коляской малыша спать уложить пытается, а музыка на всю улицу орёт. И малыш в коляске орёт: уснуть не может. Подошла женщина к мальчику, попросила потише сделать, а мальчик только рассмеялся в ответ. Колонка так громко играет, что мальчик не слышит, о чём его просят. Смотрит: перед ним тётя с коляской, словно рыба какая-то, беззвучно рот открывает. Смешно же! Поняла женщина, что мальчик не сделает тише, ушла в парк малыша укачивать. Приехал домой сосед – пилот самолёта. У него ночной рейс был; очень устал. Спать хочет. А из-за музыки стёкла в окнах звенят – не уснуть. Выглянул уставший пилот в окно, попросил мальчика потише сделать. Но мальчик и его не услышал. Сидит на скамейке, ногами в такт музыке качает. Пришлось пилоту голову не на подушку, а под подушку положить.

Так и ходил мальчик с колонкой во двор каждый день. Все соседи не знали, куда от его музыки спрятаться. Уже собирались в полицию идти жаловаться. Но не успели: родители мальчика на лето на дачу отправили, воздухом дышать и в озере купаться. Уехал мальчик, и сразу во дворе тишина наступила: колонку мальчик с собой забрал.

Приехал мальчик к бабушке, пирожков наелся, воздухом чистым надышался и до обеда проспал. Бабушка даже испугалась: не заболел ли? Но мальчик её успокоил: зачем рано вставать? В школу же не надо! Так и стал проводить каждый день: до обеда спит, а потом долго уснуть не может. Хорошо, колонка всегда под рукой. Позавтракает мальчик в три часа дня, берёт колонку, скажет ей включиться и идёт по посёлку гулять. «Тыц-тыц-тыц» по всему садоводству разносится. Разря́ди́тся колонка – мальчик домой бежит. Покушает, колонку заря́ди́т и снова на улицу выходит. Поздно уже, в домах везде свет выключают: спать ложатся. Но мальчик-то спать ещё не хочет. Гуляет, музыку слушает, никому спать не даёт. Все ему замечания делают, на часы показывают, а он не слышит никого – так громко у него колонка играет. Однажды вечером дошёл мальчик до дальней улицы – у самого леса. Смотрит: дом стоит. Старый совсем, покосившийся. Краска на стенах облупилась вся, крыша провалилась. Интересно стало мальчику, что в доме внутри. Решил он в окно заглянуть. Сказал колонке музыку погромче сделать. И как раз песня такая ритмичная началась, словно подталкивает его: иди, иди! Подошёл мальчик к дому, а от него словно холодом повеяло. И на колонке помехи пошли: не музыка, а скрежет да шипение. Стукнул мальчик рукой по колонке, чтобы не шипела на него, а нормально играла. Колонка на секунду затихла, но потом снова трещать стала. Только среди треска хриплый голос послышался:

– Не шуми, мальчик! Кто шумит – бесшумно исчезнет…

Вздрогнул мальчик, колонку в траву уронил. И она затихла сразу. Оглянулся мальчик, чтобы найти, кто его разыграть решил. А вокруг ни души. Только ставни в заброшенном доме скрипят. Схватил мальчик колонку и бросился назад – к своему дому. Бежит и думает: «Это мне показалось, наверное, потому что вовремя спать не лёг».

Забежал в дом, колонку на зарядку поставил, в кровать лёг и уснул сразу. Приснилось ему, что кто-то тёмный над кроватью склонился и несколько раз повторил: «Не шуми!»

На следующий день мальчик ещё позже проснулся – не к обеду, а к ужину. И про сон свой забыл уже. Поел, колонку схватил и гулять пошёл. Музыка орёт, соседи головами качают: устали за день в огороде работать, отдохнуть хотят в тишине. А мальчик колонке сказал громкость на максимум сделать, идёт по поселку, камни на дороге пинает. Темнеть стало. Все спать ложатся, а музыка из колонки «Тыц-тыц-тыц!» – не уснуть никому. Полночи мальчик музыку слушал, пока колонка не разрядилась. Вернулся он домой, поел в темноте и спать лёг. И снова сон ему снится, словно тёмная фигура над кроватью склонилась, от неё холодом повеяло – даже под одеялом мурашки побежали. Поёжился мальчик во сне. Колонка, стоявшая рядом с кроватью на зарядке, красным огоньком мигнула и затрещала.

– Зря ты шумел, мальчик, – раздался хриплый голос сквозь треск.

Колонка снова мигнула и затихла. И тёмная фигура исчезла.

Проснулся мальчик, открыл глаза, чувствует: сердце как сумасшедшее колотится и ладони все потные, липкие. «Это же просто сон, – думает. – Чего я так испугался?» Смотрит мальчик в окно – а на улице ночь! Хотел мальчик бабушку позвать, спросить: он что, до ночи проспал? А рот открыть не может. Губы словно приклеенные. Замычал мальчик: «М-м-м!» – а колонка включилась, и снова красная подсветка зажглась. Мальчик снова мычит: «М-м-м!» Ещё ярче красная подсветка вспыхнула, и колонка тихо затрещала:

– Команда принята́. Перевожу вас в беззвучный режим!

Смотрит мальчик, а руки и ноги у него словно сдуваться начали. Как воздушный шарик, который иголкой проткнули. Хотел мальчик закричать и на помощь позвать, но даже замычать не смог: беззвучный режим сработал. Мальчик сдутыми руками машет, а за руками и туловище сдувается, и голова! Весь сдулся. Маленьким стал и плоским. На 3D-стикер похожим. Лежит на полу, звука издать не может.

Утром бабушка в его комнату пришла со шваброй – пол подмести. Смотрит: кровать пустая, незаправленная. Покачала бабушка головой, подумала, что внук гулять убежал. Только чудо-колонку свою почему-то оставил. Забыл, наверное. Мальчик лежит на полу, пытается бабушке знаки подать: «Я здесь! Я никуда не убежал!» Но на беззвучном режиме бабушка его не услышала. Быстро веником на совок замела и весь мусор в печку бросила. Так мальчик и пропал. Беззвучно.

* * *

Рома замолчал. Мартин покосился на колонку, стоящую у ног Ромы. А Маргарита вскочила на ноги и потянула Мартина к выходу.

– Поздно уже! – сказала она. – Мы завтра вечером снова придём. Только ты колонку больше не доставай, а то вдруг она нас на беззвучный режим поставит.

И ребята побежали вниз по лестнице.

Третий вечер

Утром Рома проснулся оттого, что где-то на улице громко выла собака. Рома попытался натянуть подушку себе на голову, но вой всё равно было слышно.

– Включи музыку! – попросил Рома колонку, надеясь, что она будет играть громче собачьих завываний. Но колонка мигнула и погасла: разрядилась.

Рома скинул одеяло, встал с кровати и открыл рюкзак. Пошарив в нём рукой, Рома нахмурился. Зарядки не было! Тогда он вытряхнул всё содержимое рюкзака на пол. Скомканные бумажки, обёртки от шоколадок, бутылка с недопитым лимонадом, огрызок карандаша – все Ромины сокровища красовались в центре комнаты. Только зарядка как свозь землю провалилась. «Лучше бы фантики в городе забыл!» – вздохнул Рома и стал запихивать всё обратно. Потом посмотрел на колонку и тоже спрятал её в рюкзак. «Не достану больше. Как раз как Маргарита хотела», – усмехнулся Рома.

Вечером, когда Мартин и Маргарита подня́ли́сь на чердак, Рома не стал напоминать про колонку. Зато рассказал про собаку, разбудившую его утром.

– Да, – вздохнула Маргарита, – собаки часто горюют по своим хозяевам.

– Как это – горюют? – удивился Рома.

– А ты разве не знаешь историю про чёрного щенка? – И Маргарита начала рассказывать.

Чёрный щенок

Одна девочка поехала с родителями на дачу. По дороге папа притормозил на обочине – купить ягоды у местных бабулек. Те сидели на раскладных стульчиках и торговали клубникой, солёными огурцами и букетиками садовых цветов. Но перед одной бабушкой стояли не банки с ягодами, а картонная коробка. Эта бабушка была похожа на ведьму: из-под чёрной косынки торчали клочья седых волос, а на горбатом, как у Бабы-яги, носу росла огромная бородавка. Из стоящей перед ней коробки раздавался то ли стон, то ли плач. «Наверное, жабами или пиявками торгует», – хихикнула девочка и заглянула в коробку. В коробке копошились щенки, чёрные как ночь. Только у одного на лбу было белое пятно, похожее на слепой глаз.

– Ой, щеночки! Какие милые! – воскликнула девочка. – Мам, пап, давайте купим!

Родители не хотели покупать щенка, но девочка не сдавалась: ныла и канючила: «Хочу щеночка!» – и в конце концов уговорила родителей. К тому же мама подумала, что на даче от щенка не будет столько вреда, сколько было бы в городской квартире. Да и дача была не их: они просто снимали её на лето. Поэтому можно было не беспокоиться, что дом пропахнет псиной.

Папа расплатился с «Бабой-ягой», посадил щенка в бумажный пакет и велел девочке следить, чтобы пёс не испачкал салон машины.

На даче мама освободила для щенка одну из коробок, в которых они перевозили вещи. Девочка постелила туда старое одеяльце. В красную миску в горошек налила воду, в зелёную с ромашками положила еду.

Девочка была счастлива! Целыми днями она играла с щенком в саду, наряжала его, как куклу, и даже пыталась кормить клубникой. Щенок радостно размахивал хвостом, облизывал девочкины руки и очень любил свою хозяйку. Он бегал за ней и в лес, и на речку, а когда девочка уходила в дом, ждал её у крыльца.