скачать книгу бесплатно
– Мне нужно посоветоваться с тобой. Я не знаю, как это сказать… Одним словом, я не уверен, что хочу стать Творцом.
Над столом повисла тишина. Дядя молча положил в рот кусок дыни, прожевал его и только после этого сказал:
– И чем, позволь узнать, вызвана твоя нерешительность?
– Я не чувствую в себе творческого начала. Мне нравится наблюдать за всем, что вижу, думать, анализировать. Уверен, что мое место среди Наблюдателей.
Помолчав, дядя сказал:
– А родители знают?
– Еще нет, – ответил Кефей. – Отец, думаю, догадывается.
– Понимаешь, Кефей, и наблюдательность, и анализ не являются показателями того, что ты должен стать именно Наблюдателем. Эти качества имеются и у Творцов, и у Художников.
– Но я действительно не хочу быть Творцом! – воскликнул Кефей и его лицо пошло красными пятнами.
Дядя поморщился:
– Сколько эмоций! Пожалуй, слишком много. Однако поправь меня, если я не прав – ты не подавал прошение учительскому составу Храма. Не так ли?
Кефей молча кивнул головой. Его дядя, потерев пальцами свой подбородок, взглянул на Ливию:
– Что скажешь, жена?
Та, положив в рот лепесток розы, лишь пожала плечами. Махнув на нее рукой, дядя Кефея поднялся из-за стола и зло бросил:
– Никакого от тебя толку! Что ни спросишь, только плечами пожимаешь!
Ливия закатила глаза.
Чуть прихрамывая, дядя направился в другую комнату. Как только он скрылся за тяжелой портьерой, Ливия грациозно выскользнула из-за стола и подошла к Кефею. Встав позади него, она склонилась над ним и, сомкнув руки вокруг шеи молодого человека, прошептала:
– Почему ты не приходишь навестить меня? Я целый день одна и скучаю.
Она лизнула его в мочку уха, и от неожиданности Кефей вздрогнул.
– Какой пугливый, – тихо засмеялась Ливия.
Кефей попробовал разомкнуть ее объятия, но Ливия лишь сильнее сжала руки.
– Тетя, ты сейчас задушишь меня своей любовью, – пошутил молодой человек. – И потом, у тебя есть муж.
Ливия разжала руки и потрепала Кефея по голове:
– Он слишком стар для меня, – брезгливо сказала она.
– Зачем же ты стала его женой?
Женщина села за стол:
– Чтобы всегда быть в почете. А ты что думал, по большой любви?
– Не знаю.
Ливия расхохоталась.
– Что я сказал смешного?
– Ты так наивен, Кефей, что я даже не представляю, какой из тебя получится Наблюдатель.
От таких слов Кефей опешил, а Ливия продолжила:
– Скажи, у тебя уже есть возлюбленная?
– Нет. Меня не интересуют женщины.
– Вот, как? – женщина подперла тыльной стороной ладони подбородок. – Тебе нравятся мужчины?
– Я не увлекаюсь мужчинами! – вскипел Кефей. – Просто меня не интересует интимная сторона жизни!
Ливия лишь усмехнулась:
– Мой сладкий мальчик, ты слишком молод и еще не знаешь силу страсти. Сколько тебе? Восемьдесят?
– Восемьдесят два, – поправил ее Кефей.
– Всего лишь? Тогда понятно. Вот твой дядя знает силу страсти. В свое время его необузданное желание обладать моим телом было так велико, что ему хватило пяти минут, чтобы выгнать из обители прежнюю жену.
– Не напомнишь, какой у тебя номер? Ты, видимо, забыла, что дядя очень влюбчив, и каждая его последующая жена младше предыдущей. Не боишься, что более молодая соперница скинет тебя с пьедестала?
Ливия вытянулась струной и зло произнесла:
– Следи за языком! Любой, кто попробует перейти мне дорогу, поплатится жизнью!
Кефей понял, что лучше закончить этот разговор.
– Тогда, чего тебе не хватает, Ливия?
– Нового Творца, – просто сказала она. – Гиант – твой дядя – устал и не хочет в следующем году бороться за место главы Совета. Он хочет уйти и стать простым Учителем в Храме. Но я не хочу быть женой Учителя, даже если в прошлом он был Творцом, возглавлявшим Совет Истока.
Послышались шаркающие шаги, и Ливия быстро прошептала:
– Приходи. Мы заключим с тобой соглашение. Я помогу тебе стать Творцом и возглавить Совет, а ты женишься на мне. Поверь, тебе даже не придется со мной спать.
Кефей не успел ответить. В комнату вошел дядя. Ливия подошла к мужу и равнодушно подставила для поцелуя щеку. Чмокнув ее, Гиант сказал:
– Буду поздно. Развлекайся без меня.
Посмотрев на племянника, он добавил:
– Следуй за мной! У нас много дел.
* * *
Рыжик сидел на толстой ветке раскидистого дерева и с удовольствием поедал сочный плод. Сок тонкой струйкой стекал по его рыжей шерстке, но это нисколько его не тревожило – он был полностью поглощен лакомством. Внезапно ветка дерева дрогнула, и молодой самец, испуганно обернувшись, увидал своего брата Зи-Зи. Прежде чем потянуться за следующим плодом Рыжик издал утробный звук приветствия. Зи-Зи широко открыл пасть и осторожно приблизился к брату. Устроившись поудобнее, он свесил вниз ноги и начал болтать ими в воздухе. Подумав минуту Рыжик, протянул Зи-Зи сочный плод, и тот впился в него зубами.
Самцы не были родными братьями. Родители Зи-Зи погибли в схватке с гигантским хищником, и мать Рыжика, забрав сироту из гнезда, выкормила его и заботилась о нем не меньше, чем о собственном ребенке. И хотя в то время Рыжик и сам был еще маленьким, он часто прижимал к себе хныкающего малыша и убаюкивал того в своих объятьях.
Вздохнув, Рыжик почесал макушку своими длинными пальцами и широко зевнул. Пора было возвращаться домой и ложиться спать, но он продолжал сидеть и терпеливо ждать, когда Зи-Зи насладится плодом. Рыжик смотрел на брата и думал о том, что тот стал совсем взрослым. На него стали поглядывать молодые самочки, и Зи-Зи отвечал им взаимностью.
Расправившись с плодом, Зи-Зи широко улыбнулся, и братья осторожно спустились с дерева.
Оказавшись на земле, они, прежде чем идти домой, сорвали несколько веток с ягодами для деда, который сильно сдал за последний год и совсем перестал лазить по деревьям, предпочитая питаться ягодами и плодами, упавшими на землю.
Сытые и довольные братья двигались к скалам, где многочисленные лазы вели в их подземное жилище. Они почти что дошли до дома и хотели уже нырнуть в одну из расщелин, но тут их внимание привлекла сгорбленная фигура деда, прятавшегося за большим валуном. Зи-Зи хотел закричать, но Рыжик знаками приказал ему молчать. Посмотрев в ту сторону, куда смотрел дед, самец замер. Там около небольшой речушки расположился большой и странный предмет, рядом с которым стояли несколько существ, которых он раньше никогда не встречал. Они были высокими, без шерсти или чешуи, и издавали странные звуки. Но самое страшное было то, что эти существа смотрели в их сторону. Зи-Зи, издав тонкий писк, стал заваливаться на бок – эта странность водилась за ним еще с детства: в случае любой опасности он просто засыпал. Схватив брата за загривок, Рыжик затащил его в расщелину и, несмотря на то что Зи-Зи был крупным самцом, взвалил его на себя и потащил по извилистым галереям пещеры. Очень быстро утомившись, Рыжик остановился и, отдышавшись, издал грозное рычание. Эхо тут же подхватило его рык и унесло далеко вперед. Вскоре к нему на помощь подоспели сородичи. Приподняв Зи-Зи, они осторожно понесли его вглубь пещеры, где обитало их племя.
Дотащив Зи-Зи до гнезда, сплетенного из веток, самцы аккуратно уложили его на подстилку из сухой травы и разбрелись в разные стороны. Кто-то вернулся к своим прерванным делам, а кто-то принялся успокаивать малышей, которые никак не хотели засыпать и сильно галдели, чем вызывали недовольство многих сородичей.
Рыжик лег рядом с братом и постепенно сопение и тепло, исходящие от Зи-Зи, убаюкали самца, и он погрузился в сон. Ему снилось, как он бежит по берегу большой воды, стараясь убежать от огромных волн, но они нагоняют и окатывают его с ног до головы. Он очень мерзнет и откуда-то доносятся крики.
Рыжик очнулся и, приоткрыв глаза, уставился сонным взглядом на каменный потолок пещеры. Странно, но он продолжал ощущать холод. Проведя рукой по груди, Рыжик нащупал мокрую шерстку и замер. К нему пришло осознание того, что он лежит в воде, а рядом раздаются многочисленные крики его сородичей. Вскочив на ноги, Рыжик оцепенел. Огромная пещера, где он жил со своими соплеменниками, была заполнена водой почти на треть. Вода была везде. Матери, прижав к себе малышей, метались в панике – ведь многие из них не умели плавать, и самец с ужасом смотрел на проплывавшие мимо него тела тех, кто захлебнулся в воде. Выпрыгнув из практически развалившегося гнезда, он оказался по грудь в воде. Отгоняя от себя плывущие гнезда и неподвижные тела, Рыжик устремился туда, где обычно спал его дед. Доплыв до того места, Рыжик остановился. Мимо него, в сторону одной из галерей медленно двигалось пустое гнездо, наполовину ушедшее под воду. Деда нигде не было видно. Озираясь по сторонам, самец несколько раз глухо позвал старика и, услышав у себя над головой знакомое повизгивание, поднял голову. Дед из последних сил держался за корень дерева, пробившегося сквозь расщелины каменного свода. Увидав внука, старик отцепился и упал в воду. Рыжик тут же бросился к нему и подставил свою спину. Дед крепко вцепился ему в плечи. Его мелко потрясывало, и он продолжал тихо повизгивать. Рыжик поплыл к выходу. Вода все прибывала. Пока они плыли, молодой самец думал о Зи-Зи. Возможно, брат выбрался, но его способность засыпать в минуты опасности делали Зи-Зи уязвимым. Рыжик боялся, что больше никогда не увидит брата.
Он почти вплыл в одну из подземных галерей, как внезапно сильный поток воды со страшной силой обрушился на плывущих. Те, кто плыл впереди, несомые волной, с криками налетели на тех, кто двигался сзади. Два крупных самца врезались в Рыжика, и он с головой ушел под воду. Течение воды вновь вынесло его на середину пещеры. Вынырнув, он с ужасом обнаружил, что потерял деда. Тот больше не держался за его плечи. Обреченно закрыв глаза, молодой самец подчинился течению воды.
* * *
Кефей с интересом рассматривал мозаичные стены помещения, в котором его оставил дядя. На них были изображены сцены из жизни Истока и его обитателей. Прошел целый час, и молодой человек начал волноваться. Наконец двери распахнулись, и его пригласили войти в небольшой зал, где полукругом, в довольно просторных креслах, обитых разноцветными тканями, сидели члены Совета. Вместе с дядей их было ровно тринадцать.
Молодой человек встал перед ними, и Гиант, сидевший в самом центре, произнес:
– Это мой племянник Кефей.
Один из Творцов хмыкнул. Не обращая на это внимание, Гиант продолжил:
– Через год он должен представить свою работу. Однако сегодня он признался мне, что хочет стать Наблюдателем.
– С расширенными функциями? – спросила пожилая женщина.
Кефей с интересом посмотрел на нее. Он не знал, что у Наблюдателей имеются какие-то расширенные функции.
– А этот ученик знает хоть что-нибудь о работе Наблюдателей? – поинтересовался другой Творец, внимательно рассматривая Кефея, – или его знания базируются лишь на праздных разговорах?
– Тогда, кто-нибудь, поясните ему! – воскликнула пожилая женщина, сидевшая справа от дяди.
– Хорошо, Феба, – сказал Гиант и посмотрел на племянника. – Наблюдатели делятся на две категории. Есть простые Наблюдатели: они следят за тем, как развивается жизнь; составляют отчеты; вносят предложения о том, что, по их мнению, было бы неплохо добавить, убавить или изменить; делают предварительные выводы о рациональности существования самого мира. Как правило, Наблюдатели этой категории работают сразу с несколькими планетами. Наблюдатели имеющие расширенные функции имеют право вмешиваться в процессы, происходящие на вверенной им планете.
– Однако, – вмешалась Феба, – ты не предупредил своего Учителя в Храме, что желаешь стать Наблюдателем. К тому же ученик, не закончивший свое обучение или только-только покинувший стены Храма, не может быть Наблюдателем, тем более имеющим право принимать собственные решения! У него просто нет достаточного опыта наблюдений. Таковы правила!
– Ты, видимо, решила, что он об этом не знает? – поморщившись, пробурчал Гиант. – Кто еще желает что-нибудь добавить?
– Я желаю, – подал свой голос еще один Творец. – Правила существуют для всех, а ты, Гиант, как я понимаю, хочешь чтобы мы в угоду тебе нарушили их и разрешили этому мальчику прийти на защиту его работы в качестве Наблюдателя? Что на это скажут боги Истока?
Гиант хихикнул:
– Апис, когда сто лет назад я закрыл глаза на шалости твоего сына и проделки дочери Аргифина, боги промолчали. Грома не было и молнии не сверкали. Или мне напомнить Кирене, как она умоляла о снисхождении к своим братьям, нарушившим заповеди Истока?
Высокая и очень худая женщина, поджав губы, опустила глаза, хотя до этого Кефей чувствовал на себе ее высокомерный взгляд.
– Мне дальше освежить память некоторым Творцам? – Гиант хлопнул себя ладонями по коленям. – За те пятьсот лет, что я возглавляю Совет, мне столько раз приходилось закрывать глаза на многие выходки и глупости не только Творцов, но и их близких. А ведь я вправе не только вспомнить о них, но и наказать виновных, несмотря на давность событий. Но вы же понимаете, если правда выйдет наружу, то чем это может грозить многим из вас. Поэтому пока молчу я – вы сидите здесь.
– Ты нас шантажируешь?! – воскликнул Апис.
– Почти угадал, – ответил Гиант.
– Ты не получишь наших голосов в следующем году! – бросила ему Феба.
– Этот год станет твоим последним годом, Гиант, – прошипел Апис.
Гиант лишь рассмеялся в ответ.
– Мой старинный друг, – отсмеявшись, сказал он, – если ты еще им являешься. Дело в том, что я не собираюсь вновь становиться главой Совета. Я принял решение и ухожу сам. Остался ровно год, и меня более не будут интересовать интриги и страсти членов Совета, которые, поучая других, при первой же возможности сами нарушают заповеди богов. Но предупреждаю, что за оставшееся мне время я могу испортить жизнь очень многим…
Среди членов Совета пробежало шушуканье.
– Итак, – громко сказал Гиант. – Голосуем. Кто за то, чтобы позволить Кефею закончить обучение в статусе Наблюдателя?
Кефею стало страшно. Он с ужасом смотрел, как Творцы один за другим медленно и неохотно поднимают вверх свои руки.
– Ну, что же, – произнес Гиант. – Похвальное единодушие.
Посмотрев на своего племянника, он искренне улыбнулся и добавил:
– Ну, что же, Кефей, прими мои поздравления. С этой минуты ты стал Наблюдателем. Вернее, ты получил возможность бороться за звание Наблюдателя. Теперь все зависит от тебя. Скажи, есть ли на примете какая-нибудь планета, за которой ты хотел бы присмотреть?
– Нет, – честно сказал Кефей.
– Возможно, у тебя есть договоренность с каким-нибудь молодым Творцом о наблюдении за его планетой?
– Нет.
– Тогда тебе стоит поторопиться и найти для себя что-нибудь подходящее.
– Дядя, я думал, что ты подскажешь мне какую-нибудь планету.
– Ты слишком многого хочешь, племянник, – сквозь зубы процедил Гиант. – Исея, не выделишь ли ты для наблюдения какой-нибудь из миров? Ты единственная, кто знает, что находится в Хранилище, и кто помнит обо всех неудачно сотворенных мирах за последние три тысячи лет.
Кефей посмотрел на Исею, к которой обращался его дядя. Это была довольно невзрачная и уже далеко не молодая женщина с трясущимися руками и мутноватыми глазами. Столкнувшись с ней взглядом, Кефей смутился и, опустив глаза, уставился в пол.