Алла Вологжанина.

В городах луны



скачать книгу бесплатно

Тот послушно расположился. Видимо, так он понимал удобство: уселся на пол в позе, напоминающей позу лотоса, прислонившись затылком к краю каменного ложа.

Клара начала рассказ, стараясь говорить как можно размереннее. Эхо ее пронзительного голоса заплясало под каменным потолком комнаты.

– Это началось восемь лет назад, незадолго до аварии в лаборатории…

– К которой ты, разумеется, непричастна…

– Непричастна! – взвилась Кларисса. – Что бы ты там себе ни думала, я не прикасалась к распроклятой лаборатории Резанова. Мрак, Эррен, да я на Однолунной Земле не бывала практически!

– Не отвлекайся, – попросила Эррен.

– А ты не отвлекай меня!

– Дамы, пожалуйста. – Мастер закрыл глаза под маской.

– К Евгению обратились старые клиенты твоего деда, Эррен, – сердито продолжила знаккер Радова. Символьер же Радова слушала, больше не перебивая. – Уточню, не сами клиенты, а члены их семей. Разумеется, их интересовало бессмертие, извлеченное из детенышей глубинной твари, из волчат то есть. Евгений не стал скрывать, что он только начал восстанавливать ритуал Иммари. Об участии знаккеров Однолунной Земли с их трех– и четырехмерными техническими достижениями он не стал упоминать. Ему предложили инвестиции. Сумму на исследования и прочее, да такую, что… Ты и сама знаешь, что вся ваша семья и лично Евгений весьма богаты. Но от предложенной суммы у него дыхание перехватило. – Кларисса на секунду замолчала, чтобы перевести собственное дыхание. – Дальше ты догадываешься, наверное.

Эррен кивнула:

– Он взял деньги. А через месяц-другой лабораторию уничтожили. И у клиентов возник вопрос: «Какого паучерта, Радов?»

– Примерно так. Между этими событиями прошло полгода, но это не важно.

– Угу, – снова кивнула Эррен, – важно то, что, когда клиенты пожелали узнать, на что ушли их деньги, Евгению было нечего им предъявить. Несколько лет он скрывался, но всему есть предел. Его, очевидно, выследили. Тогда он быстренько совершил одно из самых наглых, дерзких и… прибыльных в нашей истории преступлений. И позволил себя схватить, осудить и заточить в тайной камере.

– Да, изумрудная жила, отвернутая от центра континента к вашим копям, была отличной идеей. – Клара улыбнулась, и Эррен не могла не улыбнуться в ответ. При всей законопослушности (с некоторых пор сомнительной) она была весьма практична. Особенно когда дело касалось долгосрочных инвестиций в процветание их семьи.

– Вот почему он попал под арест и защиту закона. И оказался в тайной камере в ратуше, – не открывая глаз, прокомментировал Мастер. – С этой частью истории все ясно, тем более что катастрофе в лаборатории уже лет восемь. Но в чем сейчас провинилась девочка? Карина Радова, помните ее?

Кларисса выдохнула.

– Она по-я-ви-лась, – чеканя каждый слог, выговорила она, – и наделала шума в Третьем городе луны. Вообще-то шума наделал твой безмозглый птероворон, – она кивнула в сторону собеседницы. – И поползли слухи.

– Я бы попросила! – возмутилась Эррен.

– Вот и попроси, – парировала Кларисса. – Только не меня, а Кру.

И не рассказывать, а помалкивать. Так или иначе слух пошел, а ты еще и любезно поделилась этим слухом с Евгением. Он, конечно, прекрасно знал, что его дочь – детеныш глубинной твари…

– И запаниковал, – усмехнулась символьер Радова. – Очень захотелось сохранить и дочь, и собственную шкуру на костях. И тут мы медленно подходим к волчьей карте. Которую, предположительно, украла твоя младшая сестра, Арисса Корамелл. Евгению карта нужна была не только для того, чтобы шантажировать совет жизнью Карины. Он также хотел с помощью карты поскорее найти других детенышей. Если, конечно, они успели родиться хоть в одном из наших витков.

– Но паучертова наглая девчонка сбежала. – Кларисса в сердцах хлопнула ладонью по каменной «столешнице». – Ей, видите ли, своя шкура оказалась дороже отцовской! Хотя именно Евгений однажды разгадает тайну омертвений и спасет наш задыхающийся мирок.

– Наконец-то я увидела, как ты переходишь из состояния «нормальный человек» в состояние «опасный одержимый». – Эррен скривилась. – Послушай, неужели ты настолько веришь болтовне Евгения о спасении Трилунья от омертвений? Или спустя столько лет… и, кстати, столько предательств ты все еще поддаешься его очарованию? Мне-то, как родной сестре, оно кажется шутовством.

– Тебе не понять, – снова вскипела Кларисса. – Тебе не надо ничего ценить, не надо ни за что бороться! Ты всю жизнь получала все на блюдечке. Могущество – прирожденное, ни одной сестры-конкурентки рядом. Тающие Острова и Императорская высшая школа…

– Так, хватит. – Эррен с силой хлопнула ладошкой по каменному ложу. – Я не для того сюда лезла, чтобы ты на меня обиды столетней давности выплескивала. Как мне «просто так» все далось, особенно Высшая школа, я тебе однажды расскажу, если удержусь и не пришибу тебя раньше. Я с тобой за Дирке еще не поквиталась, и не думай, что забуду. Просто сейчас тебе придется заняться поисками волчьей карты. Хоть вместе с Кариной, хоть без нее. Так или иначе карту надо найти, а девочку доставить домой. И не куда ты сама захочешь, а в «Страж глубин», мрак тебя побери.

Кларисса совсем неаристократично раскрыла рот от удивления. Потом, забыв про шрамы, нервно стянула с головы капюшон.

– Ты хочешь, чтобы это сделала я? Нашла девчонку и карту и… тебе отдала, что ли?

– Надеюсь, долго искать не придется, – мрачно ответила Эррен, – она вряд ли удрала куда-нибудь из родного города за эти несколько дней. Да еще с воспитательным знаком, которым ты ее припечатала. Ох, Клара, я надеюсь, что я права и ты все же не собиралась приносить Карину в жертву прекрасным планам Евгения и его клиентов.

– И я надеюсь, – спокойно добавил Мастер.

Кларисса снова натянула капюшон и уставилась мимо Эррен в стену.

– Это сложно, – сказала она. – В общем, я, конечно, с удовольствием сломала бы девчонке ноги… и с еще большим удовольствием сломала бы их сестренке Ариссе. Но использовать в ритуале Иммари…

– Принести в жертву, давай называть вещи своими именами!

– Пусть «принести в жертву»… члена семьи Радовых… На такое я пошла бы лишь в крайнем случае. Да, не забудь еще, Евгений был против с самого начала. В общем, я хотела с помощью девчонки хоть что-то выяснить о волчьей карте. Жаль только, соплячка оказалась безнадежно тупа.

– Хм… – Эррен предпочла не развивать свою мысль дальше.

– Я тебе больше скажу, – продолжила Кларисса. – Они связались со мной. Клиенты Евгения. Хотели, чтобы я выяснила подробности Иммари. А после появления девчонки они и вовсе потеряли терпение. Понимаешь, Эрр? В Трилунье существует группа могущественных магов, которые жаждут бессмертия. Тайное сообщество или что-то вроде того. И они очень сильны.

– Имена у них есть? Или просто «они», без церемоний?

– Я общалась с одним… я, во всяком случае, полагаю, что это каждый раз был один и тот же человек. Он всегда скрывался под личиной и представлялся вымышленным именем. И, судя по качеству иллюзии, он, как минимум, Великий знаккер, а то и символьер.

– Я знаю немало Великих знаккеров, которые в разы превосходят символьеров по силе, – покачала головой Эррен, – но в целом я тебя поняла. Что за личина, что за вымышленное имя?

– Восьмилетний мальчик по имени «малыш Алек». С виду, разумеется…

– И я не знаю ни одного Великого знаккера, у которого было бы достаточно чувства юмора на такую маскировку.

– А вот с юмором, – Клара провела рукой по своей тонкой шее, – с юмором там крайне плохо. Он требовал обращаться к себе «наставник», но мне все равно, могу и милой пташкой назвать. Слушай, символьер Радова, может, будем выбираться отсюда? Каким, кстати, образом?

– Каждая башня окружена полем с аномалией глубины как измерения, – ответил Мастер вместо Эррен, – аномалия похожа на омертвение, с той разницей, что не убивает вошедшего в поле, а лишь… не пропускает. Как если бы между человеком без способностей четырехмерника и его целью вырастала трехмерная стена.

– А я-то уже думала, что произойдет, если я в это распроклятое окно выпрыгну. И теперь мне ясно, почему я ни одной птицы не видела…

– Именно. Башня является источником излучения аномалии. Но характер излучения таков, что между источником и собственно «мертвой зоной» есть небольшой зазор. Башня как бы «окутана» тонким слоем нормального пространства. И еще над поверхностью воды оно тянется довольно далеко. Потом придется нырять.

– Мило. Но я, пожалуй, справлюсь.

– Как будто у тебя есть выбор, – поставила чуть ядовитую точку Эррен.

– Что-то не так. – Мастер вдруг напряженно вслушался в рокот океана и свист ветра. Обе женщины замолчали. – В окно, быстро! – скомандовал Мастер, но они не успели и шагу ступить.

Деревянная дверь, в которую несколько минут назад безнадежно молотила руками и ногами Кларисса, вдруг распахнулась. Вела она, разумеется, на обычную для Трилунья лестницу, спрятанную в толще башенной стены. И из темного проема в комнату шагнул самый аккуратный и чистенький мальчик, которого две главы школ когда-либо видели.

– Так-так, – произнес детский голосок с совсем недетскими интонациями, – значит, вы, многоуважаемая знаккер Радова, решили по примеру своего муженька отсидеться в заточении, под защитой наших гуманнейших законов? Не выйдет, дрянь!

– Эй, малыш, – обозлилась Эррен, – ничего, что мы тоже здесь?

– Ничего, – милостиво согласился «малыш», – с вами я еще разберусь. Кларисса Радова, выйди на лестницу, ради всех лун, подожди меня там.

И Клара, белая как мел, отчего ее черные шрамы казались еще более устрашающими, с расширившимися глазами и сбивающимся от страха дыханием, действительно шагнула к двери.

– Стоять! – зарычала символьер Радова. – Стоять, я сказала! Не знаю, кто вы, малыш Алек, но отсюда вы не выйдете!

Ее ноздри затрепетали, она резко вдохнула воздух.

– Замри! – Слово сорвалось с ее губ зеленоватым свечением, которое сложилось в буквы и растаяло, не долетев до цели. О, проклятый «Клык»! – Замри, замри!

Но новые словесные знаки тоже растворились, ничего не дав. Малыш Алек скривил бледные губы.

– Тефуэтра! – коротко бросил он. Цвет его заклинания оказался синим. И хлыст, материализовавшийся в воздухе, тоже. Он со свистом рассек пространство. Эррен шумно выдохнула, уклоняясь от него. Но хлыст несся как раз в ту точку, куда отшатнулась символьер Радова. С чавканьем обвил ее руку и… растворился.

– Мрак! – завизжала Эррен не хуже Клариссы. – Убью!

К счастью, маневр, едва не стоивший символьеру Радовой руки, позволил ей приблизиться к Алеку на целых три шага. Алек втянул воздух, готовясь выкрикнуть новое заклятье.

– Замри! – выдохнула Эррен почти ему в лицо. На секунду ее заклинание подействовало! И в тот же миг стоящая позади Алека Кларисса, собравшись то ли с силами, то ли с духом, сотворила пальцами в воздухе знак, похожий на лилово-серебряную паутину. Паутина опутала затылок малыша, и он заверещал.

Тут от руки Мастера в его сторону метнулся не магический, а самый настоящий кожаный хлыст. Он обвил Алека, как нить в руках умелой пряхи обвивает челнок. Один рывок, и малыш грохнулся на пол, обездвиженный в самом трехмерном смысле слова. Паутина Клариссы растаяла. Знаккер Радова зашипела от досады.

– Рот ему заткните, – срывающимся голосом потребовала она. – Что-то его знаки слишком сильны для «Клыков».

– Заткнем, – недобро пообещала Эррен. – И личину сейчас с него сдерем и полюбуемся, кто у нас тут за бессмертием руки тянет. Ремаске…

Она не договорила. Малыш Алек дернулся и сделал то, чего от него никак не ожидали. Он зашипел, но не ртом, а, казалось, каждой порой кожи. Вскипел пузырями и… растворился, как будто был сделан из соды и не вынес контакта с уксусом.

– Что?.. Как?.. – Кларисса сползла по стене на пол. – Какого паучерта…

– Слепок! – воскликнула Эррен. – Я глазам своим не верю! Кто-то сумел протолкнуть сюда слепок с себя.

– Более того, – добавил Мастер, – кто-то наложил на себя исключительно качественную личину. Сделал физически плотную и активную проекцию-слепок, отправил его не куда-нибудь, а в «Клыки Океана», которые, как известно, заглушают любые деяния, связанные с обращением к глубине пространства. И при этом знаккер, сотворивший этот слепок, сохранял отличный обзор и творил знаки, сильно превосходящие по силе ваши. Не обижайтесь, дамы.

– Какие тут обиды, – очень обиженно ответила Эррен, потирая пострадавшую руку. – Спасибо, что перестали изображать скромную статую и вступились за меня, Мастер!

– Прошу прощения, дорогая символьер Радова, – склонил голову Мастер, – но мне требовалось немало усилий, чтобы вынуть свое оружие из глубины руки. Должен заметить, что здесь это тоже балансирует на грани возможного. Склоняясь к невозможному.

– Так мы выбираемся или подождем, пока этот паучертов малыш опомнится и пришлет сюда новый слепок? – спросила Кларисса. – Может, через дверь, раз уж она открыта?

Мастер покачал головой.

– Мы пойдем по пути, который опробовали сами, а не наш враг. – И указал на окно рукой в перчатке, такой же белой, как маска. – Дамы, вперед.

Эррен, не заставляя повторять дважды, запросто перемахнула через подоконник. Кларисса чуть помедлила и аккуратно перелезла. Она уже поняла, что падения в воду с башни не будет. Так и вышло – падать ей пришлось с высоты немногим больше метра. Знаккер Кларисса Радова приземлилась в некоторое подобие балкона-невидимки точно рядом с символьером Эррен Радовой, та едва успела руку убрать.

– Тут, возле окна, зазор между башней и аномалией чуть больше, – проинформировала ее Эррен, – я тут отдыхала, пока ты при виде Мастера визжала, – и с силой толкнула Клариссу в сторону. Не успела та возмутиться, как в образовавшемся свободном месте между женщинами оказался Мастер.

– Мне следовало предупредить, – сконфуженно сказал он, – извините, Кларисса Радова.

– Она не в обиде, – отозвалась вместо Клариссы Эррен. – Приступайте.

Мастер кивнул своей белеющей в ночном воздухе маской и… вытянувшись, как струна, скользнул в едва заметный провал между «балконом-невидимкой» и стеной башни.

– Он все же творит здесь знаки? – спросила Кларисса.

– Нет, это искусство владения собственным телом, – ответила Эррен. – Но вообще-то прямо здесь можно творить знаки. Только радиус действия крошечный. Между этой стеной, – она постучала по башне, – и вот этой, – теперь досталось невидимой преграде, – совершенно нормальное пространство. Но очень мало. И еще – без Мастера и его навыков нам все равно не пролезть в зазор. Так что не трать время, размышляя о том, что могла смыться без нашей помощи.

– Я готов, – раздалось снизу.

– Так, сейчас Мастер сдвинет стену. Упирайся ногами и лезь вниз. Не расслабляйся, там внизу – каменный уступ. Если свалишься – наше безумное предприятие провалится в самом финале. Ясно?

Кларисса кивнула, мысленно прокляла свое платье и кое-как завязала юбку узлом между ног.

– Мастер, мы готовы, – крикнула Эррен вниз. И узкий лаз, в который скользнул Мастер, расширился. Эррен и Кларисса нырнули в него.

Со стороны это выглядело, как если бы две женщины просто скользили по стене, нарушая трехмерные физические законы. Как, собственно, и четырехмерные.

Лаз был таким тесным, что ногами можно было и не упираться. Там и дышать-то было непросто. А перебирать руками и ногами требовалось только для того, чтобы двигаться, а не застрять, подобно мухам в янтаре.

Башня была весьма высока, но спустились они быстро. Очень уж хотелось поскорее вдохнуть полной грудью.

Мастер, ожидавший их внизу, выглядел так, будто изо всех сил старался сдвинуть огромный, но невидимый камень.

– Теперь в воду, – сообщил он. – Плыть далеко, но символьер Радова сказала, что для вас это не проблема, Кларисса Радова. К счастью, между поверхностью воды и аномалией есть просвет на протяжении всего пути. Или почти всего. Так что можно будет при случае глотнуть воздуха. Когда надо будет нырнуть, я скажу. А на внешнем краю аномалии нас ждет лодка.


Мокрые и измученные, они ввалились на малую кухню «Стража глубин». Первое, что сделал Мастер, это шепнул несколько словесных знаков утвари, и в распоряжении путешественников тут же оказался небольшой, но очень горячий чайник, разномастные чашки (по принципу «что ближе стояло») и слегка зачерствевшие, но оттого еще более вкусные булочки с маком и изюмом. А Эррен моментально распорядилась насчет одеял.

– Где же Кру? – с деланным изумлением спросил Мастер у темного угла. – Херес здесь, а Кру нет. Непорядок.

– Кррр… Поррядок! – раздалось из угла. – Херррес дрянь! Рррому дайте!

– Рому нам всем сейчас не повредит, – сообщила Эррен, хватая в охапку сонного и еще больше чем обычно потрепанного Кру.

– Аферрристы, – буркнул тот. – Прррибудет рррром – ррразбуди Кррру.

И устроился под мышкой Эррен, как заправский кот. Ну и что, что с медным клювом, кожистыми крыльями и механической ногой. Котишка, и все тут.

Мастер разлил чай, и над столом поплыл запах меда и чабреца. Кларисса вцепилась в горячую кружку, как в спасательный круг.

– Я сто лет не пила нормального чаю.

– Бедная маленькая Клара, – фыркнула Эррен, – не строй из себя сиротку. Всего-то шесть дней. Значит, что мы имеем? Группа заговорщиков, жаждущих бессмертия. То есть представляющих угрозу для любого волчонка и – в перспективе – для всего нашего мира. Этот «малыш Алек» – он вообще кто? Один из них или их глава? Как бы то ни было, он очень сильный знаккер. Словесник. Если говорить откровенно, то в Трилунье таких по пальцам посчитать. Или же некий знаккер немыслимо высокого уровня намеренно скрывает свои возможности.

– А он может… в виде слепка проникнуть сюда?

– Нет, – отозвался Мастер, – все замки, подобные «Стражу глубин», надежно защищены от слепков. Целенаправленные знаки и все прочее. Сюда он может проникнуть только под личиной, но все же будучи физически собой. Но для него это слишком большой риск, так что тут вы в безопасности.

Кларисса сразу расслабилась.

– Мебиус великий, я и забыла, до чего хорошо сидеть на этой кухне. – Она скинула пришедшие в полную негодность туфли, подтянула ноги на кресло и прикрыла озябшие пальцы одеялом. – Эррен, давай займемся Алеком хотя бы с утра? Я хочу поспать на нормальной кровати и вымыться по-человечески. И еще я хочу от тебя подробностей того, что мне предстоит сделать. Однолунная Земля, поиски карты и твоей девчонки… прекрасно. А сама ты не можешь этим заняться?

– Могу. Но у меня и в Трилунье дел немало. И с появлением Алека их стало больше. Кто будет решать эти проблемы, ты? Тебе нельзя и носа высовывать на люди.

– Ну что ты. Я же узница, вернувшая себе свободу. Обожаю наши законы! Ты не думаешь, что я могу сердечно тебя поблагодарить и распрощаться?

Эррен откусила булочку и потянулась за пыльной бутылью рома, которую как раз извлек откуда-то из-под стола Мастер.

– Нет, – просто сказала она, – так я не думаю.

– Почему, интересно?

– Как ты думаешь, кто опекает твою дочку, пока папаша в бегах, а мамаша в заточении? И у кого она сейчас живет, по-твоему?

Клара вскочила на ноги.

– Где Евгения? Немедленно приведи ее сюда!

Эррен тем временем плеснула рома в темные стеклянные стаканы, больше напоминающие бесформенные полупрозрачные глыбы.

– Не-а, – флегматично ответила она, – заложник так уж заложник. Я тебе зраки с записями покажу. И не бойся, тут ей ничего не грозит. Пей давай. Не ровен час Кру проснется, и нам даже горло полечить ни капли не достанется.

Клара с ненавистью уставилась на Эррен и медленно, не отрываясь, выцедила содержимое своего стакана. Блики пламени от растопленной кухонной плиты заплясали на неправильных гранях-изломах сосуда.

– Я сделаю все, что ты требуешь, – выдавила Клара, – только завтра я еду в Дхорж. Отправляться на Однолунную Землю вот так, в твоем паучертовом одеяле, я не собираюсь. Пойду спать.

– В южную гостевую башню, – невозмутимо отозвалась Эррен, – я подумала, что океана с тебя пока хватит. Проводить?

– Я помню дорогу, – сказала та и вышла, кутаясь в одеяло как в мантию. Шрамы на лице стали совсем не видны.

Мастер задумчиво посмотрел на дверь, за которой скрылась Кларисса.

– Вы ей не скажете?..

– Что? Что ее дочь сбежала? Не скажу. С кем и куда – тоже не скажу, хоть и догадываюсь. Обойдется. Да, я спокойно допустила это, и мне ни капли не стыдно. Вы много чего не знаете обо мне и Кларе. Я совершаю подвиг, просто не убивая ее за то, что она сделала с Дирке. Разбудим Кру? А то ведь допьем ром без него – не простит…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10