Чудо для чудовища

Алёшка Ров

Чудо для чудовища

Глава 1

Герман

29 декабря. Последний рабочий день.

Я сидел в своем кабинете, затянув шторы — не люблю, когда в окна лезет этот навязчивый новогодний свет. Весь город уже украшен, сверкает, смеется, а мой офис — как склеп. В моём же офисе стояла полнейшая тишина. Только тикали часы на стене, отсчитывая последние дни уходящего года.

За дверью гудел опенспейс — смех, шуршание подарочной бумаги, чьи-то восторженные возгласы. Они все сегодня красивые, нарядные, с блеском в глазах. Ждут корпоратива, искрящего напитка, танцев под плохую музыку. Ждут, что в новом году случится чудо.

А я ждал только, когда это закончится.

Мне не нужны их тосты, их фальшивые улыбки, их подобострастные взгляды. Они боялись меня. И правильно делали. Я и сам бы себя боялся — высокий, угрюмый, со шрамом через висок, который не скрыть даже дорогим костюмом. «Ледяной король» — так меня называли за глаза. И я давно перестал спорить.

На столе — коньяк, но я даже не наливаю. В чем смысл? Выпью один, дома, как всегда. Открою корпоратив, раздам подарки и поеду в пустую квартиру, где даже хомячка нет. Только тишина.

Телефон завибрировал — очередное сообщение от какой-нибудь модели или светской львицы, которая «решила позвонить тебе» перед праздниками. Все они хотели одного: денег, статуса, возможности похвастаться перед подругами. Никто — просто тепла. Просто взгляда без страха.

Я открыл мессенджер, лениво пролистывал чаты. И вдруг — странное название: «Сказки на ночь». Забытая группа, в которую я вступил сто лет назад, на волне какой-то ностальгии. Мама читала мне «Аленький цветочек» перед сном, и я тогда верил, что где-то есть девушка, которая полюбит чудовище.

Глупости, конечно.

Но тут, неожиданно, всплыло новое сообщение:

«А если бы вам предложили одно желание под Новый год — что бы вы загадали?»

Я усмехнулся такой детской наивности, но ответить не успел: вдруг в мой кабинет без стука вошла Алиса — моя бывшая любовница, с которой мы расстались полгода назад.

Она явилась, как обещание забытого сна — без стука, без предупреждения, с гулом крови в висках. Алиса.

Шуба — тёмная, роскошная, будто сшитая из декабрьской ночи, — скользнула с её плеч с шорохом дорогого соболя. Каблуки, острые, как её улыбка, медленно стучали по паркету, будто отбивая такт её учащённому сердцебиению.