Лёгкое

Лёгкое

Алёна Золото

© Алёна Золото, 2026

ISBN 978-5-0068-5114-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Сборник «Лёгкое» был собран из частиц две тысячи двадцать четвёртого и звёздной пыли две тысячи двадцать пятого годов.

В стихах очень много ветра, который поистине вдохновляет — точно так же, как само естество девственной природы лесов, которые повсеместно окружают меня. И, надеюсь, вам, как читателю, тоже достанется ощущение слияния с тем, что всегда является нашими корнями на протяжении всей нашей жизни.

Помимо передачи неких натуралистических пейзажей, записанных карандашом и чёрной ручкой, в этом сборнике представлены произведения, связанные с любовью — как к семье, так и к высшему.

Слова летают, как и мысли, — и в этом видится свобода, та, что предстаёт передо мной в обличии зелёно-белых полос, выпущенных на голубой экран горизонта, где уже виднеются яркие звёзды. Светят они прямо в руки — в те самые, что держат блокнот, в который пишут то, что чувствует сердце. И прорывается розовый свет — прямо как от закатного солнца, — ярко выжигая настоящий, истинный путь на белокурые страницы. За что благодаришь — и только.

Поэтому благодарю! Благодарю за счастье момента. Благодарю за то, что могу поделиться светом.

Зыбкое солнце туманило рассудок. Лучи залетали через приоткрытое окно спальни, где сменили только что постельное бельё. Чистый воздух вихрем расползся по всей комнате, обнажив сладковато-влажный аромат свежего белья. Зелёный цвет от ковров стабилизировал пространство. Оно теперь казалось свежо-реальным, нежели было создано первоначально. А за окном машин было не слышно: их давно съели листья, и дождь обнажённо скулил по выкрашенным ставням.

Свет

Губы сухи и во рту пересохло, Кажется, это говорит о некой ломке. Нечто бесхребетное всё же ломается Как чьи-то мечты, когда не стал выше — рост ведь маленький. И вот слоняешься по свободе без ручки В надежде отыскать тёплую, А тебе ветер присылает листок, Деревья дают чернила, А под ногами лужи — небесные слёзы вместе с рыжей глиной. Всё мешается и, кажется, снова дали свет, Иначе как объяснить то, что я не видела раньше всё каким оно есть.

Я дома

Смородиновые кусты — Алые черты. Красная клубника — Спелые мечты. Зелёные глаза крыжовника — Кислые миры. Залитые красным пламенем яблони — Сверкающие дары. Гуманный дым от облепихи — Затвор, открытый во сны. Дорога, что ведёт к зелёному дому — Скрыта от глаз других во имя мечты. Два слова слышу у себя внутри — «Я дома», а что нужно ещё для свободы души!?

Семья

В кружевном пространстве Почка на ветке набухает, Свет её от бурь защищает, А дрозд потихоньку летает. Бабушка приготовила оладьи, Мы едим их с джемом, как когда-то на даче. А чай в кружке не остывает, За окном солнце витает, медленно за поля удаляясь. В соседней комнате дедушка спит, телевизор играет, Я же шмыгаю носом от ветра, залетевшего через рамки. Уже ласточки поют на нереальном, В ожидании тёплой смены все — даже прохладные половицы в зале.

Нереальность

Я влюблена в осенние поцелуи и колючие руки дождя. Я влюблена в холодный ветер с севера с самой верхушки льда. Я влюблена в сильные штормы, которые вижу с окна. Я влюблена в голубое небо, украшенное белым просекко возле пруда. Я влюблена во всё живое, что подарила Мать-Земля. Во все её просторы и бескрайние поля. За просто так, потому как она нас создала. Нереальность и красота. Зелёно-белая простыня.

Вкус

Сливочный вкус нежных облаков Нас несёт к растворению в природе у истоков вод — В нечто парящее, нечто отдалённо напоминающее — Птичье молоко и девственные поцелуи трав у ног. И поля отдают синевой, когда звёзды падают в мои карманы, А я несу их домой, чтоб раздать с утра как золотые камни, На что тебе хватит, скажи — Потому как это золото уже течёт по венам твоим.

Сон

Всё что осталось — Запах неба и куски от звёзд. Они мне светят, выжигая на лбу Слова, которые мог сказать только Он. И вот идёшь к дому простому, Руками трогаешь ветки елей и сосен, Позади расплывчатый закат забирает его, А слова эхом идут по крови. Это сон.

Покрывало

Уставшие терновые кисти стволов, Что склонили голову к прохладе миров, Казалось, боле не воспрянут к свету земному, Ведь не могли понять, откуда белые искры к ним прилетели И тихим покрывалом застелили весь дальний лес, Замёрзший до начала рассвета от острых летящих поцелуев с небес. Таким пушистым и прохладным, Что казался слаще сахара иль переспелых ягод; Но, всё же, им не давало ясного покоя, Занесённые земли и дальние просторы, Что не были готовы к покрывалу с рук самого Гора. Так рано. Так скоро. Тихими губами коснулся снег тогда последнего листа, Тот, задрожав, коснулся покрывала не спеша. Немного покружив, возле большой ели рядом у серпа, Снег смог укутать его тёплым одеялом, едва дыша, Что шил, когда на смену череды, вновь солнце приходило издали, Не забывая дать милость снегирям и озябшим кустам.

Начало

Всё тает. Собирается в океаны. Не думая о потопах возле Рая. И ветром холод догоняет тех, кто не спрятался. Не отыскал себе засаду. Всё тает. Нежно отмирая. Давая надежду на неизбежное начало.

Бесплатно

Чайный рассол и корка лимона — Пахнет мужским одеколоном. Снится сон — будет восход. Звёзды встали в строй — ночной небосвод. Тут хорошо и всё понятно — Без ценников — всё бесплатно. Простота и комфорт в рябиновом соке — Здесь всё стало краше и ярче, ведь вернулась корнями, не отдаляясь. Скитаний не счесть, пути по кругу и завязки петель — Всё мимо валилось с рук меж пальцев к земле. И если раньше старалась уловить капли временных семян — Сейчас в этом нет просто смысла, ведь нашла — не потеряв — себя — своё я.

Взаимно

Я в колосьях обниму себя, Укрою от печали и прижму себя прямо к Маме, Она слышит и понимает — это вся Земля моя стая. Тёплый ветер стрижет кудри, Птицы поют на другом языке, Я теперь понимаю — они больше нас живут. Закатное солнце ложится в мою кровать, А я смотрю в его голубые глаза — Океан. Солёный прибой. Тёплый матрас — песок под ступнями. Вместо подушки — зелёная трава, пробирающаяся сквозь ставни. Никогда одна — Ты рядом. А потом звёзды, тёмно-синий контраст и даже болиды — Их разрывает под давлением атмосферной силы. Большая медведица танцует вместе с глазами Ориона — Мама написала зелёно-голубую книгу, А Он написал целую картину — Видно, что на расстоянии руки воистину взаимным светом любимы.

Я

Я соткан из космической пыли, Любовью налитый, заботой сытый; Покоем укрытый, вечно во вселенской защите. Я сила золотых кровей и вершин гармонии жизни. Я семя зачатка звёздного мира. Я свет, дающий важные мысли. Я слог от простых дыханий ветров, я след ядра голубой планеты. Я всё! Ведь, в конечном итоге — нет ничего, Что стоило больше б меня самого!

Приоткрывая дверь

Чистая вода струится под кожей, Ведь день ото дня Теперь всегда схожий. И от этого спокойней внутри себя, Ведь каждый день счастье и радость под дверью, Стоит только приоткрыть её немного — Навстречу тёплому ветру.

Берёза

По венам течет чистота Как по горам холодная вода. Мягкий мох отдаёт всё тепло, скопленное годами, Чтобы ты прикоснулся к хорошему началу. Тот фонарь, что висит у дома, Медленно отходит в глубь леса, Идёшь за ним и не видишь конец — Листья пишут ещё только припев. Свет раздаёт тепло, сверху его зажигают одной рукой — Обнимаешь берёзу и тепло уже течёт в сердце, А мягкие кисти стволов Нежно открывают свои почки с утренней росой.

Варенье

Уже пахнет розовым закатом — Таким тёплым, Какой бывает в конце мая И на вкус словно персик Жаль, что в руках он тает Как сливочное масло, а поверх ложка клубничного варенья мамы. Притворяться не надо — Небо и так всё понимает, Звёзды раскидало в вечности вида, Оно меняется каждый день — Калейдоскоп жизни — Бинокль прозрачности смысла.

Струна жизни

Время на каждых часах различно Только голубые реки не вторичны — Единичны в своей красоте И также фанатичны, как океан без воды — нереалистично. Под кожей струятся, тянут на себя К ним приспособлены все остальные полотна, И, если во снах снится прошлое и все снова живы, Значит кто-то сверху гладит запястье — Натирая голубую струну жизни.

Птицы

Перелётными птицами стали, Встали и полетели домой в другие страны. Нет ничего желанней, чем увидеть Мать, Которая проросла корнями в каждом из нас. Земля породила огромное количество прикрас, Нам бы с тобой хоть раз заметить их сейчас. Вот здесь — зелёные хребты. Вон там, смотри — синие киты. А здесь — глыбы льда и пресной воды. Вон там, посмотри — птицы летят, как мы. Дальше летим и видим леса, те дома, что создала сама Земля. И яркие закаты к концу дня, И небо чистое, словно родниковая вода, И ветерок, что дует с самого утра, И фиолетовые облака, переходящие день ото дня — Всё это наша — Земля. И хорошо, что мы увидели её сейчас, когда она еще дышит, жива.

Тепло любви

Два светила на небе. Туман вдали разошёлся на ветви. Полные гроздьев деревья, Нежно трогают поцелуи ветра. Сиреневые следы от прошедшей метели. Руки в карманах до горечи согреты. Щёки красны, губы сухи, Но внутри всё пылает от любви. Той, что видно в тишине, проложенной следами, Прошлых слёз и заблудших грёз в полумраке.

Здесь и сейчас

С утра колокола, А вечером закат и снег у церквей. Сердце бежит впереди Словно это последний билет. Надоело трястись, Надоело искать — Только — Здесь и сейчас. Другого нет и не будет — Никогда.

Маяк

Солёный прибой и огромные скалы, Бегу я навстречу великому началу. Небо целует мне пальцы, и ветер обнимает, нежно желает. А свет, что светит мне с земли, Мне кажется, домом твоим. Поэтому иду я по водам Посейдона, Как ходят по земле с поднятой головою. Волосы распустила, приоткрыла губы — Порывистый ветер растряс мои кудри. Ноги стойко стоят по мокрой дороге, Немного качнувшись, вновь идём вперёд, Ведь не бывает здесь бед и печали, Особенно когда мне виден твой свет маяка — Указывающий путь к родному краю.

Всё связано

За каждой, движущей снежинкой, Стоит работа крутых ветров, Что приходят по ночам к домам, И в окна заглянув, вновь улетают вдаль. За ними сила, внутреннего сплава, Горячего стального нрава, Что под землёй укрыт лишь одеялом, Влияющий не только на ветра, но и на движения океана. Всё связано невидимыми руками, Всё связано крепкими узлами; И нити, что ведут к хорошему раду, Идут так как звёзды написали на годичных кольцах тех, кто нас старше.

Человек

Просто рассказать историю — Чистую и зелёную. Хотел быть услышанным, Но оказался не до конца заполненным. Кажется, что не понятый — Совершенно один. Только тёмный квадрат, написанный На белом полотне, — со стороны спины. Смотрит, но не видит. Звуки есть, но не слышит.