Фон

Алёна Вразовская

Фон

Глава 1

Глава 1. Я была.

Она стояла посреди кухни, в которой всё было на своих местах: тарелки – в шкафу, дети – в школе, муж – на работе. Всё как надо. А внутри – тишина. Глухая, как снег на окне в январе. Она вдруг подумала: «А если бы я исчезла – кто бы заметил?» И тут же вспомнила младшего брата. Он исчез пять лет назад. А она – до сих пор исчезает каждый день. Утром она заварила чай, как любят дети. Кофе – для мужа. А себе?.. Забыла. Привычка. Как будто её вкус – не важен. Как будто её вообще нет. Иногда ей казалось, что она – не жена, не дочь, не мать. Она – фон. Та самая стена за спиной, на которую вешают картины, чтобы было красиво. Но никто не смотрит на стену. До тех пор, пока она не рухнет. А рухнуть хотелось давно. Особенно по ночам. Когда дети спят, муж смотрит новости, а она сидит в ванной с выключенным светом, прижав колени к груди. И шепчет в темноту: – Коля… Так звали брата. Высокого, худого, с глазами, полными любви к жизни. Мама говорила: «Ты старшая. Позаботься». И она позаботилась. Готовила, учила, успокаивала, вытаскивала из передряг. А когда он ушёл – её словно отключили. «Спасибо, достаточно», – сказала судьба. И ушла. Пять лет. Пять лет – и ни одного звонка от мамы по душам. Ни одного: «Как ты?». Как-будто она просто хранитель чужих жизней. А на свою – не имеет права. Она пробовала работать. Училась. Подавала документы. Но каждый раз – отказ. Или тишина. Как будто мир говорит: «Ты опоздала. Место занято. Ты не вхожа». А дома – тишина другая. Та, что гасит. Муж добрый. Но он не спрашивает. Он видит, что она устала. Но не слышит, что она кричит. Потому что кричит – без звука. А дети… Дети – её свет. Но даже они не знают, что мама плачет в ванной. Что она боится, что однажды проснётся и просто… перестанет. Как будто её выключат. И никто не заметит. Потому что мама – это фон. А фон не болеет. Фон просто есть. Но однажды утром она не встала. Не потому что не могла. А потому что вдруг поняла: – Я больше не хочу быть фоном. – Я хочу, чтобы кто-то сказал: «Ты важна».

– Я хочу, чтобы я была чьим-то светом. Хоть раз. Хоть для кого-то. И тогда она села за стол. Включила старый ноутбук. Открыла чистый документ. И написала первое, что пришло в голову: – Меня зовут… И замерла. Давно не говорила это вслух. Давно не думала о себе. – Меня зовут… Она вдохнула. И дописала: – …и я была. – Я есть. – Я хочу быть услышанной.

Она писала по ночам. Не для кого-то. Не ради славы. Просто чтобы не задохнуться. Чтобы боль не сгнила внутри, а вытекла строками. Сначала – только факты: «Меня зовут Елена. Мне 38. У меня трое детей. Муж добрый. Дом большой. Живу… как будто». Потом – воспоминания: «Коля был худой, как тростинка. Всегда мерз. Я подарила ему свитер – синий. Он носил его каждый день. Даже летом. Говорил: „Он пахнет домом“». А потом – правда: «Когда он умер, я не плакала. Я плакала и кричала в душе, а потом просто… выключилась. Мама сказала: „Ты должна быть сильной“. Я была. Но для кого?» Она писала о детях. О муже. О том, как боится, что однажды проснётся и просто… уйдёт. Не умрёт. Просто выйдет из дома и пойдёт. Без объяснений. Потому что уже давно не чувствует, что её здесь ждут. Она не думала, что это – рассказ. Это был крик. Заглушённый, но настоящий. И сохранила всё в папке. Название – просто: «Фон». И забыла. Почти.

А потом – случай. Старший сын, Никита, 17 лет, пришёл домой поздно. Ноутбук матери был включён – она забыла выключить. Он искал музыку. Наткнулся на папку. Открыл. Прочитал. Сначала – из любопытства. Потом – с дрожью в руках. Он не знал, что мама так чувствует. Он думал: «У нас всё хорошо. Почему она страдает?» А потом понял: – Потому что её никто не спрашивает. – Потому что она всегда держится. – Потому что её боль – молчаливая. – А боль, которую не видят, – самая тяжёлая. Он не стал говорить. Не стал спрашивать: «Мам, это правда?» Он просто… действовал. Зарегистрировал анонимный аккаунт. Выложил рассказ на литературном сайте. Название – «Фон». Автор – не указан. И написал в описании: «Это не художественный вымысел. Это крик женщины, которую никто не слышит. Прочитайте. Может, вы – услышите». А потом – началось. Через день – 500 просмотров. Через неделю – 50 000. Комментарии: «Я плачу. Это про меня». «Моя мама такая же. Я никогда не спрашивал, как она». «Почему мы ждём, пока человек сломается, чтобы начать его видеть?» Журналисты начали искать автора. Фрагменты цитировали. Появились переводы. А она ничего не знала. До тех пор, пока однажды сын не сел рядом. Помолчал. Потом тихо сказал: – Мам… я прочитал. – Я не хотел читать. Но прочитал. – И… я не знал, что тебе так тяжело. – Я выложил твой рассказ. – Прости. – Но… ты должна писать дальше. – Люди… они слышат тебя. – А я… я хочу слышать. Она смотрела на него. Не сердилась. Не плакала. Просто чувствовала. Что впервые за годы – её увидели.

И тихо, почти шепотом, сказала: – Спасибо. – Я напишу продолжение. – Про Колю. – Про нас. – Про то, как можно снова стать собой. – Даже если тебя забыли.

А мама? Нет. Она так и не скажет: «Прости». Она не приедет, не посмотрит на внуков, не скажет: «Как дела?», она будет рядом только со старшими сыновьями. Будет молчать. Как всегда. Но теперь это уже не важно. Потому что Лена больше не ждёт её слов. Она пишет. Она слышит себя. И её слышат другие. А это – свобода.

Продолжение следует…Глава 2. Коля.

Глава 2