Где начинается радуга.

Алексей Нестеров

Где начинается радуга.

Глава 1

ОТ автора:

У каждого, кто прошел через огонь, есть свои приметы, свои воспоминания и свои шрамы. Но самые глубокие шрамы оставляют не осколки, а память о тех, кто остался там, за чертой, откуда не возвращаются.

Этот рассказ — не просто выдуманная история. Это моя личная попытка спорить с судьбой и со смертью. Я посвящаю его своему другу, настоящему человеку и верному товарищу — Кращуку Александру Сергеевичу.

Саша погиб 11 апреля 2023 года в Луганской Народной Республике. Война забирает лучших, забирает резко, не спрашивая и не давая времени попрощаться. Но пока мы помним их — они живы. В нашей памяти они по-прежнему улыбаются, делят с нами последний сухарь в сыром окопе, шутят перед замесом и смотрят на весеннее небо.

В жизни я не смог его уберечь. Но здесь, на этих страницах, в пространстве этой книги, я возвращаю ему жизнь. Пусть в этой реальности Саня останется живым. Пусть он сидит на деревянном ящике в раскисшей от дождя траншее, держит в руках автомат и смотрит на яркую, упрямую радугу, которая встала над разбитой броней.

Ты с нами, брат. До конца.

Алексей Нестеров

Алексей Нестеров

ГДЕ НАЧИНАЕТСЯ РАДУГА

1.

Дождь кончился сразу, как отрезало. Только что лупило так, что за краем плащ-палатки ничего не видно было, и вдруг — тишина. Только капли с бруствера глухо шлёпали в лужу на дне окопа.

Саня скинул капюшон, потянул носом. Пахло мокрой жирной землёй и старым пороховым гарью — ещё со вчерашнего обстрела. Ну и чудом каким-то доносило дым от костра: видать, наши где-то дальше сырые дрова разожгли. Кругом всё перло дуром — зелёнка после дождя лоснилась, сады цвели белыми облаками, трава по колено, сочная, тёмная.

Саня смотрел на это южное изобилие без всякой радости, скорее с тоской. Красиво, конечно, спору нет. Но чуждое всё какое-то, слишком приторное. Душа не принимала эту сытую густоту, домой хотелось. На Алтае просторы другие — строгие, дышащие прохладой предгорий, запахом горькой полыни, кедрача да чистой речной гальки. Там на холм поднимешься — и небо над головой такое, что дышать легко. А здесь земля как масло, богатая, но Сане в ней было душно. Дома всё равно было лучше — как-то шире, чище, роднее.