«Прости меня, мама»

Алексей Черепанов

"Прости меня, мама"

– Свободен, шеф? – спросил Михаил у водителя такси, стянув с плеча потрёпанный вещмешок.

Водитель – крупногабаритный пожилой мужчина с чёрной, как смоль, бородой – прищуренно оглядел парня. Перед ним стоял рослый парняга лет тридцати с простым, хорошим лицом, улыбался. Таксисту улыбка этого незнакомого человека показалась искренней и доброй.

– Тебе куда? – поинтересовался водитель старенькой «Волги».

– Белый Ануй, – ответил тот. – Знаешь где?

– Две сотни.

– По рукам.

– Прыгай, – кивнул шофёр.

Парень дёрнул переднюю дверцу, рухнул на сиденье.

Двигатель с натягом затарахтел, чихая. Машина рванула с места.

Кончился город, выскочили на простор. Полетела под колёсами грунтовая, местами выбитая, дорога. Вслед за машиной потянулись клубни едкой пыли. Замелькали могучие скалистые горы, хвойные деревья, обшарпанные телеграфные столбы…

– Давно таксуешь? – полюбопытствовал Михаил, глядя вперёд.

Шофёр ничего не ответил, лишь молча кивнул головой.

– А ты чего такой кислый? – Михаил, запустив руку в карман, внимательно посмотрел на водителя. – Я закурю?

– Кури, – сухо ответил тот.

Михаил вынул пачку сигарет.

– А ты? – предложил он.

– Не курю.

– Вот это правильно, – согласился Михаил и закурил. – От пагубных привычек надо избавляться, а лучше всего – никогда к ним не прибегать.

Таксист хмыкнул, искоса глядя на общительного пассажира.

– А сам почему не бросишь?

– А мне уже поздно что-то менять, – парень задумчиво улыбнулся. – Ну а ты чего такой кислый-то?

– А чему веселиться-то?

– Ну не знаю, – пожал плечами Михаил. – Жизни надо веселиться. Жизнь, она ведь, брат, одна. Вот и нужно всё успеть и всё испробовать в своей жизни. Тебя как звать-то?

– Меня? – одёрнулся водитель. – Алексей.

– Лёха значит. Очень приятно, – он открыл форточку, выкинул окурок. – А меня Мишкой величают.

Некоторое время ехали молча.

– Хорошо-то как, – восхищённо выдохнул парень. – Красота-то какая! Каждую ночь эти места снились.

– Давно не был здесь?

– Семь лет, почитай, уже, – пролепетал Михаил, глядя в окно. Он с жадностью впивался своим добрым, решительным взглядом в родную алтайскую красоту.

– Ну и какое чувство? – спросил таксист.

– Незабываемое, – пояснил он и добавил: – Это чувство невозможно описать. Аж сердце замирает.

– Сидел что ли?

Михаил с подчёркнутым сожалением посмотрел на водителя.

– Так заметно?

– Заметно, – сказал водитель. – Сидевший человек трепетно относится к

жизни и, оказавшись на воле, пытается насытиться каждым глотком чистого родного воздуха.

– Свободой, – поправил его Михаил.

– Что?

– Свободой насытиться. Свобода, она, брат, одна, а воздух везде разный.

– Конечно, разный, – согласился таксист, – потому что есть, кому гадить.

Они рассмеялись.

– Ну и как? Счастлив?

– Я то? – Михаил задумчиво пожал плечами. – Наверное.

– Счастливый человек, значит.

– Получается, что так. Видишь ли, кто ни разу не сидел в тюрьме, тот на вкус не знает, что такое свобода. Вот ты говоришь, что я счастливый человек. А что для человека счастье? А? Вот для тебя что счастье? В чём оно заключается?

– Не знаю.

– Э-э… А оно у тебя хоть было?

– Нет в жизни счастья, – твёрдо отрезал водитель, безнадёжно махнув рукой.

– Да-а, брат, туго, видно, тебе в жизни пришлось, раз ты не веришь в счастье.

– Да кому нужно это счастье?

– Счастье всем нужно. Каждому человеку, – заметил Михаил. – Вот ты говоришь: нет в жизни счастья. А я с тобой не соглашусь, – он, натянуто улыбнувшись, бросил свой взгляд на водителя. – Жизнь – это и есть самое главное счастье для каждого человека.