Алексей Кобелев.

Начальные люди Томской губернии. Исторические портреты 1804-1917



скачать книгу бесплатно

22 июля 1822 года Александр I издал указ «О преобразовании Сибирских губерний по новому учреждению», в нем пункт 5 гласил: «По уважению местных обстоятельств Томской Губернии, постановляются для оной в общем порядке управления следующие изъятия: 1). Звания Томского Гражданского Губернатора и Начальника Колывано-Воскресенских заводов отныне соединяются в одном лице». Колывано-Воскресенскими заводами к тому времени более пяти лет руководил горный инженер Петр Козьмич Фролов, он и был назначен томским гражданским губернатором.

По тому же указу в структуре управления губернией не была предусмотрена должность вице-губернатора, но председатель губернского правления как был второй фигурой во власти, так и оставался. Игнатий Иванович по должности входил в состав губернаторского совета – нового органа системы управления.

П.К. Фролов и И.И. Соколовский вместе правили губернией более четырех лет – срок очень большой для требовательного, деятельного, порядочного, образованного и неподкупного губернатора. Они понимали друг друга, они нашли общий язык.

Игнатий Иванович оставил должность в январе 1827 года. Дальнейшая судьба его не выяснена, но известно, что богатств не нажил и умер в безвестности. Хотя нет, некоторые следы его проскальзывают в романе-эссе «Память» писателя из Красноярска Владимира Чивилихина, когда он писал о его сыне Владимире.

Владимир был младшим сыном Игнатия Ивановича, его имя прочно вплетено в венок ярких произведений «вольной» русской поэзии. В 1818 году он поступил в 1-й кадетский корпус в Петербурге, выпущен губернским секретарем в мае 1826 года. Это было время, когда только что – 14 декабря 1825 года, царь подавил антиправительственное восстание на Сенатской площади. Дух свободы витал и среди кадетов, вновь воцарившийся император Николай I лично распорядился закрыть библиотеку кадетского корпуса, а за пронос любой литературы в корпус следовало суровое наказание. Обуреваемый идеями декабристов Соколовский-младший вернулся в Сибирь, служил в штате канцелярии Томского общего губернского правления.

Точно известно, что когда первый декабрист Владимир Раевский, следуя к месту ссылки в Иркутской губернии, прибыл в Томск, то он имел встречу с молодым Соколовским. И не мимолетную – они вместе обедали, провели вечер. Владимир Соколовский передал ему слова отца о том, что в городе он может быть столько, «как сам решит изгнанник». Раевский потом писал: «Еще пробыл один день между этими благородными, честными людьми».

Владимир Чивилихин разыскал письма другого «государственного преступника по прикосновенности к происшествию 14 декабря 1825 года» – Николая Мозгалевского, однокашника Владимира Соколовского. Когда тот следовал в ссылку в Нарым, то он десять дней жил у Соколовских. Его обогрели, подкормили, представили друзьям. Зная, какой гиблый край ждет молодого декабриста, они открыли по городу негласный благотворительный сбор в его пользу. Его тепло одели и обули, снабдили на первое время деньгами и снедью.

В письмах к другу, Мозгалевский просил поблагодарить Игнатия Ивановича Соколовского «за благодеяние, которое оказано в бытность мою в Томске». В другом письме он просил друга походатайствовать «у родителя своего, чтоб разрешил выезд в Томск, ибо теперь г. генерал-губернатора нет, следовательно, и опасаться нечего». Николай Мозгалевский первым из всех декабристов начал получать казенное пособие.

Из всего этого можно сделать вывод, что Игнатий Иванович Соколовский, исправляя должность председателя губернского правления, очередной раз исполнял обязанности отъехавшего губернатора и по-прежнему оставался «благодетелем и другом страждущего человека».

А судьба его младшего сына Владимира сложилась трагически. В 1828 году в чине коллежского секретаря он переехал в Красноярск, где енисейским губернатором состоял А.П. Степанов – родственник Игнатия Соколовского, в его доме и жил первоначально. Его сын Николай Степанов тоже «болел вольнодумством». В доме губернатора останавливались многие декабристы, следовавшие на каторгу и в ссылку, общение с ними молодых сыновей воспринималось ими как огромное событие. Вместе двоюродные братья совершили поездку в Иркутскую губернию.

В 1832 году Владимир Соколовский уехал в Москву, был близок к кругу Герцена и Огарева, печатался во многих журналах. Некоторые его стихотворные произведения («Мироздание», «Хеверь») выходили отдельными изданиями, потом был роман «Одна и две, или Любовь поэта», «Рассказы сибиряка». Еще раньше он написал песенку «Русский император», которая касалась событий 14 декабря 1825 года, смерти «царя благословенного» Александра I и воцарения Николая I. Ей суждена была завидная популярность, ее пели до конца века, ее включают в хрестоматии «декабристской» поэзии.

В 1834 году Владимир переехал в Петербург, поступил в канцелярию военного генерал-губернатора П.К. Эссена, но через месяц был арестован и препровожден на следствие в Москву. Там, по доносу провокатора, был арестован кружок Герцена: он сам, Огарев, Оболенский, Сатин и другие. Составилось дело «О лицах, певших в Москве пасквильные стихи». Автора стихов «Русский император» быстро установили и Владимира Соколовского отправили в Шлиссельбургскую крепость «на бессрочное время».

В заточении Соколовский выучился еврейскому языку, сроднился с религиозным образом мыслей, «но здоровье его было убито» одиночной камерой самой страшной крепости в России. Почти через два года его выпустили на поруки старшего брата.

6 марта 1837 года «государь император высочайше повелеть соизволил титулярного советника Соколовского… определить на службу в Вологодской губернии под самым строгим надзором начальства». В Вологде работал и творил, но со здоровьем становилось все хуже и хуже. По прошению Николай I «всемилостивейшее повелеть соизволил, перевести его на службу в Кавказскую область в продолжении за ним строгого надзора начальства». В Москве задержался дольше отведенного времени, доктора признали его обреченным, он выехал в Ставрополь уже безо всякой надежды на выздоровление.

Газета «Санкт-Петербургские ведомости» 19 ноября 1839 года сообщила, что 17 октября скончался известный русский поэт В.И. Соколовский.

Владимир Чивилихин писал: «На небосклоне великой русской литературы Александр Полежаев и Владимир Соколовский не были звездами первой величины. Они были… первыми поэтами-разночинцами и, следуя тернистым, мученическим путем за декабристами, связали собою цепь времен в самую темную пору безвременья, передав эстафету русского свободомыслия Герцену и Некрасову, петрашевцам и шестидесятникам».

О трагической судьбе Владимира Соколовского писал Герцен в «Былом и думах». (Часть вторая, глава XII).


КРОТОВ Андрей Гаврилович

председатель Томского губернского правления (январь 1829 года – май 1830 года), статский советник.

Ко времени назначения председателем Томского губернского правления Андрею Гавриловичу шел 72 год от роду, а стаж его государственной службы превышал 47 лет. Да и к Томской губернии уже прикипел – тут жил четверть века. Он обладал редкой работоспособностью и усидчивостью, природным умом и талантом, это и позволяло ему занимать самые высокие посты во власти.

Он происходил из священнических детей, окончил курсы, преподаваемые в духовной семинарии. При открытии Вятской губернии 2 декабря 1780 года был зачислен в казенную палату, долгое время служил канцеляристом, через 12 лет получил чин губернского секретаря – XII класс Табели о рангах. 20 декабря 1801 года назначен бухгалтером, через десять дней произведен в титулярные советники.

В ноябре 1802 года Андрей Кротов был перемещен в Департамент Министерства финансов России, получил должность помощника столоначальника. 28 октября 1803 года по именному Высочайшему указу направлен в Томскую казенную экспедицию, позже переименованную в палату, занимал пост советника. За снижение недоимок имел поощрения. 31 декабря 1807 года произведен в надворные советники, 31 декабря 1813 года – в коллежские советники.

Правительствующим сенатом «1 генваря» 1817 года определен губернским прокурором. Служил, видать, исправно, ибо оставался в той должности 12 лет, к тому же и чин очень высокий получил. Высочайшим указом от 17 сентября 1821 года Андрей Гаврилович был произведен в статские советники со старшинством с 31 декабря 1817 года.

Последняя запись в формулярном списке относится к 11 января 1829 года, именно в этот день по Высочайшему повелению А.Г. Кротов был назначен председателем Томского губернского правления.

Андрей Гаврилович имел еще одну особенность – к своим 72 годам он имел пять несовершеннолетних детей. Лишь 26-летний старший сын служил на Балтийском флоте в чине лейтенанта. Александр в свои 15 лет уже служил канцеляристом под началом отца в Томском губернском правлении, десятилетний Андрей обучался в приходском училище. Старшей из дочерей Анне было 17 лет, средней – 16 лет, а младшей Александре только 11 лет.

Случайно или нет, но А.Г. Кротов оставил должность сразу после ухода с должности гражданского губернатора генерал-майора Корпуса горных инженеров П.К. Фролова и назначением на его место генерал-майора Е.П. Ковалевского.


БЕРГ Василий Владимирович

председатель Томского губернского правления (май 1830 года – апрель 1834 года), коллежский советник.

Он происходил из лифляндских дворян, там его предки имели поместье и замок. Отец Василия Валтер принял православие и стал Владимиром. Он служил в артиллерии, совершил несколько походов под началом Суворова, при осаде турецкой крепости Силистрия в 1779 году (ныне территория Болгарии) был ранен и умер в чине штык-юнкера. Сыну Василию в ту пору было лишь два года.

Василий Берг рос при матери Марье Петровне в Москве, в Немецкой слободе в стесненных условиях. Кроме русского языка других мать не знала, естественно, и Василий родной считал русскую речь. Она стремилась воспитать сына в строгих правилах церкви и мечтала отправить его на ученье в Петербург. И своего достигла, Василий вырастал богобоязненным, не пойти к обедне в праздник или воскресенье было делом немыслимым. Отдать на учение в Петербург оказалось делом сложным из-за отсутствия средств, и все же хлопоты увенчались успехом, Василия хоть и переростком зачислили в юнкерское училище.

По окончании училища Василий Берг попал чиновником для переписывания бумаг в Кабинет-секретаря государыни Екатерины Василья Степановича Попова, человека в то время очень сильного. Тот полюбил юношу, да так, что предложил ему переехать в свой дом. Все вдруг изменилось, когда в ноябре 1796 года умерла Екатерина II, В.С. Попову пришлось уезжать в свою малороссийскую деревню, молодому Бергу же он посоветовал ехать в Сибирь. Там выгодные условия службы и перспективы продвижения иные, нежели в столице.

Василий Владимирович послушался совета и отправился в Томск. Потом служил в Иркутске, в Нерчинске, Тобольске, Березове. В Иркутске был советником губернского правления, там же женился на Анне – чрезвычайно красивой девушке, дочери основателя городка Оленска в Якутии Ефрема Федоровича Ромадина. Там же писал и печатал стихи и прозу, помещал свои произведения в «Вестнике Европы» за подписью «Иркутск».

В Москве 24 марта 1823 года у Бергов родился мальчик, девятый по счету ребенок, но все восемь до этого умерли в младенчестве. Нарекли его Николаем, а крестным отцом стал замечательный, но печальной судьбы архитектор и художник А.Л. Витберг.

В 1814 году его грандиозный проект храма Христа Спасителя на Воробьевых горах, который должен был увековечить великую победу русского народа в Отечественной войне, нашел одобрение императора и был утвержден им. Торжественная закладка храма прошла 12 октября 1817 года – в пятую годовщину ухода французов из Москвы при стечении огромного числа москвичей. Для строительства были собраны двадцать тысяч подмосковных крепостных и выделены огромные средства. Казначеем комиссии по сооружению этого храма стал Василий Владимирович Берг.

Семь лет строительство протекало вяло, а потом и совсем остановилось, по официальной версии из-за ненадежности почвы. Вслед выяснилось, что из выделенных сумм, расхищен миллион рублей. Витберг и другие руководители строительства были обвинены в растратах и хищениях и отданы под суд. Судебное разбирательство затянулось, лишь в 1835 году суд постановил оштрафовать обвиняемых на миллион рублей. Александра Витберга выслали в Вятку. А казначей Василий Берг при этом остался свободным от обвинений.

А.И. Герцен, знавший А.Л. Витберга по ссылке, писал в «Былом и думах»: «Само собою, разумеется, что Витберга окружила толпа плутов, людей, принимающих Россию – за аферу, службу – за выгодную сделку, место – за счастливый случай нажиться. Не трудно было понять, что они под ногами Витберга выкопают яму. Но для того, чтобы он, упавши в нее, не мог из нее выйти, для этого нужно было еще, чтоб к воровству прибавилась зависть одних, оскорбленное честолюбие других». Кум Василий Берг в сонме пройдох и завистников замечен не был, вина его, может быть, лишь в том, что не уберег архитектора от плутократов.

Василий Владимирович Берг был человеком кристально честным, но это не было гарантией, что его не пристегнут к громкому делу, ведь именно через его руки проходили многие миллионы средств. Как говорится, от греха подальше он перебрался с семьей в городок Бронницы, что не так уж и далеко от Москвы. Получил там какое-то место и служил, пока гроза не миновала.

Потом перевелся в Москву, но пробыл не долго, получив новую должность – председателя Томского губернского правления. А помог в этом то ли случай, то ли мольба матери.

Василий Владимирович поехал в Петербург искать себе место. Случайная встреча с министром внутренних дел графом А.А. Закревским прямо на крыльце предопределила новую поездку в Сибирь, а в это же самое время его матушка, пешком добравшись до монастыря, пала перед ракой Сергия в слезах и молитвах, прося устроить сына. Вот какие бывают совпадения!

Василий Берг был трудолюбивым, щепетильным и не подкупным начальником. Он не терпел бездеятельности и расхлябанности, неуклонно карал взяточников. Однажды к нему явились крестьяне, которые нашли возможность пробраться без доклада и спросили:

– Доходит ли до вас, батюшка, ваше превосходительство, наша благодарность, которую мы препровождаем через вашего лакея? Взяло нас сумление: говорят, вы не берете, а куда же идут наши денежки? Вот мы и осмелились утруждать вашу милость, простите нас за простоту и смелость.

Берг остолбенел, услышав, что эта язва подобралась к нему так близко. Крепостной лакей Васька в присутствии челобитчиков признался, что брал взятки с просителей и не считал это за грех. «Все лакеи берут», – отвечал он. Судьба лакея тут же была решена – его отправили в солдаты.

Василий Владимирович пользовался большим доверием губернатора Евграфа Петровича Ковалевского, постоянно замещал его. А тот, будучи и Главным начальником Колывано-Воскресенских заводов, предпочитал больше жить в Барнауле, чем в Томске.

Несмотря на большой круг обязанностей, Василий Владимирович, любивший сына без памяти, неизменно проводил с ним часы досуга. По воскресеньям выезжали в городской парк или на острова, собирая целые мешки разноцветных камней. Николай, можно сказать, жил в кабинете отца, находясь большей частью возле библиотеки с редкими книгами, привезенными из России. Василий Берг был восторженным поклонником Державина, лучшие оды его знал наизусть и поминутно читал из них отрывки. Любил Крылова, Дмитриева, Ломоносова, а вот Пушкина и Жуковского считал не важными писателями.

Любовь отца к литературе передалась сыну. Николай Васильевич Берг стал известным поэтом, переводчиком славянских поэтов, публицистом, военным историком, исследователем. Его перу принадлежат и так называемые «Посмертные записки», представляющие собою довольно полную автобиографию. Они печатались в «Русской старине», избранными страницами издавались и в советское время. «Записки» послужили основой для подготовки настоящего очерка. Стихи Николай Берг начал писать с девяти лет в Томске, потому-то и включен в когорту писателей земли томской, земли сибирской.

Василий Владимирович Берг вышел в отставку по выслуге полного пенсиона, в Сибири он работал около двадцати лет. Поселился в Тамбовской деревне, семья поехала туда на полгода раньше, чтоб приготовить все для постоянного жилья бывшего председателя Томского губернского правления.


КОШЕЛЕВ Валериан Иванович

председатель Томского губернского правления (апрель 1834 года – июнь 1835 года), статский советник, камергер Высочайшего Двора.

Относился к восьмому колену старинного дворянского рода, его далекий предок Иван Семенович в 1650-1651 годах был воеводою в Болхове. Дед Иван Васильевич Кошелев родился в 1738 году, был прапорщиком, отец Иван Иванович родился в 1764 году, дослужился до титулярного советника.

Валериан Кошелев обучался в Московском университетском пансионе, в ноябре 1805 года с братом Николаем и сестрами Екатериной и Анной разделили имение отца. В службу вступил 6 марта 1811 года в канцелярию Комитета по делам Лифляндии. Произведен в коллежские регистраторы 31 августа 1811 года, в губернские секретари – 12 апреля 1812 года, в коллежские секретари – 30 декабря 1813 года, в титулярные советники – 15 декабря 1816 года. В воздаяние ревностной службы и трудов 6 апреля 1819 года всемилостивейше пожалован кавалером ордена Св. Анны III степени. 25 апреля 1819 года определен в канцелярию министра внутренних дел, 11 июня 1821 года назначен столоначальником по 2-му отделению. В том же году 30 декабря пожалован в камер-юнкеры.

18 августа 1824 года определен в Кавказскую казенную палату советником по отделению питейного сбора. 5 марта 1828 года причислен к Министерству финансов и вскоре определен чиновником разных податей и сборов с поручением управлять 2-м отделением. 18 августа 1829 года пожалован в надворные советники, а 26 сентября 1830 года назначен вице-губернатором Астраханской губернии. Неоднократно исполнял дела губернатора, при этом однажды более пяти месяцев – с 25 ноября 1832 года по 2 мая 1833 года. На том посту 2 апреля 1833 года был пожалован в коллежские советники, 1 июня того же года – в камергеры Высочайшего Двора. Получал знаки отличия беспорочной службы за XV и XX лет.

13 апреля 1834 года пожалован в статские советники и назначен председателем Томского губернского правления. Дважды исполнял дела губернатора генерал-майора Е.П. Ковалевского, отъезжавшего из губернского города. Но служил здесь немногим более года. 28 июня 1835 года его перевели на равнозначную должность в Тобольскую губернию. Там служил еще меньше – до 27 декабря того же 1835 года, оставил место по прошению.

12 ноября 1835 года награжден орденом Св. Анны II степени, 21 августа 1838 года – орденом Св. Владимира III степени, вслед – знаком отличия беспорочной службы за XXV лет. Орден Св. Анны III степени получал еще весной 1819 года.

1 марта 1840 года произведен в действительные статские советники, тем же днем вышел в отставку. С 1 января 1850 года являлся предводителем дворянства Духовщинского уезда Смоленской губернии. 22 сентября 1852 года вместе с братом записан в VI часть Дворянской родословной книги Рязанской губернии, Валериан и Николай Ивановичи владели 150 десятинами земли.

Его старший брат Николай Иванович Кошелев был военным моряком. Он окончил Морской кадетский корпус, после двадцати лет службы был командиром фрегатов «Крейсер» и «Амфитрида», уже в звании капитана I ранга – командиром корвета «Князь Варшавский», командиром 8-го флотского экипажа и корабля «Не тронь меня». Был награжден орденом Св. Георгия IV степени. Вышел в отставку в мае 1837 года, умер 8 апреля 1853 года на 62-м году жизни.

Валериан Иванович был женат на дочери подполковника Екатерине Федоровне Кашталинской, за нею в 1852 году состояло1100 душ крепостных в Минской губернии. В совместной жизни у них родилось трое сыновей, но два умерли в младенчестве, а Митрофан прожил лишь 15 лет. Волею судьбы наследников у них не оказалось.

В Дворянской родословной книге Рязанской губернии указано, что Валериан Иванович Кошелев родился в 1797 году, но это не так. В таком случае на государственную службу он вступил в 14 лет, этого же не могло быть. В Красносельском синодике (Книге имен усопших для поминовения) на странице 142 значится, что он умер 28 июля 1866 года в возрасте 76 лет. А это значит, что он родился в 1790 году.

Мест с названием «Красносельское» в России и на Украине насчитывается более десятка. Они есть в Ленинградской, Нижегородской и Самарской областях, в Крыму. Но упомянутый синодик, скорее всего, относится к Красному селу, что было близ Москвы, а ныне поглощенное столицей. Думать так заставляют поименованная в нем масса московских купцов и мещан, а также не малое число людей, имевших высокие гражданские и военные чины.

В его формулярном списке, хранящемся в Томском государственном архиве и составленном в 1835 году, указано, что ему 40 лет от роду. Судя по этому документу, он родился в 1795 году. Истина, как всегда, находится где-то по середине.




скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28