Алексей Кириллов.

От подушной подати к подоходному налогу



скачать книгу бесплатно

К исходу первого пятилетия работы податной инспекции при Департаменте окладных сборов появились первые ревизоры по податной части2424
  РГИА. Ф. 573. Оп. 20. Д. 4264. Ревизоры по податной части при Департаменте окладных сборов, 1889–1914 (брошюра; Пг., 1914).


[Закрыть]
. То, чем они занимались – типичные внутриведомственные мероприятия. Главной задачей ревизоров было не выловить плохих работников и заменить их хорошими, а улучшить работу тех, которые есть, подсказать какие-то решения, используемые в других губерниях. Для составления отчёта ревизоры обильно пользовались материалами ревизуемых, то есть во многом смотрели на дело их глазами. В то же время, ревизии сопровождались объездом территории и личным знакомством с инспекторами, производились неспешно (недели, а то и месяцы) и заканчивались обстоятельными, на десятки или сотни листов, докладами, содержавшими помимо прочего и указания на недостатки в работе. Один и тот же ревизор Д.Л. Киреевский проверял работу инспекторов от Сибири до Прибалтики. Возможность сравнения совершенно непохожих регионов сама по себе обеспечивает ценность его замечаний об особенностях постановки дела на местах. За единичным исключением2525
  Отчёт податного ревизора Д.Л. Киреевского о ревизии податной инспекции Акмолинской и Семипалатинской областей в 1902  г. // Сибирские переселения. Вып. 3. Освоение Верхнего Прииртышья во второй половине XVII – начале ХХ вв.: Сборник документов. Новосибирск: Параллель, 2010. С. 171–233.


[Закрыть]
отчёты эти не опубликованы и ждут своего часа в фонде Департамента окладных сборов.

Случайно оказались недавно опубликованы воспоминания одного из директоров Департамента окладных сборов – Н.Н. Покровского2626
  Покровский Н.Н. Последний в Мариинском дворце. Воспоминания министра иностранных дел. М.: Новое литературное обозрение, 2015. 488 с.


[Закрыть]
. Само название книги показывает, что её автор привлёк внимание публикаторов не как налоговик, а как последний министр иностранных дел Российской империи – в этой должности аккуратный и порядочный чиновник оказался из-за «министерской чехарды» на закате династии Романовых. Сам же Николай Николаевич добросовестно описал все этапы своей государственной службы, включая и долголетнюю карьеру в Минфине.

Россия второй половины XIX века – Россия пишущая.

Публицистика в виде журнальных статей и специальных брошюр служила ещё одним подспорьем в работе над данной книгой. Впрочем, обсуждение работы собственно податных присутствий попадало на кончик пера публицистов лишь в виде исключения: на фоне таких животрепещущих вопросов, как подоходный налог или винная монополия, это были слишком мелкие подробности. Публицистические источники имеют для данной темы лишь вспомогательное значение.

Из ряда специальных экономических журналов, которые издавались в это время в стране, своей содержательностью выделяется официоз Министерства финансов – «Вестник финансов, промышленности и торговли», выходивший с 1885  г. до ноября 1917  г. Здесь в преддверии реформ помещались пространные редакционные статьи, объясняющие необходимость и смысл перемен, здесь печатались краткие сообщения о зарубежной экономической жизни, здесь изредка появлялись и публикации, выражающие личные мнения известных экономистов по злободневным вопросам.

Подводя итог обзору источников, подчеркну главное. Российский государственный исторический архив, хранящий фонды министерств Российской империи, часто воспринимается как земля обетованная для специалистов по истории периода капитализма. Материалы, добытые здесь – как венец исследования. В той работе, итогом которой стала данная книга, напротив, обработка столичных фондов была начальным этапом. Некоторые любопытные находки, сделанные в богатейшей коллекции РГИА, всё же, как правило, имеют характер необязательных виньеток. Самые важные выводы обеспечены документами казённых палат и податных инспекторов, податных присутствий и крестьянских обществ одного из российских регионов.

Пристальное изучение первичных документов делает невозможным сплошной охват всей страны в одном исследовании. То, что данная работа выполнена именно на материалах Западной Сибири, обусловлено стечением нескольких обстоятельств.

Первое из них – это удивительный рывок в развитии, который являет нам сама Сибирь на протяжении считанных десятилетий перед революцией. Ещё в 1882  г. классик областнического движения Н.М. Ядринцев в своей знаменитой книге «Сибирь как колония» печалился по поводу того, что Сибирь остаётся страной каторги и ссылки, и с трудом доказывал, что сибирские крестьяне – не какая-то особая этнографическая группа, а те же самые русские. Но в этом же самом году Тобольская и Томская губернии освободились от опеки западносибирского генерал-губернатора, получив от высшей власти своего рода дипломатическое признание наравне с обычными российскими губерниями. И это уже было признанием бесповоротно состоявшейся «русификации Сибири». С приходом же в Сибирь железной дороги плотность её заселения, экономические условия, технологии, культурные привычки стали меняться на глазах. Союз Сибирских маслодельных артелей (с конторой в Лондоне), «высочайше установленный» Челябинский тарифный перелом для сибирского хлеба, проведённая в 1890-е годы серия реформ по великороссийским образцам 1860-х годов – ярчайшие свидетельства сибирского преображения. В середине 1890-х гг. Транссиб присоединил земли на восток от Урала к экономическому и культурному пространству Европейской России. Восточная Сибирь оказалась всё же слишком далёкой для российских крестьян, без массового притока которых воплощение новых экономических возможностей не могло состояться. Но Тобольская и Томская губернии (вместе с русскими районами Степного края, находящимися в зоне экономического тяготения Транссиба) окончательно стали обычной русской провинцией.

Как правило, исследования по истории России опираются на материал европейской части страны (нередко – с вычетом из неё южных и западных окраин, богатых на особенности законодательства). Такова сила традиции. Игнорирование Сибири настолько естественно, что даже не требует обоснования. Довольно логично, что в Москве, к которой Берлин вдвое ближе Томска, по отношению к Сибири и в XX  в. продолжал действовать стереотип «медведей на улицах». Но как раз общероссийским исследованиям этот шаблон изрядно навредил. К.Н. Тарновский, скрупулёзно искавший успешные и передовые кооперативы среди разоряющихся ремесленных мастерских европейских губерний2727
  Тарновский К.Н. Мелкая промышленность России в конце XIX – начале XX  в. М.: Наука, 1995. 272 с.


[Закрыть]
, получил бы в подтверждение своей идеи «народного капитализма» целую отрасль (маслодельческую), если ли бы обратился к Сибири. Исследователи российских железных дорог2828
  Соловьёва А.М. Железнодорожный транспорт в России во второй половине XIX  в. М.: Наука, 1975. 316 с.


[Закрыть]
получили бы возможность качественно иной постановки столь резонансного в мировой исторической науке2929
  Fogel, Robert W. Railroads and American Economic Growth: Essays in Econometric History. Baltimore: Johns Hopkins Press, 1964. 296 p.


[Закрыть]
вопроса о влиянии железных дорог на экономическое развитие страны. Именно сибирский опыт позволяет отделить воздействие железных дорог от воздействия крестьянской реформы и других преобразований 1860-х–1870-х гг. и показать роль железной дороги как локомотива экономики.

Уже из сказанного видно, что «обычная российская провинция» Западная Сибирь имела – как и всякая обычная провинция – свои особенности, важные для изучения общероссийских явлений. Для налоговой отрасли из этих особенностей важны две. Первая – это запаздывание с определением границ крестьянского землепользования. Даже в последние годы перед революцией, несмотря на десятилетия работы «Сибирского межевания» и его преемников, не везде крестьянские общества имели точно отграниченные наделы. На этом основании столичные власти отказывались распространять на Сибирь Положение 1899  г. о порядке взимания крестьянских налогов. За счёт этого в Сибири был поставлен своего рода эксперимент: отмена круговой поруки состоялась в отсутствие важнейшего условия, принуждающего крестьян раскладывать налоги не в ущерб казне. Это даёт уникальный материал для обсуждения вопроса о соотношении законов и традиций в системе сбора налогов.

Ещё одна сибирская особенность – задержка с окончательным установлением здесь советской власти до конца 1919  г. Революция и Гражданская война – время резко ускоренного развития: в считанные годы отменялось одно и создавалось другое, о чём прежде говорили десятилетиями.

Именно в это время Министерство финансов Омского правительства, продолжившее традиции до-большевистского управления, сделало подоходный налог не элитным, а всеобщим. Так был закреплён выход на новый качественный рубеж, поставлена последняя точка в полувековой эволюции налоговой системы, немного не достигшей этого рубежа на землях, подвластных большевикам.

Не последнюю роль среди причин обращения к Сибири играют организационные обстоятельства. Прежде всего, важен вопрос происхождения архивных коллекций. Структура управления Российской империи была такова, что низшим уровнем разветвлённого государственного управления оставалась губерния. В губернских центрах сотрудники губернских правлений и казённых палат вырабатывали политику, которая затем воплощалась под их присмотром местными деятелями – крестьянскими чиновниками, податными инспекторами, полицейскими исправниками. Планы П.А. Столыпина создать такую же систему на ступень ближе к народу – на уровне уезда – не вышли за рамки законопроектов. Поэтому именно архивы губернских центров хранят самые богатые подборки низовых документов по российской истории периода капитализма.

Так архив Томска, ныне – главного города скромной Томской области, оказался владельцем коллекции документов огромной Томской губернии, в которую укладываются нынешние Новосибирская, Кемеровская области, Алтайский край и Республика Горный Алтай. Сопоставимый по богатству материал хранится в г. Тобольске, который нынче не является даже областным центром, а в начале XX  в. служил резиденцией одного из двух западносибирских губернаторов. Особый статус, выходящий за рамки уездного центра, имел Барнаул – столица Алтайского округа, управляемого Кабинетом его императорского величества (Кабинетом ЕИВ). В Государственном архиве Алтайского края отложились дела податных инспекторов, крестьянских начальников и других органов местной власти не только по Барнаульскому, но также по Бийскому и Змеиногорскому уездам, входившим в Алтайский округ. Не всем сибирским столицам повезло. Материалы из бывшего центра Степного края – города Омска – в значительной степени были переданы в Казахстан. Почти весь фонд Омской казённой палаты хранится ныне в Центральном государственном архиве Республики Казахстан.

Экономическая ценность природных запасов оценивается не только по богатству залежей, но и по степени их доступности. Подобно этому, практическая ценность архивной коллекции во многом зависит от степени её доступности для исследователей. Профессиональные историки и подвижники исторического дела А.В. Большакова и А.Г. Караваева, долгие годы руководящие Томским архивом, создали весьма благожелательную для историков атмосферу, позволяющую исследователям работать с высокой производительностью. За счёт этого использование томских материалов оказалось предпочтительным перед использованием материалов многих других, даже крупных, архивов.

Часть 1
Неразрывная цепочка: законы и реформы 1863–1917 годов

Глава 1.
Самая долгая из «Великих реформ»: отмена подушной подати

Начало шестидесятых годов XIX века – время особое. Уже совершён прорыв 19 февраля 1861 года, крепостное право пало. Но публика ещё не знает, что будет дальше. Какие ещё реформы готовит правительство, и готовит ли вообще? Законное обсуждение слишком ограничено, и горячая молодёжь пишет подпольные прокламации. По сути – собственные, альтернативные правительственной, программы реформ. Одна из самых известных – «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон»: именно она даст суду основание изъять из общественной жизни влиятельного публициста и будущего кумира молодёжи Н.Г. Чернышевского.

Эта прокламация удивительна тем, что во многом совпадает с мыслями реформаторов из правительства. «Так вот она какая в исправду-то воля бывает на свете: чтобы народ всему голова был, а всякое начальство миру покорствовало, и чтобы суд был праведный, и ровный всем был бы суд, и бесчинствовать над мужиком никто не смел, и чтобы пачпортов не было и подушного оклада не было, и чтобы рекрутчины не было»3030
  Чернышевский Н.Г. [Барским крестьянам от их доброжелателей поклон…] [Интернет-ресурс свободного доступа. Дата проверки: 01.12.2017  г.] http://www.hist.msu.ru/ ER/Etext/chern.htm. Выверено по изданию: Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. Документальная публикация. / Ред. Е.Л. Рудницкая. М.: Археографический центр, 1997.


[Закрыть]
. И если мечты о «выборном царе» не воплотятся ещё долго, то суд праведный и равный, и отмена рекрутчины – хрестоматийные пункты «Великих реформ».

И насчёт подушной подати автор крамольной листовки шагал вполне в ногу с правительством. Таков был дух эпохи, открывшейся после смерти Николая I. С лёгкой руки Ф.И. Тютчева она получила имя «Оттепель». «Со всех сторон посылались в Петербург проекты железных дорог, записки о разных финансовых реформах и улучшениях, о судебных преобразованиях, освобождении крестьян» – так описывал новую атмосферу будущий активный реформатор князь Д.А. Оболенский3131
  Джаншиев Г.А. Эпоха Великих реформ. 10-е изд. Спб: Типо-лит. Б.М. Вольфа, 1907. 855 с.


[Закрыть]
.

Подушная подать в ряду пережитков крепостной эпохи

Разработка податной реформы началась раньше большинства других. К моменту написания «Барским крестьянам…» уже полтора года (с июля 1859  г.) при Министерстве финансов действовала Комиссия для пересмотра системы податей и сборов. За два десятилетия работы Податная комиссия издала десятки томов, посвящённых состоянию различных отраслей налогообложения в России и зарубежному опыту. В одной из первых своих публикаций комиссия указывала, что коренного улучшения податной системы нельзя достигнуть «без совершенной отмены подушной системы». Это мнение было всеобщим3232
  Василенко Н. Подушная подать в России // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. [Интернет-ресурс свободного доступа. Дата проверки: 01.12.2017  г.] https://ru.wikisource.org/ wiki/ЭСБЕ/Подушная_подать_в_России


[Закрыть]
.

Подушная подать выступала не только сословным клеймом «податных сословий». Это был ещё и ограничитель доходов бюджета. Канули в прошлое Петровские времена, когда подушная подать давала треть всех доходов казны. Теперь она не дотягивала и до 15  %, и перспективы повышения были сомнительны. Недоимки к середине XIX  в. стали постоянным спутником подушной системы: значит, для многих налоги чрезмерны. Было ясно, что есть много тех, кто мог бы платить больше, но чтобы их отделить, надо научиться отличать богатых от бедных – и значит, уйти от подушного принципа3333
  Кошелев А.И. О подушных податях. / Отдельный оттиск из ж-ла «Беседа», кн. I. М., 1871. 21 с.


[Закрыть]
.

Что взамен? Первые проекты податной комиссии были готовы уже в 1862  г.: проекты подворной подати с крестьян, поземельного налога с крестьян и помещиков, налога на строения в уездах. Проектам этим «не был дан ход» под тем предлогом, что надо сначала выяснить «экономические последствия крестьянского дела и финансовые результаты [новой] питейной системы»3434
  Алексеенко М.М. Действующее законодательство о прямых налогах. СПб, 1879. С. 43.


[Закрыть]
. В 1867  г. начался очередной приступ к податной реформе, и в 1869  г. вновь созданная специальная комиссия представила вновь разработанные проекты. На сей раз предлагалось заменить подушную подать только двумя налогами – подворным и поземельным, причём поземельный должен был лечь только на крестьян, а не «благородных» землевладельцев. Таким образом, по существу речь шла о сохранении обложения крестьян под новым названием3535
  Там же. С. 44–49.


[Закрыть]
. Проект этой реформы был в 1870  г. разослан по земствам для обсуждения и получил резкую критику. Но и земцы со своей стороны не предложили какого-либо решения, явно более выигрышного.

Крупный помещик, хваткий хозяин и знаменитый общественный деятель А.И. Кошелев, наблюдавший происходящее изнутри, так описывал земское обсуждение в Рязани: «В признании правительственного проекта неудовлетворительным все согласились скоро и без больших споров; но первый поставленный на очередь вопрос, следует ли податную обязанность распространять на все сословия, вызвал жаркие и почти нескончаемые прения». В подготовительной комиссии всё же взяли верх сторонники демократического подхода, однако в общем собрании губернского земства «крепостники действовали очень дружно и всячески противились распространению податных обязанностей на привилегированные сословия»3636
  Записки Александра Ивановича Кошелева (1812–1883 годы). [Интернет-ресурс свободного доступа. Дата проверки: 01.12.2017  г.] http://az.lib.ru/k/koshelew_a_i/ text_1884_zapiski_kosheleva.shtml


[Закрыть]
. Обсуждение окончилось ничем.

Дело было, конечно, не только и не столько в «сопротивлении крепостников»: этого хватало и в крестьянской реформе, которая, тем не менее, благополучно состоялась. Но вопросы общественно-политические всегда кажутся проще, чем экономические. Что делать с крестьянской свободой и помещичьей землёй – на этот вопрос у царя был свой ответ, хотя бы примерный. В области же финансов без специалистов было не обойтись, а специалисты не могли дать уверенного рецепта, как создать новый источник дохода «на пустом месте».

Правда, уже в первых обсуждениях высказывалась мысль о подоходном налоге. Именно такой проект был в 1862  г. предложен молодым министром финансов М.Х. Рейтерном. Представитель плеяды «Константиновских орлов», по поручению младшего брата царя три года проведший в Европе и США для изучения устройства местных финансов, он был твёрдым реформатором. Предложенный им проект предполагал введение умеренного (не более 5  %) налога на богатых (исключая крестьян и мещан) на условиях добровольного заявления дохода. В числе плательщиков должны были оказаться не только купцы, но и помещики.

Податная комиссия, куда поступил проект, действовала «в лучших традициях» старой николаевской гвардии. Поклявшись в приверженности к самой идее подоходного налога, Комиссия, однако же, решительно признала введение такого налога в России «крайне несвоевременным». Проект Рейтерна был разгромлен на том основании, что цифра ожидаемого дохода (4,8  млн руб.) обоснована неубедительно, а главное, страна вступила в эпоху коренных экономических потрясений. В такое время, – говорится в ответной записке, – «решительно никто, начиная от крестьянина и поденщика и до самого могущественного столичного капиталиста и государственного сановника, не может сколько-нибудь приблизительно определить, каков его чистый годовой доход»3737
  Труды Комиссии, высочайше учрежденной для пересмотра системы податей и сборов. Т. XVI: Веселовский М. П. О подоходном налоге. СПб, 1869. С. 120–121.


[Закрыть]
. Высказанные здесь же сетования на освобождение крестьян, отмену барщины и изменение в быте «главного нашего потребителя» – помещичьего класса, объясняют читателю состав комиссии, предопределивший «смертный приговор» проекту 1862 года.

Заодно «для справки» Комиссия напомнила опыт 1812  г. Отчаянно нуждаясь в деньгах, правительство (ещё при М.М. Сперанском) установило подоходный налог с помещичьих доходов – но так, чтобы не испортить отношений с привилегированным сословием. В законе было записано, что правильность дворянских показаний о сумме дохода «утверждается на доброй вере и чести. Никакие доносы на утайку доходов или неправильное их показание не приемлются»3838
  ПСЗ. Т. XXXII. СПб, 1830. № 24992. Манифест о преобразовании комиссии погашения долгов. С. 184, 191–192.


[Закрыть]
. В итоге сумма сбора оказалась столь малой, а главное, уклонение от налога – столь массовым, что налог в 1819  г. пришлось отменить.

Для окончательного разгрома подоходных чаяний министра финансов Комиссия командировала за границу «для ближайшего ознакомления с подоходным налогом» М.П. Веселовского3939
  Вербицкий А.И. Основные формы подоходного обложения в их историческом развитии и система законодательства о подоходном налоге в России. Иркутск, 1916. С. 14–18.


[Закрыть]
. Его описания и размышления изданы были изданы в 1869  г. в качестве 16-го тома трудов Комиссии. Подробнейше описав устройство подоходных налогов на Западе и тщательно пересказав историю обсуждения подоходного проекта в России, автор в основном согласился с отзывом Податной комиссии на проект М.Х. Рейтерна и пришёл к заключению, что введение подоходного налога в России «при настоящих обстоятельствах» «сопровождалось бы неисчилимыми затруднениями»4040
  Труды Комиссии, высочайше учрежденной для пересмотра системы податей и сборов. Т. XVI: Веселовский М. П. О подоходном налоге. СПб, 1869. С. 196.


[Закрыть]
.

Итак, оставалось выжидать, осторожничать и реформировать те налоги, которые не затрагивали интересов «благородного дворянства». И первый день 1863 года принёс сразу два податных новшества, достойных занимать место в плеяде «Великих реформ».

Налоговые законы 1863 года: «отрицательная часть» податной реформы

Ключевая черта «Великих реформ» – их «двойное назначение». Хорошо известно назначение политическое: отмена несправедливых межсословных перегородок, освобождение страны. Меньше бросается в глаза прагматическая составляющая – но она есть в каждой реформе. Будь то проблема подготовки грамотных профессорских кадров как основание для университетской реформы или задача избежать судьбы французов под Седаном как толчок к отмене рекрутчины.

Налоговые реформы 1863  г. не стали исключением. Начнём с более яркой стороны дела. Обе эти реформы ликвидировали важные бастионы неполноправия низших сословий. В один день торгующие крестьяне были уравнены в правах с купцами и уничтожена подушная подать с мещан4141
  ПСЗ-2. Т. XXXVIII. № 39118. С. 3–15. Положение о пошлинах за право торговли и других промыслов; ПСЗ-2. Т. XXXVIII. № 39119. С. 15–19. Правила о взимании в 1863 году налога с недвижимых имуществ в городах, посадах и местечках.


[Закрыть]
.

Отмена мещанской «подушины» выглядит понятной без долгих слов, требуется лишь одно уточнение. Через 19 лет после её отмены, в законе 18 мая 1882  г., мы вновь видим указание императора прекратить взимание «подушного, в пользу казны, сбора с мещан». Противоречия нет: речь идёт о сборе, появившемся после указа 10 декабря 1874  г. «о прекращении отдельного существования государственного земского сбора и о присоединении его, с 1875 года, к общим государственным доходам»4242
  ПСЗ-3. Т. XLIX. Отделение 2-е. № 54144. С. 415–417.


[Закрыть]
. В состав государственного земского сбора входил (по старой, дореформенной традиции) подушный сбор с мещан; он-то и стал в 1875  г. самостоятельным «государственным доходом», его и отменял указ 1882  г. Но даже в этом, самостоятельном, качестве, он не случайно именовался лишь сбором, а не податью. Речь шла не об откате реформы, а о мелкой технической подробности, побочном продукте эволюции земских налогов. Подушная подать для мещан в 1863  г. была отменена навсегда. Такова формула реформы, точная и простая одновременно.

Суть реформы обложения торговли и промышленности требует более подробного пояснения. Хорошо известно, что Жалованная грамота 1785  г. провозглашала купеческую монополию на торговлю. При этом сословие было открыто для всех, заявивших капитал установленного размера (с которого и платился налог). Казалось бы, если крестьянин ведёт торговлю, то «выбирает» (покупает) патент (без которого торговать всё равно не разрешат) и становится купцом – откуда же может взяться различие между торгующими крестьянами и купцами?

Дело в том, что применение по-немецки чётко задуманной схемы выявило две проблемы. Прежде всего, размер мелкой торговли не позволял разносчикам и мелким лавочникам выбирать даже самые дешёвые купеческие патенты. Свою долю жизненного сумбура вносило крепостное право. Помещикам было выгодно разрешать своим крестьянам торговлю: с богатых можно больше взять оброка. Но разрешить им взять купеческий патент значило утратить своё право владеть ими: купечество – сословие не просто свободное, а даже привилегированное.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное