Немецкий через детективы. 30 двуязычных историй с параллельным текстом (B1–B2)

Александра Панфилова

Немецкий через детективы. 30 двуязычных историй с параллельным текстом (B1–B2)

DIE GEHEIMNISSE

VON TANNENBACH

Тайны Таннебаха

30 детективных историй на немецком

с параллельным переводом на русский

Уровень B1–B2

Inhalt · Содержание

Wie man dieses Buch liest · Как пользоваться этой книгой

TEIL EINS · B1

Fall 1 · Die verschwundene Torte · Исчезнувший торт

Fall 2 · Das Buch, das immer zurückkam · Книга, которая всегда возвращалась

Fall 3 · Postkarten aus Sydney · Открытки из Сиднея

Fall 4 · Der Hund, der nicht bellte · Собака, которая не залаяла

Fall 5 · Der Zug um 10:15 aus Freiburg · Поезд 10:15 из Фрайбурга

Fall 6 · Die reisenden Gartenzwerge · Садовые гномы-путешественники

Fall 7 · Mehl auf der Treppe · Мука на ступеньках

Fall 8 · Briefe ohne Namen · Письма без подписи

Fall 9 · Zimmer 12 · Номер двенадцать

Fall 10 · Der verschlossene Schuppen · Запертый сарай

Fall 11 · Die Uhr auf dem Bild · Часы на картине

Fall 12 · Der Hund, der nach Hause ging · Пёс, который ходил домой

Fall 13 · Der Ring auf Schloss Rotenfels · Кольцо в замке Ротенфельс

Fall 14 · Spuren im Schnee · Следы на снегу

Fall 15 · Die Wahrsagerin · Гадалка

TEIL ZWEI · B2

Fall 16 · Das Kreuzworträtsel des Obersts · Кроссворд полковника

Fall 17 · Die Tageskarte · Дневной билет

Fall 18 · Das Gespenst von Schloss Rotenfels · Призрак замка Ротенфельс

Fall 19 · Der Professor, der verschwand · Профессор, который исчез

Fall 20 · Das Käsekuchen-Geheimnis · Секрет творожного торта

Fall 21 · Krimidinner · Детективный ужин

Fall 22 · Das fehlende Geld für das Dach · Пропавшие деньги на крышу

Fall 23 · Nebel auf der Fähre · Туман на пароме

Fall 24 · Briefe in der Wand · Письма в стене

Fall 25 · Jonas in Schwierigkeiten · Йонас в беде

Fall 26 · Der Papagei, der zu viel wusste · Попугай, который слишком много знал

Fall 27 · Der verlorene Brief von Goethe · Потерянное письмо Гёте

Fall 28 · Der Nachtzug nach Hamburg · Ночной поезд в Гамбург

Fall 29 · Die Rückkehr von Herrn Grau · Возвращение герра Грау

Fall 30 · Die letzte Seite · Последняя страница

Wie man dieses Buch liest

Как пользоваться этой книгой

Dies ist eine Sammlung von dreißig kurzen Kriminalgeschichten – eine für jeden Abend des Monats –, geschrieben für alle, die Deutsch auf den Niveaus B1 und B2 lernen. Jede Geschichte wird zweimal erzählt: einmal auf Deutsch und einmal in einer natürlichen, literarischen russischen Übersetzung. Es ist keine Wort-für-Wort-Übersetzung, sondern ein Text, der sich liest, als hätte ein russischer Autor dieselbe Geschichte von Anfang an erzählt.

Это сборник из тридцати коротких детективных историй — по одной на каждый вечер месяца, — написанных для тех, кто изучает немецкий на уровнях B1 и B2. Каждая история рассказана дважды: один раз по-немецки и один раз в естественном литературном переводе на русский. Это не подстрочник: текст читается так, будто эту же историю с самого начала рассказывал русский автор.

Alle dreißig Fälle löst dieselbe Person: Hanna Lorenz, fünfunddreißig. Zehn Jahre lang hat sie Kreuzworträtsel für eine Münchner Zeitung gemacht, und jetzt führt sie ein Antiquariat in Tannenbach, einem kleinen, ruhigen Städtchen im Schwarzwald. Sie bemerkt kleine Dinge – ein falsches Datum, einen fehlenden Poststempel, ein Wort, das nicht hierher gehört –, und ihr helfen (und manchmal stören sie) ihr alter Schulfreund, Polizeikommissar Jonas Okafor, und ein schwarzer Kater namens Komma.

Все тридцать дел раскрывает один и тот же человек — тридцатипятилетняя Ханна Лоренц. Десять лет она составляла кроссворды для мюнхенской газеты, а теперь держит букинистический магазин в Таннебахе, маленьком тихом городке в Шварцвальде. Она замечает мелочи — не ту дату, отсутствующий штемпель, слово, которому здесь не место, — а помогают ей (а иногда и мешают) школьный друг, комиссар полиции Йонас Окафор, и чёрный кот по кличке Комма.

Die Geschichten werden im Lauf des Buches schwieriger. Die Fälle 1–15 sind für das Niveau B1 geschrieben: Die Sätze sind kürzer, der Wortschatz ist alltäglich, und die Handlung ist einfach. Die Fälle 16–30 sind für das Niveau B2 geschrieben: Sie sind länger, die Sprache ist reicher, und die Rätsel sind komplizierter. Erzählt wird, wie in deutschen Büchern üblich, im Präteritum; in den Dialogen sprechen die Figuren so, wie man im Alltag spricht – meistens im Perfekt. Jeder Fall ist ein faires Rätsel: Alle Hinweise stehen im Text, bevor Hanna sie erklärt, und Sie können versuchen, den Fall selbst zu lösen.

Истории постепенно усложняются. Дела 1–15 написаны для уровня B1: предложения короче, лексика повседневная, сюжеты проще. Дела 16–30 рассчитаны на уровень B2: они длиннее, язык богаче, загадки запутаннее. Повествование, как принято в немецких книгах, ведётся в претерите (Präteritum), а в диалогах персонажи говорят так, как говорят в жизни, — чаще всего в перфекте (Perfekt). Каждое дело — честная головоломка: все улики появляются в тексте раньше, чем Ханна их объясняет, так что можно попробовать разгадать его самостоятельно.

Das Buch besteht aus kurzen, abwechselnden Blöcken: ein Absatz auf Deutsch und gleich danach derselbe Absatz auf Russisch, kursiv gesetzt. So müssen Sie nie ans Ende des Buches blättern oder einen eigenen Abschnitt suchen, um etwas nachzuprüfen – die Übersetzung steht immer direkt unter dem Original.

Книга построена короткими чередующимися блоками: абзац на немецком, а сразу за ним тот же абзац на русском, выделенный курсивом. Это значит, что не нужно листать в конец книги или искать отдельный раздел, чтобы что-то проверить, — перевод всегда прямо под оригиналом.

Es gibt nicht den einen richtigen Weg, dieses Buch zu lesen, aber dieser hier funktioniert für viele Leser. Lesen Sie zuerst den ganzen deutschen Absatz, auch wenn ein Wort oder ein Satz unklar ist – versuchen Sie, die Bedeutung aus dem Zusammenhang zu erraten, bevor Sie nach unten schauen. Lesen Sie dann den russischen Absatz darunter, nicht um Wort für Wort zu übersetzen, sondern um zu prüfen, ob Sie alles verstanden haben, oder um ein, zwei Dinge zu klären, die Ihnen entgangen sind. Gehen Sie zum nächsten Block und wiederholen Sie das Ganze.

Единственно правильного способа читать эту книгу не существует, но многим подходит вот такой. Сначала прочитайте немецкий абзац целиком, даже если какое-то слово или фраза непонятны, — попробуйте угадать смысл по контексту, прежде чем заглядывать вниз. Затем прочитайте русский абзац под ним — не для того, чтобы переводить слово за словом, а просто чтобы убедиться, что вы поняли правильно, или уточнить одну-две ускользнувшие детали. Переходите к следующему блоку и повторяйте.

Wenn Sie sich sicherer fühlen, lesen Sie zuerst den ganzen Fall auf Deutsch, von Anfang bis Ende, ohne nach unten zu schauen – und prüfen Sie, ob Sie die Lösung vor Hanna finden. Gehen Sie danach den russischen Text durch und schauen Sie sich die Stellen an, bei denen Sie unsicher waren. Erwarten Sie auf keinen Fall, beim ersten Mal alles zu verstehen. Auf den Niveaus B1 und B2 genügt es völlig, der Geschichte zu folgen und Freude an dem Rätsel zu haben. Genau dafür wurden diese Geschichten geschrieben.

Если чувствуете себя увереннее, попробуйте сначала прочитать всё дело по-немецки от начала до конца, не заглядывая вниз, — и проверьте, найдёте ли вы разгадку раньше Ханны. А потом пройдитесь по русскому тексту и проверьте места, в которых сомневались. В любом случае не старайтесь понять всё с первого раза. На уровнях B1 и B2 вполне достаточно следить за сюжетом и получать удовольствие от загадки. Именно для этого эти истории и написаны.

TEIL EINS · B1

Часть первая · дела 1–15

FALL 1

Die verschwundene Torte

Исчезнувший торт

Hanna Lorenz war in Tannenbach aufgewachsen, mit achtzehn nach München gegangen und mit dreiunddreißig zurückgekommen, als ihre Tante Edith ihr ein Antiquariat vererbte. In den zwei Jahren seitdem war in der kleinen Stadt nichts besonders Aufregendes passiert. Genau deshalb mochte sie Tannenbach.

Ханна Лоренц выросла в Таннебахе, в восемнадцать уехала в Мюнхен, а в тридцать три вернулась — когда тётя Эдит оставила ей в наследство букинистический магазин. За два года, что прошли с тех пор, в городке не случилось ничего особенно волнующего. Именно за это Ханна его и любила.

Tannenbach war ein kleines Städtchen im Schwarzwald, mit einer Hauptstraße, zwei Gasthäusern, einer Kirche, deren Uhr immer vier Minuten nachging, und einem Antiquariat mit einer grünen Tür. Das Antiquariat gehörte jetzt ihr. Über der Tür stand in goldenen Buchstaben ANTIQUARIAT LORENZ, und drinnen roch es nach altem Papier, Kaffee und Katze.

Таннебах был маленьким городком в Шварцвальде: одна главная улица, два гастхауса, церковь с часами, которые вечно отставали на четыре минуты, и букинистический магазин с зелёной дверью. Теперь магазин принадлежал ей. Над дверью золотыми буквами было выведено ANTIQUARIAT LORENZ, а внутри пахло старой бумагой, кофе и котом.

Der Kater war mit dem Laden gekommen. Er hieß Komma. Er war schwarz, hatte einen weißen Fleck unter dem Kinn und verbrachte fast den ganzen Tag schlafend im Schaufenster, zwischen der Lyrik und den Reiseführern.

Кот достался ей вместе с магазином. Его звали Комма — по-немецки «запятая». Он был чёрный, с белым пятнышком под подбородком, и почти весь день спал на витрине между поэзией и путеводителями.

Bevor sie das Antiquariat übernahm, hatte Hanna zehn Jahre lang Kreuzworträtsel für eine große Münchner Zeitung gemacht, und sie schickte immer noch eines pro Woche. Jetzt war sie fünfunddreißig, hatte dunkle Locken, die nie ordentlich lagen, und konnte kein Schild, keine Speisekarte und keinen Einkaufszettel lesen, ohne die kleinen Fehler darin zu bemerken. „Das ist eine Berufskrankheit“, sagte sie gern. „Wenn man einmal anfängt, nach Hinweisen zu suchen, hört man nie wieder auf.“

До магазина Ханна десять лет составляла кроссворды для крупной мюнхенской газеты и до сих пор присылала им по одному в неделю. Ей было тридцать пять, её тёмные кудри никак не желали лежать аккуратно, и она не могла прочитать вывеску, меню или список покупок, не заметив в них мелких ошибок. «Профессиональная болезнь, — любила говорить она. — Стоит один раз начать искать подсказки, и уже не остановишься».

Am zweiten Samstag im Juli ging die ganze Stadt zum Tannenbacher Sommerfest im Gemeindehaus. Es gab Preise für das größte Gemüse, die schönsten Blumen und die beste Marmelade, aber der wichtigste Preis von allen war der für die beste Schwarzwälder Kirschtorte.

Во вторую субботу июля весь город отправлялся на Летний праздник в общинном доме. Призы давали за самые крупные овощи, самые красивые цветы и лучшее варенье, но главным из всех был приз за лучший шварцвальдский вишнёвый торт.

Fünf Jahre lang hatte immer dieselbe Frau gewonnen: Margarete Hahn aus der Kirchgasse. Ihre Torte war berühmt. Sie war hoch und leicht, mit dunklem Schokoladenbiskuit, Kirschen, viel Sahne und Schokoladenraspeln obendrauf.

Пять лет подряд побеждала одна и та же участница — Маргарете Хан с Церковного переулка. Её торт был знаменит: высокий, воздушный, с тёмным шоколадным бисквитом, вишней, горой сливок и шоколадной стружкой сверху.

Hanna traf Margarete an diesem Morgen im Café Kupferkessel, gegenüber von ihrem Laden. Margarete setzte ihre Lesebrille auf, die an einer dünnen goldenen Kette um ihren Hals hing, studierte lange die Karte und bestellte dann, was sie immer bestellte: einen Kaffee zum Mitnehmen. Wie immer redete sie ein bisschen zu schnell. „Ich bin um fünf aufgestanden“, sagte sie. „Und in meiner Küche ist alles neu! Meine Tochter hat mir zum Geburtstag Vorratsdosen geschenkt – alle weiß, alle genau gleich. Sehr modern. Ich finde immer noch nichts.“

В то утро Ханна встретила Маргарете в кафе «Медный котёл» напротив своего магазина. Маргарете надела очки для чтения, которые висели у неё на шее на тонкой золотой цепочке, долго изучала меню, а потом заказала то же, что и всегда, — кофе с собой. Говорила она, как обычно, чуть быстрее, чем нужно. — Встала в пять, — сообщила она. — И у меня на кухне теперь всё новое! Дочь подарила на день рождения набор банок для продуктов — все белые, все совершенно одинаковые. Очень современно. До сих пор ничего не могу найти.

Um halb elf standen die Torten auf einem langen Tisch hinten im Saal, neben der Tür zum Parkplatz. Jede stand auf einem weißen Teller, daneben ein Kärtchen mit einer Nummer. Margaretes Torte hatte die Nummer sieben. Die Jury kam um zwölf Uhr.

В половине одиннадцатого торты уже стояли на длинном столе в глубине зала, рядом с дверью на парковку. Каждый стоял на белой тарелке, рядом — карточка с номером. У Маргарете был седьмой. Жюри должно было прийти в двенадцать.

Hanna ging mit einer Tasse Tee langsam durch den Saal. Sie bewunderte die riesigen Karotten und die wunderschönen Rosen. In der Nähe des Tortentischs bemerkte sie einen kleinen Jungen von etwa acht Jahren. Er hatte rote Haare und ein sehr unglückliches Gesicht und trank Apfelsaft, so schnell er konnte, ein Glas nach dem anderen.

Ханна неторопливо обходила зал с чашкой чая. Полюбовалась огромной морковью и прекрасными розами. Возле стола с тортами она заметила мальчика лет восьми — рыжего, с ужасно несчастным лицом. Он пил яблочный сок так быстро, как только мог, стакан за стаканом.

Um zwanzig vor zwölf schrie jemand.

Без двадцати двенадцать раздался крик.

Margarete Hahn stand am Tortentisch und hielt sich beide Hände vors Gesicht. Teller Nummer sieben war leer. Nichts lag darauf, nicht einmal ein Krümel. „Meine Torte!“, rief sie. „Jemand hat meine Torte gestohlen!“

Маргарете Хан стояла у стола с тортами, прижав ладони к щекам. Тарелка номер семь была пуста — ни торта, ни даже крошки. — Мой торт! — закричала она. — Кто-то украл мой торт!

Alle im Saal drehten sich um, und alle redeten auf einmal. Einige sahen Dorothea Fink an, die fünf Jahre lang jedes Mal Zweite geworden war. Frau Fink wurde knallrot. „Schaut mich nicht so an“, sagte sie. „Ich stehe seit heute Morgen am Marmeladentisch. Fragt, wen ihr wollt.“

Все в зале обернулись, и поднялся гул голосов. Кое-кто покосился на Доротею Финк, которая все пять лет занимала второе место. Фрау Финк густо покраснела. — Нечего на меня так смотреть, — сказала она. — Я всё утро простояла у стола с вареньем. Спросите кого угодно.

Ein großer Mann in ihrem Alter mit einem freundlichen Gesicht kam durch die Menge. Es war Jonas Okafor, Kommissar bei der Polizei in Tannenbach; Hanna kannte ihn seit der Grundschule. Heute hatte er frei – er war mit seiner Mutter auf dem Fest, die ihre Tomaten ausstellte –, aber wenn es in Tannenbach Ärger gab, suchten alle sofort nach Jonas.

Сквозь толпу пробрался высокий мужчина её лет с добрым лицом. Это был Йонас Окафор, комиссар таннебахской полиции, — Ханна знала его ещё с начальной школы. Сегодня он был не на службе — пришёл на праздник с мамой, которая выставила на конкурс свои помидоры, — но стоило в Таннебахе случиться неприятности, как все сразу начинали искать глазами Йонаса.

„Wann haben Sie die Torte zuletzt gesehen, Frau Hahn?“, fragte er. „Um halb zwölf. Sie war perfekt. Dann bin ich zum Auto gegangen, um meine Lesebrille zu holen, und als ich zurückkam – war sie weg!“

— Когда вы в последний раз видели торт, фрау Хан? — спросил он. — В половине двенадцатого. Он был идеален. Потом я вышла к машине за очками для чтения, а когда вернулась — его уже не было!

Jonas schrieb das in ein kleines schwarzes Notizbuch. Hanna sah währenddessen Margarete an: ihr rotes Gesicht, ihre zitternden Hände und die Lesebrille, die wie immer an der dünnen goldenen Kette um ihren Hals hing.

Йонас записал это в маленький чёрный блокнот. А Ханна тем временем смотрела на Маргарете: на её раскрасневшееся лицо, на дрожащие руки и на очки для чтения, которые, как всегда, висели у неё на шее на тонкой золотой цепочке.

Dann suchte sie den rothaarigen Jungen. Er saß draußen auf der Treppe, immer noch mit einem Glas Saft in der Hand. „Hallo“, sagte Hanna und setzte sich neben ihn. „Ich bin Hanna. Mir gehört das Antiquariat mit der Katze im Schaufenster.“ „Ich weiß“, sagte der Junge. „Ich bin Paul. Ich mag Ihre Katze.“

Потом она отправилась искать рыжего мальчика. Он сидел на ступеньках у входа, всё ещё со стаканом сока в руке. — Привет, — сказала Ханна и села рядом. — Я Ханна. У меня книжный, с котом на витрине. — Знаю, — ответил мальчик. — Я Пауль. Мне нравится ваш кот.

„Paul, du siehst aus wie jemand, der etwas Schreckliches gegessen hat.“ Paul sah auf seine Schuhe. „Ich hab nur ein ganz kleines Stück genommen“, sagte er leise. „Von der Ecke. Von Nummer sieben. Alle sagen, das ist die beste Torte der Welt.“ Er verzog das Gesicht. „Sie hat geschmeckt wie das Meer.“

— Пауль, у тебя вид человека, который съел что-то ужасное. Пауль уставился на свои кроссовки. — Я взял совсем чуть-чуть, — тихо сказал он. — С краешку. От седьмого номера. Все говорят, что это лучший торт на свете. — Он поморщился. — А он на вкус как морская вода.

„Hat dich jemand gesehen?“ „Die Tortenfrau. Ich hab mich entschuldigt. Ich hab ihr gesagt, dass sie salzig ist. Sie hat auch ein bisschen probiert, und dann ist sie ganz weiß geworden.“ Paul trank noch einen Schluck Saft. „Komme ich jetzt ins Gefängnis?“ „Heute nicht“, sagte Hanna. „Danke, Paul. Du hast mir sehr geholfen.“

— Тебя кто-нибудь видел? — Тётя, которая испекла торт. Я извинился. Сказал ей, что он солёный. Она тоже попробовала кусочек, и лицо у неё стало совсем белое. — Пауль отпил ещё сока. — Меня посадят в тюрьму? — Сегодня точно нет, — сказала Ханна. — Спасибо, Пауль. Ты мне очень помог.

Hanna ging um das Gebäude herum zum Parkplatz. Margaretes kleines blaues Auto stand unter einem Baum. Natürlich öffnete Hanna es nicht. Das war auch nicht nötig: Durch die Heckscheibe sah sie auf dem Rücksitz eine große, runde Tortenhaube.

Ханна обошла здание и вышла на парковку. Маленькая голубая машина Маргарете стояла под деревом. Открывать её Ханна, разумеется, не стала. В этом не было нужды: сквозь заднее стекло было видно, что на сиденье стоит большой круглый колпак для торта.

Sie ging wieder hinein und fand Margarete allein in der kleinen Küche hinter der Bühne. Sie saß auf einem Plastikstuhl mit einer Tasse Tee, die sie nicht trank. „Margarete“, sagte Hanna leise, „Ihre neuen Dosen sind alle weiß, und sie sehen alle gleich aus. Aus welcher haben Sie heute Morgen den Zucker genommen?“

Она вернулась в общинный дом и нашла Маргарете одну в маленькой кухне за сценой: та сидела на пластиковом стуле с чашкой чая, к которой так и не притронулась. — Маргарете, — мягко сказала Ханна, — все ваши новые банки белые и все одинаковые. Из какой вы сегодня утром брали сахар?

Margarete sagte lange nichts. Dann vergrub sie das Gesicht in den Händen, und diesmal spielte sie nicht. „Aus der linken“, sagte sie. „Der Zucker steht bei mir immer links. Aber meine Tochter hat das Salz dorthin gestellt. Ach, Hanna – sechs Eier, ein halber Liter Sahne, zweihundert Gramm Salz, und die ganze Stadt hätte das gegessen!“

Маргарете долго молчала. Потом закрыла лицо руками — и на этот раз уже не притворялась. — Из левой, — сказала она. — Сахар у меня всегда слева. А дочь поставила туда соль. Ох, Ханна, шесть яиц, пол-литра сливок, двести граммов соли — и весь город собирался это есть!

„Also haben Sie die Torte im Auto versteckt und allen erzählt, sie sei gestohlen worden.“ „Ich konnte doch nicht sagen, dass ich eine Salztorte gebacken habe! Fünf Jahre habe ich gewonnen. Fünf Jahre!“ Sie sah auf. „Wie hast du das gewusst?“

— И вы спрятали его в машине, а всем сказали, что его украли. — Не могла же я признаться, что испекла солёный торт! Пять лет я побеждала. Пять лет! — Она подняла глаза. — Как ты догадалась?

„Drei Dinge“, sagte Hanna. „Erstens Ihre neuen Dosen – davon haben Sie mir heute Morgen erzählt. Zweitens ein Junge, der sagt, Ihre Torte schmeckt wie das Meer. Und drittens Ihre Brille.“ Sie zeigte auf die goldene Kette. „Die tragen Sie um den Hals, seit ich denken kann. Sie mussten nicht zum Auto, um Ihre Brille zu holen, Margarete. Sie mussten zum Auto, um etwas anderes hinzubringen.“

— Три вещи, — сказала Ханна. — Во-первых, ваши новые банки: вы сами рассказали мне о них утром. Во-вторых, мальчик, который говорит, что ваш торт на вкус как морская вода. А в-третьих, очки. — Она показала на золотую цепочку. — Вы носите их на шее, сколько я себя помню. Вам незачем было идти за очками к машине, Маргарете. Вы несли туда кое-что другое.

Margarete lachte – ein kleines, nasses Lachen. „Du und deine Hinweise.“ „Berufskrankheit“, sagte Hanna.

Маргарете рассмеялась — тихо, сквозь слёзы. — Ты и твои подсказки. — Профессиональная болезнь, — ответила Ханна.

Am Ende erzählte Margarete der Jury selbst die Wahrheit. Ein paar Leute lachten, aber die meisten waren freundlich. Dorothea Fink gewann den Preis zum ersten Mal in ihrem Leben und war so glücklich, dass sie weinte. Jonas klappte sein Notizbuch zu und sagte, das sei der kürzeste Fall seiner Karriere gewesen.

В конце концов Маргарете сама рассказала жюри правду. Кое-кто посмеялся, но большинство отнеслось к ней по-доброму. Доротея Финк впервые в жизни получила главный приз и так обрадовалась, что расплакалась. А Йонас закрыл блокнот и заявил, что это было самое короткое дело в его карьере.

Als Hanna am Abend die grüne Tür ihres Ladens abschloss, fand sie auf der Stufe eine kleine Papiertüte. Darin lag ein Stück Torte – hoch und leicht, mit Kirschen und Sahne – und ein Zettel: „Diesmal mit Zucker. Danke. M.“

Вечером, запирая зелёную дверь магазина, Ханна нашла на крыльце маленький бумажный пакет. В нём лежал кусок торта — высокого, воздушного, с вишней и сливками — и записка: «На этот раз с сахаром. Спасибо. М.».

Hanna trug die Torte hinein, gab Komma ein bisschen Sahne und dachte, dass Tannenbach vielleicht doch ein wenig aufregender war, als sie geglaubt hatte.

Ханна занесла торт в магазин, угостила Комму капелькой сливок и подумала, что Таннебах, пожалуй, всё-таки чуть интереснее, чем ей казалось.

❧