Часы

Александр Викторович

Часы

Часы

От Вити ушла жена.

Она сказала ему о своем решении в субботу утром, когда они сидели на кухне и завтракали.

Витя приготовил, как обычно, яичницу с жареным беконом. Жена сидела напротив молчаливее обычного. А потом с совершенно будничным видом сказала ему о своем решении.

– Знаешь, – посмотрев ему в глаза, сказала супруга, – я давно решила, я больше так не могу.

Витя посмотрел на нее внимательно. Что-то больно кольнуло его изнутри, но он сдержался и ничего не ответил.

– Я теряю себя, – продолжила она, – я не могу так больше жить. Я хочу уйти.

Витя проглотил кусок яичницы и опустил взгляд в тарелку с остатками приготовленной им еды.

– Хорошо, – ответил он спокойным тоном.

– И все? – воскликнула жена.

Витя растерянно пожал плечами.

– Это все, что ты можешь мне сказать?

Витя оторопел. Он, действительно, не знал, что сказать. В последнее время его действительно мучили догадки, но он не придавал им никакого значения. Вернее, старался не придавать.

Жена давно уже охладела к нему. Они практически даже не разговаривали.

Витя все чаще ловил себя на мысли о том, что у его супруги появился кто-то. Она часто задерживалась с работы, а по вечерам переписывалась в телефоне с коллегами. У нее была сложная и напряженная должность бухгалтера в довольно крупной организации, где от нее требовали постоянного участия. Она не была единственным бухгалтером, конечно, но на ней многое держалось. Кроме того, деятельность в большой организации требовала ее дополнительного участия в жизни коллектива. Витя знал это и относился с пониманием. Жена была активным членом трудового коллектива. Ей не раз приходилось задерживаться после трудового дня, доделывая то, что она не успевала сделать за день. А нагрузка меж тем все только возрастала. Такое бывает. Конечно, он это хорошо понимал. Ему хотелось помочь ей, но чем конкретно он мог бы ей в этом помочь, Витя не знал. Поэтому делал все, что мог. Забирал ее после работы. Ждал по несколько часов, сидя в машине около здания, где она трудилась. Витя и сам считал себя трудоголиком, поэтому с пониманием относился к таким вещам.

Кроме того, в организации, где работала его супруга, периодически проходили корпоративы. Это, по словам его жены, делалось для сплочения коллектива и отказаться от участия в этих корпоративах его жена никак не могла. Она была одним из самых ответственных работников. И Витя ждал ее после каждого корпоратива, сидя в машине недалеко от других таких же мужей.

– И куда ты уходишь? – после некоторой паузы, наконец, спросил Витя.

– Это не важно, – жена смахнула выступившую слезу, – просто ухожу и все.

– Хорошо, – снова ответил Витя.

– Ты поможешь мне собрать вещи? – спросила жена.

– Да, конечно, – Витя посмотрел на нее и с удивлением увидел, что слезы из ее глаз внезапно исчезли.

Стало даже легче. Он не выносил ее слез. И сейчас он не хотел бы, чтобы она опять начала плакать. Ведь тогда бы ему пришлось ее утешать и успокаивать, а делать это он не любил. Хотя и делал всякий раз, когда такое случалось.

Жена резко встала из-за стола, оставив недоеденный завтрак и ушла в комнату. Витя убрал тарелки и вымыл посуду. Он очень не любил, когда на столе было не убрано, равно как и невымытую посуду. Поэтому практически всегда убирал со стола и мыл посуду сам.

Закрыв кран, он услышал шум в комнате. Идти туда не хотелось, но он уже сказал, что поможет ей, а значит нужно было идти.

– Что помочь? – вежливо спросил Витя, заходя в комнату.

Жена складывала вещи из огромной, лежавшей на кровати кучи в один из чемоданов, предварительно осматривая каждую вещь и аккуратно складывая ее. Но все же она немного торопилась и получалось не очень аккуратно.

– Не знаю, – пожимая плечами ответила она и указала рукой на огромную кучу вещей, вываленных на кровать из распахнутого настежь шкафа.

– Давай, – вежливо произнес Витя, принимая из ее рук одно из платьев.

Жена никогда не умела аккуратно собирать вещи. Этим всегда занимался Витя. Он гордился своим умением аккуратно складывать вещи так, чтобы они занимали как можно меньше места.

Витя бережно вытащил кое-как брошенные в нутро чемодана вещи и положив их на край кровати, принялся все заново аккуратно укладывать.

– Не помни, пожалуйста, – встрепенулась жена, увидев в руках у Вити свое розовое платье.

– Хорошо, – ответил Витя и бережно свернул платье.

– Ты же знаешь, что оно потом плохо будет утюжиться, – недовольно сказала жена.

– Не переживай, – сказал Витя, – не будет.

Он, конечно, знал, что его жена не умеет хорошо отутюживать вещи. Обычно, когда надо было проутюжить, что-нибудь сложное или деликатное, она звала на помощь его. У нее самой это сделать никогда не получалось. И Витя с гордостью демонстрировал ей свое умение утюжить даже самые сложные участки складок на одежде. Ему нравилось то, что он умеет это делать.

– Ты к Илье поедешь? – поинтересовался Витя, укладывая поплотнее вещи жены.

– Нет, – резко ответила жена. С чего ты взял?

– Просто спросил.

Витя знал о том, что у его жены есть друг. Они дружили еще со студенчества и между ними никогда ничего не было. Так его уверяла жена. Они были просто очень хорошими друзьями. Пару раз, когда жена ходила на встречи со своим другом, и задерживалась до утра, Витя пытался расспросить ее почему она так сильно задержалась. Но в ответ получал лишь гневные упреки за то, что не доверяет ей и лезет не в свое дело. Это очень сильно задевало Витю. Он не хотел быть человеком, который ревнует без всякого повода. И потом его жена частенько подшучивала над ним, называя его ревнивцем и параноиком.

– Это у тебя, видимо, так принято, если ты общаешься с женщиной, то обязательно нужно с ней переспать. О другом ты даже и не думаешь, – всякий раз с укором говорила ему жена в ответ на его вопросы.

И Витя старался оправдаться.

– Нет, конечно, – отвечал он, – я вообще так никогда не думаю. У меня есть ты и мне достаточно. Да и подруг-женщин у меня нет.