Александр Сапегин.

Дракон: Я – Дракон. Крылья за спиной. Жестокая сказка. Три войны (сборник)



скачать книгу бесплатно

Еще немного – и он сгорит без остатка, а пепел навсегда сольется с миром безграничного океана энергии. Не-ет! Он рванулся назад, разрушая мост и возводя в сознании нерушимую плотину. Кружившаяся с ним в хороводе, давившая невероятным могуществом и возникшая ниоткуда сила мощным ударом вышвырнула его за грань. Все кончилось.

«Больше ни ногой, ни хвостом, ни кончиком самого маленького коготка… Экспериментатор хренов, источника помощней ему захотелось! Ну и как ощущения? Узнал как чувствует себя предохранитель при коротком замыкании?» – Андрей вынырнул из транса и с наслаждением вдохнул полной грудью прохладного воздуха. Его всего трясло. Давно он не хапал адреналина полной пастью. Жив… Наверное так же себя чувствует жук под подошвой накрывшего его башмака, когда такой крепкий и надежный прежде панцирь не выдерживает тяжести и лопается, рассыпаясь вместе с внутренностями по твердой земле.

Со стороны казалось, что небольшой дракон лежит на боку и мирно спит. В такт размеренному дыханию подрагивали крылья и дрожал кончик хвоста. Андрей отходил от последствий своего эксперимента, чуть не поставившего крест над глупой крылатой тварью. Вопреки ожиданиям он чувствовал себя вполне сносно: нигде ничего не болело, энергоканалы организма светились ровным светом и ничем не напоминали оплавленной проводки, внутренние магические резервы до краев были заполнены маной, радовало глаз замысловатое свечение чешуи. Не может быть! Не доверяя сэттаж, Андрей ощупал правой лапой грудь и бок, везде натыкаясь на прочную чешую, которой у него не было еще два часа назад. А если… он сорвал с морды темную повязку и открыл глаза. Да!!! Он видит!!!

Ярко светило солнце, золотыми лучами заглядывая в пещеру и дробясь на блики от прикосновений к полированным бокам поддерживающих свод сталагнатов. Внутренние часы показывали полдень. Карегар и Ягирра задерживались, видимо, роды у жены заводчика хаосов Рума-огрызка, прозванного так за отсутствующую половинку правого уха, были тяжелыми. Камин прогорел, но холод совершенно не ощущался. Андрей поймал кончиком носа теплый солнечный лучик и, следуя за ним как за проводником, вышел из пещеры.

Как хорошо! Приятный прохладный (!) ветерок шевелил нежный пушок крыльев и освежал разгоряченное тело. С высоты скального выступа открывался завораживающий вид на теряющуюся в голубоватой дымке и окруженную белошапочными горами долину. С левой стороны от входа в пещеру весело журчал ручей с кристально чистой и, до зубовного скрежета, холодной водой. Ручей брал свое начало у подножия горного ледника и, причудливо извиваясь по пологому склону, устремлялся вниз. У входа в пещеру горный склон отвесно обрывался, и ручей, играя сотнями радуг, низвергался со стометровой высоты. Водяная морось оседала на отвесных стенах склона и напоминала о себе перезвоном срывающихся с камней капель. Ручей впадал в широкое озеро, начинавшееся в паре сотен метров от уступа и скрывавшееся в пелене испарений. Один раз в туманной дымке мелькнула и пропала, как привидение с рассветом, маленькая рыбацкая лодка.

За ручьем, словно солдаты в строю, теснились корабельные сосны.

С правой стороны к широкой площадке поднималась удобная утоптанная тропа, выглядевшая словно раскатанная ковровая дорожка от пещеры до векового соснового бора, где она терялась в тени развесистых сосновых лап. Темно-зеленые вершины сосен тянулись на тройку километров, постепенно истаивая и уступая место ровным квадратам и прямоугольникам возделанных полей, за которыми виднелись островерхие крыши деревенских домов.

– Красота-то какая! Лепота-а! – сказал молодой дракончик и, шумно втянув ноздрями воздух, распахнул в ширь крылья и приподнялся на задних лапах. Темный камень осветился тысячами цветных бликов, отразившихся от чешуи, в центре крыльев полыхнули маленькие радуги. Дракончик развернул голову на сто восемьдесят градусов и уставился на свою спину. Солнечные лучи играли на насечках чешуи и прозрачных вставках перепонок, как на граненом хрустале, то там то тут вспыхивая яркими цветными вспышками.

Андрей, причудливо изгибая шею, осматривал нового себя. Что ни говори – снаружи он выглядел иначе, чем показывал сэттаж и истинное зрение.

Красавчик, он выпятил грудь, над спиной горбом приподнялись сложенные крылья. Теперь надо не загордиться и не превратиться в самовлюбленного Нарцисса. Ему нравился новый облик. Основной цвет чешуи был золотой, гармоничным растительным орнаментом или замысловатой цветной татуировкой по всему телу шел рисунок из синей, зеленой и черной чешуи. Рисунок был весь в завитушках, цвета чередовались между собой. На грудь, покрытую крупной ромбической чешуей, с правой и левой стороны, симметрично выходили две черных полоски. На шее были маленькие гребни, исчезающие к спине и вновь появляющиеся в районе крестца, где один ряд раздваивался и сдвоенным строем переходил на хвост. Сейчас бы зеркало, на худой конец – стекло. Морда требовала детального осмотра в фас и профиль. Разглядывать на земле тень головы? Андрей посмотрел вниз. Озеро! Чем не зеркало? Смешно подпрыгивая от нетерпения, он побежал по утоптанной тропе вниз.

До озера ему дойти было не суждено, чуткий слух дракона уловил испуганное блеяние овец. Над головой пролетел крупный, размером с овчарку, грифончик и, развернувшись вокруг кончика крыла, ринулся за невысокий каменный гребень с правой стороны от Андрея. Из-за нагромождения камней и валунов долетел клекот охотящегося летуна, отборная ругань, произнесенная звонким мальчишечьим голосом, и истеричное блеяние перепуганных овец. Мясо… сочный барашек, что может быть лучше? Громко заурчало в желудке.

* * *

Данат схватил с земли камень и запустил им в поганую тварь. Грифон увернулся и продолжил наворачивать круги над перепуганной отарой. Вот ведь фургово отродье! Ты гляди, опять сложил крылья и спикировал вниз, перепуганные овцы бросились врассыпную. Громко хлопая крыльями грифон гнал несколько овец к оврагу с отвесными стенами, что начинался ниже по склону и спускался к бору параллельно с тропой, ведущей к пещере дракона.

Полосатые «крылатые волки» были очень смышлеными тварями, сидя на скалах или прячась в листве деревьев, они высматривали добычу и, стоило зазеваться какой-нибудь курице или отбиться от отары ягненку, как в воздухе раздавалось громкое хлопанье крыльев и хозяева недосчитывались животинки, но всех их переплюнул «куцехвостый». Он появился в долине полгода назад и сразу заявил о себе. Этот наглый, без трех перьев в веере хвоста, «волчара» не только постоянно крал маленьких ягнят, летая над самыми головами овец, он загонял самых трусливых и неосторожных в глубокие овраги и на скальные осыпи, где они ломали ноги или разбивались, падая с обрывов и становясь его добычей.

«Куцехвостый», как его прозвали мальчишки пастухи, никогда не охотился на одном и том же месте, его седмицами не видели на пастбищах и возле деревни. После каждой удачной охоты он по нескольку дней прятался в горах подальше от людского гнева. Все попытки поймать и убить изворотливую тварь оканчивались пшиком, но стоило людям потерять бдительность и расслабиться, грифон тут же напоминал о себе, напав в самом неожиданном месте.

Данат чуть не плакал, «волчара» загнал одного барана и овцу в овраг, откуда доносилось жалобное блеянье, и совсем не думал останавливаться на достигнутом. Камней крылатый разбойник не боялся, только издевательски клекотал над безуспешными попытками мальчишки сбить полупернатого волка. Пастушонок наклонился за очередным камнем и замер пораженный…

На валуны взобрался золотистый дракончик, взмахнул правой передней лапой, и грифон, кувыркаясь, упал на землю. В отличие от Даната, добровольный помощник не промахнулся, здоровенный булыжник попал «куцехвостому» точно в голову.

– Долетался. – Голос у дракончика был бархатистый, приятный. – Так и будешь кочергой стоять? – обратился он к Данату.

– А? – мальчишка забыл про овец, грифона и во все глаза пялился на новое действующее лицо. Вопрос дракончика вогнал его еще в больший ступор.

– Драконов, что ли, ни разу не видел? – пастушонок замотал головой, и было непонятно, то ли видел он драконов, то ли нет. – Тогда ладно. Разрешаю – смотри. За погляд денег не беру!

Данат чуть не поперхнулся.

Из оврага опять донеслось жалобное блеянье. Дракончик припал к земле и развернулся к овцам, желтые вертикальные зрачки в синих глазах сузились до тоненьких полосок, громко щелкнули зубастые челюсти. Мальчишка похолодел, упасите Близнецы – сейчас кинется. Дернул же его Тарг погнать отару по этому склону! Ведь знал, что Хозяин может пролететь в любой момент. Почувствовав запах крупного хищника, овцы бросились в сторону деревни, но золотистый сумел удержать себя в лапах, только хвост несколько раз дернулся из стороны в сторону, он с видимой неохотой отвернулся от улепетывающих кусков парного мяса и посмотрел на Даната. У мальчишки отлегло от сердца, доказывать отцу про сожранных драконом бяшек было бесполезно, Хозяин, Карегар, стада не трогал и предпочитал охотиться в горах, а молодой «сказочник» вроде как болеет. Пастушок уже догадался, кто его «помощник».

На больного «сказочник» походил мало, если быть честным – совсем не походил. Деревенские много спорили между собой, какой он, и приставали к Глиру и Гмару с просьбами поведать тайну, но «светляки» отбрехивались тем, что Яга закрывала раненого «вуалью» и они слышали только голос. К Даре, бывавшей в пещере Хозяина, было на хромой козе не подъехать, она ходила важная и надутая, делала большие глаза и рассказывала разные небылицы. Люди и гномы, ходившие по вечерам слушать сказки, тоже ничего не видели, Ягирра подвешивала пелену «вуали» перед входом в пещеру, и любопытные оставались с носом. Старый дракон брал узелки с разносолами, но жестко пресекал любые попытки баб сунуть нос куда не надо. Данат порадовался про себя, он первый деревенский, кто увидел «сказочника» – теперь можно будет утереть нос Даре. А дракончик хорош…

– Тук-тук, ты меня слышишь? – перед носом пастушка нарисовалась драконья морда.

– Да? – очнулся засмотревшийся на полыхающую всеми цветами радуги чешую Данат.

– Я предлагаю обмен, – сказал дракончик и облизнулся. От вида острых, загнутых назад треугольных зубов, украшавших рот «сказочника», мальчишку пробрала холодная дрожь. Радужное очарование хрустальных бликов разбилось об устрашающий частокол в пасти.

– Какой? – через силу выдавил из себя пастушок.

– Барашка из оврага на грифона. Можешь всем говорить, что это ты его сбил камнем, я эту тварь и в глаза не видел, на том и стоять буду!

Данат смотрел на дракона, держащего в лапе мертвого «куцехвостого», и прикидывал разные варианты. Страх прошел, но неприятный холодок продолжал носиться меж лопаток, золотистый предлагал дело… Можно перед отцом оправдаться, шмакодявке Даре нос утереть и… все пацаны сдохнут от зависти! Как же, «куцехвостого» убил и «сказочника» увидел!

– Согласен! – ответил мальчишка и хлопнул по подставленной лапе.

* * *

Как ни старался Андрей унять дрожь, предательский кончик хвоста продолжал выписывать кренделя. Отдав пастушку мертвого грифона, он сломал на ближайшем дереве длинную ветку и спустился к оврагу. Баран и овца были здесь. Двойная порция, но уговор… Обреченные животные, переломавшие ноги, почувствовав дракона, верещали как заведенные. От их криков у него только еще больше разыгрался аппетит.

Роняя на землю тягучую слюну, Андрей свесился вниз и ударил барана толстым концом длинной самодельной дубинки по голове. Оглушив свою добычу, он осторожно подцепил ее веткой и, прижимая безвольное тело барашка к отвесной стенке оврага, вытащил его наружу. Тем же макаром была извлечена и отдана мальчишке овца.

– Спасибо!

Пастушок, во все глаза пялившийся на него, промычал в ответ что-то нечленораздельное. Баран в пасти дракона произвел на него неизгладимое впечатление.

Осторожно неся в зубах свой обед, Андрей перебрался через валуны и затрусил к пещере, из последних сил борясь с искушением разорвать нежную плоть на месте. Кончик хвоста и крылья дергались, живя своей жизнью. Быстрей, быстрей… Неожиданно заблеяло очнувшееся животное, он плотнее сжал челюсти, придушив не к месту зашевелившуюся скотинку. Зубы прорезали кожу, и пасть наполнилась теплой кровью. Хрустнули перекушенные кости. О-о! Хвост выбивал по земле замысловатую дробь.

Где-то далеко на заднем плане Андрей-человек, мысленно, осуждающе качал головой, не одобряя такое поведение и жажду свежей крови, но не вмешивался, прекрасно понимая, что с ним творится. Разумный крылатый хищник, в которого он превратился стараниями Яги и Бати, не будет есть одну травку и кашку, специфический набор зубов заточен под другое меню. Навязчивая идея отведать парного мясца, безостановочно владеющая его умом вторую неделю, наконец получила свое воплощение. Содрав с барана шкуру острейшими когтями и избавившись от потрохов, он, с наслаждением, оторвал заднюю ногу и откусил от нее приличный кусок. Вкуснее мороженого! Под утробное рычание была съедена половина барана. Если бы он мог видеть себя со стороны, то поразился бы лихорадочному блеску в глазах и широким взмахам хвоста. Отобрать у него добычу решился бы только безумец, появись сейчас Батя, досталось бы ему. Накаркал…

Андрей увидел в небе быстро приближающегося дракона и, схватив зубами недоеденную баранью тушку, юркнул под защиту сводов ставшей такой родной пещеры. Хлопки крыльев и цокот когтей по камню, приземлился.

– Не ходи, – услышал он басовитый голос Бати, обращенный к Яге. – Пусть доест. Первая кровь… Не надо…

– Где он барана взял? Он что себе позволяет? Куда он с рубцами ходил? Вот я ему задам! – возмущалась эльфийка под громкий хруст костей внутри. В пещеру она не входила.

Карегар посмеивался.

– Я видел больше тебя. Поверь, ты удивишься, – сказал он Яге и сгреб потроха и баранью шкуру. – Выкину грифонам. Выходи уже, хватит облизываться, – крикнул он Андрею, перемолотившему последний кусок.

Виновато опустив голову к самой земле и облизывая окровавленную морду, Андрей вышел из пещеры. Набравшая в грудь воздуха Яга так и не разразилась приготовленной для разноса тирадой. С-с-с-с, выпустил воздух и высунул кончик языка Батя:

– Чтоб мне на месте провалиться! – нарушил он затянувшееся молчание.

Яга подошла к Андрею и провела рукой по чешуйкам на его боку, в глазах эльфийки стояли слезы.

– Расправь крылья, – попросила она и нежно коснулась кончиками пальцев блестящих стрекозиных вставок, ее теплая ладошка скользила по цветной чешуе завитков. Яга обняла еще тонкую, по сравнению с Батиной, шею и долго любовалась цветными бликами на освещенной солнцем спине застывшего каменным изваянием дракончика. Карегар молчаливой горой лежал на краю площадки, его распирала родительская гордость.

Эльфийка отошла от Андрея на несколько шагов и, заглянув в его синие, с желтыми вертикальными зрачками, глаза, сказала: – Я придумала тебе имя…

«…Как все болит… Никогда не думал, что став драконом, буду уставать как лошадь. Загнанную лошадь забивают, а загнанного дракона загоняют еще больше. Батя взялся за меня всерьез, курс «молодого дракона», после которого я должен стать полноправным летуном, вероятнее всего загонит меня на погребальный костер, и я взлечу ввысь легким облачком дыма, а не своими крыльями. Яга целиком и полностью поддерживает начинания названого папочки на изведение со света одного хрустального дракона:

«Керр, ты стал драконом практически взрослым человеком, и твое новое тело стремится догнать по возрасту разум, поэтому…»

Поэтому заткнись и не ной, иначе я вломлю тебе под хвост раскаленным файерболом или припечатаю чем-нибудь особенно неприятным. Бегом, бегом, Керр, шевели лапами.

«Сколько кругов ты пробежал вокруг деревни? Пятьдесят? Мало! Дети, кто хочет покататься на дракончике? Все хотят! А ну залезайте, а ты, стой и не дрыгайся. Кого много? Детей много? Да на тебе всего десяток шмакодявок. Двадцать кругов за нытье! Вперед, шевели лапами. Дракон ты или кто?»

Претворение политики партии, как говорил папа, и Яги, направленной на сближение с народом. Сближающим фактором избрали меня. Хоть бы разрешение спросили. А народ и рад стараться, сбросили на меня весь детский сад и сидят на завалинках, семечки лузгают. Рассуждают – на каком круге у меня лапы отвалятся… Ужас с большой буквы «У».

После пробежки детки остаются на спине и начинаются упражнения на развитие маховых мышц крыльев. Крылышки вперед, упереться в землю и-и-и… отжаться. Чтобы жизнь не казалась медом, для начала сто отжиманий под веселые крики малышни. Тоже мне, нашли качели. Отжался? Сменим позицию. Крылья расправить, деткам слезть и взяться за их кончики. Медленно поднял, опустил. Стряхнешь кого-нибудь из десятка прицепившихся мальцов – количество повторов увеличится на два десятка раз. Ушлая малышня сама отцепляет руки и плюхается на землю, но Батя делает вид, что не замечает их хитрости и увеличивает количество повторов. Жесть! Сержант-контрактник и «дух»-новобранец, только кончиком хвоста плац не мету, с Бати станется заставить подмести всю деревню, чтобы ощутил, как убирать свои плевки с утрамбованной земли. В сэттаж входить нельзя, Яга следит за этим хуже тюремного надзирателя.

«Ты должен тренировать свои крылья сам, а не с помощью магии!»

Шабаш! Для детей шабаш! Устали, бедняжки, держаться за твои крылья, а ты упор лежа принял… Ох! Это еще что? Батя своим хвостом придавил… «Что землю обнимаешь? Отжимайся!» А сам, морда черная, с мужиками беседу завел о видах на урожай, ценах в городе, даже о бабах… Епрст! Не могу больше, привет, земля…

Вай-вай-вай! Устали крылышки? Детки-и-и! Где вы? Забирайтесь на спинку! Двадцать кругов по-пластунски вокруг деревни, да я вокруг нее всю землю пузом вспахал! Ничего, вспашешь еще раз! Пипец…

К вечеру я напоминаю выжатый лимон и приползаю в пещеру с дрожащими ногами и крыльями и мечтами соснуть часиков так нцать… Но не судьба. Яга, с ехидной улыбкой, предлагает заняться зарядкой для ума. И начинается…

Счетом и математикой я приятно удивил эльфийку, но это только ее еще больше раззадорило. Не знаю, кто из них больший зверь: Яга или Батя?

Травы, травы, травы. Названия, места произрастания, целебные и магические свойства. Время сбора и хранения-приготовления. Сочетаемость с другими травами и магическими ингредиентами. Многокомпонентные отвары и зелья. Приготовления ядов. Закончили с травами – переходим к простейшим заклинаниям. Не переходим… Голос Яги становится глухим, вечерняя сказка уплывает далеко-далеко, я сплю, уронив буйну голову на охапку сухих трав…»

«…Не помню как называются альпинисты, совершающие восхождения без страховки по отвесным склонам с помощью рук, но это не важно. Для меня сейчас важно не сорваться с трехсотметровой высоты отвесной скальной стены в километре, или полулиге (перенимаю местные меры) от пещеры. У Бати новая мулька, он гоняет меня вверх-вниз по стеночке. Лазить приходится на одних пальчиках крыльев и богатых русских матах. Значения слов Яге и Бате я не объясняю, должны же быть у меня свои маленькие секреты? Эльфийка, в специальной сбруе, сидит у меня на спине и рассказывает историю Иланты, я запоминаю. Она обещала рассказать о трагедии драконов, теперь выполняет обещание. Совмещаю, итить его за ногу, приятное с полезным…

…Три тысячи лет назад драконы и воплощенные правили западным Алатаром, самым большим континентом Иланты, и были их многие тысячи, а не жалкие единицы и горстки, раскиданные по укромным уголкам гор. Тут же Яга делает экскурс в местную географию.

На Иланте четыре континента. Алатар – самый большой и напоминает палочку с перекладиной в верхней части. Рольд – расположен за восточным от Алатара Лазурным океаном. Радд – лежит за морями на западе, и Арий – самый маленький и расположенный на севере. Помимо континентов есть еще множество больших и малых островов, архипелагов. Север Алатара, с расположенными там островами, называется Северной оконечностью, Юг соответственно – Южной. Между Алатаром и Раддом протянулась цепь крупных островов, называемая Серпом, так как она выгнулась на юг подобно серпу, а самый крупный остров цепочки похож на ручку крестьянского инструмента. У западного побережья Рольда тоже есть целая россыпь островков.

Драконы пришли на Иланту тридцать тысяч лет назад из другого мира, называемого Нелитой. Ночного ока богини жизни Нель. Оба мира связала сеть, позволявшая свободно путешествовать между мирами, построенных драконами пространственных порталов. Секрет строительства порталов был утерян где-то двадцать тысяч лет назад, когда группа строителей и исследователей драконов погибла в полном составе при активации портала в другой мир. Погибли не только они, от большого города, в котором жили не только драконы, но и другие разумные, остались оплавленные руины. Оставшиеся знали лишь как пользоваться межмировыми дорогами, но повторить открытие не сумели, не хватало самой малости. В те далекие времена на Планте не было ни людей, ни гномов с эльфами, только на Рольде бродили по степям племена диких орков.

Драконы привели с собой эльфов и высадили первые мэллорны, давшие начала Великому и Светлому Лесам. Я спросил про гномов и людей. Ягирра ткнула мне по хребтине и попросила не перебивать, дойдет дело и до людей с гномами. Помолчим, тяжело говорить прижимаясь к отвесной скале и нащупывая малейшие трещинки в сплошном монолите. Хорошо Яге, села и погоняет да спицами стучит. Спросить, что она вяжет, не решаюсь – вдруг окажется, что удавку для любопытного дракона? Яга достала из подсумка новый клубок и продолжила повествование, ткнув меня еще раз, чтобы не отвлекался. Мол, ей сверзиться со скалы не страшно, левитировать она умеет, а вот соскребать с камней двухтонный мешок с костями нет никакого желания. Успокоила называется.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

сообщить о нарушении