Александр Сапегин.

Дракон: Я – Дракон. Крылья за спиной. Жестокая сказка. Три войны (сборник)



скачать книгу бесплатно

Тело ниже шеи никак не ощущалось, недолго осталось и остальному… Привязанный к бревну Андрей – странное имя само всплыло в голове Ало Троя – смотрел на него во все глаза.

– Я скоро умру. Но у меня есть к тебе одна просьба… если ты меня понимаешь, то моргни два раза, – горячо зашептал маг. Андрей моргнул. – Хорошо, если тебе посчастливится выжить и попасть в Ортен, прошу, передай моей жене и дочери последние слова. Скажи, что я люблю их, скажи…

– Адрес, – прохрипел иномирянин.

Ало облизал пересохшие губы и назвал адрес, сообщил свое последнее послание и замолчал, по лбу градинами катился пот. Собравшись с силами он продолжил:

– Никому не показывай, что ты умеешь писать и читать…

– Получилось? – На помост поднялся эльф, не дождавшись ответа, он тронул мага за подбородок. Ало словно молнией пронзило, он увидел картину какого-то сражения и… смерть эльфа… как он умер от… Мага разобрал безудержный смех. – Отвечай! – Нирэль ударил его кулаком в лицо.

– Одна гадалка нагадала мне десять лет назад, что у меня проснется дар предвидения и я смогу видеть будущее. Она была права, дар проснулся! Ха-ха-ха! Мне доставляет истинное удовольствие, что перед своей смертью я увидел твою! Ха-ха-ха. Если бы ты знал, как ты подохнешь, ха-ха!

– Говори, подонок! – эльф занес кулак.

– Его величество… – донесся громкий голос герольда. Палач оттолкнул от себя несчастного и побежал встречать короля.

В глазах у Ало помутилось, начали отмирать участки головного мозга, конец близок.

– Я желаю знать, выполнили ли вы свое обещание? – донесся до него голос короля Хадда, обращенный, несомненно, к ненавистному эльфу.

– Этот надутый толстый павлин и есть ваш король? Сочувствую… – раздалось над самым ухом.

– О! Поздравляю вас, Нир. Вы добились успеха, хвалю! А варвару пропишите двадцать плетей, чтобы научился уважать коронованных особ. – Шаги множества людей и снова голос короля, но уже ближе. – Как я понимаю, это маг, который обучил звереныша языку? Что с ним?

– Подыхает. Тантрийский шпион, но мы заставили его поработать на благо Риммы. Волчонок… – начал отвечать эльф.

– Сам волчара позорный! – перебил его Андрей.

– Как мило, Нир, вы не находите, что несколько перестарались в своих усилиях? Волчонок получился острым на язык. – Опять приторно-медовый голос Хадда. – У меня есть отличное предложение. Проследите, чтобы на волчонка наклеили шерсть и хвост. Так и быть, дам ему почувствовать себя волком в моем зверинце. Поместите его рядом с драконом, да не забудьте про плети. Как вам, господа?

Придворные лизоблюды хором начали уверять короля в гениальности предложения, голоса их становились тише и тише…

Перед внутренним взором Ало возникли красивые женские глаза с зеленой радужкой вокруг зрачка. Хель… и вовсе у нее не синие глаза, холодные как лед в горах. Неправду говорят… Глаза Смерти дарили тепло и были ласковыми как очи бабушки Ало. Они звали и манили к себе, обещая покой и умиротворение.

«Я пришел на суд твой, Богиня!»


Растон.

Королевский зверинец. Андрей. День назад…

Поток посетителей иссяк. Смотритель запер ворота. На площадь перед клеткой и загоном вышли дворники. Гнилья вокруг накидано горы.

Андрей разогнул спину и потянулся, насколько позволяли кандалы, болело все. Проклятые мальчишки, так бы и посворачивал их цыплячьи шейки… а некоторым козлам постарше провел кастрацию. Без наркоза и тупым ножом, а потом тоже свернул шеи или открутил головы. Он пошарил вокруг себя, среди огрызков и гнилых фруктов нашел целое яблоко, почти не тронутое гнилостью. Потер о шерсть на животе и надкусил, хотелось есть, каждодневная борьба с немотой, синяками и шишками от брошенных в него фруктов и камней отнимала все силы и страшно повышала аппетит.

В своей клетке загромыхал цепями дракон. Сколько они уже сидят рядышком? Больше недели, а кажется прошла целая вечность и не было другой жизни – только загон и клетка с драконом рядом, оказавшимся своим парнем. Поговорить с ним, жалко, не выходило, цепи с морды ему никто не снимал, а с запертой пастью не больно погуторишь. Так что больше говорил Андрей, а дракон моргал, качал головой, покачивал скованными крыльями или бил хвостом.

Сосед был больше, чем костяшки в лысом холме, два африканских слона, закованных в черную чешую. Чешуя была разных размеров: с большую тарелку на груди и брюхе и мелкая, в половину ладони величиной, на боках, спине и шее. Вдоль позвоночника в один ряд шли редкие невысокие гребни, зато на мощном хвосте они располагались в два ряда и через сантиметров десять-пятнадцать друг от друга. Внушала уважение своим зубовооружением пасть и размер втягивающихся коготков на лапах. А дальше как в песенке про пластилиновую ворону – копыта, в смысле рога, очень стройные и добрая душа.

Стоило Андрею увидеть черный силуэт в клетке, как в его душу закрались смутные сомнения… Где-то он определенно видел эту тушку. Через три дня, когда липовый полуволк научился бороться с проклятой немотой, состоялась их первая беседа, половина которой была посвящена способам сигнализации к разным типам ответов на вопросы. Вторая половина была более плодотворной, в ходе нее подтвердились терзающие душу сомнения. Черный дракон оказался знакомцем с лысого холма. На вопрос «Почему не улетел?», сосед качнул крылом, и Андрей увидел зарубцевавшийся шрам на перепонке. Так у них и повелось, вопросы и немые ответы, иногда, правда, дракон рычал…

Время, не занятое односторонними беседами, Андрей посвящал изучению своего магического потенциала и возможностей. В памяти отложились некоторые методики, перешедшие ему от почившего Ало Троя. Ненавистный нотриум кандалов не давал вникнуть в суть вещей, почти отделяя от источников энергии, но ему все же удавалось собирать и аккумулировать крохи маны. Когда площадка пустела, а охранники убирались в свою будку, Андрей начинал экспериментировать. Методом трех «П» – пол, палец, потолок – были определены наилучшие способы излечения от полученных «ранений» после «гнилого» обстрела. Андрей научился зажигать маленькие огоньки между пальцев и управлять ими по своему желанию. В первую их беседу он спросил у дракона, могут ли местные маги создавать молнии, и получил отрицательный ответ. Непорядок! Какой он маг без молнии, чем он будет местным показывать Мать Кузьмы? Природу приласкавшего его на Земле электричества и все, что можно по ней найти, Андрей прочитал очень подробно. Хотелось знать – чему он обязан отлучению от компьютера. Вчера вечером был достигнут первый результат на этом поприще. Сорвавшейся с пальца маленькой молнией спалило большого комара, напившегося крови; чтобы закрепить навыки, была израсходована вся накопленная манна и сожжено еще два десятка насекомых. Впечатлился даже черный друг.

Убрав мусор у загонов, дворники передвинулись к центру площади.

– Ох-х, сегодня получилось быстрей, – разбив заклинание немоты, повернулся Андрей к дракону, тот согласно моргнул.

– Не разговаривать! – перегнувшись через ограждение, закричал сморчок смотритель.

– Пошел на хрен, козел! Будешь гундеть – я закричу, что ты обворовываешь казну! – лениво ответил Андрей, которому надоела ежевечерняя перебранка с вороватым скрягой. Лоточники каждый раз жаловались друг другу, что сморчок им недоплачивает, а еще королевский чиновник.

– Тише, разговаривайте тише, – в успокаивающем жесте протянул руки смотритель. Испугался, заячий хвост. Маг ушел, немоту не подвесишь, подлая крыса. Охранники режутся в кости и просили по пустякам не беспокоить, разговорчивый экспонат волновал их меньше всего.

– Вали отседа, не мешай. – Андрей доел яблоко и кинул огрызок в надоедливого свидетеля разговора. Кандалы не дали размахнуться, огрызок не долетел, но крыса на двух ногах предпочла убраться. Волчонок вполне мог швырнуть какую-нибудь гнилушку из валявшихся вокруг него.

– Так на чем ты остановился? – состроив невинные глазки, обратился он к дракону. Черная громадина возмущенно ударила хвостом. – Ладно, не кипятись! Ты мне лучше скажи, твои цепи можно снять магией?

Отрицательное покачивание головой из стороны в сторону.

– Понятно, порвать их ты не можешь…

Дракон задергал правой передней лапой, громыхая толстыми веригами.

– Освободить хотя бы одну лапу?

Энергичные помаргивания и кивки. И то хлеб… Третий день они разрабатывали и обсуждали планы побега. Может, местная Фортуна проявит милость и повернется к узникам симпатичным личиком, а не тем, что у нее сзади.

– А улететь?

Шевеление кончиков крыльев и утвердительные моргания. Тут дракон перестал моргать и зарычал, уставившись куда-то за спину дутого чуда природы. Андрей обернулся, к клеткам шла, в окружении целой толпы воздыхателей, зеленоглазая охотница на орков.


Растон. Андрей…

В груди Андрея полыхала злоба и ненависть, дай только, сволочь, до тебя дотянуться…

– Две седмицы прошло, ничего не изменилось, те же слова. Снять с ублюдка длинные цепи и через час доставить в палаческий приказ. – Повернулся «Дэнди» к подобострастному смотрителю.

Сморчок рванул к будке с охранниками. Красавчик повернулся к Андрею и улыбнувшись произнес:

– Пора научить тебя смирению… До встречи в приказе, Волчонок. – «дэнди» резко развернулся, хлестнув полами плаща по лицу и покинул загон.

– Похоже, он сильно разозлился, – сказал Андрей дракону. Великан кивнул головой, его глаза светились сочувствием. Хвостатый прекрасно знал, чем заканчиваются «визиты» к палачам. – Ничего, прорвемся.

Вернувшийся смотритель привел с собой пятерик окольчуженных стражников и дородного кузнеца. Несколько выверенных ударов молотком по зубилу, и слетела первая заклепка, так же быстро было покончено со второй. Стражники потянули цепи, освобождая Андрея от привязи. Может, ручные и ножные кандалы снимут? Не обломилось. Кузнец поймал серебряную монетку, брошенную ему смотрителем, и, бормоча в бороду нечто невразумительное, ушел, плюнув на песок. Мелкий скряга и здесь пожадничал.

– Не дергайся! – предупредил начальник караула, он и не дергался, смысл ерепениться? Пятерых мужиков ему не одолеть, а силы еще понадобятся, ой как понадобятся. Гламурная скотина не шутила, опять будут пытать. Стражник ткнул в спину наконечником копья. – Двигай.

В груди Андрея поселилось какое-то щемящее чувство, не предвещавшее ничего хорошего. Наверное сегодня он умрет. Сзади раздался громкий звон цепей, он оглянулся. Дракон стоял в своей клетке и смотрел на него.

– «Я с тобой!» – говорили глаза черного крылатика.

– Спасибо, – прошептал Андрей. Немного полегчало.

– Что встал? Шевели ногами! – новый укол наконечником заставил шагать быстрее.

* * *

– Где он? – донеслось с улицы. Гламурыш пожаловал, не запылился, скотина.

– В третьей камере. Доставлен полчаса назад!

Андрея всегда поражали бодрые голоса охранников, рапортующих как на параде.

– Через пятнадцать минут чтобы варвар был на козлах малого двора. – Тишина и через пару секунд возмущенный голос красавчика. – Что буркалы вылупил? Бегом, я сказал!

– Есть! – И чего так орать под окном?

Охранники ворвались в камеру будто их в задницу шершень ужалил. Четверо на одного, уважают и боятся. Андрея моментально скрутили и поволокли на малый двор, где его «обучал» Ало Трой и произошла встреча с одетым как павлин на выданье двуногим колобком с короной на голове и здоровенными перстнями на каждом пальце. Пара угрюмых работников, тех, что убрали десять дней назад тело Ало, смотревшего в небо застывшими, подернувшимися мутной пеленой смерти глазами, вытащили из сарая специальные козлы.

– Нир, а плети? – задал красавчику вопрос широкоплечий детинушка рязанской наружности. – Может, сначала волчонка погонять плетками?

– Устал я сегодня, Мигур. – Нир присел на ступеньку помоста и вытянул длинные ноги. – Королевский палач, а занимаюсь всяким сбродом.

– А дай я?

– Тебе оно надо, Мигур? Ты подмастерье! Помахать плеткой может тот же Санчес. – Нир ткнул пальцем в сторону караулки. Андрей проследил направление и увидел бочку на двух ногах с коническим шлемом на верхней крышке. Стражник сидел на маленькой скамейке и пил пиво из большой кружки. Про Санчеса можно было сказать, что он поражен «зеркальной» болезнью, причем с рождения. Мигур скептически хмыкнул. – Но если тебе так свербит, то можешь размяться.

По знаку Мигура, угрюмые мужики продели в кольцо на ручных кандалах длинную цепь и закрепили ее на высоком столбе, вкопанном на середине двора. «Как собака на цепи – подумал Андрей, рассматривая свой пятиметровый металлический «поводок». – Падлы, решили ломать как тантрийца».

Мигур разделся до пояса, взял в руки легкую плеть, подручный забавлялся, а не забивал насмерть, и началась пляска. Удар – отскок, удар – отскок. Андрей прикрывался руками и уворачивался, прыгая в стороны и отбегая, насколько позволяла цепь и кандалы на ногах. Прыжки и обжигающие удары плетки сыпались как горох из дырявого мешка. Стражники громко бились об заклад – увернется звереныш или нет, куда в следующий раз припечатает Мигур. Внутри мальчишки бурлила ярость, он ударился левым боком о столб и не успел отпрыгнуть, получив хлесткий удар через плечо, Мигур отскочил, Андрей отбежал в противоположную сторону, в его голове созрел план… Он отступал к столбу, разошедшийся подмастерье потерял осторожность, скользящим шагом двинувшись за объектом развлечения и избиения. Ближе… ближе… нужен запас цепи… Свистнула плеть, Андрей, вместо того чтобы отскочить, прыгнул вперед. Увлекшийся избиением беззащитной жертвы, Мигур не успел среагировать на прыжок, на толстую шею легла петля из цепи, тело мальчишки выстрелило вперед и резко вниз. Поводок не дал откатиться далеко, впрочем, Андрей и не пытался. Он лежал на утрамбованной земле и смотрел на мертвого подмастерья. Шейные позвонки Мигура не выдержали резкого рывка и веса чужого тела. Как-то чище в мире стало и воздух посвежел, смердящее палаческое стадо уменьшилось на одного козла.

Стражники, Нир, хмурые принеси-подай вскочили на ноги и в немом удивлении уставились на мертвеца.

– Взять мальчишку! На козлы его! Живо! – разбил тишину резкий крик красавчика. Застывшие люди пришли в движение.

Андрея пинками подняли с земли, сняли цепь и меньше чем через три минуты он лежал на козлах. Охранники принесли носилки и убрали тело палаческого подмастерья. Ни дна тебе, ни покрышки, Мигур.

– Сорвите с него волчью шкуру.

Чьи-то руки дернули за приклеенные волчьи принадлежности, Андрей заорал от боли – эпиляция, оказывается, не так безобидна.

– Быстро в мой кабинет, – приказал Нир вытянувшемуся в струнку худому охраннику. – Принеси оттуда саквояж. Найдите кузнеца, мне нужно, чтобы с него сняли кандалы, нотриум уменьшает эффект заклинания, – раздавал указания красавчик.

Палаческий приказ напоминал разворошенное осиное гнездо, служаки носились как ужаленные. Появился кузнец, знакомый по загону бородач.

– То закуй им, то раскуй, – бормоча в бороду ругательства, кузнец принялся сбивать заклепки. Закончив работу, он протянул руку…

– Пошел отсюда! – вызверился на него «дэнди». Пара стражников чуть ли не на пинках выпроводила деятеля молота и наковальни за пределы территории.

– Чтоб вам всем провалиться! – донеслось из-за забора.

Андрею связали руки и ноги. Какое облегчение: мир, полный энергии, открылся ему, по сравнению с этим веревки на руках и ногах воспринимались досадным недоразумением. Будь проклят тот, кто придумал нотриум! Присосавшись к внешней подпитке, он пропустил появление орка и начало волшбы, творимой разъяренным подручным. Нир выхватил из саквояжа небольшую коробочку, протянул ее громадному орку.

– Здесь порошок из спор черного гриба и высушенных ядовитых биримских мушек. Я бью, ты сыпешь! – пояснил он на вопросительное мычание Хыргу. Брови орка поползли вверх. В руках Нира появилась плеть на черной костяной рукояти с рунным орнаментом по кругу. Тихий шепот, плеть полыхнула живым пламенем. Короткий свист – и спину Андрея ожгло нестерпимой болью.

– Сыпь! – прокричал Нир. Над двором раздался крик от дикой, безумной боли. Новый удар. – Сыпь! Я научу тебя, волчье отродье, покорности. Больно? Сыпь! Ты будешь у меня страдать! Сыпь!

Орк протянул пустую коробочку, красавчик остановился, схватил Андрея за подбородок и, размазав ему по лицу текущую из прокушенных губ кровь, улыбнулся улыбкой акулы:

– Гляди-ка и сознание не потерял. Крепкий волк.

– Я волк, а ты пес. Кличка у тебя подходящая. Нир-нир, ко мне, песик, лизни короля в попку. Я умру волком, свободным в душе, а ты сдохнешь как цепная собака и закопают тебя на заднем дворе, плюнув в могилу. У короля много цепных собак, никто не заметит пропажи из своры одной блохастой шавки, – прохрипел Андрей, повернув голову в сторону мутного темного пятна в кроваво-красной пелене. Страха он не испытывал и приготовился умереть. Мучитель издевательски расхохотался. – Открою тебе одну истину. Кто смеется днем, тот горько плачет вечером. Запомни это, пес.

– Милый мой, это только начало! Завтра ты запоешь по-другому. Твой незабвенный учитель Ало Трой тоже считал себя крепче стали, и что с ним стало? А твои соседи по камере? Жалкие создания! Ты будешь еще жальче! Ты знаешь, что такое отсроченное заклинание? Нет? Узнаешь! Завтра я начну вскрывать твои рубцы и шрамы. Постепенно, по одному шраму в день, мне не нужно, чтобы сразу сдох. Мне даже не придется прикасаться к тебе, магия страшная вещь в умелых руках.

Андрей промолчал. Убивать его не собираются, а будут «ломать». Если он правильно догадался, то процесс этот для него будет долгий и мучительный, черная пыль и огненная плеть должны что-то значить, но что? Орк, когда ему сказали про мушек, вытаращил глаза, выходит, знает про них и знание нельзя назвать приятным. Следовательно, дальнейшие пытки и мучения будут увязаны с сегодняшним членовредительством. Тут ему стало страшно, что будет если он не выдержит? Палач прав, сломавшиеся узники были жалкими, потерявшими всякий человеческий облик и достоинство, созданиями.

Ирка любила читать различную фантастику и фэнтези, иногда она распечатывала для Андрея некоторые, нарытые в интернете и понравившиеся ей книги. Как-то он прочитал одну книгу, название и большая часть сюжета не запомнились, но в ней был момент, где главную героиню подвергают своеобразному психологическому тренингу, унижая, издеваясь и опуская на самое дно, а потом точно так же «возвращая» в нормальное человеческое состояние. Прочитав это, Андрей тогда крепко задумался, однако автор действительно фантазер. Сломавшиеся никогда больше не становятся нормальными людьми. До конца жизни в их глазах сидит страх, стоит дать себе слабину – и пути назад нет. Кончен человек. Насмотрелся он в казематах на таких скулящих существ, бывших аристократов высокого полета, гордых и неприступных, превратившихся в дрожащих слизней, шарахающихся от собственной тени. Подобную участь пророчат и ему, от таких перспектив, действительно, сердце покрывается холодком липкого страха. Лучше умереть.

Подул свежий ветер, принесший с собой гулкий звук грома. Приближалась гроза. Красавчик потрепал по голове притихшего Андрея и удовлетворенно рассмеялся.

– Вижу осознал. Понял, что тебе грозит? – присев перед ним на корточки, медово спросил Нир. Андрей плюнул глумящемуся засранцу в лицо, ответным ударом тот выбил ему пару зубов. Красавчик вытащил из-за обшлага камзола батистовый платок и, вытерев со щеки кровавую юшку, ударил еще. Андрей сплюнул новые осколки зубов. – Вижу, не понял! Ничего, времени у нас много, поймешь еще. Что дергаешься?


Растон. Нирэль…

Нирэль заметил, как дернулся на козлах волчонок при вспышке молнии, рядом прикрыл руками голову Хыргу-орк. Ба-а, боятся грозы?! Орк замычал и убежал в здание приказа. Как там зовут орочьего бога неба и гнева с руками молниями, которого боялись серые орки? Имя крутилось в голове, но на память никак не желало приходить, Тарг с ним. Есть отличная идея! Воспитанный орками волчонок боится молний? Замечательно, устроим ему свидание с их поганым богом!

Нирэль подозвал стражников и велел отволочь мальчишку на смотровую площадку Башни Магов королевского дворца. Клетка там есть и к небу ближе будет. Если убьет вдруг его орочий бог, то туда ему и дорога. Перед королем и принцессой можно будет оправдаться волей Богинь.

Стражники сняли с козлов исполосованное черными рубцами тело и поволокли острого на язык пленника в сторону дворцового комплекса. Башня Магов хоть и входила в единую архитектурную композицию дворца, но стояла немного в стороне от основных зданий.

Нирэль отдал последние указания, сложил саквояж и пошел в конюшню. Хватит с него на сегодня.

Привратник у ворот виллы низко склонился перед господином и принял повод. Всю дорогу эльфа мучили сомнения в правильности и целесообразности сегодняшнего поступка, где-то он допустил ошибку. Что было неправильным? Почему на него так подействовала смерть Мигура? Своего коллегу Нирэль ни капли не жалел, подох как собака – одним человеком меньше, все равно плодятся как кошки. Тогда почему такой эмоциональный шок? Он принялся раскладывать события по полочкам, точно, на месте Мигура мог оказаться он сам, если бы согласился на предложение последнего. Глупо было бы так умереть, а орочий выкормыш достоин уважения, мальчишка, но держится как настоящий муж. Прямее и честнее всех риммских знакомцев, какие у него ярость и ненависть – чистые и незамутненные, он сам как стрела, жаль такого ломать, если бы не Тализа… Но где ошибка? Где?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

сообщить о нарушении