А.Посохов "Наши басенные персонажи - 2"

Александр Посохов

А.Посохов "Наши басенные персонажи - 2"

Александр Посохов

Наши басенные персонажи – 2

Москва

2026

Что такое басня знают все. Персонажами в баснях, как правило, являются животные. Показывая животных, баснописец отмечает их характерные особенности с тем, чтобы иносказательно высмеять недостатки в поведении людей. Такими животными в наших русских баснях чаще всего выступают медведи, волки и зайцы. Басни с ними размещены в аналогичном сборнике под номером один. А в этом сборнике автор предлагает ознакомиться со своими баснями про птиц, лис, кротов, ежей и мышей.

Басни про птиц

Просто мама

Сидят на ветке две вороны.

Одна молчит, а у другой всё стоны:

– Совсем забыл меня сынок,

А я уж так его любила.

Хотела, чтоб летал он, как орёл,

И петь умел хотя бы, как щегол.

Во все кружки и секции его водила.

Ругала, если что, и даже била.

Всем для него была и вот итог –

Ни слуху от него, ни духу.

А как я возражала, чтобы он

Не выбирал себе жену среди ворон

И не привёл бы в дом старуху.

– А мне, так всё равно, как говорится,

На ком сыночек мой решил жениться

И что умеет он и как летает.

Зато меня не забывает, –

Прокаркала соседка.

И, правда, вмиг на ту же ветку

Подсел её сыночек к ней

С кусочком сыра.

----------

Я в материнских чувствах не проныра,

Но всё ж мораль такая видится тут мне:

Быть просто мамой для своих детей

Достаточно вполне.

* * *

Гусыня и Павлин

Глупа, слепа и зла гордыня.

----------

Гусыня встретила Павлина

И говорит ему Гусыня:

– Муж у меня, конечно, есть,

Но он какой-то бледно-серый,

Да и в быту не те манеры.

То он не может, то не хочет,

То вдруг некстати загогочет.

Короче,

Сочту за счастье и за честь

Яичек от тебя снести штук шесть.

Хочу не сереньких гусят,

А чудных полупавлинят.

– При чём тут честь и яйца, блин! –

Воскликнул с гордостью Павлин. –

Достоинство моё совсем не в том,

А в том, как я трясу хвостом!

* * *

Курятник

Ха-ха!

Прогнали куры петуха,

Квохча до хрипа: «Надоел!»

Петух и ахнуть не успел,

Как уточка одна его пленила,

Которой мужа не хватило.

Что было дальше с петухом,

Молва отсутствует о том.

А вот у кур всё, как в бедламе:

Порядка и покоя нет,

Наседки старые молодок обижают,

К кормушке их не подпускают,

Индюк кулдыкает вослед,

Цыплята больше не рождаются,

Коты и гуси изгаляются,

Без глазу куры разбредаются,

То в яму попадают, то в кювет,

За выгулом никто не наблюдает,

От ястреба и лис не отбивает,

В гнездо не зазывает,

И двор собой не украшает.

----------

Какая здесь мораль, решайте сами.

Но басенка любая без неё плоха,

Как жизнь в курятнике без петуха.

* * *

Всем летать!

Ко Льву явился Гриф один,

Стервятник ненасытный.

– Что у тебя?

– Да вот, проект указа подготовил я.

О том, что птицы все должны летать,

Доступно, на виду, нескрытно.

И в том числе пингвин.

А то запрячет тело жирное своё

В утёсах. И как его оттуда взять,

Никто из ваших слуг не знает.

Указ подписан был. И Лев улёгся спать,

Обмахиваясь царственным хвостом.

----------

Подсказывает мне чутьё,

Что так опасно управлять –

Совсем не ведая о том,

Кто плавает, а кто летает.

* * *

Не мухи если бы

Один Сизарь

Вдруг вспомнил – встарь

Все голуби в деревне жили

И все здоровы, сыты были.

С отливом грудь,

Во взгляде радость,

В размахе крыльев сила, стать.

А нынче взять –

Не жизнь, а гадость,

Унылый путь

В трубу котельной.

А, может, лучше жить отдельно,

Вдали от города, в глуши.

Воркуй там нежно от души,

Ешь спелую в полях пшеницу,

Пей чистую в пруду водицу…

И городская сроду птица

Умчалась в райский уголок.

Кругом поля, сады, лесок.

И с чистым, теплым чердаком

Красивый, крепкий, сельский дом,

Не небоскрёб, не развалюха.

Вот на него-то Голубок

И сел наш. Тут же села Муха.

Обыкновенная, из местных,

Шмелю мохнатому под стать.

И горожанина кусать

Как напустилась, прямо в темя.

– Эх, первобытное вы племя, –

Обиделся незваный гость.

– Дичь деревенская.

Ни дать, ни взять.

Провинция!

Культурного, видать,

Здесь нету никого.

---------

В столице я

Недавно повстречал его.

Летит, как чуморной,

На горсть

Какой-то дряни возле урны.

Больной,

Худой,

Почти слепой.

Зато... культурный.

* * *

Акустический садист

В одном лесу и днём, и ночью

Стал Волк вдруг страшно выть, когда захочет.

Притом, как начинает выть,

Так напрочь заглушает соловья

И оглушает даже глухаря.

– Уж лучше б квакал, как лягушка, –

Сказала Цапле прилетевшая из глухомани Выпь. –

Я что-то не пойму, подружка.

Волкам положено выть только на луну,

А этот и на солнце воет.

Собраться должен весь лесной народ

И объявить ему войну.

Пусть знает, что для нас он не артист,

Не птица певчая, а сумасброд

И акустический садист.

Никто не вправе нарушать закон природный.

– А я так думаю, протестовать не стоит.

– Почему?

– Не на того обрушим мы свой общий гнев.

Закон нарушил Лев,

Присвоив Волку звание «Народный».

Хоть нет у Волка никаких заслуг,

Ни голоса, ни слуха.

Но Волк давно – придворный друг

И пьёт со Львом из одного стакана.

А Лев – наш царь, и у него охрана.

Вот и решило всё царёво брюхо:

За звание Волк Льву ягнёнка приволок,

А за какой-нибудь там орденок

Пообещал ещё аж целого барана.

* * *

Дятел и Молоток

Спросил у Дятла Молоток

– Как чувствуешь себя, браток?

– Нормально, брат, пока живой.

– И всё в порядке с головой?

– Бывает, поболит, но мало.

– А мне совсем не в тягость труд.

Вот рукоятка вдруг пропала,

Другую, новую, воткнут.

Боёк вообще же из металла.

С такой заботой век живут.

А твой век короток, приятель.

– Зато, – сказал спокойно Дятел. –

Я отдыхаю и стучу,

Когда и сколько захочу.

* * *

Стрижонок

Он в гнёздышке пока сидит

И смотрит, как орёл парит

Под тучами,

Большой, зловещий и могучий.

«А я вот слабенький

И маленький,

Ни папеньку, ни маменьку

Я не люблю за это».

Прошло пол-лета.

Стрижонок вырос, оперился

И в небо взвился.

А тут орёл, как будто ждал его,

В погоню устремился.

И что? Да ничего.

Он сам чуть не разбился,

Войдя в пике.

А Стриж наш то в витке,

То в кувырке,

То в вираже по небу носится,

Что так и просится

Сказать о нём – артист.

Не то, что дельтапланерист,

Летевший мимо.

И крикнул Стриж неутомимый:

– Спасибо, папенька,

Спасибо, маменька,

За то, что я летун такой!

----------

Родителей не выбирают,

А трусы, лодыри порой

Ещё и хают.

* * *

Молчи, поэт!

То ухая, то хохоча,

В краю таёжном диком

Читает филин опусы свои

Двусложным криком,

И чаще по ночам.

Шумит, спать не даёт.

А вот о чём его стихи,

Никто не разберёт.

И разбирать-то не желает,

Иных забот хватает.

Зайчишку волк достал,

Лягушку – уж, шмеля – паук,

Косулю – рысь, крота – барсук,

А всех вообще – амбал,

Топтыгин то есть,

О силе коего всяк знает.

А филин всё стихи свои читает.

И ни один не помогает

Выжить там,

Где хищники по всем углам,

Числа им несть,

И жизнь – сплошная мука.

----------

Другого лозунга тут нет:

Молчи, поэт,

Ты не достоин звука,

Коль правды вес не по плечам!

* * *

Личный кабинет

Жарко стало в Африке,

И попугай Жако

В пушистом шарфике

Весной на Север прилетел

И сразу же дупло найти хотел.

А дом в тайге, не будучи нахалом,

Присвоить нелегко.

От ели к ели полетал Жако немало,

Но так и не нашёл свободного жилья.

– И как же быть? – спросил он Соловья.

– А ты зарегистрируйся на лесуслугах, –

Поведал Соловей в ответ. –

Тебе совьют там личный кабинет.

Сегодня цифра главная и интернет.

Жако всё так и сделал на досуге.

А тут конец уж ноября,

Не дарящего Северу метеорая.

Дупла ж как не было у попугая,

Так и нет.

Зато есть личный кабинет.

* * *

А я так вижу!

По самому высокому тарифу

Доверили поставить Грифу

Трагедию Уильяма Шекспира

Про короля несчастного, про Лира.

И вот премьера.

Раздвинут занавес по сторонам,

А на полу, на сцене, тут и там,

Сплошная мертвечина:

Останки бородавочников, львов,

Жирафов, страусов, слонов,

И ни начала, ни конца.

Пытаясь выявить причину,

Спросили режиссёра, где ж тут Лир,

И где ж тут подлинный Шекспир,

И где ж тут соответствие престижу?

На что ответил Гриф,

Спесиво хвост свой распустив:

– А я так вижу!

----------

Гони того художника-творца,