Александр Кастелло.

Легионер



скачать книгу бесплатно

Александр КАСТЕЛЛО

ЛЕГИОНЕР

Роман


В оформлении обложки использована фотография TECH. SGT. H. H. DEFFNER.

Источник: https://commons.wikimedia.org/wiki/File:FFLegion.JPEG

Пролог

Он сражался за свою жизнь при родах. Выживал во дворе. Он никогда ни видел своего отца, но всегда ощущал любовь матери. Жизнь повозила, попинала, но любила его. Он просто был её баловнем. И когда за ним приходила смерть, она его всегда выгораживала. Будет ли так всегда?

Лихие девяностые пришлись на его юность и закалили его, а двухтысячные сделали его железным. Но в глубоко спрятанной и некому недоступной душе он был Витёк, любящий сын, надёжный друг и азартный игрок.

Судьба была щедра с ним, она оставила его жить взрослой счастливой жизнью, любить и быть любимым, может быть одного из сотни или даже тысячи таких же, как он.

Я дело говорю. Кто не верит, пусть не теряет попусту время. Эта история не моей, его жизни и приукрашивать её мне нет смысла. Есть, правда, немного в ней и моих мыслей, и образных суждений, но как автору, думаю, Вы их мне простите.

Так получилось, что чисто случайно я с ним виделся в разных обстоятельствах и в разные периоды его и своей жизни, а он, при встречах, всё мне о ней, о судьбе – злодейке, рассказывал. Получился роман со множеством продолжений и счастливым концом. Очень надеюсь, что судьба нас ещё с ним сведёт, и я узнаю из первых уст, что происходило с ним дальше и потом об этом обязательно Вам поведаю.

События, о которых я начинаю повествование происходили с Витей Пикиным в тот же период, в который, жил и я сам. Как говорится, на моих глазах.

Глава 1. Витёк Счастливчик

Я познакомился с ним, когда ему было ещё 17. Взять Виктора на работу просила его мать. Она тогда в офисе у нас убиралась по вечерам.

– Школу, – говорит, – бросил. Днём болтается, где не знаю, но всегда при деньгах. Приходит домой поздно, с запахом вина и сигарет, и обязательно с фингалом или весь в синяках. Он боксом в детстве занимался, вот и дрался постоянно.

– Я, – говорит мама Люба, – думаю, что он, либо свяжется с плохой компанией, либо будет правду искать, а правды-то и нет. Порежут, боюсь!

А мне тогда был нужен экспедитор. Мы скупали цветмет и возили в Москву сдавать. Нужно же было как-то выживать! Надёжный парень с руками и с кулаками для нас был просто подарком. Много тогда было историй и не вполне легальных, но я ему всегда доверял, и он мне платил тем же.

В каждую поездку Виктор, как на войну собирался. Ещё бы: менты, бандиты, рекет, подставы. Всё это было тогда в девяностые! Что ни поездка – настоящий блокбастер. Сегодня, уже нет такого беспредела. Те, кто дожил, сменил хозяев. И хоть занимаются тем же, но теперь, отнюдь, законным бизнесом. Легализовались!

Так вот. Виктор парень крепкий, никого не боялся и всем нравился. А за улыбчивость его стали звать Витёк Счастливчик.И всё бы было хорошо, так через пару лет попал всё же он в переделку.

Его время от времени парни со двора на разборки привлекали, деньги вышибать.

Он ведь такой – всегда за справедливость!

– Долги отдавать надо, а кидать – не хорошо, – всегда предупреждал он прежде, чем пустить в ход кулаки.

А тут пошло всё наперекосяк. Тот, к кому они приехали, в долг ни у кого не брал. Коммерсант просто отказался платить бандитам за право ведения своего дела. Когда Витёк это понял, то рядом с собой положил всех, с кем приехал на разборки. Вернувшись домой взял кое-что из одежды и в бега подался.

Искали его долго. Менты к маме Любе домой прямо вместе с бандитами приходили, как с потерпевшими. Тогда и она уехала в деревню. Люба улыбчивая всегда была, вот люди и верили ей и в этот раз поверили, приютили. Не одна она была, с ребёнком, Адрюшкой звали. Брат он был молочный Виктору.

И тут в деревне парень разбился на мотоцикле, почти ровесник Витьке, но постарше будет. Ну, разбился и разбился, в каждой деревне бьются один за другим. Жизнь такая – пьют да лихачат, а в деревне, особенно. Похоронила его мать. Всё как на Руси полагается. Всё да не всё! Пришла, она на девятый день в дом к Любе с предложением.

– Уезжать твоему надобно, – говорит. Не дадут ему житья ни тут, ни в городе. Убьют парня!

А Витька тогда в сторожке лесника обжился. Дед-то и рад! И работник славный, и поговорить есть с кем. А мать погибшего видать знала что-то от Любы о его истории.

– Возьми, – говорит, – паспорт моего, ему он без надобности.

И российский, и заграничный протягивает. Мама Люба тогда так и опешила:

– А, заграничный-то откуда?

– В Польшу мы с ним собирались, товар вести кое-какой сдавать. Заработать хотели. Женить его надобно было. Знать не судьба.

Всхлипнула она, да без слёз, выплакала все уже.

– Ты побрей его на лысого и очки ему надень. Не отличат!

Сказала и вышла из избы.

Ну, в общем, и очки она принесла сына погибшего, и деньги на дорогу. Мама Люба собралась в Москву вместе с сыном. Лысым Витька было не узнать! Перед ней стоял Гавриил Фадеев, двадцати двух лет от роду и со штампом в российском паспорте из военкомата, что отслужил. А польская виза в загранпаспорте открывала перед ним весь мир. До Москвы доехали они вместе, да на перроне сразу и простилась.

– Езжай, – говорит мама Люба, – с Богом!

И Витя отправился поездом в Европу, под чужими документами. Кто его там лысого разберёт? Всё чин чином, паспорта подлинные и фото сразу после армии, молоденького совсем ещё и в очках.

Забегая вперёд, скажу и о его матери. Пристроилась она сначала на рынке, за беженку с Украины себя выдавала. И место в вагончике дали и работу. Много тогда в Москве таких русских было, которые из «самостийной» бежали. Люба квартиру по документам в банк заложила, и кредит получила. И почти сразу в банк вернулась и сказала, что на рынке деньги украли. Ну что с ней делать – отпустили, а её квартиру риэлтерам продали, а те дальше. Ищи свищи! Теперь и Любиных концов не найдёшь. Затерялась она тогда в Москве, комнату где-то купила.


А Витёк наш взял, как научили, с собой в вагон ручной кладью коробку водки, в поезде раскрыл её, чтобы видно было бутылки, опорожнил из горлышка одну и спать залёг, а документы на столике оставил. Так и проехал благополучно и погранцов, и таможенников, и своих и поляков. И те и другие изрядно выпили за его вынужденную эмиграцию. А он спокойно проспал две границы.

Но, как говорится, курица не птица, Польша – не заграница. Стал наш Гаврила думу думать. Не придумал ничего. Достал из заначки бутылку водки и пошёл к проводнице.

На следующее утро, на немецкой границе, с флажком у вагона стоял вагоновожатый Гавриил Фадеев. Румяный, здоровый, в форменной фуражке и с бляхой! Он болтал на чужом языке с господином капитаном германской погранслужбы, как на своём собственном. Немецкий он в школе учил, да потом, так получилось, что с немкой– училкой у него лямур вышел, вот он и балакал почём знал.

А Татьяна, проводница, в Польше с поезда сошла лучшую жизнь искать. Но всё честь по чести, с бригадиром они договорились, мол прямая замена: она в Польше сходит, а Виктор вместо неё. Я же говорю, Витёк Счастливчик.

Глава 2. Под другой фамилией

Потом была Германия, а потом и Франция, граница между ними чисто условная. А он везде лысый и с немецкой газетой не расставался, всё тексты учил наизусть, чтобы выглядеть глубокомысленно. И вот он на Восточном вокзале в столице Французской Республики. Париж каждый день блистал вечерними огнями и витринами, так как днём Витёк спал на квартирке, которую разделил с какой-то проституткой, которой платил не за любовь, а за кровать.

Деньги скоро кончались. Серена Любви ему и подсказала выход, когда они, наконец, разделили кровать на двоих. И он тогда отправился в очередной раз искать счастье, а куда и как он следовал инструкциям, полученным от неё.

– Прийти надо на вербовочный пункт, сказать дежурному легионеру у ворот: "Же сью приперся служить в Легион". Затем он спросит то, чего ты не поймёшь, но на что нужно ответить "Же сью Рюсси". Потом легионер посмотрит в твой рюкзак, и если не придерется, то зайдете в часть. Если нет французской визы, надо немедленно сообщить о нарушении. И вообще надо говорить всю правду, а если есть проблемы с полицией, – они даже сразу ставят плюс.

Из сказанного ему уже в части он понял ещё многое, что позже мне объяснил достаточно подробно.

– Принимаются годные к военной службе мужчины всех национальностей, кроме французов, возрастом от 17 до 40 лет, которые готовы служить в любой точке земного шара. Минимальный срок контракта – 5 лет. После трёх лет службы можно подать документы на французское гражданство. Фактически легионер остаётся иностранцем, пока не отслужил минимальный контрактный срок. В начале службы страхуют жизнь каждого. Легионеры имеют право жениться, если они восстановили свою настоящую идентичность (по ходатайству, но не ранее чем после одного года службы) и имеют сержантское звание или звание капрала. В начале истории Легиона личность добровольцев проверяли только поверхностно или не проверяли вообще. За счет этого многие преступники (в том числе и бывшие эсэсовцы) смогли скрыться от преследования путём вступления в Легион. Сейчас кандидатов проверяют на физическую пригодность, а что касается вопросов безопасности – если нет проблем с Интерполом – милости просим служить. Эти проверки длятся в течении нескольких дней в вербовочном пункте, причем кандидату не позволяется никаких сношении с внешним миром, а при входе отбираются документы. По окончании испытаний кандидата либо принимают, либо выплачивают небольшую компенсацию и выпроваживают. Принципиально сегодня каждый легионер получает новую личность, которая защищает от неприятных вопросов. Так называемый Anonymat, содержит новое имя и фамилию, новые имена родителей, место и дату рождения. Эти липовые данные вносятся в служебный паспорт (Carte d’identit? militaire) легионера и возможность смены двух букв в твоей фамилии. А для Вити – это уже третья жизнь.

Не Гаврила Фадеев я теперь, а Гамаль Фаде, – сказал тогда мне с гордостью и каким-то сожалением Витёк. Француз арабского происхождения из семьи алжирских беженцев. Родители Хасан и Фатима погибли в пожаре. Дом их сгорел вместе с документами. Военные мне их восстановили.

В наши дни Легион используется не для ведения войны, как раньше, а в основном для предотвращения военных действий в рамках миссий под эгидой ООН или НАТО (например, Самали, Босния, Косово, Афганистан), для сохранения мира, для эвакуации людей из регионов войны, для оказания гуманитарной помощи, для восстановления инфраструктуры ( например, в Ливане и после Цунами 2004 в Таиланде). Наряду с этим, легион готов к проведению спецопераций, таких, как бои в джунглях, в ночных условиях, против террористов и для освобождения заложников.

Гамаль, я его теперь так буду называть, подписал пятилетний контракт и определился в легендарный 2-й Парашютно-десантный иностранный полк (2REP), расположенный на острове Корсика (департамент Верхняя Корсика). Так началась его новая жизнь. Шёл одна тысяча девятьсот девяноста первый год. Но всё по порядку.

Глава 3. Французский иностранный легион

О службе в легионе Виктор-Гавриил сам рассказал мне при встрече, уже, когда отслужил в 1996-м. Я перескажу Вам от его имени.


Сначала я подошёл к полицейскому и сказал пароль: LEGIAO ESTRANGEIRA. Услышав заветные слова, полицейский довёл меня до стоянки такси и попросил шофера отвезти меня на вербовочный пункт легиона. Отношение ко мне сразу изменилось. Таксист стал что-то лопотать на своём, что я отличный парень, так как решил служить на благо Франции.

В Париже вербовочный или по– нашему призывной пункт размещается в форд Норджи. Это место оказалось старой крепостью. Сбоку на стене обнаружился звонок. Я позвонил. Здесь же была видеокамера. Минуты три меня, видимо, внимательно рассматривали, а потом открылась дверь, и дежурный легионер впустил меня.

В большой комнате уже находились два парня, тоже приехавшие служить в легионе: один из Норвегии, второй из Ботсваны. Как только кандидат попадает на территорию пункта, так сразу начинается проверка. Легионер забрал у меня документы и отнёс их сержанту, который, внимательно изучив их, предложил заполнить анкеты.

Меня повели через плац в главный корпус. Что сразу бросается в глаза, так это надпись большими буквами – LEGIAO PATRIA NOSTRA, что в переводе на русский означает: Легион – наша родина.

Мене вручили анкету для заполнения на русском. Меня предупредили, заполняя анкету, лучше писать правду, а то на протяжении всего селекционного отбора будет еще столько анкет и проверок, что если ты написал неправду, это обязательно всплывет и последует увольнение. Ну, я и написал всё как есть – хоть бы кто удивился. Кстати, еще один ключевой вопрос:

– Готовы ли вы отдать жизнь за Францию?

В случае положительного ответа, ваше пребывание в легионе заканчивается, так и не начавшись. Люди приезжают сюда, чтобы заработать, а не умирать. Деньги, карьера… Иного в легионе не понимают.

– Вы пришли к нам сами, поэтому выполняйте все, что вам прикажут,– объяснили мне.

Поэтому в легионе не знают, что такое дедовщина.

Вообще существует три «железных» правила, за которые можно вылететь из легиона:

во-первых, негативное отношение к сослуживцам, иного вероисповедания,

во-вторых, неподчинение приказу,

в-третьих, рукоприкладство.

После заполнения анкеты меня повели в комнату, где я буду ночевать до отправки в центр селекционного отбора, что в городе Обань под Марселем. Зайдя в общую комнату, у меня был небольшой шок от количества волонтеров, собравшихся служить в легионе. Каждый ведь думает, что он такой один, ну, максимум, я предполагал увидеть еще троих или четверых. В комнате оказалось человек шестьдесят, и почти половина – из бывшего Союза. Я сразу представил масштабы вербовки. Это только в одном Париже, а по всей Франции этих вербовочных пунктов шестнадцать, да еще плюс по всей Западной Европе. Мама миа!

Уже потом я узнал, что 30% легионеров являются выходцами из России. Примерно 15% приходится на Украину и на республики Прибалтики. Если прежде у новичков выясняли только прошлое, то теперь спрашивают, чего они, собственно хотят от легиона. Украинцы и прибалты, как правило, приходят сюда на два-два с половиной года, чтобы заработать денег на машину и квартиру, а потом дают дёру. По этому, их принимают весьма неохотно. Конечно, если кто убежал – никто искать не будут.

Продержав в Париже трое суток, нас повезли в Обань. У прибывших волонтеров забрали все, кроме щетки и зубной пасты. Выдали кроссовки, спортивные трусы, майку, две пары нижнего белья, упаковку одноразовых бритв, крем для бритья. Короче говоря, предметы первой необходимости. Показали наши кровати. Затем повели в общий двор, где находились все желающие попасть в легион. Таковых было человек четыреста, из них человек сто пятьдесят приходилось на граждан России, Прибалтики и Украины.

Подсел ко мне один хохол, это был мой первый знакомый, который потом стал моим другом и вторым номером, и рассказывает:

–Я хочу обеспечить безбедное будущее себе и своей семье. Добиться этого в Украине мне не удалось, хотя пахал, как проклятый. Сменил не одну профессию. Даже "плитовым" работал на шахте – так называют шахтеров, которые вагоны с грузами под землей сопровождают.

– А как ты вообще вышел на Французский иностранный легион? – не унимался я.

– Можно сказать, подстава вышла, да я не в обиде. Брат надоумил. Слушай. У нас в Бремене живёт дядя. Ну, я ему звоню, так мол и так, заработать хочу. А тот и говорит, приезжай, без проблем, есть у меня для тебя денежная работа, и прислал приглашение. Оформил я документы на выезд в Германию. Приехал в Бремен, где живут родственники. А дядя меня встретил на вокзале и … доставил меня к вербовочному пункту в Страсбурге, сказав, что это как раз для меня, и уехал. Первый день нас вообще не пустили, поздно, говорят. Тогда мы с корешами новыми заночевали на травке перед калиткой со звонком. А шо, зазря приезжали? Да не жалею, я, не жалею, успокоюсь хоть и баксов заработаю.

Что интересно, общались мы между собой без особого напряга. Все легионеры знают как минимум четыре языка, правда, кто какой сразу не определишь, но самый ходовой был русский. Я ещё кроме русского на немецком немного говорил. Но это не проблема. Главное, что бы ты им подошел, потому что конкурс огромный. Особенно много желающих из Африки, наших братьев-славян тоже хватает, но больше шансов у китайцев, сирот и музыкантов.

Я там познакомился и с Тимуром из Казахстана. Парню 18, но он делал уже вторую попытку попасть в легион. Он меня очень удивил тем, что после первой неудачи за год выучил французский и научился играть на пианино.

Вообще, у меня было представление, что в легион в основном принимают парней, у которых проблемы с полицией. А когда пообщался с народом, понял, что большинство из них – нормальные пацаны, у них нормальные цели в жизни, интересные увлечения. Но, как правило, вербовались в легионеры, чтобы заработать и получить французское гражданство.

Платят рядовому легионеру, пока он во Франции, тысячу долларов в месяц. После пяти лет службы дают гражданство. За пределами Франции зарплата возрастает до 7 тысяч долларов. Сержант получает 3 тысячи долларов в мирное время и до 12 тысяч в боевой обстановке.

По прибытии в Обань начались будни. Каждый день в 16.00 (после обеда) на построении зачитывали «чёрный список» фамилий тех, кто не прошел отбор. Неудачникам выплачивались деньги, а за сутки пребывания в легионе платили 200 франков. Проверку и тесты проходили около месяца, так что набегало около 1000 франков, а то и больше. Этой суммы вполне хватало на обратную дорогу. Выдавали вещи и отвозили на вокзал в Марсель.

По пятницам назывались фамилии тех, кто прошел отбор и кто поедет в «учебку» на три месяца в город Костель Надари. Отбор жесточайший. Отсев составляет до 80%.

Я свою пятницу ждал сорок шесть суток. Не хочу показаться выходцем из голодного края, но о питании хочу сказать отдельно.

На завтрак ты мог выбрать какао, кофе традиционный или с молоком, просто молоко или чай. А так же яйцо или омлет, сыр, масло, джем. На обед предлагалиговяжью отбивную или рыбу с гарниром. Дополнительно по желанию устрицы и моллюски. На десерт – пудинг, банан и апельсин. Из напитков подают лёгкое вино или безалкогольное пиво, пепси, кока-колу, фанту и минеральную воду в неограниченном количестве. Приправы – сколько душе угодно. Ужин состоял из тех же блюд.

После такой кормежки я прошел все проверки и последнее, самое, на мой взгляд, легкое задание, тест по физической подготовке. За двенадцать минут необходимо пробежать 2 километра 800 метров. Чемпионом быть не обязательно, но без отменного здоровья и физической подготовки там делать тоже нечего. На медкомиссии можно проколоться даже на зубах, они у легионеров должны быть на все сто здоровыми. Но особенно сложным оказался психологический тест. За 40 минут пришлось ответить на 40 вопросов. Тесты на первый взгляд несложные, и вообще могут показаться идиотскими. Например, на трех картинках мужик по-разному держит лопату, и вопрос: как легче ее держать? Или: что быстрее можно уронить – куб или пирамиду? Или: разведке приказали удерживать мост. Где ей занять позицию: за мостом, перед мостом или на мосту. Отвечал наугад, так как подумать не давали. За это время я прошел шесть тестов и четыре проверки. «Гестапо» называют кабинет, где в спокойной обстановке с тобой беседует на чистом русском языке психолог и ловит на нестыковках в ответах – и устных, и письменных. Тех, кто прошел "гестапо", ждет этап под названием "Руж" – от французского слова "rouge" – красный. Название пошло с тех пор, когда прошедшие все испытания кандидаты, ожидая отправки в учебный лагерь, поверх рукава носили красную повязку. Теперь это правило отошло, но название осталось. На утреннем построении в пятницу вызывают группы на тесты и работы, затем вызывают претендентов на "Руж".

Те, чьи фамилии прозвучали, выходят из строя. Для остальных звучит команда "цивиль". Те, кто не попал в "Руж", сдают казенные вещи, получают свои, а также деньги за пребывание в легионе в зависимости от количества дней, после чего отправляются домой.

"Ружовцы" несут ночную вахту при входе на территорию учебного центра и при входе в здание (смены длятся по 2 часа), а соответственно и спать меньше, чем остальным. К хозяйственным работам их не привлекают, зато для "Руж" значительно увеличивается интенсивность физических тренировок. Так проходит неделя. В четверг новобранцы принимают присягу и получают зеленый берет с традиционной кокардой легиона.

За эти дни я узнал, что легион был основан в 1831 году для поддержания порядка в колониальных владениях Франции. Он подчиняется только одному человеку – Президенту Франции. Еще один важный момент. Чтобы общество не было настроено против самого факта существования колоний, в которых погибают французы, и был создан иностранный легион. В нем служили и служат иностранцы из более чем 130 стран. В настоящее время легион насчитывает шесть реджиментов. Сразу поясню. Реджимент – это подразделения по родам войск: саперы, танкисты, пехота, инженеры, парашютисты и водолазы-диверсанты.


Но всё это уже в прошлом. Я – легионер Гамаль Фаде, француз арабского происхождения. А то, что мне пошёл только 21-й год и я Виктор из России, как то в голове уже начало забываться, а если точнее как-то затуманиваться, что ли. За один день меня ещё раз побрили наголо, так как я уже за время скитаний оброс бобриком, выдали семь видов формы и кучу всяких нужных вещей. Я получил кредитную карточку, куда были перечислены деньги, начисленные за copoк шесть суток моего пребывания в Обани.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3