Александр Гордиенко.

Год Мужчины. Ордер на Любовь



скачать книгу бесплатно

Наум достал телефон и развернулся лицом к аквариуму. Аквариум был огромен – четыре метра в диаметре и около трех метров высотой, – правильный пятиугольник, расположенный в центре «гладиаторской», был гордостью Наума.

Уже после первых прогонов стало ясно, что с целью снижения психологического давления на участниц было бы целесообразно существенно снизить объем визуальных контактов между ними во время подготовки и проведения игры.

Ощущение переросло в уверенность во время предстартовой подготовки к первой игре сезона. Наум и Железнов, зайдя минут за двадцать до прямого эфира в «гладиаторскую», чтоб, значит, все проверить и убедиться, не сговариваясь, ошарашенно замерли у входа. Царящий в «гладиаторской» хаос вызвал у Наума ассоциацию с разбуженным муравейником: все куда-то бегут – участницы, костюмеры, стилисты, визажисты… Из гримерок, в гримерки, все заходят, выходят, приносят, уносят…

Первым пришел в себя Наум.

– Саня, тебе не кажется, что если мы простоим здесь еще минут пять, то сойдем с ума?

– Есть немного. Какое-то броуновское движение. У тебя есть уверенность, что все они бегут куда надо?

– Ощущение дурдома у меня есть…

Железнов согласно кивнул головой:

– Динамо-машины здесь не хватает. За киловатты можно было бы не платить… Если, конечно же, к каждому по проводочку приторочить.

У одной из гримерок раздался визг – оттуда буквально вылетел сконфуженный мужчина с феном в руке:

– Ошибся я! Похожие все! Чего орать-то!!! Подумаешь, не одетая она…

– И посредине этого разгула… – процитировал Наум. – Саня, надо с этим что-то делать.

– Ага. Разбить в центре фонтан. Чтобы малость перегревшиеся могли нырнуть в него.

– Или аквариум! Саня, ты гений, аквариум!!! Огромный.

– И с рыбками.

– Само собой, с умиротворяющими хаос рыбками!

Наум решил не откладывать дело в долгий ящик. Уже на следующий день во время проведения кастинга ему удалось выцепить среди ожидающих своей очереди толстенького и очень упакованного дядечку рядом с никакой, но также очень даже упакованной девочкой.

Наум, поймав взгляд дядечки, кивком предложил ему выйти – переговорить.

Про погоду Наум решил не уточнять и сразу же перешел к сути вопроса:

– Та девушка, что рядом с вами сидит, еще на что-то надеется? Вы же видите, сколько желающих и какие претендентки…

Дядечка оказался не дурак.

– Да, конечно, я все вижу и все понимаю.

– Но девушка привыкла, что вы решаете все ее проблемы.

Кроме того, дядечка оказался не лишенным иронии.

– Вам не откажешь в проницательности.

– Вы же понимаете, комиссия объективна, есть критерии отбора, несколько этапов… В общем, вы практически зря сюда пришли… Практически зря, если бы не встретили меня. И если вы хотите, чтобы вашу девочку увидела вся страна хотя бы один раз…

Дядечка ко всему оказался еще и смышленым:

– Сколько стоит позитивный результат?

– Не знаю. Но могу показать – сами оцените.

Пойдемте со мной.

Дальше понятно: через два дня прибыла бригада рабочих, КамАЗ с толстенными стенками аквариума, воду заливали из пожарного шланга… В общем, задумано – сделано.

Наума не мучили угрызения совести: девочку вся страна увидела не один, а два раза. Неожиданно (видимо, дядечка провел работу с некоторыми членами жюри) она прошла во второй тур, где и засыпалась в силу выпячивающегося скудоумия. Зато! Зато вот она, краса и гордость «гладиаторской»! Подсвеченные стайки разноцветных рыбок очень радовали глаз, умиротворяюще действовали на Наума и на окружающую публику. Железнов, увидев этого пятиугольного монстра аквариумного мира и рядом с ним – довольное лицо Гения, офигел и протянул: «Ну ты, Няма, даешь… Это, Няма, не аквариум, это Пентагон какой-то…» Как водится, кто-то услышал, подхватил, название прижилось, и уже никто не называл аквариум иначе как «Пентагон». Со временем название частично распространилось и на павильон, который в зависимости от настроения называли то «Пентагоном», то «гладиаторской».

Абонент не отвечал. Наум снял вызов и приблизился вплотную к аквариуму. Практически сразу же большинство стаек изменили свое движение, развернулись в сторону Наума и зафиксировались на уровне его лица и груди, медленно шевеля плавниками. Этот феномен обитателей «Пентагона» проявлялся только в отношении Наума – ни на кого другого они так не реагировали. В спорах за кружкой пива с Железновым Наум пытался доказать, что «…они (рыбки) знают, кто здесь хозяин, и, соответственно, выказывают уважение». Железнов же в ответ на столь самоуверенное заявление отмечал тот прискорбный факт, что знать они не могут, так как у них, у рыбок, как и у Нямы, практически нет мозгов. А вот что на них может воздействовать, так это энергетика Наума, которая у него действительно незаурядная и временами очень даже ощущаемая.

*** (1)(3) Маша

Офис телекомпании


За 11 месяцев и 13 дней до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится».

Через две с половиной недели после Нового года. Четверг. 8:40 утра.


– Ты грязнуля и бездельник! – Железнов довольно наблюдал, как Оберст, зацепившись клювом за прутик крышки клетки, как маятник, раскачивался на высоте двух метров. При этом ему совершенно не мешала скорлупка от семечки, сидевшая точно по центру клюва. Глаза у Оберста поблескивали, он явно был доволен своим «высоким» положением. – Ну-ка слазь и почисть клюв, – Железнов чуть повысил голос и изменил интонацию на строгую. Оберст сходу зацепился лапой за клетку, подтянулся, зацепился другой и по схеме «лапа – клюв – другая лапа» бодро, вниз головой преодолел вертикальную стенку. Добрался до жердочки и двумя резкими движениями клюва по жердочке снизу вверх, сначала слева, потом справа очистил клюв, развернулся в сторону старшего друга и медленно закрыл и открыл глаза – «я сделал это!».

Железнов в ответ улыбнулся:

– Молодец, мог бы и сам, между прочим, без подсказки…

– Оберст – молодец!

– Молодец, молодец, – пробормотал Железнов, думая о чем-то своем и ожидая, пока загрузится компьютер.

– Оберст – молодец!

– Ну, поскромнее, поскромнее нужно быть… И люди к тебе…

– З-з-звонок. – Оберст развернул голову в профиль. – З-з-звонок, – еще раз достаточно четко произнес Оберст.

– Да слышу я, слышу.

А в голове мелькнуло: «Черт, вибровызов он, что ли, ощущает, реагирует еще до звонка».

– Алле! – Железнов поднес трубку к уху, даже не взглянув, от кого звонок. – Я не в духе! Говори мало, приходи быстро!

– Саша?

– А, это вы, Маша. Извините, в это время мне обычно звонят опаздывающие на работу сотрудники, утверждающие, что они «задерживаются». Хотя смысловая часть верна, я хотел бы с вами увидеться.

– Вы не занесли мой телефон в справочник? – Железнову показалось, что настроение собеседницы подупало.

– Нет, не занес.

– Вам… неинтересно со мной общаться? Извините, я больше не…

– Маша, ну что вы там шепчете?! Вы же сами! Сами просили меня не звонить вам! Между прочим, без объяснения причин – имеете право! И чтобы удержаться от соблазна позвонить вам и не выполнить данное вам обещание… далее понятно?

– А вам хотелось позвонить мне?

– Маша, вы интриганка, каких поискать! Ну как можно не хотеть позвонить такой женщине?!

– Я не интриганка. У меня дети, семья, муж и… воспитание в духе честных семейных отношений. А сейчас я еду на работу… и мне нестерпимо хочется поговорить с вами, услышать ваш голос. А с работы я тоже не могу позвонить…

– Вы агент иностранной разведки? Что значит – не могу позвонить с работы?

– Не могу сказать. Как-нибудь потом…

– Ага, потом… Хорошо. Вернемся на исходные – ну а встретиться, встретиться мы с вами когда-нибудь можем? Обсудить государственные секреты и выпить по чашке кофе?

– Я не знаю… Я уже приехала. Я вам позвоню.

Услышав гудки, Железнов захлопнул телефон, постоял некоторое время в задумчивости: «Странно все это. Надо перекурить… И подумать…»

*** (2)(3) Игра (Формат «Она мне нравится»)

Аппаратная


4 минуты до прямого эфира.


– Ну что, Саня, – Наум оторвал взгляд от мониторов, – а не рвануть ли нам с тобой куда-нибудь отдохнуть, все-таки тридцать три недели непрерывной пахоты. А?

– Нам – это втроем? И кто?..

– Да есть тут одна… Из финалисток…

– Наум! – Железнов с легкой укоризной посмотрел в глаза друга. – Ты же мне на пачке презервативов клялся, что никто из проекта! Никто!

Железнов резко развернулся в сторону айтишников.

– Приставал?

– Приставал, – буркнул Андрюха.

– Петлю просил набросить, – констатировал Железнов, кивнув в сторону Наума. – И для которого номера?

– Какую петлю?! – На лице Наума обозначилось полное непонимание. – Программку, а не петлю! – Наум сделал «лицо Арлекино». – Для тринадцатого… для Женьки Павловой.

– И? – Железнов не отпускал взгляд Наума.

– Они меня послали… – Наум обреченно махнул рукой, чего еще можно было от них ожидать. – Я их позвал с собой. Напились, в общем. И все.

– Андрюха?!

– Все.

– Точно?!

– Нет. Мы ему свой прогноз выдали. Тринадцатый – это четвертый этап. Если раньше не пересечется с девятнадцатым, третьим или двадцать девятым. Высокий рейтинг по всем параметрам.

Железнов развернулся в сторону Наума.

– Ладно. Казнь откладывается. Поеду. Но только в Новую Зеландию.

– Куда?! Саня… Туда же лететь черт-те скоко. Что ты там потерял?

– Потерял, – очень жестко произнес Железнов. – Работаем!

Наум внимательно посмотрел на друга:

– Работаем.

Надел болтавшиеся на шее наушники, подтянул ко рту микрофон.

– Всем – внимание! Работаем!

– Цветной контроль на выходе «Пентагона»?

– Оранжевый – норма.

– Белый – норма.

– Алексей, подайте голос. Паша, текст – на монитор ведущего. Алексей, как?

– Не анекдоты, конечно… Да нормально все! Текст на мониторе.

– Паша, отсчет…

– Минута десять…

– Николай?

– Технологическое: все тесты – норма. Свет – норма. У многоканальщиков – тоже.

– «Пентагон»?

– Все в зоне выхода. Поддержка за пределом.

– Отсчет…

– Пятьдесят три секунды…

– Камеры, готовность пятьдесят секунд. – Наум внимательно оглядел мониторы, на которые заводился сигнал с камер. – Пятая, ведущего – крупнее, седьмая – дальше, зрительская аудитория – более общий план!

– Паша, отсчет…

– Тридцать четыре секунды…

Наум отбросил микрофон, повернулся к Железнову, который уставился в айтишные компьютеры.

– Саня, а может – по пятьдесят Hennessy, пока время есть?

– Няма, ты чего это, нервничаешь, что ли? Что-нибудь случилось?! Колись!

– Да знаешь, предчувствие какое-то нехорошее…

– Ага… предчувствие. – Железнов шумно выдохнул. – Ну-ну…

– Саня, да знаю я, что ты с предчувствиями не дружишь…

– Ноль пять, ноль четыре, – Паша начал последний отсчет, – ноль три, ноль два…

– Шапка! Пошла!

На эфирном мониторе появилась стартовая графика проекта.

Наум включил динамики в «Пентагоне».

– Девочки, осталось пять минут до выхода. – Голос Наума был спокоен. – Удачи вам, красавицы!

– Алексей, десять секунд.

Алексей Дикало, ведущий шоу, улыбнулся в пятом мониторе, очень узнаваемо повел головой из стороны в сторону, слегка отпустив при этом галстук.

– Добрый вечер, уважаемые дамы и господа, добрый вечер, дорогие наши телезрители! Сегодня мы рады приветствовать вас на финальной игре одного из самых популярных шоу современности «Она мне нравится». – Алексей под аплодисменты отступил от своего монитора на шаг, развернулся к жюри.

– Шестая камера – дальше, – Наум повысил голос, – еще дальше!

– Что-то он сегодня, – Железнов кивнул в сторону эфирного монитора, – не в своей тарелке. Без куража. Не находишь?

Наум глянул на эфирный, откуда неслось: «…наше жюри – уникально. Уникально в том смысле, что здесь собрались мужчины, которые смогли предсказать, кто из претенденток на звание «Мисс ТВ-Россия» попадет в финал нашего шоу…»

– Да, пожалуй, ты прав. Ничего, разогреется. Пятая – крупный! – Наум отслеживал одновременно редакторский и операторские мониторы.

– Итак, уважаемые телезрители и уважаемые члены жюри, сегодня у нас в финале встречаются тридцать две победительницы нашего шоу. Тридцать две игры в течение всего сезона и… вот они здесь – тридцать две финалистки. Каждая из них выиграла свою игру, в которой принимали участие также по тридцать две красавицы со всех уголков нашей необъятной страны. Каждая из них познала вкус победы, и каждая из них готова доказать здесь и сейчас, что именно она – самая-самая! Именно «Она нам нравится» больше всех других!

– Шестая – средний план. – Наум рулил картинкой на эфирном мониторе.

– Итак, уважаемые телезрители. – Дикало смотрел прямо в камеру. – Начинаем представление наших финалисток, и одновременно напоминаю вам, что у вас есть три, всего лишь три минуты, чтобы предсказать имя победительницы и прислать нам ваш вариант на наш многоканальный…

– А что дают? – неожиданно прорезался Андрюха Борисов.

– Фотографию у знамени и благодарственное письмо на родину героя. – Железнов хлопнул Андрюху по плечу. – Почитай информационного спонсора, узнаешь.

– Паша, графику финалисток – на эфирный, за ней – рекламный блок. – Наум не выпускал бразды правления из рук. – Перекур – на четыре сорок. Николай, как только уходим на рекламу, открывай многоканальный, как всегда строго – сто восемьдесят секунд.

Железнов оставил свое рабочее место и подошел к Науму, кивнул в сторону эфирного монитора, где шло представление участниц: «(Студийная фотография) Номер 3 – Ксения Соболева, (студийная фотография) номер 4 – Ольга Федотова, (студийная фотография) номер 5 – Юлия…»

– Переживаешь? Зацепила?

– Да ты понимаешь, у нее нет спонсора, – в голосе Наума проскальзывали оправдательные нотки.

Железнов, не открывая рта, угукнул.

– Ей значительно сложнее, чем всем остальным!

Железнов еще раз угукнул.

– Да ну тебя! – Наум в сердцах махнул рукой.

– Хор-рошо…

– Что хор-р-рошо?! Каркаешь, как Оберст, когда он не в настроении!

– У него с дикцией не хуже, чем у тебя! Я уж не говорю про грассирование. Хорошо, что ты в женщине увидел еще что-то, кроме ног и шеи.

– Рекламный блок пошел!

– Прием эсэмэс пошел…

– Интенсивность?

– Тысяч двадцать пять. – Николай еще раз заглянул в свой монитор. – Интенсивность растет.

– Ого…

– Внимание, это «Пентагон», охрана, Шевцов. Внимание! Участница под номером 19 потеряла сознание! Повторяю, участница под номером 19 потеряла сознание!

Из разных углов аппаратной посыпались комментарии:

– Ни хрена себе…

– Прямой эфир! Фитиль…

– Мама родная!..

– Что делать?!

Железнов покинул свое рабочее место и вплотную переместился к обескураженному Науму, который, надо отдать ему должное, не выглядел растерянным.

– Саня, это жопа, – констатировал Наум. – Размером с Россию. Что делать-то будем?! – Несмотря на экстремальность ситуации, в голосе Наума появились язвительные нотки. – Вот зря ты не веришь в интуицию! Говорил я тебе, что что-то должно случиться? Пожалуйста! Получите по полной!

Во время всей тирады Наума Железнов сосредоточенно выгребал имущество из тумбы-сейфа, являющейся составной частью режиссерского стола. Наум наконец-то обратил внимание на то, что Железнов его особо-то и не слушает, поглощенный содержимым средней секции.

– А что ты там, собственно, ищешь?

Неопытному слушателю сложно было бы определить, чего больше присутствует в голосе Наума – недовольства тем, что его речь не произвела на Железнова ожидаемого эффекта, или простой человеческой заинтересованности – чем это он там занимается, в то время как отечество (прямой эфир) в опасности?

– Рации. Могут понадобиться. – Железнов выпрямился, держа в руке искомое. – Это не случайность, Наум!

– Что?!

– Я знаю, о чем говорю! Это не случайность! – Железнов был сосредоточен и явно не растерян. Сунул рацию в задний карман. – И ничего страшного пока не произошло.

– Ты что, с ума сошел! Где я тебе замену сейчас найду?! Самому на подиум выскакивать?

– Я найду! Давай, Наум! Рули здесь. Как всегда. Все будет нормально. Ты все поймешь по ходу пьесы. Извини, мне нужно действовать.

Железнов натянул на себя свою гарнитуру и переключил общую связь на себя, одновременно открыл телефон.

– «Пентагон», внимание, срочно – врача, бригада скорой на двадцатом, в 20-03.

– Кеша, вариант «Дубль». Девятнадцатый. Повтори. Правильно. У тебя две минуты. Не самый худший вариант.

– Алексей? Вариант «Дубль». После выхода из рекламы объявляете новые правила, которые действуют только для финала. Текст сейчас будет на вашем мониторе. В прочерке – номер девятнадцатый. Девятнадцатый, вы поняли меня, посмотрите по ней информацию.

– Саша, не нервничай, понял – девятнадцатый. Я ее запомнил. Как я понял, пошла импровизация.

– Да. Очень вероятно.

– Не переживай, прорвемся.

– Марина, – Железнов протянул ей флешку, – текст – на монитор ведущего, там же представление возможных замен с соответствующей нумерацией.

– Александр Борисович, – Железнов зажал телефон между плечом и ухом, —реализовался вариант «Дубль»… Да, по одной позиции, девятнадцатой… Нет, хуже… Без сознания… Врачи на подходе… Когда что-то скажут, я вам отзвонюсь… Я вас понял.

– Александр, текст с флешки на мониторе ведущего, – официально доложила Марина.

– Почему не сказал? – Наум, мрачнее тучи, надвигался на Железнова. – Почему я обо всем узнаю только сейчас!? Что это за игры с заменами?!

– Не кипятись! Тебя, признанного гения и всеобщего любимчика, генеральный решил вывести из-под удара! Я его поддержал. Двумя руками. Ты у нас – личность артистичная, и незачем тебе ввязываться в игру, где на кону деньги, очень большие деньги!

Внезапно Железнов оборвал свой собственный монолог и тепло улыбнулся другу:

– Признай, ты же ничего не смыслишь ни в финансах, ни в политике.

Ошарашенный резкой сменой настроения Железнова, Наум на автомате пробормотал:

– Не смыслю…

Но моментально опомнился:

– Я тебе что, устрица безмозглая?! Или крыса тыловая?!

Железнов примиряющее поднял руку.

– Няма, да успокойся ты наконец. Это только начало. Тебе тоже достанется, поверь мне. Так что не переживай, на свой орден навоюешь. Ты думаешь, на этом все закончится?! При плохом раскладе нам этого не простят!

– Саня, что здесь происходит и чего не простят?! Какой расклад!? Какие деньги?! Ты можешь мне объяснить?

– Могу! Но сейчас не время. Потом, Няма, потом… Работай! Работай, как только ты это умеешь!

– Выход с рекламы. – Паша абсолютно спокойно давал отсчет. – Ноль пять, ноль четыре…

Железнов быстро окинул взглядом свою команду: «Ребята – молодцы, не «посыпались».

Наум уже сидел в режиссерском кресле – отдавал команды операторам.

Железнов склонился к уху Наума:

– Няма, сейчас Дикало закончит читать написанный мной спич, дальше – все по плану. Я мотнусь в «Пентагон». Думаю, что у Лешки там все под контролем. Хочу сам увидеть, как девочка.

– Давай, Саня… Здесь враг не пройдет. – В микрофон: – Вторая – крупный, первая – средний, еще меньше! Хорошо. А с тобой и с генеральным я еще разберусь! Тоже мне, спасатели хреновы…

*** (1)(4) Маша

Офис телекомпании


За 11 месяцев и 2 дня до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится».

Конец января. Понедельник. 8:40 утра.


Александр Железнов, приторочив чашку дымящегося кофе на балку перекрытия между одиннадцатым и двенадцатым этажами, только прикуривал сигарету в «личной» курилке, когда из дверей двенадцатого выкатилась Катя Зернова – «бухгалтер на затратах». Своей курилку Железнов считал в силу того, что он сам себе ее организовал. Дело в том, что возле дверей каждого из этажей находились «муниципальные» урны-пепельницы, вокруг каждой из которых постоянно толпилась куча народа, которая настойчиво норовила втянуть тебя в диалог, обсуждая все, что угодно, от и до… Чтобы устраниться от обсуждения мировых проблем, Железнов приобрел, по его словам, за немереные деньги «свою» урну-пепельницу, которую установил между этажами, справедливо полагая, что ленивый креатив маркетинга не преодолеет полпролета вверх, а снобы-финансисты не снизойдут на полпролета вниз.

– Ты чего здесь делаешь? – удивленно спросил Железнов, задрав голову вверх. – Ты же в пятницу присылала мейл, что тебя на этой неделе не будет? Или ты не получила от меня «окей» и не решилась исчезнуть?

– Почти так, Саша. Вы же знаете, как я к вам отношусь. – Катя прикурила сигарету. – Но, к сожалению, чувствую, что мое отсутствие вас мало интересует, я писала, что меня не будет четыре дня: со вторника по пятницу.

– Хочешь отдохнуть? Поедешь куда?

– Да если бы… Денег нет. Конечно, хотелось бы поваляться, полежать где-нибудь на далеком теплом берегу, на худой конец – хоть денег подзаработать…

– Катя, ну что такое ты говоришь! – Глаза у Железнова смеялись. – Ты решила одновременно подзаработать и полежать. Какие мысли могут при этом возникнуть? Ладно, проехали, так что тебя сподвигло уйти в отпуск?

– Курсовую нужно сделать.

– А на работе? – Ответ Кати привел Железнова в легкое недоумение. – Интернет под рукой… Я своих заставляю курсовые, рефераты и прочую фигню делать исключительно на работе, используя, как сейчас говорят, административный ресурс.

– Саша, я вас всегда промоутирую как лучшего начальника.

В это время у Железнова зазвонил телефон – Маша.

– Але…

– Здравствуйте, Саша. Это Маша.

– Маша… Маша… – Железнов шутливо пытался «вспомнить», кто это. – А-а, помню-помню, резидент иностранной разведки. Вы случайно не из-за океана сегодня связь поддерживаете?

– Да ладно вам, Саша.

Железнов махнул рукой Кате и двинулся в сторону своего кабинета.

– Ну, если не из-за океана, то, по всей видимости, едете на работу?

– Вы проницательны как никто.

– Маша, может, хватит играть в Мату Хари? Я человек конкретный. Конкретно сообщаю – вы меня заинтересовали и я хотел бы…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19