Александр Еремин.

Франчайзинг и договор коммерческой концессии. Теория и практика применения



скачать книгу бесплатно

В некоторых странах, например, Италии, Испании, Бразилии, Австралии имеется специальное законодательство о франчайзинге. Договор франчайзинга подлежит также специальному правовому регулированию в законодательстве некоторых государств-участников СНГ, в частности, в Республике Казахстан и Беларуси.

Франчайзинг имеет три основных направления развития, по названию франшиз эти направления подразделяются на: франшизу на продажу готового товара, франшизу на производство товара и франшизу на определенный вид деятельности[51]51
  См.: Устюжанин А.А. Зарубежный опыт и российская практика развития франчайзинга: Автореф. дисс. канд. экон. наук. М., 2010. – С. 11.


[Закрыть]
. Основой классификации служит характер производственно-технологических и юридических отношений.

Согласно Решению Европейского Суда от 28.01.1986 № 161 выделяют 3 разновидности – сбытовой, производственный и сервисный франчайзинг[52]52
  См.: Ющенко Н.А. Правовое регулирование коммерческой концессии и франчайзинга в России и за рубежом: Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Казань, 2009. – С. 3.


[Закрыть]
.

Товарный франчайзинг или франшиза на продажу готового товара подразумевает передачу пользователю права на реализацию товаров, выпускаемых правообладателем под его товарным знаком. Данный вид франчайзинга использует «Kodak».

Производственный франчайзинг или франшиза на производство товара. В этом случае пользователь получает запатентованную технологию производства какой-либо продукции. «Coca-cola» – один из ведущих представителей данного направления.

Сервисный франчайзинг или франшиза на определенный вид деятельности – способ ведения предпринимательской деятельности, который включает в себя передачу пользователю права открыть на определенной территории собственное предприятие, оказывающее услуги под торговым знаком или знаком обслуживания правообладателя и того же профиля. При этом пользователь обязан вести свой бизнес в соответствии с политикой, диктуемой правообладателем. Данный вид франчайзинга нам хорошо знаком по ресторанам быстрого питания, например, «Макдональдс» или «Баскин Роббинс».

Следует признать, что некоторые страны выделяют свои виды франчайзинга. В Италии, например, существуют две разновидности франчайзинга, которые различаются прямым участием правообладателя в капиталовложениях пользователя и отсутствием такого участия. По способу организации в Италии выделяется и «локальный» франчайзинг, который предполагает размещение части структур правообладателя непосредственно в производственных помещениях пользователя

Указ. с" id="a_idm140133228155968" class="footnote">[53]53
  См.: Устюжанин А.А. Указ. соч. – С. 16.


[Закрыть]
.

Таким образом, франчайзинговые отношения имеют большую вариативность в мировой правовой системе в сфере правового регулирования на уровне договора коммерческой концессии или франчайзинга. Во многом, как представляется, именно по данным причинам создаются различные ассоциации франчайзинга по всему миру, такие как: МАФ – Международная Ассоциация Франчайзинга (IFA, International Franchise Association), РАФ – Российская Ассоциация Франчайзинга, другие организации (Международная Академия Франчайзинга, Британская Ассоциация Франчайзинга), которые выдвигают свои предложения по унификации различных аспектов франчайзинга для ускорения и упрощения предпринимательских отношений на базе этого договора. Также эти организации планируют и организуют специальные выставки и конференции по проблемным вопросам, дают объяснения тех или иных положений данного договора для потенциальных франчайзеров (правообладателей) и франчайзи (пользователей).

Действительно, что касается непосредственно правового регулирования франчайзинговых отношений, то на сегодняшний день оно достаточно разнообразно в законодательстве отдельных государств.

Если говорить об источниках, содержащих нормы права о франчайзинге, то необходимо еще раз особо подчеркнуть, что в некоторых странах, как указывают отдельные авторы, например, в США, Румынии, Казахстане, Республике Молдова, приняты специальные законы относительно этого вида деятельности[54]54
  См.: Симаева Н.П. Франчайзинг как форма развития предпринимательской деятельности в России: финансово-экономические и правовые аспекты // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 9: Исследования молодых ученых. 2010. № 8–2. – С. 103.


[Закрыть]
. В других странах, таких как Россия или Франция, нормы о франчайзинге закреплены в других законодательных актах, в частности, в Гражданских кодексах, законодательстве о предпринимательской деятельности и других[55]55
  См.: Опыт франчайзинга в странах Центральной и Юго-Восточной Европы [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://franchising.kiev.ua/ analytics/434.html – загл. с экрана (дата обращения 15 июня 2015 г.).


[Закрыть]
.

Л.Т. Ибадов приводит мнение экспертов Всемирной организации интеллектуальной собственности, в соответствии с которым франчайзинговые отношения достаточно полно регулируются договорным правом и не требуют особого специального законодательства[56]56
  См.: Ибадова Л.Т Финансирование и кредитование малого бизнеса в России: правовые аспекты: Монография. М.: Волтерс Клувер, 2006. – С. 4.


[Закрыть]
. Полагаем, что такой подход характеризуется ограниченностью его применения и не соответствует логике и объективному развитию франчайзинговых моделей на современном этапе в Российской Федерации. Полагаем, что вопрос о специальном регулировании франчайзинга является весьма дискуссионным, но бесспорно то, что договор франчайзинга и (или) коммерческой концессии нуждаются в более детальном регулировании на законодательном уровне в нашей стране.

В российском дореволюционном праве, как и в праве социалистическом, договор франчайзинга и (или) коммерческой концессии по объективным причинам не мог быть и не был представлен как институт гражданского права в рамках подотрасли обязательственного права.

Для нашей страны первые шаги к зарождению франчайзинга были сделаны в период СССР с 1972 года. По договору с корпорацией «Пепсико» ряд советских предприятий производили напитки «Пепси-Кола» и «Фанта» из сиропов корпорации в соответствии со стандартами и под ее торговой маркой.

Начало истории коммерческой концессии в России можно отнести к началу и середине 90-х годов прошлого века. Первые схемы взаимодействия контрагентов строились с использованием арендных отношений и включением в договоры передачи арендаторам прав на использование товарного знака, принадлежащего компании. Подобный способ осуществления предпринимательской деятельности достаточно часто и активно использовали нефтяные компании. Возможно, именно популярностью и эффективностью франчайзинга было продиктовано стремление законодателя урегулировать соответствующие общественные отношения[57]57
  См.: Марченко М.Ю. Договор коммерческой концессии: понятие и правовые основы // Вестник магистратуры. 2014. № 4–3 (31). – С. 67.


[Закрыть]
.

Законодатель приступил к разработке положений главы 54 ГК РФ в начале 90-х годов прошлого века, на тот период практики использования договора коммерческой концессии в России не было[58]58
  См.: Грицаева Н.Б. Сущность и перспективы развития договора коммерческой концессии // Образовательная среда сегодня и завтра: Материалы VIII Международной науч. – практ. конф.: Сб. науч. тр. /Отв. ред. ГГ Бубнов. 2013. – С. 80.


[Закрыть]
. Рыночная экономика России после распада СССР достаточно активно развивалась, и стало ясно, что ряд положений ГК РФ, касающихся договора коммерческой концессии, препятствует становлению и полноценному развитию отношений, возникающих из этого договора.

Как указывается в научно-исследовательской литературе, одной из первых компаний в России, которая стала использовать возможности данного института на мелкооптовом и розничном рынке реализации топлива, было ОАО «Лукойл». Предпосылкой возникновения франчайзинга в нефтяном комплексе послужил кризис перепроизводства на мировом рынке нефти в 1997 году, в результате которого цена на нефть упала до $ 9-10 за баррель. Розничный рынок характеризовался ростом потребления и был далек от насыщения. Обострение конкуренции между компаниями привело к использованию механизмов франчайзинга на розничном рынке реализации нефтепродуктов[59]59
  См.: Шарифов В.С. Франчайзинг в механизме развития российского нефтяного рынка. М., 1998. – С. 29.


[Закрыть]
.

Итак, в современном торговом обороте франчайзинг получил весьма широкое распространение. В соответствии с проведенной классификацией Р.Ш. Касымова следует выделить несколько видов построения договорных отношений в рамках франчайзинга: товарный, производственный, сервисный и деловой. В рамках товарного франчайзинга товаропроизводитель предоставляет пользователю право на продажу и сервисное обслуживание товаров, выпускаемых под товарным знаком франчайзера. При деловом франчайзинге большее значение имеют условия, на которых пользователь предоставляет услуги рекламы, обучения, разного рода консультаций, поэтому основным передаваемым правом будет в этом случае право на использование товарного знака[60]60
  См.: Касымов Р.Ш. Вопросы договорной координации экономической деятельности третьим лицом в договоре коммерческой концессии // Конкурентное право. 2014. № 3. – С. 27.


[Закрыть]
.

В условиях развития современного гражданского законодательства возрастают роль и значение договорного регулирования в гражданском обороте, что обусловливает необходимость повсеместного изучения гражданско-правовых договорных конструкций[61]61
  См.: Егорова М.А. Аннулирование договора в российском законодательстве // Журнал российского права. 2010. № 1 (157). – С. 63–74.


[Закрыть]
. В этих целях ГК РФ предусматривает наряду с договором коммерческой концессии специальные договорные конструкции: договор об отчуждении исключительного права, дистрибьюторский договор и лицензионный договор.

Итак, в современной российской практике широкое распространение получили 3 модели выстраивания отношений – дистрибьюция (дистрибуция), лицензирование и франчайзинг. Эти модели имеют существенное различие, но, к сожалению, нередко предприниматели не принимают их во внимание на этапе принятия стратегических решений. Сложность заключается и в том, что термины «дистрибьюция» и «франчайзинг» не закреплены российским законодательством. Предприниматели часто стоят перед выбором, какой договор выбрать для формирования правоотношений с партнерами[62]62
  См.: Рыкова И.В. Дистрибьюция, лицензирование, франчайзинг: некоторые вопросы современной практики // Торговое право. 2012. № 11. – С. 81.


[Закрыть]
.

Анализ зарубежного законодательства рекомендательных актов неправительственных организаций (Международной торговой палаты)[63]63
  См.: Вилкова Н.Г. Типовой дистрибьюторский контракт МТП. Монопольный импортер-дистрибьютор. Публикация № 518: на рус. и англ. яз. The ICC Model Distributorship Contract. Sole Importer-Distributor / пер. В.Д. Медвинской. М.: Консалтбанкир, 1996; Вилкова Н.Г Типовой дистрибьюторский контракт МТП. Монопольный импортер-дистрибьютор. Публикация № 646Е: на рус. и англ. яз. The ICC Model Distributorship Contract. Sole Importer-Distributor. 2-е изд. М.: Консалтбанкир, 2005.


[Закрыть]
российской правоприменительной практики позволяет определить дистрибьюторский договор как соглашение, по которому одна сторона (дистрибьютор) принимает на себя обязанности по распространению и продвижению определенного товара от своего имени и за свой счет на определенной территории и (или) определенному кругу покупателей, а также оказанию иных сопутствующих услуг, а другая сторона (поставщик) обязуется не поставлять указанный товар для реализации самостоятельно или посредством третьих лиц (эксклюзивная дистрибьюция) и (либо) создавать привилегированное положение дистрибьютора по сравнению с иными покупателями.

Сравнивая договор коммерческой концессии, по которому согласно ст. 1027 ГК РФ правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, следует отметить «несомненное сходство в части предоставления комплекса исключительных прав на определенной территории»[64]64
  Дашян М.С. Дистрибьюторский договор в международном коммерческом обороте // Право и политика. 2004. № 10.


[Закрыть]
. Однако, по мнению А.М. Партина, отсутствует факт передачи комплекса исключительных прав по дистрибьюторскому соглашению[65]65
  Партин А.М. Правовая природа дистрибьюторских соглашений: Автореф. дисс. канд. юрид. наук. М., 2010. – С. 11.


[Закрыть]
.

Действительно, передача комплекса исключительных прав – это только одна из сторон, регулируемая дистрибьюторским договором, и объем передаваемых поставщиком дистрибьютору прав (как указывалось ранее) значительно шире. Это не означает невозможность регламентировать согласование использования товарных знаков и иных объектов интеллектуальной собственности. Однако данный аспект дистрибьюторского договора имеет вторичное значение и служит выполнению основной цели договора – продвижению и реализации товара. Так, Федеральный арбитражный суд Московского округа отклонил довод, что дистрибьюторский договор по своей правовой природе фактически является договором коммерческой концессии, и отношения сторон должны регулироваться главой 54 ГК РФ, поскольку не отвечают признакам договора коммерческой концессии, закрепленным в ст. 1027 ГК РФ[66]66
  Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 05.10.1999 по делу № КГ-А40/3152-99 // СПС КонсультантПлюс.


[Закрыть]
.

Помимо прочего, недопустимость квалификации дистрибьюторского соглашения в качестве договора коммерческой концессии обосновывается правовыми последствиями (признание договора недействительным) при отсутствии соответствующей регистрации.

Существенным недостатком квалификации дистрибьюторского соглашения в качестве смешанного договора является то, что в этом случае стороны дистрибьюторского соглашения должны согласовать все существенные условия того вида договора, регулирование которого применяется к их правоотношениям. В этом случае существует риск того, что договор может быть признан незаключенным, и поставки товаров будут считаться разовыми сделками по купле-продаже товаров[67]67
  См.: Андреева С.А. Квалификация дистрибьюторского договора по российскому праву и отграничение от смежных договорных конструкций // Конкурентное право. 2013. № 3. – С. 18–29.


[Закрыть]
.

При этом отличительным признаком дистрибьюторского договора являются не отдельные обязанности сторон, а общая цель совокупности правовых отношений, регулируемых дистрибьюторским договором – распространение и продвижение товара, являющегося предметом соглашения, на определенных (территориальных, товарных) рынках.

Другой особенностью дистрибьюторского договора является возможность включения ограничительных условий, касающихся товаров, географических границ, объемов приобретения товара или потребителей[68]68
  См.: Андреева С.А. Указ. соч. – С. 19.


[Закрыть]
.

Лицензионный договор – соглашение, по которому обладатель исключительного права на объект интеллектуальной собственности (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого объекта в предусмотренных договором пределах. Лицензионный договор (ст. 1235 ГК РФ), в отличие от договора об отчуждении исключительных прав, предполагает временный и ограниченный переход правомочия использования объекта интеллектуальной собственности, входящего в содержание исключительного права.

Предметом лицензионного договора, в отличие от дистрибьюторского, является передача обладателем исключительного права на результат интеллектуальной деятельности, например, промышленного образца или на средство индивидуализации (например, товарный знак), то есть лицензиаром, права на использование такого результата или средства индивидуализации другому лицу – лицензиату.

Следует согласиться с обоснованным утверждением Е.В. Гелашвили, что «в отличие от лицензионного договора по договору коммерческой концессии правообладатель должен передать не одно право, а комплекс прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации»[69]69
  См.: Гелашвили Е.В. Договор коммерческой концессии: Дисс. канд. юрид. наук. Ставрополь, 2007. – С. 84.


[Закрыть]
. Именно в таком варианте (модели) понимается коммерческая концессия в соответствии с действующим ГК РФ. Каждое право имеет самостоятельное значение и самостоятельное регулирование, поэтому договор является достаточно сложным. Это также требует от правообладателя не только передачи пользователю документации, подтверждающей наличие этих прав, но и оказания поддержки, необходимой и достаточной, чтобы пользователь мог эти права правильно использовать в своей деятельности. Договор так же, как и лицензионный договор, сопровождает поставки товаров, требует государственной регистрации и может иметь исключительный характер, а также предусматривать заключение субконцессионных договоров[70]70
  См.: Рыкова И.В. Указ. соч. – С. 85.


[Закрыть]
.

В сравнении с лицензионным договором, договор коммерческой концессии обеспечивает не только сопровождение продаж товаров, но и включает в себя передачу знаний, опыта, методик и др., обеспечивающих проведение продаж определенным способом, по определенным правилам или технологии.

В отличие от лицензионного договора, договор коммерческой концессии является только возмездным, то есть вознаграждение правообладателю является обязательным. В соответствии с законом для пользователя могут быть применены ограничительные условия, связанные с отказом от конкуренции с правообладателем, отказом от получения аналогичных прав у других правообладателей, а также дополнительные ограничения по ценам, товарам, территории и расположению помещений. Таким образом, правообладатель в том случае интересен пользователю, если вознаграждение и предусмотренные ограничения пользователя адекватны тем преимуществам, которые предлагает пользователю правообладатель.

Как справедливо отмечается в литературе, договор коммерческой концессии более приемлем в розничной торговле (если мы воспринимаем его как франчайзинг), но в российской практике встречаются случаи его использования при оптовых продажах[71]71
  См.: Рыкова И.В. Указ. соч. – С. 86.


[Закрыть]
.

Отношения, возникающие на основе договора франчайзинга, с каждым годом становятся все разнообразнее, бизнес и сфера предпринимательства развиваются. На сегодняшний день они могут возникать при любой форме собственности франчайзера, о чем говорит опыт Британской государственной железнодорожной корпорации, которая по договору франчайзинга передает рельсы и станции «операторам». Договор с ними действует на протяжении 7 лет, после чего проводится тендер на передачу этих прав этому же или другим «операторам»[72]72
  См.: Сосна С.А. [и др.]. Указ. соч. – С. 20.


[Закрыть]
. Однако такого рода модели организации франчайзинговых сетей не могут быть внедрены в практику предпринимательской деятельности в нашей стране ввиду ограниченности субъектного состава договора коммерческой концессии по российскому законодательству.

Согласно другому научному подходу, и исходя из анализа практической сферы применения франчайзинговых отношений, можно говорить о трех вариантах или моделях правового регулирования и, соответственно, особенностях применения франчайзинга в мире.

Первоначально необходимо остановиться на американской правовой модели, касающейся франчайзинга. А.Ф. Багдасарян называет эту модель моделью «совместного правового регулирования»[73]73
  См.: Багдасарян А.Ф. Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга): Автореф. дисс. канд. юрид. наук. М., 2008. – С. 9.


[Закрыть]
. Она исходит из того, что законодательство федерального уровня закрепляет минимальный объем прав по договору франчайзинга, а законодательство отдельных штатов расширяет его. На государственном уровне действуют два закона. Во-первых, закон 1956 года об автомобильном дилерском франчайзинге, который регулирует отношения между корпорациями, производящими автомобили, и дилерской сетью. Во-вторых, закон 1978 года, в который были внесены поправки в 1994 году о нефтесбытовой рыночной практике. Он гораздо объемнее первого закона и регулирует все отношения между нефтяными корпорациями и непосредственно компаниями, занимающимися розничной торговлей бензином.

Н.А. Ющенко, анализируя зарубежный опыт развития франчайзинга, приходит к выводу, что понятие франчайзинга в правовой системе США содержится в Постановлении № 436 «Требования о раскрытии информации, запретах, касающихся франчайзинга, и благоприятных условиях франчайзинга» от 1978 года, принятого Федеральной торговой комиссией США[74]74
  См.: Ющенко Н.А. Правовое регулирование коммерческой концессии и франчайзинга в России и за рубежом: Автореф. дисс. канд. юрид. наук: на правах рукописи. Казань, 2009. – С. 7.


[Закрыть]
. А.А. Устюжанин, также обращаясь к анализу американской франчайзинговой модели, справедливо указывает на то, что франчайзинг – это длительные коммерческие отношения, возникающие из соглашения, в соответствии с которым:

1) франчайзи продает другому лицу (но не франчайзеру) товары или оказывает услуги, которые идентифицированы торговой маркой, знаком обслуживания, фирменным наименованием, рекламой или иным коммерческим символом, определяющим фирму-франчайзера, или отвечают стандартам качества, прямо или косвенно предписанным франчайзером, или поставляются франчайзером, или поставляются третьим лицом (поставщиком), с которым франчайзи ведет дело и который прямо или косвенно рекомендован франчайзером и связан с ним;

2) франчайзи при условии приобретения права на франшизную деятельность или на открытие деятельности в рамках франшизной системы обязан произвести оплату франчайзеру или его филиалу[75]75
  См.: Устюжанин А.А. Зарубежный опыт и российская практика развития франчайзинга: Автореф. дисс. канд. экон. наук: на правах рукописи. М., 2010. – С. 18.


[Закрыть]
.

Рассмотрение вышеуказанных подходов представляет интерес с точки зрения применения метода сравнительного правоведения и сопоставления западной (англо-американской) франчайзинговой системы с российской моделью франчайзинга и коммерческой концессии, урегулированной гражданским законодательством.

Можно сказать, что основной целью всего законодательства США по вопросам франчайзинга является разрешение двух главных спорных вопросов практики применения данных договоров, а именно: передача информации от франчайзера франчайзи перед заключением договора, а также основания и последствия расторжения франчайзером договора в одностороннем порядке[76]76
  См.: Скрыльников Д.К. Сравнительно-правовой анализ современного законодательного регулирования договора франчайзинга в России и зарубежных странах // Право и современные государства. 2013. № 1. – С. 55.


[Закрыть]
. То есть, по сравнению с российским законодательством, определение договора франчайзинга играет как бы вспомогательную роль, главенствуют же положения о преддоговорных отношениях по передаче информации и законные основания расторжения договора.

Также к особенностям американского законодательства о договоре франчайзинга относят огромный удельный вес норм процессуального права[77]77
  См.: Сосна С.А. [и др.]. Указ. соч. – С. 32.


[Закрыть]
.

Схожие черты законодательства РФ и США прослеживаются в вопросах, касающихся положений о «добросовестности» отношений. Этот принцип закреплен в Единообразном торговом кодексе США[78]78
  См.: Попов А.В. Принцип добросовестности как основополагающее начало договора коммерческой концессии // Образование и право. М., 2013. № 3 (43). – С. 227.


[Закрыть]
и в ГК РФ, который проявляется в следующем: 1) устанавливаются минимальные сроки уведомления другой стороны о досрочном расторжении договора коммерческой концессии или франчайзинга; 2) устанавливается исчерпывающий перечень обстоятельств, в связи с которыми стороны могут в одностороннем порядке расторгнуть договор; 3) ограничение требований, касающихся сроков договора коммерческой концессии[79]79
  См.: Скрыльников Д.К. Сравнительно-правовой анализ современного законодательного регулирования договора франчайзинга в России и зарубежных странах // Право и современные государства. М., 2013. № 1. – С. 58.


[Закрыть]
. Некоторые вопросы реализации договора коммерческой концессии невозможно по объективным причинам предусмотреть в гражданско-правовом законодательстве. Именно поэтому по отношению к договору коммерческой концессии принцип добросовестности имеет особое значение[80]80
  См.: Попов А.В. Указ. соч. – С. 228.


[Закрыть]
.

Согласно ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Изложенная редакция ст. 1 ГК РФ завершает дискуссию относительно включения в законодательство РФ принципа добросовестности, но не разрешает проблемы установления содержания данного принципа.

Следует отметить, что на международном уровне впервые понятие добросовестности получило отражение в Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года. В статье 7(1) предусматривается правило, что при толковании Конвенции необходимо «соблюдать добросовестность в международной торговле».

Более широкий подход был применен в США, где Единообразный торговый кодекс в ст. 1-203 установил, что «на каждый контракт или обязательство налагается обязанность добросовестности при их исполнении и принудительном осуществлении», и для этих целей ст. 1-201 определяет добросовестность как «честность во всем, что касается поведения или сделки». Статья 1.7 Принципов международных коммерческих договоров (УНИДРУА) устанавливает, что «каждая из сторон должна действовать в соответствии с добросовестностью и честной деловой практикой в международной торговле». Статья 1.106(1) Принципов европейского договорного права содержит правило, что при осуществлении прав и исполнении обязанностей каждая из сторон должна действовать в соответствии с добросовестностью и честной деловой практикой. Согласно положению 1–1.103 Проекта Общей системы принципов, понятий и типовых правил Европейского частного права (DCFR) термин «добросовестность и честная деловая практика» относится к стандарту поведения, характеризуемого честностью, открытостью и учетом интересов другой стороны в сделке или в иных рассматриваемых отношениях. В частности, противоречат добросовестности и честной деловой практике действия стороны, несовместимые с предшествующими заявлениями или поведением, когда другая сторона обоснованно положилась на них, что повлекло причинение ей ущерба[81]81
  См.: Богданова Е.Е. Принцип добросовестности в договорных отношениях в российском и зарубежном праве // Актуальные проблемы российского права. 2014. № 7. – С. 1363–1364.


[Закрыть]
.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17