Александр Державин.

Морские дьяволы. Из жизни водолазов-разведчиков Балтийского флота ВМФ



скачать книгу бесплатно

Шмидта привезли в Петровский док, где под охраной стояла его поврежденная подлодка. Там он сам отдраил нераскрытые люки, горловины и торпедные аппараты, после чего передал разведчикам все другие оставшиеся в отсеках секретные шифры, коды, таблицы, инструкции и совершенно секретную пятидисковую шифровальную машинку «Энигма» (нем. Chiffriermaschine Enigma).

Тела погибших немецких моряков из «U-250» были извлечены и преданы земле на лютеранском кладбище у Цитадельской дороги в городе Кронштадте.

Рискуя жизнью, секретные торпеды «T-V» разоружили опытные рабочие минно-торпедного отделения Кронштадтского арсенала ВМФ Б. Федоров и А. Котов. После этого их изучением занялись специалисты высочайшего уровня инженер-полковник Осип Борисович Брон, капитан 3-го ранга Сергей Терентьевич Баришполец и инженер-капитан Владимир Михайлович Саульский. Помогали им инженер-майор Илья Маркович Экелов и старший лейтенант Валерий Моисеевич Шахнович. Буквально через несколько дней тайна торпеды была разгадана.

Кстати, когда подводную лодку «U-250» подняли и разоружили, от премьер-министра Великобритании Уинстона Леонарда Спенсера Черчилля (1874–1965) в Москву Верховному Главнокомандующему Вооруженными Силами Советского Союза Иосифу Виссарионовичу Сталину (Джугашвили, 1879–1953) была направлена шифрованная радиограмма за № 356, в которой он настоятельно просил срочно прислать одну из торпед «T-V» для изучения Королевскому флоту, и что они в любой момент готовы выслать за ней специальный самолет. Черчилль также отметил, что немцы при помощи таких торпед уже потопили или серьезно повредили 24 британских судна, в том числе пять судов из состава конвоев, на которых доставлялась закупленная у США и Великобритании техника в северные порты СССР. Просьбу премьер-министра Великобритании частично удовлетворили, хотя позже, с изменением политической ситуации в мире и при очередном «поиске врагов народа», за это поплатились четыре высокопоставленных руководителя советского Военно-морского флота. Есть в этой истории и одна неразгаданная тайна: до сих пор неизвестно, каким же образом британская разведывательная служба так быстро узнала о том, что советские военные завладели немецкими торпедами «T-V» и раскрыли их секрет.

Водолазы-разведчики РОН, отличившиеся при раскрытии тайны подлодки «U-250», были награждены, а капитан 3-го ранга Дмитрий Войналович получил повышение по службе – его перевели в Разведывательное управление Главного морского штаба, где он занял должность заместителя начальника одного из отделов.

В 1944–1945 годах разведчики роты, с целью обнаружения затопленных кораблей и выявления минных заграждений, привлекались к обследованию акваторий портов: Таллин, Мемель (ныне Клайпеда), Данциг (ныне Гданьск), Штеттин (ныне Щецин) и других. Везде их действия отличались высоким профессионализмом.

На вопрос о том, забрасывались ли в тыл к нацистам водолазы-разведчики с подлодок, находившихся в подводном положении, командир РОН Иван Прохватилов отвечал так.

– Чего не знаю, того не знаю.

Брали у нас опытных хлопцев и не говорили зачем. А спрашивать не полагалось. Некоторые пропадали, а некоторые возвращались, но помалкивали. Хороший разведчик языка не распускает.

Хотя случаи высадки водолазов-разведчиков в составе агентурных групп с подлодок, находящихся в надводном положении, известны.

Всего за годы войны боевые пловцы Роты особого назначения провели более двухсот разведывательно-диверсионных и специальных операций. Из них половина с применением легководолазного снаряжения в комбинации с другими плавсредствами. Бойцы РОН брали «языков», разведывали укрепления противника и места высадки десанта, помогали форсировать реки, отслеживали коммуникации противника, разыскивали и уничтожали мины, поднимали грузы со дна, проводили в тыл агентурные группы, устраивали диверсии. Выход на берег противника во всех случаях проходил абсолютно скрытно, несмотря на большую насыщенность войск и всевозможных охранных подразделений. Особенно эффективно легководолазы-разведчики действовали в 1942–1943 годах, когда руководство по проведению операции было возложено непосредственно на командование РОН.

Существенное влияние на выполнение операций в первый год войны оказывало отсутствие должного материально-технического обеспечения морских разведдиверсантов. Водолазное снаряжение, дыхательные аппараты и гидрокостюмы массового производства были далеки от совершенства. В основном применялись кислородные аппарата типа ВИА-2, запас кислорода в которых позволял находиться под водой всего около одного часа. Боевым пловцам приходилось брать с собой дополнительные кислородные баллоны, смену которых под водой они отработали самостоятельно.

С осени 1941 года практически все специальное дооборудование легководолазного и разведдиверсионного снаряжения, а также вооружения производилось личным составом РОН. В основном этими вопросами занимался шестой (числившийся учебным) взвод, где имелись свои изобретатели. Из аэростатной ткани и резины они клеили легководолазное снаряжение, непромокаемые десантные костюмы, грузовые мешки для транспортировки оружия и снаряжения под водой, жилеты плавучести и небольшие шлюпки, дооборудовали кислородные дыхательные аппараты, а оружие, мины и пехотные радиостанции приспосабливали к морским условиям.

Особой изобретательностью отличался краснофлотец, водолаз Борис Михайлович Колмогоров, до войны работавший инженером-резинщиком на крупнейшей фабрике по производству резиновых изделий «Красный Треугольник» в Ленинграде. Консультируясь с военврачом 1-го ранга Ильей Савичевым, начальником кафедры Военно-морской медицинской академии, он создал:

1) специальный плавательный десантный костюм;

2) водонепроницаемый чехол для ручных часов;

3) индивидуальные жилеты плавучести;

4) арктический плавательный костюм;

5) комбинированное легководолазное снаряжение, которое стало прообразом Водолазного снаряжения особого назначения (ВСОН);

6) водонепроницаемый чехол для стрелкового оружия. Все работы Колмогорова были подтверждены авторскими свидетельствами на изобретение.

В содружестве с мичманом Николаем Никитиным и командиром РОН Иваном Прохватиловым Колмогоров сконструировал Маскировочный воздушный водолазный мешок Такие мешки, изготовленные из прорезиненной ткани (доставали со сбитых аэростатов), не боялись сырости и легко маскировались. Их использовали всю войну в задачах по наблюдению за противником, располагаясь в непосредственной близости от него. Почти шесть месяцев в году Финский залив, реки и озера Ленинградской области покрыты льдом. В этот период разведчики-наблюдатели использовали мешки, окрашенные в белый цвет. Находясь в относительно теплом резиновом воздушном мешке, замаскированном под сугроб или торос, разведчик мог длительное время наблюдать за противником. На сильном морозе даже мех тепла не удержит, а воздух может. Были случаи, когда противник проходил в нескольких десятках метров от наблюдателя и не замечал его. Однажды замаскированного разведчика немецкие солдаты обнесли колючей проволокой, но не заметили.

К разработке разведывательно-диверсионных операций и их руководству в Роте особого назначения были допущены всего три человека: командир роты Иван Васильевич Прохватилов, заместитель командира роты Анатолий Федорович Маценко и капитан Георгий Владимирович Потехин.

Георгий Потехин окончил три курса ленинградского Института физической культуры имени П. Ф. Лесгафта. Отлично владел немецким языком, поэтому в июле 1941 года был приглашен на работу в военную разведку, где и прослужил всю жизнь.


Советский военный разведчик капитан Георгий Владимирович Потехин в годы Великой Отечественной войны. (Фото из архива автора)


Советский военный разведчик Георгий Владимирович Потехин в форме немецкого морского офицера. (Фото из архива автора)


В 1941 году Потехин – командир разведывательного отряда на Невском направлении в блокадном Ленинграде. Умелый организатор и удивительно храбрый командир-разведчик пользовался авторитетом у коллег. В 1943 году его подключают к участию в разработках и руководству некоторыми разведывательными и диверсионными операциями водолазов-разведчиков РОН РОШКБФ. Уже после войны, в июне 1953 года подполковник Потехин назначается начальником штаба созданного б-го морского разведывательного пункта разведки Черноморского флота. В 1954 году он создает и возглавляет Отдельный морской разведывательный пункт водолазов-разведчиков Специальной разведки ВМФ на западном направлении. За службу в разведке награжден многими боевыми орденами и медалями. В 1961 году, перенеся множество сложных хирургических операций, полковник Потехин в возрасте сорока трех лет скоропостижно скончался.


Могила полковника Георгия Владимировича Потехина, первого командира 561-го ОМРП Специальной разведки ВМФ СССР. Большеохтинское кладбище, Санкт-Петербург. (Фото автора)


В период с 1941 по 1943 год в разведке штаба Ленинградской военно-морской базы проходил службу старший лейтенант Евгений Васильевич Яковлев. Будучи командиром отряда разведчиков на Петергофском направлении, он неоднократно и весьма активно взаимодействовал с разведчиками Роты особого назначения. Впоследствии капитан 1-го ранга Яковлев внес немалый вклад в дело развития морской разведки. В 1953 году он был назначен командиром созданного разведывательного пункта водолазов-разведчиков на Черном море. Евгений Васильевич обладал аналитическим мышлением и большой изобретательностью при разработке специальных разведывательных операций.

Своим богатым опытом в деле планирования и проведения специальных разведывательно-диверсионных операций Рота особого назначения разведки Балтийского флота делилась и с разведывательными отделами других флотов. В самом начале апреля 1944 года, на основании указания Разведывательного управления Главного морского штаба, при Разведывательном отделе штаба Черноморского флота был сформирован Разведывательный отряд особого назначения (РООН) из десяти легководолазов-разведчиков под руководством старшего лейтенанта Сергея Семеновича Осипова (бывший командир взвода в РОН). Помощником у него был мичман Евгений Викторович Павлов. Уже 5 апреля 1944 года разведывательный отряд был высажен у поселка Любимовка с задачей круглосуточного наблюдения за движением кораблей противника в военно-морской базе Севастополь. С 5 апреля по 10 мая, ведя непрерывное наблюдение, разведчики отряда передали в штаб флота весьма ценные разведданные. После освобождения Севастополя разведотряд Сергея Осипова активно использовался для извлечения документов и ценного оборудования с потопленных кораблей противника. Всего ими было поднято более ста секретных документов: коды, шифртаблицы, радиопозывные частей и кораблей противника, карты минной обстановки, фарватеров и коммуникаций на Черноморском театре военных действий, а также новейшие образцы оружия и радиоаппаратуры. В конце 1945 года РООН был расформирован.

В июне 1945 года на базе 181-го особого разведывательного отряда Северного флота был сформирован 140-й Отдельный разведывательный отряд особого назначения Разведывательного отдела штаба Тихоокеанского флота. Возглавил отряд (до этого он командовал разведывательным отрядом Северного флота) Герой Советского Союза старший лейтенант Виктор Николаевич Леонов. В августе 1945 года, в период Советско-японской войны, разведчики Леонова провели ряд блестящих операций в портах, занятых войсками Японии. В частности, в ходе Сейсинской десантной операции в корейском порту Сейсин (Чхонджин) морские разведчики совместно с контрразведчиками ТОФ первыми высадились на берег и захватили весьма ценный архив разведывательного центра Японии. В сентябре 1945 года за мужество, проявленное при проведении специальных операций, Виктор Леонов был удостоен второй медали «Золотая Звезда», став дважды Героем Советского Союза. За успешно проведенные операции 140-му Отдельному разведывательному отряду особого назначения было присвоено гвардейское звание, но, несмотря на это, по завершении военных действий на Дальнем Востоке превосходно подготовленный разведотряд был расформирован.

Кстати, на Тихоокеанском флоте подводно-десантная подготовка началась в первой половине октября 1941 года. В соответствии с приказом командующего ТОФ была сформирована подводно-десантная команда (50 человек), в которую направили тщательно отобранных курсантов учебного отряда подводного плавания и десять хорошо подготовленных по водолазному делу подводников. Командиром команды назначили лейтенанта Креймана. Группа называлась «Команда водолазов-разведчиков», а бойцы – «водолазами-разведчиками». Они должны были довести до совершенства общую и легководолазную подготовки, научиться форсировать водные рубежи на глубине 20 м по компасу, обучиться подрывному делу, отработать выход из ПЛ через торпедные аппараты и люки и возвращение на ПЛ, изучить и отработать основные методы ведения разведки. После завершения подготовки, в результате которой каждый десантник научился форсировать 3-километровый водный рубеж, команду перебросили в Сталинград, где она обеспечивала переправу техники и войск через Волгу, а также подъем затонувшей техники.

Еще в 1943 году разведчиками РОН было разработано «Наставление по организации и проведению специальных разведывательно-диверсионных операций» (издано разведотделом штаба КБФ с грифом «Совершенно секретно» под названием «Наставление на проведение разведывательной деятельности»), которое регламентировало подготовку разведчиков к планируемым операциям, подготовку сил доставки и средств высадки и съемки, организацию взаимодействия разведывательных групп при высадке и съемке, действиях на берегу. Необходимо отметить, что в деятельности осназовцев офицерский состав не играл ведущей роли. Объясняется это тем, что большинство из них не проходили специальной подготовки в военных училищах, а получали звания в ходе войны, уже служа в РОН. Уровень их подготовки почти не отличался от остальных разведчиков. Более того, такие водолазы-разведдиверсанты, как Александр Корольков, Николай Кадурин, Николай Никитин и Александр Спиридонов, даже превосходили многих офицеров-командиров.

В первый год войны было не до наград, между тем, почти весь личный состав роты был отмечен правительственными наградами, в том числе орденами. О том, какая боевая нагрузка выполнялась разведдиверсантами РОН, красноречиво говорят выписки из сохранившихся наградных листов. Вот лишь некоторые из них.


Главный старшина Александр Николаевич Корольков

С первых дней войны – активный участник боевых разведывательных операций в качестве командира группы (подрыв мостов, укреплений, пирсов и техники противника). В октябре 1941 года во главе группы высадился в тыл противника в районе Петергофа. Добыты ценные сведения по укреплению прибрежной полосы Финского залива и несению немцами охранной службы. В ноябре 1941 года во главе группы разведчиков-диверсантов был заброшен в глубокий тыл противника в район Кингисеппа. Группа разрушала телеграфные и телефонные линии связи, взрывала мосты на шоссе. В декабре 1941 года в результате длительной разведывательной операции в районе Петергофа его группой добыты ценные сведения, при этом Корольков проявил исключительную смелость, мужество и находчивость. В ноябре 1942 года группа разведчиков во главе с ним произвела разведку и взрыв пристани в Военной гавани Нижнего парка Петергофа. В октябре 1943 года производил ремонт подводной части кораблей ОВРа (Охраны водного района). В компании 1944 года, участвуя в 15 боевых операциях, действовал дерзко, решительно и умело. Награжден медалью «За оборону Ленинграда», орденом Красной Звезды (06.11.1944), орденом Красного Знамени (17.02.1945).


Мичман Николай Карпович Никитин

Участник боевых операций роты с первого дня войны. С 22 по 26 сентября 1941 года пять раз переходил линию фронта, принося ценные, исчерпывающие разведданные. 6 ноября 1941 года обеспечивал водолазные работы при переправе войск на левый берег реки Невы при непрерывном артиллерийском и пулеметном обстреле. Обеспечивал подъем танков и машин, где и был тяжело ранен. Награжден медалью «За отвагу». Дважды выполнял боевые операции в районе завода «Пишмаш». Руководил разведгруппой по розыску катеров и их уничтожению в районе Стрельны. Награжден орденом Красного Знамени и орденом Отечественной войны I степени. В середине декабря 1944 года руководил специальной разведывательной операцией на острове Рухну в Рижском заливе Балтийского моря. Награжден орденом Красной Звезды и медалью «За оборону Ленинграда» (17.02.1945).


Старший краснофлотец Александр Андреевич Спиридонов

Участник многих разведопераций. Осенью 1941 года выполняет разведку укреплений и сил противника в районе Колпино. Осенью 1942 года участвует в разведоперации через реку Неву в районе Невской Дубровки. В ноябре 1942 года участвует в диверсионной акции по уничтожению пристани в Военной гавани Нижнего парка Петергофа. Зимой 1942–43 года активно участвует в разведке и диверсионных операциях в районе Петергоф – Стрельна. Летом 1943 года выполняет разведку в районе завода «Пишмаш». В августе 1943 года – разведка в Копорском заливе и на реках Систа и Воронка. Действия разведчика Спиридонова всегда отличались большой результативностью. За проявленные мужество и отвагу награжден орденом Красного Знамени. Присвоено воинское звание старшина 2-й статьи.


Главный старшина Николай Степанович Кадурин и старший краснофлотец Владимир Иванович Зайцев

Участвовали в десяти разведывательно-диверсионных операциях и награждены орденами Красной Звезды и Отечественной войны II степени. Кадурин воевал еще в Советско-финскую войну в составе Первой особой бригады морской пехоты.


Интересно, как впоследствии, уже на пенсии, Николай Кадурин оценивал сложность службы в РОН:

– В водолазах служить, конечно, романтично, но несимпатично. Если бы меня сегодняшнего, с моим опытом поставили перед тем же выбором, что и в 41-м, я бы сказал – нет, лучше уж в пехоту, гвардии сержантом по полям в атаку бегать.

Ведение разведки легководолазы осуществляли, как правило, парами, которые формировались исключительно с учетом дружеской привязанности и полного доверия друг к другу. Здесь уместно будет привести такой случай. При возвращении с очередного задания и переходе линии фронта тяжелое ранение получил Михаил Семенович Звенцов. Его напарник Александр Андреевич Спиридонов, оказав первую помощь, много километров тащил на себе Михаила и дошел к своим уже с мертвым другом.

Были в Роте особого назначения и офицеры, которые неоднократно лично участвовали и отличились в разведдиверсионных операциях и внесли значительный боевой вклад в общее дело.


Командир взвода лейтенант Иван Федорович Арсирий По профессии – тракторист, водолаз. Закончил водолазный техникум и курсы политруков. Участвовал в Советско-финляндской войне 1939–1940 годов. С 1936 по 1940 год проходил службу водолазным специалистом на Черноморском флоте в Экспедиции подводных работ особого назначения. В РОН с 13 июня 1942 по 7 октября 1944 года. В 1943 году за мужество, проявленное в Петергофской операции, награжден орденом Красного Знамени. Позднее – медалью «За боевые заслуги». Особо отличился в разведоперации на Копорской Губе. В 1954 году был уволен в запас в звании капитан-лейтенанта.


Командир второго взвода главный старшина Федор Петрович Кириллов

В 1936 году закончил водолазный техникум. Участвовал в Советско-финляндской войне 1939–1940 годов в составе Двадцатой танковой бригады. Накануне войны с Германией проходил службу старшиной группы водолазов в Экспедиции подводных работ особого назначения на Балтийском флоте. С первых дней войны – активный участник боевых разведдиверсионных операций РОН. В 1942 году Кириллову присвоено звание «младший лейтенант». За участие в боевых операциях награжден орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу». В 1945, 1950 и 1955 годах соответственно награжден медалью «За боевые заслуги», орденом Красной Звезды и орденом Красного Знамени. Уволен в запас в 1960 году в звании майора.


На фоне огромных успехов советских войск в 1944 году, особенно когда армии Ленинградского фронта далеко углубились в материк, освободили территорию Эстонии и вплотную подошли к границам Латвии, а вассал Германии – Финляндия, почувствовав скорый разгром своего хозяина, быстренько вышла из войны, значение водолазов-разведчиков Роты особого назначения было неправильно оценено командованием Военно-морского флота, и будущее этого уникального формирования оказалось под угрозой. В октябре 1944 года в Главном морском штабе был даже подготовлен приказ о расформировании роты и передаче ее имущества и всего личного состава в Аварийно-спасательную службу ВМФ. Тогда только благодаря настойчивости начальника Разведывательного отдела штаба Краснознаменного Балтийского флота капитана 2-го ранга Григория Евтеевича Грищенко и начальника штаба КБФ контр-адмирала Анатолия Николаевича Петрова удалось отстоять РОН и с большим трудом оставить ее в составе разведотдела до окончания войны.

После этого командир роты капитан 3-го ранга Иван Васильевич Прохватилов и заместитель начальника Разведотдела штаба КБФ капитан 2-го ранга Петр Дионисиевич Грищенко упорно продолжали бороться за сохранение разведдиверсионного подразделения. Они обращаются к начальнику Разведывательного управления Главного морского штаба контр-адмиралу Михаилу Александровичу Воронцову с докладами, в которых, опираясь на накопленный опыт, всячески доказывали необходимость сохранения подразделения легководолазов-разведчиков и в мирное время, а также высказывали предложения по дальнейшему развитию и совершенствованию специальных подводных разведдиверсионных сил на другом, более высоком научном и техническом уровне. В одном из докладов Прохватилов написал: «…это дело новое, при известных условиях может быть полезным на все время пока существует разведка…» Он также предложил на базе РОН создать специальную школу легководолазов-разведчиков, подчиненную непосредственно Разведывательному управлению Главного морского штаба Наркомата ВМФ.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13