Александр Дьяков.

Тойво



скачать книгу бесплатно

Тойво растерялся. Он был готов отказаться от проекта если бы Вальдес не одобрил эту затею. Да даже если бы ничего не сказал вслух, а просто нахмурился уже тогда бы Тойво предпочел забыть Париж, Эганбюри и букморфинг. Но тут реакция обратная, судя по всему, у Вальдеса есть какая-то задумка.

– Вы хотите заслать меня в Новую Сорбонну в качестве двойного агента?

– Можно и так. Но тогда ты не агент Вальдесов, а агент мировой культуры. У тебя хватит ума понять, к чему идет дело. И может быть, хватит возможностей препятствовать уничтожению вслед за русскими ещё и их наследия.

– Не подумай, что у нас мания преследования. Сказала Лена Но у нас есть основания полагать, что происходит что-то неправильное и нехорошее. Луис сказал тебе, что у нас больше нет библиотеки?

– Что?! Тойво перед поездкой в Париж был в недельном отпуске и не знал последних университетских новостей.

– Комиссия ЮНЕСКО приняла решение сконцентрировать всю оставшуюся русскую литературу в нескольких хранилищах. Якобы для большей безопасности. Сборными пунктами в Европе стали Париж и Прага. Соответственно, наша картотека, а также мадридская, отправлены к твоему новому другу Эганбюри.

Только сейчас до Тойво дошел смысл снисходительной улыбки француза, когда речь зашла о возможности дистанционной работы из Барселоны. Весь исходный материал теперь достался Новой Сорбонне. Но как это отразится на возможностях родной кафедры? Лена объяснила:

– Нам рекомендовано опираться на электронные версии. При этом кафедре поручено до начала следующего учебного года пересмотреть учебные планы и сократить часы русского курса. Упор будет сделан на другие славянские языки. Русский оставляют только для тех, кому нужно доучиться и как спецкурс по желанию для всех остальных. Теперь ты понимаешь цепь событий?

– Чтобы уничтожить электронные книги ядерная бомба не понадобится. Добавил Вальдес. Ты и твои парижские подельники исказите первоисточники. Бумажные версии останутся недоступными для широкой публики, а то и вовсе их сожгут. И потом, в один прекрасный момент, электронные книги подменяются на издания серии букморфинга. Лена, расскажи ему про музыку.

– Ты помнишь, Тойво, для закрепления произношения я давала тебе ссылки на русские песни? Так вот, я не заметила, но в какой-то момент они исчезли со своих серверов. С издевательским объяснением «изъято по требованию правообладателей». Давно уничтоженных правообладателей! Я списалась с некоторыми соотечественниками, многие в Европе и за океаном столкнулись с такой же проблемой. Но они же дали мне ссылки на некоторые китайские и бразильские сервера. Хорошо, что я успела скачать кое-какую музыку, а заодно и фильмы. На всякий случай на внешние носители. Боюсь, доберутся и до остальных серверов. И скоро русская музыка станет коллекционной роскошью.

– Если не опасным артефактом. Внимательно глядя на жену, произнес Вальдес.

Они закончили. Повисла тишина, которую нарушил смех Тойво. Он старался смеяться легко и искренне, но в действительности выдавливал из себя эти звуки.

– Коллеги, ваша паранойя достойна восхищения.

Скажите, степень доктора я получу, только если я поверю в вашу антирусскую теорию?

Вальдесы синхронно улыбнулись и профессор снова перешел на испанский:

– Свой заветный PhD вы, молодой человек, получите в любом случае.

***

Профессору Эганбюри он позвонил вечером того же дня. Француз коротко поприветствовал его согласие и попросил явиться уже к 1 июня. Неделя ушла у Тойво на то чтобы закончить текущие дела, встретиться напоследок с друзьями и объясниться с Ребекой. Давно пора было это сделать, слишком очевидна была несерьёзность их отношений. Как и многие прошлые девушки, она попросту запала на необычную для средиземноморья внешность Тойво. Мама подтвердила эту догадку. А заодно и выдала причину своей настороженности в последние дни. Оказалась, что это вовсе не грядущее расставание с единственным сыном, а тот самый русый цвет волос.

– Тойво, ты же помнишь, что твоя бабушка, моя мать, была русской?

– Вот так откровение! Она же просто родилась там в сосланной финской семье, или у нас есть родовая тайна, про которую я не знал?

– Марта по крови, конечно, финка. Но учти, она родилась в России, в Советском Союзе, ходила в русскую школу, воспитана в той атмосфере. И вообще прожила большую часть жизни там как Марина Леонидовна Муллонен, Мартой стала только после репатриации. А тот, кто родился в России русский. По мозгам, по поведению, по характеру. Ты думаешь, почему я такая вредная? В неё.

– Ты у меня добрая и справедливая. И если это влияние русского воздуха на финскую кровь, то мы с тобой нигде не пропадем.

– Добродушие это лапландская черта. Русские признаки это вредность, безволие и непредсказуемость. Тебя миновали эти пороки. Но твоя русая голова будет привлекать внимание. Если слухи верны, берегись фокстерьеров.

В самый последний день весны Тойво уехал во Францию.

***

2.

Стоун закурил вторую сигарету подряд. В этом дерьмовом мире лучше дышать через фильтр. Пусть даже через фильтр сигареты. Он вышел покурить на побережье. На острове Кипр им, фокстерьерам, дали место на базе британских ВВС, подальше от любопытных глаз. Сами военнослужащие базы регулярно здоровались, но ни о чем особо не спрашивали. Не совали нос в чужие дела, молодцы. Возвращаться в здание Стоуну сейчас не хотелось, глаза жадно впитывали средиземноморский пейзаж. Конечно, это не то море, и не тот Кипр, что был раньше, но корки льда у берега уже не было, море плескалось.

И, безусловно, картина, стоявшая перед взором Стоуна, не шла ни в какое сравнение с лютым норильским пейзажем. Он проработал там три года. Честно, тяжело, осознавая важность своей миссии. Он и его люди сделали всё, что от них требовалось. И можно было бы сказать, что сейчас его отправили в местечко потеплее, но на самом деле здесь, на Кипре работа предстояла ещё масштабнее. И уж гораздо более изощреннее, чем в Норильске. Там они трудились и существовали в обстановке строжайшей секретности. Никто в мире не должен был знать о том, где они. Лишь в будущем публике объявят, что северное побережье России после многих лет работы ученых и экологов очищено. И лишь через пару лет признают, что там можно добывать полезные ресурсы. В действительности фирмы уже работают там, восстанавливают заброшенные заводы и фабрики, проводят новые бурения брошенных и забившихся скважин.

Конечно, никаких экологов в Норильске и в помине не было. Если не считать их, фокстерьеров, экологами человеческой расы. Север России вообще остался нетронутым. Взорван был Архангельск и Северодвинск. На востоке Петропавловск-Камчатский. Всё, что между ними сохранилось невредимым. Огромные просторы Сибири и Дальнего Востока. Радиационный фон там не превышал уровней Германии или Китая. Если не считать, конечно, принесенное реками дерьмо с юга. Но по официальной версии исламисты 15 лет назад побывали и на севере. Экие пронырливые исламисты усмехнулся сам себе Стоун не побоялись сибирских морозов и добрались даже за полярный круг. Один лишь космонавт Зыгарев видел своими глазами настоящую географию уничтожения России. Но его вовремя объявили умалишенным и убрали из публичного пространства. Вряд ли он вообще сейчас живой. Как, наверное, и его коллеги, бывшие в тот момент на орбите француз, два американца и какой-то кореец или японец.

Все они видели, как покраснела, затем побелела и потом навсегда осталась черной вся западная и южная часть России. Она слишком огромна, чтобы взорвать всю. Во-первых, адские авторы этого проекта просчитали риски, и если бы зарядов было вдвое больше, то цивилизации пришел бы конец. А во-вторых, именно северная часть хранила в себе ценные для человечества ресурсы углеводородов, металлов и прочих полезных ископаемых.

Поэтому заряды были заложены в больших городах и густонаселенных провинциях. Русские в этом плане примитивны, они жили поближе к Европе и возле железной дороги в южной части своей страны. Процентов девяносто таким образом было уничтожено. За выжившими северянами был отправлен флот якобы всех ближайших стран. На самом деле оставшихся русских эвакуировал американский флот. Под предлогом надвигающегося ядерного облака американцы явились как спасители норильчанам, воркутянам и анадырцам. С Курильских островов эвакуацией занимались японцы. Кто не хотел, того эвакуировали насильно. Сибиряков свозили в Аляску, но по пути наверняка несколько ледоколов пустили на дно вместе с пассажирами. Может быть, и всех утопили бы прикидывал Стоун. Но, то ли, из-за политических аспектов, то ли из-за космонавта Зыгарева, который с коллегами ещё не скоро мог бы спуститься с небес, но наговорил бы лишнего, часть русских северян США всё-таки победно спасли и перевезли на свою территорию. Все они потом также добровольно-принудительно, по строгому учету были высланы в Белоруссию.

Белорусский маневр восхищал Стоуна. Жаль, что он не был соучастником этой операции, их фирму ещё не привлекли на тот момент, но то, что это была операция, мастерски разыгранная несомненно. Наверняка у неё было какое-то характерное название вроде «добить медведя» или «минские грибы». Если бы этот вопрос доверили Стоуну, он бы выбрал последний вариант. Урожай грибов от ядерных взрывов оценили бы многие.

***

– Стоун! Мы закончили, можешь продолжать! Окликнул его из окна Керим. Его новый сотрудник в статусе заместителя. Стоун вернулся в свой кабинет. Люди Керима сматывали остатки кабелей. Все ещё малознакомые между собой. Стоуну предстояло наладить контакт.

– Наставили мне тут жучков, айтишники чертовы?

– Хотели, но вспомнили, с кем имеем дело. Отшутился Керим. И пригласил Стоуна к его ноутбуку. Теперь мы в единой сети. Вот тут установлена программа, которая позволит вам, наоборот, следить за нашей работой. Чтобы мы не ленились.

– Мне будет проще самому спуститься на этаж и надавать под вам зад, если будете лениться.

Это была явно казарменная шутка, к которым мягкотелые айтишники ещё не привыкли. Они угодливо заулыбались, но были настороже. Придётся придумать для них шутки попроще.

В Норильске у Стоуна не было никаких айтишников. Были только проверенные вояки, следопыты и убийцы. Большего не требовалось. Русские эскимосы не пользовались интернетом. Они доили и жрали своих оленей. Пещерные люди. Некоторые даже по-русски не понимали. Можно было не тратить на них патроны, но условия контракта требовали уничтожать всех. Попадались, конечно, и настоящие русские. Среди которых были такие же первобытные, бородатые охотники-староверы. А были вполне цивилизованные группы и даже целые селения, живущие, как ни в чем не бывало. Все они были разрозненны на больших расстояниях в тайге и тундре. И всех нужно было найти и уничтожить. По многим, выборочно, прошлись до Стоуна военные, в первые годы. И этим только испортили ситуацию. Среди выживших русских распространились слухи, что их добивают. И к приезду частной военной компании «Фокстерьер», в которой и трудился Стоун, многие аборигены уже готовы были дать отпор. Впрочем, фокстерьеров это только воодушевило. Одно дело чувствовать себя убийцей, выжигающим дома и деревни с бабами, стариками и детьми. Другое дело чувствовать себя настоящим охотником, ведущим борьбу с опасным и вооруженным противником.

Хотя какое там вооружение у русских? Охотничий карабин и дробь? Против тепловизоров, приборов ночного видения, беспилотников, вертолетов, снегоходов, мощной оптики и крупнокалиберных пулеметов Стоуна? Ни одного убитого сотрудника у Стоуна за три года не насчиталось. А вот у коллег в Сабетте на Обской губе, западнее, такие оплошности случались неоднократно, русские завалили там несколько фокстерьеров. Поэтому руководителя сабеттского «газового» сектора, негра Харриса, отправили сейчас неизвестно куда, Стоун же заслужил более теплое местечко на Кипре.

Теплое, но очень сложное. После зачистки самой России от остатков русских, теперь, когда там работают концерны, выкачивая газ и выковыривая металл, «Фокстерьер» в Сибири уже не нужен. Там достаточно штатной охраны. Фоксам же теперь дали задачку поделикатнее. Теперь нужно зачистить здоровую часть мира уже от официальных русских, живущих в Европе, в США, в Азии, где угодно. Эти гады в свое время расползлись по всем уголкам мира.

По прикидкам Стоуна и его сотрудников взрыв непосредственно России избавил мир от 140 миллионов русских. Шестьсот восемьдесят тысяч были эвакуированы первоначально на Аляску, в Канаду, Швецию и Японию. Следом была запущена пропагандистская кампания «возрождения русской нации». Весь мир скинулся на строительство в Белоруссии новых поселений для выживших. Президент Белоруссии с лучезарной готовностью согласился возглавить новый русский мир и приютить братьев. Чего ж не согласиться за чужой счет? В короткие сроки были отстроены новая Москва, новый Петербург и ещё какие-то городишки и через полтора года выживших русских, опять же добровольно-принудительно, спровадили в Белоруссию. Туда же, возрождать нацию, отправили по возможности и всех остальных русских, которые еще до всех этих событий расселились в разных странах мира. Дипломатов и их семьи, торговых представителей, деятелей культуры и спорта, которые гастролировали в момент взрыва России и прочих экспатов, добровольных и вынужденных. По официальным данным возрождать нацию в Белоруссию переехали 470 тысяч бывших россиян. Они заселили новые города, весь мир помогал им словом и долларом, белорусский президент счастливо хлопотал об удобствах новоприбывших. Но дальнейший прирост в рамках минской репатриации замедлился. Наверняка самые прозорливые русские почуяли подвох.

Через год и десять месяцев абсолютно по той же схеме «исламских мстителей» были взорваны города Белоруссии. Погибли и 470 тысяч новоселов и 10 миллионов самих белорусов, которые мало чем отличались от русских. А значит, живыми где-то в других странах мира остались 210 тысяч русских. Плюс те, кто изначально сбежал из России и проживал в Германии, Чехии, Франции, Британии, США и так далее. Огромная русская диаспора засела и здесь, на Кипре. Европейский офис «Фокстерьера» разделил своё присутствие на три зоны. Восточно-Европейское бюро, Западно-Европейское бюро и отдельно средиземноморское побережье. Его-то и возглавил переведенный из Норильска Стоун.

***

В зоне ответственности Стоуна были Испания, Лазурный берег, Италия, Греция, Турция, Кипр и формально африканское побережье. Но там уже давно не сыщешь настоящего русского. Одна из самых больших диаспор обитала именно на Кипре. Здесь, фактически в логове врага, разместили средиземноморское бюро «Фокстерьера». Стоун разделил своих людей на оперативные группы в Испании, Италии, Греции и Турции. У них были пока штучные задачи, точечная ликвидация отдельно живущих объектов. А Кипр, в этом смысле был целым рассадником целей. Здесь русские жили открыто, вольготно и чуть ли не на правах хозяев. Им без войны удалось то, что не удалось в свое время туркам захватить Кипр целиком. Русские держали на острове бизнес, имели свои школы, проводили свои мероприятия, содержали свои СМИ.

С одной стороны это облегчало задачу Стоуна, все были на виду, русский анклав четко просматривался. С другой стороны задача поставлена однозначно: физическое устранение сорока семи тысяч русских киприотов. Своих ядерных бомб у фоксов нет. Эта возможность была только у предшественников, кем бы они ни были. Весь мир давно подозревал, но вслух не говорил а Стоун знал наверняка, что никакие это не исламисты. Ему приходилось сталкиваться с арабами. Да, бывают фанатики. Да, с финансовой и административной поддержкой они способны на многое. Но никогда они не смогли бы доставить, разместить, сохранить некоторое время, а потом одномоментно подорвать десятки ядерных зарядов.

Официальная версия гласила, что высокоорганизованные группы исламских фундаменталистов смогли раздобыть в Пакистане и Иране некие малогабаритные ядерные бомбы. Сами и через своих агентов в течение нескольких месяцев они доставляли заряды внутрь России. Где-то под видом товарной продукции, где-то с помощью взяток, а где-то в лобовую проникая через границу, они разместили бомбы в крупных городах. И когда настал час Икс а впоследствии даже показывали «найденное» видеообращение какого-то главного исламиста, дающего команду смертники привели в действие все бомбы. Россию стерли в атомный порошок. Правоверные были с лихвой отомщены.

Стоун был уверен, что в реальности ни одного араба к этой масштабной операции не привлекали. Он сам бы точно не привлёк, слишком ненадёжный ресурс. А в остальном примерно так всё и было. Были портативные ядерные бомбы, самые современные разработки, а вовсе не иранское барахло. Была доставка через порты и пограничные станции под видом импортируемого оборудования. Было многомесячное, а то и многолетнее накопление и хранение этих закладок на арендованных складах, прямо в черте российских городов. Была и российская коррупция, которая всё это допустила. Была и одномоментная детонация, возможно, со спутника или вообще через интернет-каналы.

Официальную версию с исламским следом на международном уровне пытался оспорить только Китай. Там понимали, откуда ноги растут. Китайцы вообще были в неописуемом гневе от уничтожения России. Не столько от любви к русским, сколько от понимания того, насколько уязвимыми могут быть и они. И оттого, что кто-то присвоил себе право использовать ядерное оружие. Это ведь было посланием и для них. Тем более что часть территории Китая пострадала от взрывов во Владивостоке и Хабаровске. Близ границы с Россией погибли тысячи китайцев, не говоря о том, что многие территории этой густонаселенной страны оказались заражены и непригодны для жизни.

Именно китайский руководитель в первые дни поставил очевидный вопрос перед мировой общественностью: почему выжил мир? Почему русские не ответили? Ведь далеко не секрет, что система ядерного сдерживания предполагала автоматический запуск ядерных ракет в ответ на атаку российских территорий. Не могли террористы уничтожить одновременно все пункты запуска и центры принятия решений русских. Ракетные шахты строго охранялись, находились в неизвестных местах. Стратегическая авиация и флот, в особенности, подводные лодки были рассредоточены по всему миру. Какой террорист, пусть даже высокоорганизованный и финансово обеспеченный, сможет отследить нахождение субмарины в мировом океане? Отследить, да ещё и уничтожить? Почему ни одна русская ракета так и не была запущена?

Лишь тогда альянс НАТО вынужден был «признать», что зная о потенциале ядерного ответа, зная о прямых инструкциях для капитанов и командиров русской армии и флота, силы НАТО были вынуждены уничтожить уцелевшие военные единицы России в нейтральных водах Тихого, Атлантического, Северного ледовитого и Индийского океанов. На архипелагах Арктики, на рейдах Балтики, на островах Юго-Восточной Азии, на антарктических станциях, на базах средиземноморья. И тем, дескать, спасли мир. Никого не смутила оперативность натовцев. Ведь если поверить в террористическую версию, то времени чтобы понять, что произошло, принять решение и отправить силы для уничтожения остатков русского флота понадобилось бы несколько дней. За это время те самые секретные инструкции для ответного удара русскими уже давно были бы выполнены. Даже если это и были террористы, то действовали они синхронно с натовцами.

Стоун неоднократно слышал легенду, гуляющую в кругах военных и спецслужб про инцидент в Сан-Диего. Через 50 дней после уничтожения России и её флота на эту крупнейшую базу военно-морских сил США к полной неожиданности американцев прибыла русская подлодка класса «Мурена». С полным экипажем в сотню человек. С полным снаряжением более десятка баллистических ракет. Всех отследили, а эту пропустили. Подлодка несла дежурство где-то в центре Тихого Океана, потеряла все каналы связи, не нашла ни вспомогательного флота, ни сигнала со спутников. Экипаж принял решение вернуться в дальневосточный порт, но там их ждала только разруха и радиация. Ничего не понимая и только догадываясь, капитан субмарины принял решение уйти к побережью Мексики и там хотя бы через сотовую связь узнать что происходит. План удался и шокированные русские моряки, не веря лентам новостей, отправились в Сан-Диего к американцам. Не мстить, а сдаться на милость судьбы. Всё это рассказал капитан той субмарины Бочкин. Здесь рассказчик этой легенды обычно презрительно добавлял: человек, не выполнивший приказа, не сделавший запуск своих ракет по утвержденным целям. Трус.

Бочкина и его команду, конечно же, пустили в расход. Об этой истории широкая общественность так и не узнала. Широкая общественность, в том числе и через некоторое время Китай, приняли исламско-террористическую версию. Примечательно также, что после уничтожения России, после трёх дней темноты на всей планете, нескольких недель паники и тотального страха, после целой серии экстренных заседаний мировых правительств, «оонов» и прочих, после даже быстрого разбирательства и назначения виновных в лице исламского фундаментализма никто так и не взялся за ликвидацию угрозы. Удивительно, ведь если в общежитии появляется убийца, то после первого убийства соседи должны быстро найти и обезвредить угрозу. А не заниматься похоронами убитого. Но все заседания, все международные организации и все журналисты взялись за спасение выживших русских и последующее переселение их в Белоруссию. И лишь через два года промедлений, когда было уничтожено и это, второе государство, мировые правители спохватились и дожали исламскую угрозу. Разбомбили Иран, Афганистан, Сирию и объявили, что исламский фундаментализм ликвидирован. А ведь, и правда, с тех пор арабы тише воды ниже травы. Никаких черных флагов, головорезов и джихада. Сунниты подружились с шиитами, курды с алафитами, все вместе они забыли про евреев и Ближний Восток впервые за десятилетия исчез из информационных сводок.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8