Алекс Хоннольд.

Один на стене. История человека, который не боится смерти



скачать книгу бесплатно

© Перевод, С. Тимофеев, 2016

© ООО «Издательство «Э», 2017

* * *

Моей семье, всегда поддерживающей меня на нетрадиционном пути.



Предисловие к русскому изданию

Английское «climbing» можно перевести одновременно и как «альпинизм», и как «скалолазание» – а также как «подъем», «восхождение», «лазанье» – в зависимости от контекста.

В чем же различие между альпинизмом и скалолазанием, которое и было, собственно, порождением первого и – заметим – как вид спорта появилось в нашей стране в советском ее периоде?

В альпинизме основная цель – достичь вершины любым путем, проложенным по горе. Именно горы являются стадионом альпиниста. Опасный рельеф – снег, лед и скалы – диктует жесткие правила безопасности и подводит к использованию всех средств для достижения цели и благополучного возвращения на стартовую базу. Лазанье по скалам в горах – это передвижение по рельефу естественным путем (лазаньем) с помощью всех приспособлений из арсенала альпиниста. И, собственно, скалолазание как вид состязаний на небольших скалах в долинах было придумано для подготовки и повышения уровня лазанья альпинистов в горах. Все альпинисты занимались скалолазанием как частью подготовки к восхождениям.

Хотя первые официальные соревнования по скалолазанию были проведены в СССР в 1947 г. среди инструкторов альпинизма в Домбае, скалолазание как самостоятельный вид спорта было включено в ЕВСК (единая всесоюзная спортивная классификация) в 1966 г.

На Западе же первые официальные соревнования прошли лишь в 1985 г. в Италии под эгидой CAI – Итальянского клуба альпинистов. Только в 1987 г. в UIAA появилась Комиссия по скалолазанию. Между советским и западным скалолазанием тогда существовала разница приоритетов. Приоритетом и показателем первенства в СССР изначально служила скорость, а трудность трасс повышалась лишь с уровнем ранга соревнований.

Скалолазание, где основным мерилом мастерства является трудность подъема, а скорость не «котируется» практически вообще, пришло к нам в начале 70-х годов ХХ в. из Франции и Америки. Чистота прохождения, применение технических средств по минимуму, а в идеале и отказ от них ставились превыше всего. Для оценки этой чистоты прохождения, то есть для оценки сложности лазанья, на Западе были созданы системы классификации. Сейчас распространены шкалы оценок США, Франции и Международного Союза Альпинистских Ассоциаций (UIAA).

В данной книге авторы в основном аппелируют к распространенной в США шкале категорий сложности, называемой YDS (Yosemite Decimal System), с диапазоном оценок в цифрах от 5.1 до 5.15.

Есть еще и британская система оценок, отличающаяся оригинальным мировоззрением. Англичане предпочли лазать со своими точками, в традиционно-альпинистской манере – отсюда и название стиля – traditional, тред. Чистота стиля, чистота прохождения заключается в том, что для страховки можно использовать только те точки, которые сам и устанавливаешь.

Срывы и зависания на промежуточных точках, любая нагрузка на точки при продвижении, использование крючьев и шлямбуров, разрушающих скалу, в отличие от закладных элементов, – это все не допускается в треде. Можно делать любое количество попыток, но в зачет пойдет лишь чистое прохождение. Естественно, в таком стиле лазанье получается более напряженным и опасным, поэтому в классификации треда учитывается степень эмоционального напряжения (проще говоря, насколько страшно лазуну). Продвижение по простому технически участку, но с отсутствующим для организации страховки рельефом, оценивается выше, чем лазанье по сложному, но более безопасному – с точки зрения организации страховки – рельефу. Этого нет ни во французской, ни в американской классификациях.

Также существует система оценок в виде «боулдеринг». Боулдеринг как соревнования на валунах и невысоких (2–5 м) скалах в серии коротких (5–8) перехватов на предельно сложных трассах появился в городке Боулдер, штат Колорадо, США.

Во всех системах классификации нет и не может быть четких критериев оценки, ибо они в какой-то мере субъективны. Тот, кто делает первопроход маршрута, и оценивает его в силу своих впечатлений и опыта, а скалолазное сообщество и его эксперты подтверждают оценку или меняют – возможно, и в сторону повышения, и в сторону понижения.

Если до конца 80-х годов прошлого века скалолазы лазали в основном на естественных скалах, то с развитием технологий, с начала 90-х, стали возникать скалодромы, где в спортзалах создавался искусственный скальный рельеф. Скалолазание ушло под крышу, стало круглогодичным, выделилось в отдельную от UIAA спортивную федерацию и начало бороться за вхождение в состав Олимпийских игр. Сложность трасс на скалодромах создается постановщиками, которые искусно комбинируют формы зацепок и их расположение. Скорость стала равноправным видом с трудностью.

Но и скалолазание на естественном рельефе остается популярным направлением в среде экстремальных видов спорта. Скалолазы могут лезть по подготовленным трассам – то есть очищенным от растений, мха, живых камней, с организацией верхней и/или нижней страховки, стационарными точками в виде крючьев и шлямбуров.

Скалолазание по неподготовленным трассам есть не что иное, как разновидность альпинизма с использованием всех методов преодоления скального рельефа, видов снаряжения и способов страховки, применяемых при восхождениях в горах.

То есть лидер, идущий первым в связке, по мере подъема организует промежуточные точки страховки путем забивания крючьев, установки закладных элементов, в которые вщелкивается карабин, в карабин простегивается связочная веревка, и находящийся внизу его напарник осуществляет страховку первого. По мере движения они могут меняться ролями; смена обычно происходит на станции страховки.

Про такой вид, как боулдеринг, было упомянуто выше.

Сэкономив на слове «клайминг», иноземные скалолазы напридумывали кучу названий разновидностей в стилях лазанья – онсайт, редпоинт, флеш, хэнгдог, пинкпоинт, граундап, эйд, – ограничивая то применение снаряжения, то число попыток, то возможность предварительного ознакомления с трассой, то возможность за что-то браться, за что-то – ни-ни, использовать только свои точки и т. д.

Даже сами они не всегда понимают, каким стилем ты полез, если начал с левой ноги, а не с правой, и каким образом прихватил партнершу за талию. Думал, редпойнт – любовь с первого взгляда, а друзья утверждают, что флеш – приятели уже описали ее, да и ты не раз бросал на нее взгляд:-)

Уровни лазанья, если придерживаться популярной французской классификации, можно упрощенно определить примерно так: четвертая категория – новички, пятая – обретшие основные навыки, шестая – уверенно лазающие, седьмая – профессионалы, восьмая – скалолазы топ-уровня, девятая категория – звезды мирового уровня, человек сорок на планете.

Что касается героя и автора этой книги, Алекс Хоннольд возглавляет другой элитный клуб скалолазов-альпинистов – клуб еще одного суперстиля в скалолазании – фри-соло. Free-solo-climbing, от free – свободный, и solo – одиночный, лазанье по естественному рельефу без напарника. Бывает еще соло без напарника, но с самостраховкой – страховкой, которую скалолаз организует сам себе по мере лазанья. Хоннольд все же любит фри-соло на бигволлах. То есть в одиночку без страховки на больших стенах – Big Wall.

Понятие «бигволл» в альпинизм внес совершенно чудаковатый человек, которого в горы занес божий глас. Я имею в виду кузнеца Иоганна Салатэ – вы еще встретите упоминание маршрутов его имени на страницах этой книги. В 1922 г. в поисках лучшей доли в возрасте 23 лет он уехал из Европы в Америку. И хотя Иоганн был уроженцем Швейцарии, в горах он до этого так и не бывал.

Сначала он основался под Сан-Франциско, потом переехал в Сьерра-Неваду, где полюбил прогулки в предгорьях, после чего начал заглядываться и на высокие горы. Еще в Сан-Франциско ему был глас с небес, посоветовавший для укрепления здоровья стать вегетарианцем. Иоганн, к тому моменту переименовавшийся в Джона, гласа послушался и здоровьем окреп реально. Для укрепления все того же здоровья он начал прогуливаться по горным тропинкам. И вдруг, когда ему было уже 46 лет, ударился в альпинизм. За 10 лет Салатэ не просто освоил навыки, но прошел – чего до него никто не делал – все основные стены долины Йосемити. При этом кузнец брал на восхождение минимум снаряжения, но вовсю пользовался крючьями, которые сам же и выковывал. Придумал штуковину, известную ныне как скайхук – «небесный палец». Его восхождения стали классикой долины Йосемити, но с альпинизмом он завязал так же быстро, как и начал им заниматься, прекратив через десять лет совершать восхождения раз и навсегда. А вот культовой фигурой остался на все времена.

…Так вот – о фри-соло. Вы представьте: человек лезет по гладкой отвесной стене, и под ним примерно такой же крутизны и ровности рельеф на несколько сотен метров вниз и вверх. Любая ошибка – фатальный исход на 200 %. Надо иметь воистину железные нервы или их отсутствие. То есть быть не просто очень спокойным или флегматичным, а не воспринимать мозгом раздражители типа деревьев внизу размером в 3 мм и людей в 1 мм.

Это непростая задача даже для суперальпинистов. Многие из них признавались в боязни высоты. Но эти ребята умеют справляться со своими страхами, управлять своими чувствами, переключать сознание – и благодаря этому преодолевать себя и горы.

Но даже такие профи удивляются тому, что делает Алекс Хоннольд. Есть вещи за гранью понимания, и Хоннольд – одна из таких загадок. Как это ему удается, он и рассказывает в книге.

Должен отметить, как бы это ни было прискорбно, что для альпинистов и скалолазов подобного уровня такое хождение по лезвию бритвы нередко заканчивается фатально. Дерек Херси, Чарли Фоулер, Майкл Реардон, Дэн Осман, Дин Поттер, Джон Бахар, Шон Лири – вот список знаменитых имен, известных каждому альпинисту и скалолазу в Америке и за ее пределами, уже оставивших бренный мир после очередной попытки поразить человечество.

Хоннольд не раз говорит об этом на страницах книги. Впрочем, фатализм входит в условия игры, где он – один из первых.

Сергей Шибаев,
член экспертного совета Федерации альпинизма России,
инструктор альпинизма 1-й категории, outdoor-журналист
Классификаторы уровней сложности в скалолазании

YDS/USA – Французская – UIAA


Глава I. Лунный свет

Алекс Хоннольд

Я начал восхождение сразу после рассвета. Я сомневался, нашел ли правильное место для старта, учитывая, что не был на нижних питчах (питч – участок скалолазного маршрута от одной страховочной станции до другой, равный, как правило, длине веревки 50–60 метров) уже два-три года. Начало маршрута довольно скользкое и неоднозначное – уклоны, траверсы и трещины по диагонали справа. Впрочем, это не так сложно, как остальные две трети стены.

Так или иначе, я нервничал и даже испытывал легкое головокружение. Вчера весь день шел сильный дождь, и теперь скала оказалась более слоистой и влажной, чем я ожидал. Наверное, мне следовало подождать еще сутки, прежде чем начинать восхождение, но я был заряжен на подъем. Я не мог смириться с мыслью о том, чтобы просидеть в своем фургоне еще один день, обдумывая те же мысли, что крутились в моей голове последние сорок восемь часов. Следовало ковать железо, пока оно горячо.

Moonlight Buttress – практически вертикальная скала из песчаника высотой в 366 метров, расположенная в штате Юта в национальном парке Зайон. Возможно, в отношении чистоты и классики скалолазания это один из лучших маршрутов среди тысячи других в Зайоне. Кроме того, этот маршрут – один из самых сложных в мире длинных маршрутов по трещине.

Первопрохождение Moonlight Buttress было совершено в октябре 1971 года двумя легендарными американскими скалолазами. На подъем ушло полтора дня, считая ночевку в палатке на выступе посередине стены. Американцы использовали различное снаряжение, используя для продвижения и самостраховки анкеры и крючья.

Спустя двадцать один год, в апреле 1992 года, Питер Крофт и Джонни Вудворд совершили первое свободное восхождение без искусственных точек опоры. Они нашли ту последовательность движений, благодаря которой смогли одолеть Moonlight Buttress без висения на крючьях и лесенках. Скалолазы пролезли маршрут в девять питчей и оценили его сложность на твердую 5.13a (сейчас оценка понижена до 5.12d). В 1992 году такая сложность свободного лазанья на мировом уровне была близка к пределу и подвиг Крофта-Вудворда считался невероятным.

Питер Крофт уже тогда был одним из моих кумиров: в 1980-х он вывел фри-соло-лазанье без веревки и какого-либо снаряжения до небывалого уровня. Даже спустя десятилетия многие маршруты, которые он прошел без страховки, так и не были пройдены повторно.

Насколько мне известно, никто даже не думал о соло-восхождении на Moonlight Buttress. Именно его я и надеялся совершить 1 апреля 2008 года.

В глубине сознания меня беспокоила мысль о ключевом месте этого маршрута, которое называют Rocker Blocker. Речь идет о просторной полке размером около 75 см на верху третьего питча. Карниз непрочен, и кто-то укрепил его двумя анкерами. Этот выступ позволяет хорошо расположиться в 120 метрах над землей.

Меня беспокоил не сам карниз. С Rocker Blocker, стоя на цыпочках, вы только подходите к ключевому перехвату. По сути, вы сталкиваетесь с боулдеринговой трассой сложности 7b+ прямо с этого карниза. С него не нужно прыгать, чтобы сделать движение, но придется качнуться вверх к небольшому краю. Пока я лез простые участки маршрута внизу, мысль об этом движении каждый раз грозно нависала надо мной. Я был уверен, что в случае падения смогу придержаться за карниз, но проверять это мне совсем не хотелось.

Сидя под дождем в своем фургоне за день до этого, я специально представлял все, что может случиться со мной во время восхождения, включая обламывание зацепки или просто соскальзывание с нее и последующее падение. Я видел, как отскакиваю от нижнего карниза и пролетаю весь путь до земли, словно тряпичная кукла, ломая по дороге большую часть костей. Скорее всего, я истеку кровью уже у подножия стены.

Накануне ночью я плохо выспался. Проснулся рано утром, как и планировал, надеясь не застать солнце на скале и начать маршрут, пока будет прохладно.

Чтобы достигнуть подножия Moonlight Buttress, вам нужно перейти вброд реку Вирджинию, которая в начале апреля зверски холодна. Я перешел ее босиком. Быстрый поток реки поднялся до уровня колен. Мои ноги мгновенно окоченели, а во всем теле возник легкий шок. Плюс ко всему мне приходилось балансировать и аккуратно ставить ноги между гладкими речными булыжниками.

Я припрятал свои трекинговые ботинки и рюкзак в том месте, которое посчитал началом Moonlight Buttress. Я решил ничего не брать с собой наверх – ни еды, ни воды, ни сменной одежды. Пристегнув мешочек с магнезией, я зашнуровал скальники. Мои стопы все еще оставались холодными, но при этом не окоченевшими – я мог ощущать свои пальцы. На мне были только шорты и футболка. В последний момент я надел наушники и включил iPod. В случайном порядке играл плей-лист с 25 моими любимыми треками – по большей части панк и современный рок.

Это может прозвучать неправдоподобно, но у меня не было часов, однако я был полностью уверен в том, что установлю новый рекорд в скорости восхождения на Moonlight Buttress. Я использовал iPod, чтобы посчитать количество минут, затраченных на маршруте. В целом музыка помогает сфокусироваться, но теперь я предпочитаю лазать без нее, потому что расцениваю музыку в качестве дополнительной опоры.

* * *

Для меня вся суть фри-соло на больших стенах заключается в подготовке. Я проделал тяжелую работу на Moonlight Buttress в течение нескольких дней накануне восхождения. Остальное было делом техники.

Однажды я пролез весь этот маршрут вместе с профессором философии по имени Билл Рэмси. В свои 45 он довольно хорошо лазал и работал над свободным восхождением на Moonligh Buttress. Профессор «завербовал» меня, и вместе с ним я одолел маршрут классическим свободным стилем. Это был замечательный день – мы оба пролезли чисто, ни разу не сорвавшись.

Это было два-три года тому назад. Теперь же, за несколько дней до моего одиночного восхождения, я сфокусировался на верхних 250 метрах маршрута – длинном и гладком участке вдоль каменной тропы к вершине Moonligh Buttress.

Мне понадобилось 180 метров веревки, чтобы спуститься вниз и отработать движения на верхней страховке. Для самостраховки я использовал блок-зажим (компактное и легкое устройство для подъема грузов и людей, организации полиспастов. Он легко движется по веревке вверх и работает как стопор при срыве). Если бы я упал или просто решил отдохнуть, блок-зажим удержал бы меня.

На такой страховке я дважды пролез верхние 180 метров маршрута. Суть сложности этого маршрута – поразительно гладкий угол длиной 55 метров. Это четвертый из девяти питчей на маршруте. Именно он является причиной оценки сложности трассы в 7c. Это непрерывный и действительно напряженный участок, где руки сильно забиваются еще до того, как доберешься до верха.

Каждая тренировка занимала у меня около часа. Я был полностью сосредоточен. Не было такого места, где я бы сорвался или почувствовал себя неуверенно, но затем я понял: 180 метров веревки недостаточно для решающего, уходящего вправо траверса сложности 6с+ на третьем питче. Поэтому на следующий день я вернулся на вершину с 250-метровой веревкой, снова спустился вниз и отрабатывал движения на траверсе, пока не отшлифовал их.

Во время тренировки я встречался с другими скалолазами. Я даже спас одну милашку, которая лезла на искусственных точках опоры и застряла на маршруте, сама толком не понимая, что творит. Я крикнул ей: «Эй, хватай!» – и качнул конец страховочной веревки в ее сторону, чтобы она смогла выбраться из своей ловушки. Девушка была мне признательна – не каждый день на этом маршруте кто-то спускается сверху.

Потом пришли два дождливых дня. Я сидел в своем фургоне на стоянке с кинотеатром в Спрингдейле, смотрел в окно и размышлял.

Чтобы скоротать время, я сходил в кино, но оставшиеся полтора дня сидел в фургоне и просто думал. Теперь, когда я проделал всю работу, оставалось только думать. Думать о том, как я буду лезть. Визуализировать каждое отдельное движение и все, что может произойти. Вот на чем стоило сосредоточиться перед принятием подобного вызова.

Именно это я имею в виду под подготовкой. Теперь я понимаю, что если тщательно подготовился, то запросто смогу сделать все, что представляю, взять каждую зацепку и каждый мизер на долгом пути к вершине стены.

Дэвид Робертс

В конце марта 2008 года Алекс Хоннольд был известен лишь небольшому кругу людей. Семь лет спустя, в возрасте 30 лет, он стал, пожалуй, самым известным альпинистом-скалолазом в мире. Это не означает, что он стал лучшим альпинистом или скалолазом; в этом спорте нет такого понятия, так как он подразделяется на множество разновидностей – от высотного альпинизма в Гималаях до боулдеринга в спортивном зале.

Причина стремительного роста популярности Хоннольда в том, что он вывел далеко за пределы когда-либо возможного самый экстремальный и опасный вид технического альпинизма – лазанье длинных и сложных маршрутов без страховки. Когда он начал это делать, некоторые из его друзей подумали: он точно погубит себя.

Фри-соло – далеко не просто рискованный трюк. Оно сводит лазанье к его основной задаче: мужчина (или женщина) только в скальных туфлях на ногах и с магнезией на пальцах для улучшения трения – против скалы. Это скалолазание в своей абсолютной чистоте.

Алекс лазает не только фри-соло. Книга истории скалолазания была переписана заново, когда он соединил – связал последовательно – три серьезных маршрута на трех разных стенах и пролез эти маршруты на время один за другим с минимальным использованием веревок и страховки. Начиная с 2013 года Алекс расширил свои горизонты в альпинизме, где он уже делает такое, чего до него еще никто не делал.

Вкратце Алекс Хоннольд – скалолазный визионер, который приходит, может быть, раз в поколение. Он умный и веселый человек с удивительно скромным эго. Человек, который хочет сделать этот мир лучшим местом для людей, менее удачливых, чем он сам. Алекс нравится почти всем: и тем, кто его знает, и тем, кто с ним едва знаком. Как сказал известный писатель и альпинист Джон Кракауэр: «Он абсолютно искренен. В нем нет дряни».

Каждый раз, когда Алекс выступает на публике, и дети, и взрослые задают ему вопрос одного и того же характера: «Вы не боитесь, что можете умереть? Зачем Вы это делаете?»

В некотором смысле этот вопрос не имеет ответа. Как бросил невзначай Джордж Мэллори в 1923 году очередному журналисту, спросившему его, зачем он хочет подняться на Эверест: «Потому что он существует». Хотя ответ был предназначен в качестве раздраженного отпора надоедливому журналисту, эта шутливая колкость Мэллори стала самой известной цитатой в истории альпинизма.

Алекс также придумал свои шутки в качестве ответа на подобные неизбежные вопросы. Вот что он говорит о возможности разбиться насмерть: «Это будут худшие четыре секунды в моей жизни». Потом добавляет: «Я уверен, что половина людей скажет: “По крайней мере, он занимался тем, что больше всего любил”, а другая половина: “Что за чокнутый придурок!”».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21