Разбитые сердца

Алекс Грэйвуд

Разбитые сердца

Глава 1

Двое влюблённых

Над пропастью, где выл холодный ветер,

Стояли двое, за руки держась.

Они любили всех сильней на свете,

Но их судьба безжалостно рвалась.

Родительское строгое проклятье

Стеной легло меж ними навсегда.

Разрушили их светлые объятья

Чужая злость, гордыня и вражда.

«Нам не дано венчаться в этом мире, —

Шепнул он ей, стирая каплю слёз. —

Но наше небо будет чище, шире,

Там нет запретов, фальши и угроз».

Она в глаза любимому взглянула,

Век за венчальный принимая миг.

И бездны глубь зловеще потянула,

И заглушил прибой прощальный крик.

Один шаг вместе — в вечность, на свободу,

Раз близкие не дали им любить.

И закружила ледяная воду

Две жизни, что нельзя разъединить.

Над скалами затих дурной обычай,

Лишь волны бьют в гранитную постель.

Родители кричат в тоске беззвучной,

Да только не вернуть детей теперь.

Глава 2

Не дождавшись любви

Солнце тает в окне, и ты подошла ко мне.

Небрежно рубашку стянула с меня и блузку сняла с себя.

Ветер легкий подул с окна, и во мне скромность умерла.

Страстно за талию схватил тебя, и ты стала целовать меня.

В полумраке мы стоим и пристально в глаза друг другу глядим.

Этот выразительный твой взгляд убивает меня.

Потом легли мы на кровать и стали любовью заниматься опять.

До утра кружились мы в лучах нашей любви.

Жаль, что только во сне ты приходишь ко мне.

А наутро просыпаюсь я, и снова рядом нет тебя.

Стал я заложником иллюзий своих, но как мне избавиться от них?

Куда только жизнь ни бросала меня, но так и не смог найти тебя.

Где ты, любимая?

А может, ты счастлива с другим? Но почему судьбою дано было встретиться тебе с ним?

А как же я, что тоскую без тебя?

Всю жизнь напролет я ждал и верил, что ты откроешь дверь в обитель любви моей.

Но, видно, не дано сбыться мечте моей.

Каждый вечер я смотрю в открытое окно — меня манит оно.

Смысл жизни потерян для меня, потому что в ней нет тебя.

И вот наступил тот самый час, который поставит точку в жизни моей, и будет это прямо сейчас.

Забравшись на окно, я сделал шаг вперед.

Простите, люди, меня: оставил предсмертную записку я.

Нет больше сил у меня жить без тебя.

Камнем я бросился вниз в надежде, что на том свете встретимся мы.

И вот очнулся я в Аду и вижу, что черти мучают душу мою.

Грозным ликом своим смотрит на меня Аид.

Про себя подумал я: «Где же любимая моя?» — и с вопросом обратился к Аиду я:

«О великий Аид, прошу, чертей своих усмири!

Мучают они меня. Неужели настолько проклята душа моя?

Любовь на безумие кинула меня, и с окна бросился я.

Позволь мне увидеть ту, ради которой горю я в Аду».

Аид рукою своей взмахнул, и тут же оказался я словно в раю и вижу любовь свою.

Сидит в парке она, в котором когда-то сидел и я.

Были бы слезы во мне — покатились бы они по щеке, но Ад высушил их во мне, и теперь я просто пылаю в огне.

С вопросом обратился к Аиду я:

«Но где она была, ведь долго искал ее я?

И это место знакомо мне, и был я там, но лишь с болью наедине».

«Ты далеко ее искал, а она все это время рядом с тобою была.

Надо было немного потерпеть, и воздалась бы тебе за терпение твое, и были бы вы сейчас вдвоем.

Теперь с нею будет другой, который окружит ее заботой и теплом, а ты навеки будешь в царстве моем».

Глава 3

Осколки памяти

Мы так мечтали вместе отдохнуть,

Сбежать от всех к далёким берегам.

И роковым оказался этот путь,

Что улыбался утренним лучам.

Машина мчалась в солнечный рассвет,

В салоне песня весело лилась.

Никто из нас не ждал безумных бед,

И наша жизнь безоблачно неслась.

Внезапный гул, ослепший встречный ряд,

Удар металла рушит тишину…

И наши дни скатились прямо в ад,

Украв любовь и унося во тьму.

Потом больница, белый потолок,

Я выжил чудом, у твоей постели.

Врачи сказали: «Выйдет жизни срок,

Но мы спасти любимую сумели».

Ты ожила. В глазах я разглядел,

Что взгляд твой стал холодным и пустым.

Мир счастливый мой в секунду догорел,

И стало всё вокруг чужим и злым.

«Ты кто такой?» — шепнула тихо ты,

И замерла внутри моя душа.

Разбились в прах счастливые мечты,

И я стоял, от боли чуть дыша.

Авария стёрла прожитые дни,

Всю нашу нежность, клятвы и любовь.

Я для тебя — лишь тень среди тени,

И это чувство не проснётся вновь.

Проходят годы. Ты живёшь в тепле,

Но обо мне забыла навсегда.

Два чужака шагают по земле,

И не сойдутся больше никогда.

Глава 4

Последний звонок

Мы разрушали жизни без конца,

В пылу безумном гордо упрекали.

Скрывали гневом грустные лица,

И в глупом споре души предавали.

Ты громко дверь закрыла и ушла,

Растаял силуэт в ночном тумане.

Обида горькая во мне зажглась,

Я утонул в своём упрямом плане.

В четыре ровно зазвенел звонок,

Раздался хрип мобильного во тьме.

Ты мне звонила... Телефон замолк,

А я обиду затаил в себе.

А утром мир счастливый мой затих,

Когда раздался незнакомый голос:

«Её на трассе сбил лихой грузовик...»

И сердце в тот же миг раскололось.

Твой прошлый вызов на экране стыл,

Последний раз звала меня сквозь тьму.

А я, дурак, обиду не простил,

И этот грех носить мне одному.

Глава 5

Пустая комната

Ты ушла под утро, забрав свои ключи,

И теперь в квартире хоть ори, хоть кричи.

Я хожу по комнатам, как бездомный пёс,

И не понимаю, кто из нас вину принёс.

На столе осталась чашка без тепла,

И квартира сразу словно умерла.

Твой забытый шарф висит на вешалке впотьмах,

И застыли слёзы на моих глазах.

Всё вокруг напомнит мне сегодня о тебе,

Этот тихий ужас в брошенной судьбе.

На подушке белой твой остался волосок,

И от этой боли замерзает мой висок.

Я смотрю на вещи, что хранят твой след,

И включаю в спальне этот тусклый свет.

Они стали пыткой для меня сейчас,

Потому что пламя навсегда погасло в нас.

Дверь закрылась громко, прерывая путь,

И былую нежность больше не вернуть.

Я заложник комнат, где жила любовь,

И пишу об этом строки вновь и вновь.

Глава 6

Разбитые сердца

Разбито сердце мое,

Надежда в нем больше не живет.

Похоронил любовь свою

И больше не верю никому.

Любовь — ничто как предлог,

Чтобы сердце разбить об него.

Люди признаются друг другу в любви

Лишь для того, чтобы чувства скрепить.

Но не ведают они о том,

Что лживые слова даже перед алтарем

Разбивают сердце вмиг,

И у них больше не будет веры в любви.

Ах, люди, очнитесь же вы

И перестаньте произносить клятву в любви!

Если чувства охладели внутри,

То ждите беды.

А если чувств и вовсе не было никогда,

Запомните навсегда:

Не разбивайте друг другу сердца.

Нет на свете боли более больней,

Чем разбитое сердце из-за неоправданных надежд.

Не причиняйте друг другу боль,

Не убивайте внутри себя веру в любовь.

Если в душе нет любви,

То лучше сразу расстаться и уйти.

Знаю одного паренька,

У которого сердце разбито навсегда.

Он свято верил в любовь

И пристально смотрел в глаза её.

Они были радостью полны,

Но в один прекрасный миг

Она сказала ему,

Что никогда не питала любви к нему.

Он думал, что его девушка шутила

В манере своей,

Но однажды навсегда

Закрыла перед ним дверь.

И теперь он словно одинокий зверь,

Который бьется то об одну, то об другую дверь.

Но от собственного бессилия он

Похоронил в себе любовь и теперь одиноко живет.

Никто дверь ему так и не открыл,

Потому что за ними стояли женщины,

Которые повидали от мужчин

Много обид.

Причиняя друг другу боль,

Мы убиваем веру не только в любовь.

Умирает с любовью вера в людей,

И просыпается ненависть ко всем.

Когда землю создавал Господь,

Он проявил всю свою любовь.

Тогда почему на жизненном пути

Мы не можем любовь свою найти?

А может, любви и вовсе нет,

И все истории про неё — это и вовсе бред?

Или, может, любовь настолько мала,

Что не для всех она?

На свете есть девушка одна,

Которая повелась на любовный обман.

Она, как и тот паренек,

Поверила в призрачную любовь.

Безумно любила мужа своего

И не знала она про то,

Что использовал он ее.

Женился он на ней

Сугубо из личных интерес.

Поспорил с друзьями он,

Что сможет с ума свести её.

Несомненно, спор выиграл он,

Но при этом сердце разбил её.

Она мечтала о вечной любви,

Найти мужчину и сильно любить.

А что стало с нею теперь?

Она словно тот самый зверь,

Ходит с подранками и стонет весь день.

Но нашла она силы в себе

И стала жить по-новому теперь.

Не верит больше она никому,

Стала бездушной ко всем и ко всему.

А на любовь теперь она

Смотрит с ухмылкой и свысока.

Со слезами и разбитыми сердцами,

Люди скитаются по земле

С надеждой, умываясь слезами,

И мечтая быть с любовью наедине.

Некоторым из них крупно повезло,

И теперь купаются в лучах её.

А некоторые горький опыт на всю жизнь обрели

И больше в любовь не хотят верить они.

Так как же правильно нам на земле жить,

Чтобы любовь друг в друге не убить?

Глава 7

Роковой вираж

Они летели вместе в предрассветный час,

И встречный ветер бил в безумье глаз.

Один на двоих мотор бешено ревел,

И стрелка скорости ушла за свой предел.

Она прижалась крепко к его спине,

Сгорая от любви в ночном огне.

Он крепче сжал руль, уходя в рассвет,

Не зная, что назад дороги больше нет.

Дорога лентой чёрной мчалась вдаль,

И уносила прочь былую грусть-печаль.

Они дышали счастьем, этой высотой,

И мир казался ярким, с чистою душой.

Крутой вираж, ослепительный свет фар,

Внезапный резкий занос, колес удар...

И замолчал навек стальной мотор,

Закончив их последний земной спор.

Они лежат вдвоём на сыром шоссе,

И капли крови стынут на росе.

Сплелись их руки, как в святом раю,

Навек забрав с собой любовь свою.

Прервался резко их шальной разбег,

И время для двоих замедлило свой бег.

Лишь шлем разбитый скорбно в стороне лежит,

Да их любовь теперь над звёздами летит.

Глава 8

Роковой перрон

Метель кружилась в предрассветной мгле,

И замерзал упрямый зимний город.

Я шёл с тобой по выжженной земле,

Подняв повыше старый чёрный ворот.

На привокзальных тихих путях

Стоял состав, готовый к отправленью.

Я целовал слезинки на щеках,

Прощаясь с этой мимолётной тенью.

Мы не могли объятия разомкнуть,

Ловили каждый миг на ледяном перроне.

Казалось, долгим будет этот путь,

И растворился нежный взгляд в вагоне.

В твоей руке — безжалостный билет,

Прощальный взмах и стук колёс в ночи.

Ты уезжала в пасмурный рассвет,

И растворились в темноте лучи.

А утром мир счастливый мой затих,

Экран смартфона вспыхнул, как пожар:

Сюжет в вестях — короткий страшный стих,

Сошёл с рельс поезд, приняв свой удар.

Скрежещут груды рухнувшей стали,

Разбиты в щепки хрупкие вагоны.

Там заживо погребены мечты остались,

И в тишине ночной замолкли стоны.

Их чистую любовь нельзя было спасти,

Рок начертал над ними страшный приговор.

Им не дано земное счастье обрести,

Оборван жизни их недолгий разговор.

Глава 9

Слишком поздно

Мы молчали, когда надо было кричать,

И гордо смотрели друг другу в след.

Каждый из нас решил доказать,

Что любви между нами больше нет.

Ты ушла в дождливый сырой рассвет,

А я остался курить у окна.

И казалось, что это простой сюжет,

И что скоро забудется эта весна.

Проходили годы, сменялись дни,

Я искал твой образ в толпе чужой.

Но люди вокруг были так холодны,

И никто не стал мне родной душой.

И вот через двадцать безумных лет

Я случайно встретил тебя в метро.

В твоих глазах угас прежний свет,

И на пальце чужое блестит кольцо.

Ты взглянула тихо, едва дыша,

И я понял всё по твоим глазам:

Там плакала та же моя душа,

Которую я когда-то предал сам.

Мы стоим посреди безликой толпы,

Два поезда мчатся в разные стороны.

И не склеить разбитые наши мосты,

Над которыми кружатся чёрные вороны.

Самая страшная казнь на земле —

Понять, что ты счастье своё упустил.

И скитаться отныне в глухой полумгле,

Проклиная себя, что тогда не простил.

Глава 10

Стены из льда

Мы сидим на кухне в полной тишине,

И тепло остыло в ледяном окне.

Каждый из нас смотрит в тихий телефон,

И уходит плача наш счастливый сон.

Ты сидишь так рядом, на краю руки,

Но сердца замерзли, стали далеки.

Мы теперь как двое дальних материков,

Что застряли где-то посреди снегов.

И не сблизиться нам больше никогда,

Потому что между нами стены изо льда.

Наливаешь чай ты, не глядя в глаза,

За окном ночным собирается гроза.

Я боюсь спросить: «Где твоя любовь?»,

Чтобы не будить эту тему вновь.

Мы ложимся спать, но спиной к спине,

И обида горькая горит во мне.

Слышу, как в подушку тихо плачешь ты,

И сгорели пеплом все наши мечты.

Подойти и обнять я больше не могу,

Словно мы застыли на чужом берегу.

Зачем отводим мы грустный взгляд?

Ведь прожитых дней не вернуть назад.

Это просто пытка — быть вдвоём одним,

Когда твой любимый стал совсем чужим.

Мы стоим у края, дотла сожгли наш дом,

И встречаем холод в городе пустом.

Глава 11

Судьбоносный приговор

Они любили, преданно и нежно,

Встречали вместе каждый свой рассвет.

Казалось счастье близким и безбрежным,

И впереди — ещё десятки лет.

Никто из них не ведал, что за краем

Уж занесла косу свою беда.

Они дышали этим светлым маем,

Не зная, что разлука навсегда.

Она пьянела от любви и света,

Но тень болезни кралась по пятам.

Врачи шептали: «Шансов больше нету,

Слишком поздно...» — к чёрным небесам.

Диагноз рак — как гром среди лазури,

Больничный коридор, безмолвный страх.

И закружился вихрь безумной бури,

Застыли слёзы на её глазах.

Она ушла, оставив лишь подушку,

Где запах плеч ещё хранит тепло.

И он сидит, сжимая крепко кружку,

Смотря в пустое, мёртвое стекло.

Он стал один на всей большой планете,

В пустой квартире, где селится тьма.

И лишь гуляет скорбь и хлёсткий ветер

Там, где любовь когда-то их цвела.

Глава 12

Тайный грех

Я опять на связи, я твой лучший друг,

И замкнулся этот бесконечный круг.

Ты мне ложишь руку мягко на плечо,

И от этих мыслей сердцу горячо.

Ты мне со слезами шепчешь про него,

Что опять не ценит в жизни ничего.

Я тебя ценю, но вынужден молчать,

И в подушку ночью от тоски кричать.

Я заложник дружбы, маски роковой,

Каждый день рискую этой головой.

Ты со мной смеёшься, делишься плохим,

Только я не хочу быть для тебя чужим.

Всё бы я отдал, чтоб обнять любя,

Чтобы навсегда забрать себе тебя.

Но сквозь эти годы я храню секрет,

Потому что знаю твой прямой ответ.

Если я признаюсь — рухнет этот мост,

И финал у дружбы будет очень прост:

Ты уйдёшь навек, испугавшись роз,

Оставив меня в океане слёз.

Так и буду жить, тайный грех тая,

Для всего квартала мы — одна семья.

Улыбаться фальшью, прятать дикий крик,

Убивая чувства каждый божий миг.

Глава 13

Чёрный платок

Ты ушла навек в ледяную тьму,

И теперь не верю больше ничему.

Вспыхнули огни у могильных плит,

И земля сырая над тобой лежит.

Я стою у края, где померк рассвет,

И кричу в пустоту, но тебя там нет.

Вместо белых платьев и венчальных роз —

Только горький крест и лавина слёз.

Ты была живой, улыбалась мне,

А теперь осталась тенью на стене.

Авария, скорая, безумный крик...

И весь мир счастливый в этот миг затих.

Врачи сказали: «Шансов больше нет»,

И в больничных окнах погасили свет.

Я держал ладонь, что остыла вдруг,

И порвался наш бесконечный круг.

Я хожу один по пустой земле,

И ищу твой образ в этой чёрной мгле.

Завязал на память чёрный я платок,

И угас в груди жизни огонёк.

Не дано венчаться нам на этом свете,

Лишь гуляет скорбь и холодный ветер.

Без тебя мне жизнь больше не нужна,

Скоро нас обнимет смерти тишина.

Глава 14

Чужая жена

Ты опять уходишь в этот поздний час,

И тускнеет пламя в глубине у нас.

Ты спешишь к нему, там твой законный дом,

Ну а я остался в городе пустом.

На твоей руке блестит его кольцо,

И скрывает маска грустное лицо.

Ты чужая женщина, ты чужая мать,

И тебя не смею я к себе прижать.

Мы крадём часы у закрытых дверей,

Посреди чужих и холодных дней.

Ты целуешь жарко, шепчешь мне: «Люблю»,

Ну а я у Бога лишь одно молю —

Чтобы это время повернулось вспять,

Чтобы мне тебя никогда не терять.

Но звенит звонок, твой пробил вокзал,

И опять разрушен наш ночной причал.

Ты вернёшься к мужу, сядешь у окна,

Для всего квартала ты — верная жена.

А со мной остался твой безумный след,

И на сигарете догорает свет.

Самая тяжёлая доля на земле —

Быть вторым и тайным в этой чёрной мгле.

Знать, что ты любима, но в чужих руках,

И тонуть всю жизнь в горьких облаках.

Глава 15

Недолгая любовь

Я влюбилась в простого охранника,

Не гадая, что ждёт впереди.

Сердце билось испуганным странником

В его некогда сильной груди.

Я не знала, как дорого пла́тится

За короткое счастье вдвоем.

Моя жизнь черным трауром катится,

С той поры, как осталась вдовой.

Расскажу о своей горькой участи,

Как сошлись наши судьбы в одну.

Я кричу от тоски и от муки,

Проклиная ту ночь и беду.

Мы любили друг друга отчаянно,

Как, наверное, любят лишь раз.

Всё казалось совсем неслучайно

В глубине его преданных глаз.

Я тонула в объятиях крепких,

С ним забыв про земную тщету.

Он дарил мне весь мир, а не щепки,

Воплощая любую мечту.

Он носил эту черную форму,

Но со мной был нежнее, чем шелк.

Мы ломали привычную норму,

Я верила — он меня спас и нашел...

Помню утро… Проводила на смену,

Всё, как прежде — привычный уклад.

Поцелуй, как всегда, на прощанье,

И его уходящий вглубь взгляд.

Ничего не предвещало беды нам,

Тихо плакал за окнами дождь.

Я ждала его вечером дома,

Не качала тревожная дрожь.

Но под утро — как обухом наотмашь —

Резкий стук оглушил тишину.

Сердце сжалось: «Не он... Слишком рано...»

Я шагнула в рассветную тьму.

За дверями стоял незнакомец,

Прятал взгляд и шинель теребил.

Тихий голос разрезал мне душу:

«На объект был налет... Он погиб».

Бандиты ворвались на склады,

Муж стоял до конца на посту.

И пуля безжалостной банды

Оборвала его на лету.

Прошли похороны… Земля сырая.

И я не нахожу себе угла.

Брожу по комнатам, как тень, глухая,

Зачем судьба его так рано забрала?

Навек застыл в груди холодный камень,

И дни мои теперь — кромешный ад.

Но ночью он приходит, как живой,

И манит за собою в райский сад.

Во сне он улыбается, как прежде,

Протягивает руку: «Не грусти…»

Но я проснусь — и нет крыла надежде,

Лишь пустота глухая впереди.

«Я эту жизнь земную покидаю...»

Мне без него не мил весь этот свет.

Навек глаза в тиши я закрываю,

Туда, где боли и разлуки нет.

Глава 16

Прерванный путь

Светился экран, и мелькали посты,

Ты шла к своей цели, сквозь бури и свет.

В глазах твоих чистых горели мечты,

Навек подарив нам уюта букет.

Навек не замужем, вечно вольна,

Ты светлым лучом мчалась по судьбе.

Но вспыхнули фары... Застыла стена,

И полночь дорогу забрала к себе.

Секундный удар, и безумный занос,

Металл разорвал эту хрупкую нить.

Оставив лишь эхо несбывшихся грез

И боль, что ничем никогда не заглушить.

И я, твой поклонник, а может быть, друг,

Смотрю на портрет, что остался в сети.

Из сердца рвется немыслимый стук,

За то, что тебя не сумели спасти.

Ты будешь сиять для нас вечной звездой,

Хоть путь твой земной оборвался в петле...

Останешься чистой, навек молодой,

Самой прекрасной душой на земле.

Глава 17

Приговор судьбы

Мы встретили в жизни друг друга, и всё совершилось покорно судьбе.

Я сильно и нежно любила, и он души не чаял во мне.

Дороги сплелись воедино, в домах наших было уютно и светло,

Мы ждали огромного чуда, храня под сердцем живое тепло.

И так пролетали месяца, а вслед за ними года,

Я думала, что плохого не случится со мной никогда.

Я ждала ребенка под сердцем, свой каждый считала шаг,

Малыш шевелился внутри и радовал душу мою всегда.

И вот в одной из ночей приснился тревожный мне сон,

Разбился хрустальный бокал, издавши пронзительный звон.

Я видела, как темнота вползает в открытую дверь,

И сердце зажалось в груди: случится потеря теперь.

Прошло после этого сна, наверное, месяца три,

Я больше совсем не чувствовала толчков у себя внутри.

В слезах я бежала к врачам, предчувствуя злую беду,

И холод прибора УЗИ застыл в роковом том аду.

Врач повторил в глаза бездушный и страшный ответ:

Твой плод внутри замер давно, и шансов на материнство нет.

Теперь в нашем доме мертва и звеняща глухая тишь,

В углу колыбель пустая, в которой не спит малыш.

Я молча смотрю в окно, где чужие дети кричат,

И годы идут вперед, но шрамы мои не молчат.

Глава 18

Не познавшие материнство

Женщины желают материнства познать,

Что бы заботливой и любящей матерью стать.

Но многие не ведают из них,

Что счастье заключается не в деторождении, а в их самих.

Но не каждой из них дано ребенка родить,

И от этого они начинают себя винить.

Вот только не ведают они,