Красная Шапочка по новому

Альбина Горшина

Красная Шапочка по новому

Глава 1.

В одной деревне на краю леса жила неполная семья из двух человек, мать и дочь. Деревушка была так себе, из десяти изб, вечной грязи, и сидящих баб на лавке у каждого забора, которые знали кто, с кем и в какой позе.

Почему семья неполная? А потому что ёбарь мамаши был отпетым мошенником, красивый сука, как с обложки рыцарского романа. С обворожительной улыбкой героя и мозгами как у канарейки. Обрюхатив мамашу, он натянул свои сапоги, сказал «я пошёл за хлебушком» и съебался в другую сказку, искать свою принцессу. Хлеб блядь, он там ищет, семнадцать лет уже.

И вот мамаша воспитывала дочь так, чтобы та не повторяла судьбу её жизни. Не верь красивым, не верь тем, кто обещает замок. И главное, ноги держи на ширине плеч, а не раздвинутыми.

Красная Шапочка выросла девахой лет так девятнадцати. Стройная, дерзкая, с языком как бритва и капюшоном цвета свернувшейся крови, который ей сшила бабушка ещё в детстве. Под капюшоном была коса, цвета ржаного поля, глаза зелёные, злые, как у кошки, которую пнули, а характер ещё хуже.

Однажды к матери пришли три дровосека в гости. Для особых утех. Три здоровых лба с топорами за поясом и без мозгов в голове. Мамаша им ещё с утра веник в бане заговорила, чтобы пар шел правильный, и свечи ароматические расставила везде. И вот мамаша, чтобы не спалить всю контору в своих орг посиделках, отправляет Красную Шапочку к бабушке, почти к чёрту на куличики. А бабушка жила далеко, через весь лес, тёмный, густой, с деревьями толщиной в три обхвата, где даже днём проглядывали сумерки. Через болотистую местность, где вода по пояс а пиявки размером с палец и комары, которые жрут не кровь а душу. И через пещеру с кровожадным Циклопом, который по слухам, жрал путников на завтрак, обед и иногда на полдник, если настроение было паршивое.

— Да блядь. Опять гости? — сказала она, глядя как мать уже расстёгивает пояс первому дровосеку. Но делать было нечего. Бабушка старая, больная, ей гостинцы нужны. А мать, видимо, нуждалась в том, чтобы три мужика одновременно подтверждали её женскую привлекательность.

Красная Шапочка собралась в дорогу. Взяв с собой самое необходимое, арбалет с запасом болтов, кинжал из прочной стали, который она стащила у разбойников в прошлый вторник. Фляжку с самогоном на случай, если Циклоп окажется разговорчивым. Запихнув презервативы в карман, ровно три штуки, ребристые с шипами. Если ебаться, то только с такой защитой. Чтобы не залететь и не народить таких долбоёбов, как её братья, которых мать назвала Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф. Те уже выросли, но умнее не стали. Жили отдельно в лесу, строили хаты из дерьма и палок и драли друг друга каждый день.

Натянула капюшон, закинула арбалет на плечо, сунула кинжал за пояс и шагнула в лес. Сапоги чавкали в грязи. За спиной уже слышались стоны и сплетни соседок.

А где-то там, среди деревьев, лежал Волк. Серый, огромный, с глазами цвета янтаря и пастью, в которой зубов было больше, чем положено приличному животному. Он лежал на траве за валуном и курил самокрутку, читая порно журнал, с картинками, которую однажды стащил у дровосеков.

— О как? Интересно а зачем он ест её промежность? — пробормотал он, выпуская дым. — Интересно а это вкусно?

Захлопнул он журнал, сплюнул на землю и посмотрел в ту сторону, откуда по тропинке шла соблазнительная девушка в красном капюшоне и слишком коротком платье.

***

Тропинка в лесу была узкая и такая заросшая. Красная Шапочка шла на отмаш, сапоги её чавкали в грязи. Арбалет позвякивал за спиной, а рука по привычке лежала на рукояти кинжала, мало ли кто может по пути попасться. Вот угораздило её пойти именно по этой непроходимой местности.

Вдруг из-за валуна вышел он.

Волк, стоял во весь рост, а рост у него сука не маленький. Здоровенный с серой шерстью а глаза горели похотью, а в зубах торчала самокрутка с чем-то. И ухмылкой не слишком приличного животного который насмотрелся эротики.

— Ну здравствуй, крошка, — сказал Волк голосом, который напугал бы кого-нибудь другого до ужаса. — Куда это ты одна через лес, вся такая нарядная?

— К бабушке, — ответила Красная Шапочка, не останавливаясь продолжая свои путь. — С пирожками. И с арбалетом. Хочешь проверить, что из этого для тебя?

Волк усмехнулся, и в этот момент Красная Шапочка заметила, что он держит в лапе. Это был журнал с глянцевыми страницами. С полуголой Белоснежкой на обложке, которая так распласталась на миниатюрном столике гномов, что было понятно, это совсем не те сказки читает Волк.

Рука её метнулась быстрее, чем Волк успел подумать, хвать и журнал уже у неё.

— Э! — Волк шагнул вперёд. — Это моё!

— Тихо, извращенец, — пригрозила Красная Шапочка арбалетом и пролистала страницы.

А там было на что посмотреть. Баба Яга с метлой в такой позе, которая противоречила морали. Белоснежка и семь гномов, причём было непонятно, где гномы а где сама Белоснежка. Царевна-Лебедь… в общем все обитатели сказочного мира без прикрас и разных позах.

«Вот пошлая скотина, — подумала Красная Шапочка, сузив свои зелёные глаза. — Небось хочет меня развести на секс.

Волк тем временем переминался с лапы на лапу, как щенок, которого поймали за пакостью.

— Отдай, — сказал он как можно мягче. — Это не то, что ты думаешь. Это… коллекционное издание.

— Коллекционное? — Красная Шапочка ткнула пальцем в страницу, где Баба Яга вытворяла с метлой нечто такое, за что метлу следовало бы наградить посмертно. — Это теперь считается коллекцией?

— Это для… культурного развития мозговой деятельности.

Тишина, только ворона где-то сверху каркнула и выронила сыр. Красная Шапочка закрыла журнал и сунула себе под мышку, как трофей.

— Так, слушай сюда, серый Волчек, — сказала она. — Журнал твой конфискован. Но ты можешь его отработать.

— Что, как?

— Задание простое. В глубине леса живут мои братья. Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф. Три свина, твоя задача навестить их и передать привет от мамаши, и принести мне от них, особые грибочки, заказ матушки. Они знают, где растут.

У Волка аж вытянулась морда, ухмылка в миг сползла, а глаза стали круглыми.

— Нет, — сказал он твёрдо.

— В смысле нет? А сапогом по ебалу?

— Да хоть арбалетом в жопу, сказал нет. Не пойду, лучше к Циклопу на полдник.

— Почему?! — опешила Красная Шапочка.

— Я что похож на идиота? — фыркнул Волк. — Я про твоих братьев давно наслышан. Весь лес от этих троих в шоке. Три поросёнка, которые строят хаты из дерьма и палок и ебут всех подряд, за ипотеку в 100%. Я к ним ближе трёх метров не подойду! У меня, между прочим, задолженность по ипотеке. У меня, в конце концов, одна жопа, и она мне дорога!

Красная Шапочка задумалась. А ведь справедливо в целом, ипотека у них очень дорогая, а имеют они всех должников одинаково и несправедливо.

— Ладно, — сказала она. — Тогда на обратном пути зайдём. А пока будешь моим сопровождающим, проводишь меня через болото. Там пиявки с размером с палец, и водяной. Но ты большой, сильный и тебя же все боятся? Правда же?

Волк вздохнул, посмотрел на журнал под её мышкой. Посмотрел на тропинку идущую к болоту. Посмотрел на небо, как будто ждал от него поддержки, но небо промолчало.

— Конечно боятся, я же злой и страшный волк, — буркнул он почти неслышно. — Пойдем. Но если пиявка меня укусит, я съем твои пирожки.

— Договорились.

И они пошли вдоль по тропинке вдвоём. Девушка в красном капюшоне и слишком коротком платье, от которого у волка сводило челюсть. Она вышагивала гордой походкой, с трофейным журналом под мышкой. А рядом шёл огромный серый Волк, который дулся, как ребёнок, которому не дали доесть конфету.

А где-то далеко, в хате из дерьма и палок, три поросёнка уже драли лису за просрочку в ипотеке. А один из них, кажется, строил планы на Волка.

Глава 2

Шли они долго, примерно часа два. Тропинка всё время петляла и грязь чавкала под ногами а комары звенели гимн лесной братвы. Волку надоело молчание и он решил поддержать беседу.

— Слушай, а где твоя бабушка живёт? — спросил он. — Далеко ещё до неё?

Красная Шапочка ничего не ответила. Просто шла молча, глядя вперёд, как будто Волк был не Волк, а налоговая инспекция.

— Алло. Я к тебе блядь обращаюсь. Глухая, что ли?

Молчание, даже ворона притихла, уважая чужое нежелание разговаривать. Волк почесал задней лапой ухо и решил зайти с другой стороны.

— Ну ладно. А что у тебя в корзинке?

— Пирожки. — Наконец она ответила ему.

— А с чем?

Красная Шапочка скосила на него глаза и ехидно улыбнулась такой сладкой улыбкой, что у Волка заранее свело желудок.

— С кошкой.

— С чем? Эээ фу. Почему?

— Она гадила на ковёр. — ответила она Волку.

— Ты каждую неделю тут бегаешь с корзинкой, у тебя так много кошек?

— Кошек нет, а тех кто гадит много…

— На ковёр? — перебил её Волк.

— Чаще в душу. — Ответила Красная Шапочка, злясь за допрос который устроил ей Волк.

— И что потом?

— Ну, встретился урод, нахамил, вот уже тесто поспело. — Злобно ответила она.

— А я вежливый?

— Ну и я, пока тесто не ставила. Что всё ещё хочешь пирожки?

Волк покосился на корзинку и его чуть не вырвало. Желудок сделал сальто, а когда-то съеденный им заяц, попросился наружу, а глаза стали размером с блюдце. Он побледнел под серой шерстью настолько, насколько вообще может побледнеть волк.

— Ты… ты шутишь, — прохрипел он.

— С картошкой и грибами, идиот, — рассмеялась Красная Шапочка. — Тесто мать сама ставила, грибы я ещё осенью собирала. Расслабься и ешь.

Волк с облегчением выдохнул, желудок встал на место.

— Слу-у-уфай… — протянул он, глядя ещё на корзину. — А фкусные пирофки. Дай ефе…