Альбина Севенкова.

Сказание о Хрустальном озере



скачать книгу бесплатно

– Ты знала, что я буду ждать тебя? – тихо спросил он.

– Конечно, – с расстановкой ответила я, призывая на помощь магию и чувствуя, как она согревает ладони.

– Ты боишься меня? – также медленно произнёс Вуич.

– Да, – хмыкнула. – Но это не значит, что я стану твоей безропотной жертвой.

Даже в темноте заметила, что губы Анджича гневно дрогнули, но он совладал с собой и снова уставился на меня с высоты своего роста. Затяжная пауза.

Он подошёл ближе. Я напряглась, но осталась стоять на месте, не отводя от него сердитого взгляда. Потом почувствовала тепло его тела, запах сухой травы и ещё какой-то неуловимый приятный аромат. Сердце бешено колотилось, а мышцы стали каменными.

– Прости за то, что обидел тебя, Драга, – вдруг услышала я и не поверила своим ушам. – Тебе не стоит ходить одной, это опасно.

Он прикоснулся ладонью к моей щеке и поправил выбившийся из-под косынки локон. Тепло его ладони и долгий взгляд сотрясли всё моё существо, по телу пошли горячие токи, и напряжение вдруг отхлынуло огромной волной. Анджич подошёл вплотную, я пошатнулась и упала бы, если бы не его поддержка. Он взял мои ладони и медленно поднял их вверх на свои плечи, заставляя обнять себя.

– Ты замёрзла? У тебя холодные руки.

Никогда я не испытывала ничего подобного. Юноша обнял меня, и я покорно прижалась к его груди, совершенно не помня себя.

– Сердечко моё, – снова прошептал он мне на ухо. – Я не сделаю тебе ничего плохого.

И я поверила всему, что он сказал и оторвалась от земли, не сразу поняв, что оказалась у Анджича на руках. В этот момент мне стало всё равно, куда он меня унесёт и что со мной сделает. Инстинкт самосохранения, упрямство, силы – всё покинуло меня.

Мне казалось, что холодно вокруг было не пять минут назад: по ощущениям прошло лет сто. И теперь ничего нет прекраснее этих очертаний лица и надёжных сильных рук.

– Что, Вуич, решили приласкать гордую обделённую девочку и воспользоваться её слабостью?

Я услышала фразу Руевича, но ей не удалось проникнуть в моё сознание. Всё было, как в тумане. Зато Анджич понял его и осторожно поставил меня на ноги, закрыв спиной.

– Вы напрасно влезли не в своё дело, Вацлав, – зло произнёс он.

– Я требую, чтобы вы немедленно оставили её, – интонация директора школы была холоднее, чем лёд.

– Сейчас я сделаю это, – прошипел юный князь. – Но на будущее знайте, что мне плевать на ваши требования.

Анджич снова подошёл ко мне и обхватил ладонями лицо.

– Мы скоро увидимся, – его голос был мягким и ласковым. Он поцеловал меня в лоб, провёл большими пальцами по щекам, стиснул зубы и ушёл.

– Драга, вам нужно прийти в себя, – произнёс Вацлав Руевич и, взяв меня за руку, увлёк за собой.

Вскоре я сидела на твёрдом стуле. Кожу лица почему-то сильно щипало. Что это? Я провела пальцами по щеке и увидела солёную влагу. Слёзы? Последний раз я плакала десять лет назад. Этого не может быть.

– Хотите воды, Драга? – спросил пан директор.

Я подняла голову, встретилась с проницательным взглядом карих глаз, но ничего не ответила.

Поэтому Руевич по собственной инициативе поднёс мне бокал с водой. Пригубила прохладную сверкающую в свете свечей жидкость и вернула ему, начиная понемногу приходить в себя.

– Я не знала, что так слаба.

Некоторое время пан директор молчал, а потом произнёс:

– Даже у самых сильных из нас есть свои слабости. И это счастье, что чувства в людях ещё остались.

– Он мог сделать со мной всё, что угодно, и я бы даже не сопротивлялась. Ни магии, ни насилия…

Голос Руевича по-прежнему звучал для меня будто издали, эхом отталкиваясь от стен.

– А в этом вы не правы. Просто Анджич Вуич умнее своих сверстников и смог понять вас. Конечно, его цели мне неизвестны до конца, но если бы такая натура, как вы, почувствовала фальшь, у него бы ничего не получилось. Одно из двух: либо он действительно искренен, либо – гениальный актёр.

От пережитого у меня всё ещё кружилась голова, поэтому знакомое: «Мяу» прозвучало, как треск. Я оглянулась и увидела Пушистика, который прыгнул ко мне и усами пощекотал лицо, обнюхивая. Машинально погладив его, встала.

– Вы не можете идти в таком состоянии, – сказал Руевич почти равнодушно. – К тому же вы солгали мне, что вас есть кому проводить.

– Да, – устало ответила я. – Простите. Меня проводит мой кот.

Пан директор хмыкнул и преградил мне дорогу.

– Боюсь, кота в этот раз будет недостаточно. Я пойду с вами.

Мне почему-то стало всё равно. Хочет, пусть идёт. Не рассыплется же он по дороге. Была несколько удивлена, когда пан директор замедлял шаги, чтобы я поспевала за ним, а не наоборот. До общежития от отдалённого дома было недалеко. Но, видно, я была ещё не в себе, поэтому постоянно спотыкалась. Мы решили срезать путь, поэтому вскоре оказались на мосту, через который лучше было не ходить. В адекватном состоянии меня это не трогало, и я перескакивала через выбоины, не боясь оказаться в ледяной воде. Но сейчас перед препятствием я остановилась в нерешительности.

– Вы позволите? – вдруг спросил пан Руевич, протягивая руку.

Думая, что он хочет перевести меня через мост, как ребёнка, я протянула ему ладонь и, моргнуть не успела, как он подхватил меня на руки, быстро перенёс через препятствие и опустил на землю. Изумлённо посмотрела на него опухшими от слёз глазами, но снова наткнулась на совершенно беспристрастный взгляд из-под очков.

Когда мы оказались возле общежития, и я поклонилась ему на прощание, он неожиданно остановил меня резким рывком и сказал с обманчивой мягкостью:

– Белянска, пообещайте мне, пожалуйста, что не будете снова брать на себя непосильную ношу и сообщите мне, если вам будет угрожать опасность.

«Что он несёт?» – подумала я.

Строптивость, рождённая вперёд меня, снова вернулась, и я произнесла:

– Простите, пан директор, этого я вам пообещать не могу. Считаю, что любая ноша, дающаяся человеку, ему по силам, а перекладывать её на других – подлость.

– Так, значит.

– Именно так.

– Пока что я вас не задерживаю, – улыбнулся он одним ртом. Спокойной ночи.

Я снова поклонилась, изобразила ухмылку и подумала: «И на том спасибо».


Вскоре мы с Пушистиком вошли в комнату и, последовав примеру Северины, завалились спать. Я на постели, а он рядом на коврике. Кто бы знал, сколько усилий мне стоило приучить его к этому, и всё из-за кошачьей уверенности, что кровать у нас общая.

Я проснулась от того, что Северина грубо толкала меня в бок. В реальность возвращаться не хотелось. Взглянула сначала на лицо соседки, которая смотрела на меня так, словно я превратилась в дракона, а потом в окно, и поняла, что ещё не было даже звонка к завтраку. А сегодня мы могли пойти аж к третьей паре, пропустив занятия по домоводству. Прислуге пана директора полагались поблажки.

– Северина, – промычала я. – Ты решила разбудить меня после почти ночной смены и лишить заслуженного отдыха? Ты готова к смерти?

Девушка помахала перед моим носом каким-то маленьким конвертиком и ответила:

– Ой, можешь не пугать меня. Я уже чуть сама не скончалась от удивления и любопытства.

Отвернулась от этой назойливой особы, но она не отстала и ткнула меня в спину. На этот раз гнев и раздражение не заставили себя ждать. Я села на кровати и уставилась на неё.

– Что это? – спросила, зевая и акцентируя внимание на голубенькой бумажке.

– Ты у меня спрашиваешь? – вскрикнула Северина.

– А у кого мне ещё спрашивать? – хрипло пробурчала я. – У него что ли? – указала на кота, который закрыл уши лапами, чтобы не слышать наш бредовый разговор.

Северина торжественно вытянулась в свой полный небольшой рост посреди комнаты и прочитала:

– Верю, что заслужу прощение. У твоих ног. Анджич Вуич.

Остатки сна мгновенно покинули меня. На полу возле двери я увидела корзину цветов, завёрнутых в прозрачную бумагу, и направилась к ней.

– Посыльный сказал, что вернуть невозможно! – уже орала Северина, бегущая со мной рядом.

Сорвала покров и опьянела от ударившего водопадом благоухания. Нам явились ослепительно белые розы, которые беззвучно кричали – ты невинна, чиста и хрупка, я готов защищать тебя. А обрамление из снежного облака гипсофилы словно шептало – моя любовь нежна, как дыхание ребёнка.

– Сто роз, – пробормотала, стоявшая рядом Северина.

«Моя любовь будет вечной», – снова расшифровала я, закрыла лицо руками и села прямо на пол.

– Что будешь делать? Выбросишь? – соседка переступала босыми ногами по холодному полу.

Я проигнорировала вопрос и, встав, дошла до кровати, избегая смотреть на Северину, которая крутилась рядом, пытаясь поймать мой взгляд.

Развёрнутый букет, уверенно пытаясь заявить о своей значимости, быстро наполнял комнату ароматом. Неожиданно нахлынули воспоминания. Я люблю все цветы, включая скромные лесные, но перед розами преклоняюсь. Это сильнее меня. Оказавшись в доме Вейховичей в качестве прислуги, часто засматривалась на них в окно и в саду, проходя мимо. Заметивший это Милослав постоянно издевался надо мной, объясняя, что я могу только глазеть на эти цветы. Потому что трогать руками мне их не придётся никогда, ведь грязной крестьянке их никто не подарит. Но в первом своём утверждении он был неправ уже тогда. Однажды я подобрала обрезки розовых стеблей, которые выбросил садовник, и захватила их с собой. Суровая лесная земля приняла маленькие черенки и бережно вырастила их. В моём саду цветут розы, но они другие, не такие, которые предстали передо мной сейчас.

– Да ты влюбилась в него, – изумлённый голос соседки вырвал меня из воспоминаний.

Прищурившись, посмотрела на неё, и с силой выдавила:

– Похоже на то…

Даже ледяная вода из кувшина, щедро выплеснутая на лицо, не принесла мне ожидаемого облегчения.

– Чтобы влюбиться нужно время. Ты никогда не говорила мне, что знакома с Анжичем, – обиженно пробормотала Северина.

– Я была знакома с ним так же, как и ты. Просто вчера он пришёл на ужин к пану директору.

– И что? – девушка оживилась и подсела ко мне вплотную.

– Знакомство произошло по его инициативе, – ответила я, намеренно забывая о подробностях.

– Вот это, да! – восхищение Северины достигло апогея. – А почему ты такая кислая?

– Хотела бы я знать…

– Я тебя не понимаю. Обратить на себя внимание такого парня – аристократа, мага и умопомрачительного красавца. А потом сидеть и гнить…

– Ты, знаешь, что такое иллюзии, Северина?! – крикнула я.

Девушка открыла рот, осмысливая услышанное.

– Они опаснее кинжала и смертельнее яда. От всего этого можно спастись. Будь ловкой, сильной, носи с собой надёжное противоядие – и выживешь! А открывать душу не смей! Рана будет незаживающей, и ничто тебе не поможет!

Северина помолчала, нахмурив брови, а потом сказала:

– Ты слишком пессимистична. Я верю, что в жизни есть место сказкам.

– Да, – согласилась я. Только жизнь гораздо длиннее, чем любая из сказок.


Вечером мы уже были в доме пана Руевича. Закончив с уборкой, перешли к готовке.

– Дайте мне почётную грамоту, – ворчала Северина. – Я худший кулинар в королевстве.

– Не наговаривай на себя, – сказала я. – Ты делаешь успехи.

Но она мне не поверила.

– Что ты несёшь? Я бездарность везде и во всём. Даже картошку сварить правильно не могу.

– А ты не вари «правильно», – отмахнулась я. – Вари вкусно, как для себя. Завтрак и обед для пана в чулан вынесла?

– Угу.

Я старалась загрузиться работой до отказа, чтобы только не вспоминать Анджича и его слова: «Сердечко моё». Но мои мысли не слушались меня, и образ юноши упрямо стоял перед глазами.

– Пан директор! – вскрикнула Северина. – А мы вас тут ждём-ждём. Что-то вы припозднились сегодня.

Она бросилась навстречу Руевичу, слегка опешившему от такого приёма. У меня сложилось впечатление, что девушка сейчас кинется ему на шею. Директор остановил её коротким кивком и произнёс, обращаясь к нам обеим:

– Надеюсь, вы составите мне сегодня компанию?

– Большое спасибо, мы с удовольствием, – Северина ответила за нас двоих, как это часто бывало, бросила чугунную сковороду на стеллаж и, открыв рот, стала наблюдать, как он падает.

С невиданной мной ранее скоростью Руевич оказался рядом и практически одним пальцем водрузил тяжёлое сооружение на место, а затем, будто ничего не произошло, ушёл во двор умываться, проигнорировав кухонный рукомойник с тёплой водой.

Мы уже сидели за столом, ожидая его, когда Северина прошептала мне:

– Надо же, у травника такая реакция и сила.

– Разуй глаза, он маг, – нетерпеливо бросила я, раздражённо глядя в круглые от изумления глаза Северины.

– Опять ты, сказочница. Да к нам магов не ставят, у прошлого директора тоже было немножко сил, но это ещё не значит, что он маг, – громко прошептала она.

– Я сказочница? – не менее громко прошипела я. – Это ты раззява.

Пан директор вовремя подошёл к столу, и мы не успели подраться. Ужинал Руевич без своего балохона и без шапки с наушниками. Многолетняя боевая практика приучила меня видеть истинное телосложение мужчин, не обращая внимания на одежду. Их силу и способности я оценивала звериным чутьём. Вацлав был строен и весь состоял из мышц. Теперь было заметно, как они перекатывались под его белой рубашкой. На нём по-прежнему висели круглые очки, искажающие черты лица. А вот густые русые волосы волнами падали на лоб, скулы и струились, почти достигая плеч. Сейчас я как никогда понимала, что в качестве противника Руевич мне не по зубам. Даже моей сверхсилы, по сравнению с простыми смертными, не хватит, чтобы одолеть его.

– Вы так рассматриваете меня, Анешка, я вам нравлюсь? – ровным тоном спросил пан директор, принимая от своей студентки чашку чая.

Северина мгновенно побагровела и стала похожа на свёклу. Я бросила на неё быстрый взгляд и слегка усмехнулась, принимая нарочито расслабленную позу. После этих слов бедняжка несколько минут не могла прийти в себя, давясь хлебом.

А Вацлав Руевич между тем в упор посмотрел на меня. Я не отвела взгляда, продолжая улыбаться.

«Это вызов. Я знаю, что вы сильнее, но мне плевать», – думала я.

– Может быть, я нравлюсь вам, пани Драга?

Северина звякнула чашкой, едва не разбив её. А я нагло протянула:

– Не стану скрывать, пан Руевич, нравитесь.

– Мне, как любому мужчине, хотелось бы узнать подробности, – сказал он, отвлёкшись, чтобы намазать хлеб маслом, а потом снова уставившись на меня.

– Извольте, – я выдержала взгляд. – Во-первых: вы не тот, за кого себя выдаёте. Тайна подогревает интерес.

Вацлав размешивал мёд в чае, как ни в чём не бывало.

– Во-вторых: вы сильны и не только физически. Как показывает моя жизненная практика, размер мышц – ничто. Вы – боец, который одерживал победу много раз и при этом никогда не терял головы. А ещё я завидую вашему хладнокровию и умению владеть собой.

– Вам в этом тоже не откажешь, – Руевич скривил губы в ухмылке.

– О нет, бывало много случаев, когда я не могла совладать с эмоциями. И одному из них вы стали свидетелем.

Северина почти в шоке слушала нашу беседу.

– Во многом вы правы, – сказал пан директор. – Но думаю, вы скоро поймёте, что эмоциями и чувствами управлять невозможно. Лучший способ совладать с собой – освободить их. А что касается моего хладнокровия, то оно проявляется лишь внешне. Увы, страсти бушуют во мне так же, как и в вас.

Я опустила голову и вздохнула.

– Благодарю вас за превосходный ужин, студентки, – Руевич вышел из-за стола с лёгким поклоном.

Как всегда в чувство меня привёл голос Северины.

– А о чём это вы сейчас говорили? – спросила она.

– Совершенно пустой разговор, – ответила я. – Пересказали друг другу то, что итак очевидно.

На следующий день в нашу комнату принесли огромную коробку дорогих шоколадных конфет. Я сама получила её, обратив внимание на надпись: «От Анджича Вуича». Северины не было, поэтому мне не пришлось изображать гордость и неприступность. Быстро распечатала упаковку в поисках письма, но оно отсутствовало, в груди что-то заныло от разочарования. Кого я пытаюсь обмануть, напуская на себя безразличный вид, Северину что ли? По большому счёту ей всё равно. Юный маг ограничивался только подарками, сам же не появлялся на территории школы. Хотя раньше бывал здесь каждый день.

«За взгляд любви и нежные слова отдам полкоролевства», – вспомнила я слова из песни. Вскоре в комнате появилась моя шумная соседка. Увидев на кровати распечатанную коробку, она тут же присела рядом и медленно протянула пальчики к кондитерскому изделию, опасаясь получить по рукам. Но я никак на это не отреагировала. Поэтому вскоре услышала восхищённое мычание.

– Какой шоколад, никогда такого не ела! А начинка! А ты почему не ешь?

– Знаешь, – вдруг произнесла я. – Я тоже хочу что-нибудь ему подарить.

Северина закашлялась, а потом спросила:

– А что?

– Шоколадно-медовые пирожные в красивой упаковке!

– С ума сошла! Ты знаешь, сколько они стоят? Я видела на витрине в ресторане…Тебе на них копить нужно.

– Нет, – улыбнулась я. – Если испечь самой.

– А ты умеешь??? А, ну, да.

– Я сделаю лучше, чем в этом ресторане и даже лучше, чем у Пешни.

– Ты что, превосходишь его в умениях? – с сомнением спросила Северина.

– Нет, но у меня есть такие продукты, которых у него нет. Есть всё, кроме шоколада, но я знаю, где купить хорошее какао.

Северина озорно улыбнулась.

– А меня научишь? Я тоже хочу подарить что-то Владомару.

– Сделаем вместе, – сказала я и хлопнула её по открытой ладони.


Короткий визит домой, и нужные продукты оказались у меня в сумке. Заодно я приготовила два травяных снадобья для Анджича. Всё для шоколада приобрела Северина по списку в указанной мною лавке.

Готовили мы с увлечением, поэтому в скором времени на столе были разложены аппетитные пирожные. В целях экономии упаковки тоже сделали сами. Северина склеила сердечко, а я коробочку с тиснением. На посыльного тоже денег не было, поэтому моя соседка решила поручить доставку знакомому мальчишке, которого удовлетворил сытный обед.

В дополнение к пирожным я положила несколько сочных персиков, которые сейчас было не отыскать, а у меня, в силу особенности места, деревья плодоносили три раза в год. Отправить князю письмо я так и не решилась, ограничившись надписью на коробке, гласившую от кого подарок.

Ужин был уже готов. Вечером пан Руевич ожидал гостей. В этот раз Северине предстояло убирать посуду в одиночестве.

Оказавшись в комнате одна, я читала книги по магии, раздобытые в академической библиотеке. Открыв сразу три, анализировала информацию и тут же практиковалась. За дверью послышался шум, это комендантша делала обход, проверяя всё ли в порядке. В комнаты она никогда не заглядывала, поэтому я продолжила свои занятия. Вдруг в дверь осторожно постучали. Я удивилась, подруг у нас с Севериной не было, и к нам почти никто никогда не заходил, тем более в такой час.

Открыв дверь, сразу же коснулась носом тёмно-коричневой бархатной мужской куртки. Сильные руки подхватили меня и за плечи внесли в комнату. Подняв голову, я встретилась с васильковыми глазами Анджича, который приложил палец к губам. Минуты две мы стояли, не шевелясь, ожидая, когда комендантша уйдёт. Как только её шаги стихли, он улыбнулся мне и сказал:

– Здравствуй, моё сердечко.

Взглянув на его лицо, я забыла о том, что нужно держать дистанцию, быть вежливой и учтивой, как это полагается. Меня охватило ощущение какого-то детского восторга от того, что он рядом. Мои руки трепетали в его твёрдых ладонях. Я понимала, что он чувствует это и знает о моей слабости, но отнять их не было сил.

– Ты скучала по мне? – вдруг спросил он.

Вспыхнула и опустила ресницы, пытаясь скрыть реакцию. Но было поздно, Анджич всё понял и удовлетворённо улыбнулся.

– Тебе нельзя здесь находиться, – тихо сказала я. – Если узнают, будет дисциплинарное взыскание.

– Я так хотел лично поблагодарить тебя за подарок, – со смешком произнёс он.

– Тебе, правда, понравилось? – оживилась я.

– Да, и уже ничего не осталось.

Мои губы сами растянулись в счастливой улыбке. Анджич, по-прежнему держа меня за руки, придвинулся ближе.

– Мне тоже понравились твои розы и конфеты, – пролепетала я. – И я хотела сделать тебе ещё один подарок. Если ты не против, конечно.

– Буду очень рад, – сказал Анджич, осторожно поглаживая мои кисти пальцами.

Я бросилась к своей тумбочке и достала оттуда два холщовых мешочка.

– Вот, – протянула их юноше дрожащими руками.

Он взял их с немым вопросом.

– Это сильные снадобья. Я специально для тебя приготовила, – почему-то мой голос срывался. Я боялась его реакции. Вдруг откажется от моих подношений. – Здесь, – показала на правый мешочек, – состав, многократно усиливающий магию. А вот это, – коснулась левого свёртка, – укрепит твоё здоровье и сделает тебя сильнее. Там написано, как их принимать. Устойчивого результата можно добиться за месяц.

Анджич удивлённо смотрел на меня. И я поняла, что о таких травяных составах он слышит впервые.

– Обязательно это попробую. Спасибо. Здоровья много не бывает.

Снова опустила ресницы и произнесла:

– Это просто подарок, а не рецепт доктора. Я не обижусь, если ты не захочешь их пить.

Заскрежетавший вечерний звонок заставил меня вздрогнуть.

– Тебе уже пора. Скоро вернётся Северина.

Анджич положил мешочки в свой кошелёк, висевший на бедре, а потом подошёл и обнял меня, зашептав на ухо:

– Завтра я хочу снова увидеть тебя. Ты придёшь в городской парк?

Я услышала шаги на лестнице. Они точно принадлежали Северине.

– Уходи, сюда идут, – это вслух, а мысленно: «Уходи, а то я растаю».

– Ты придёшь? – не отступал юноша.

– Да.

– В три часа я будут ждать тебя у входа.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6