Альберт Фейгельсон.

Долина Дестино



скачать книгу бесплатно

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Книга посвящается моей жене Алине, и главному герою – магу Анилу.


Когда я первый раз увидел «Дестино» меня поразили не звуки и не краски, которые использовали одни из великих людей преданных искусству, больше, чем самой жизни, а то, что Дали и Дисней доказали и воплотили идею перевоплощения звуков в краски и использования палитры для рисования нот. Тот же самый восторг у меня произошёл, когда я первый раз прикоснулся к картинам Татьяны Михайловой. Именно прикоснулся. Слово увиденный здесь никак не может передать те чувства и глубину, созданную Татьяной в своих работах. Для меня её работы – это «Дестино», появившейся в 21 веке, только не хватало семи нот. Когда я включил просто интуитивно музыку, Ивана Соласа, то понял, на сколько они гармоничны друг с другом. С первой минуты краски Татьяны начали дополнять любую ноту, перевоплощённую из музыки в палитру. Давняя мечта предать любому звуку краски осуществилась и живёт сегодня в картинах Татьяны. Мне лишь оставалось выложить на бумагу все идеи, рождённые при помощи мольберта и арфы. Так родилась идея создания страны, где люди живут при помощи энергии музыки и думают как возродить мир красок, что не менее прекрасен. Поглощённый идеей о создании страны, где необычным способом был сплетён не просто рассказ о музыке, а что-то большее, необъяснимое, и где-то сказочное, отданное в руки реальности. Я провёл год вместе с этими людьми! В книге в конце появляется сказка, созданная при помощи картин Эльги Поповой. Другого слова здесь быть не может как созданный, они появились задолго до самой сказки. Я просто распределил их во времени, и при помощи букв положил нарисованный сюжет на бумагу.

Я на каком-то этапе работы над книгой словил себя на мысли, что сюжет уже есть и сыгран, его только нужно отдать 33 верным слугам, которые в ту же минуту готовы воплотить любую мечту или сон в реальность! Знаете, в чём прелесть заката для художника: он может в него дополнить всегда восход и заранее по лучику солнца в ночи дарить свет. Так же и моё слово, найдя другую силу ожило при помощи этих людей. Тем и прекрасно оно в руках писателя, живя по правилам хозяина, который ею владеет!

Для тех кто готов по настоящему погрузиться в мир Долины Дестино рекомендую музыку Ивана Соласа специально написанную для этой книги – Альбом «Elven Forest»

Как всё начиналось

Человек не меняется, а проявляется в ситуации.


Что вы слышите, когда смотрите на эту картину?


Этот вопрос я обычно задавал детям на первом уроке, в нашей академии.

Но, как присуще любым малышам, они вместо ответа начинали сами спрашивать. Как может звучать то, у чего нет инструмента? Откуда может излучаться звук, если нет отверстия?

Как можно услышать его, если это нарисовано? Кто нарисовал эту картину, а кто музыку? Почему она такая высокая, и что вообще за цветы на ней? Кто, когда и почему, слетая с их губ музыкальным ключом, пытались приоткрыть дверь в будущее. Эти простые вопросы порождали целые легенды и двигали их внутренний мир в ещё большую неизвестность, где уже и начинала рождаться музыка, несущая в себе так нужную в нашей долине энергию для жизни. Я не любил это слово урок, я старался создать ощущение никогда не заканчивающегося путешествия. Как зачастую, срывая плод с дерева, мы не задумываемся, кто посадил его, так же и мои путешествия на уроках в мир музыки, давали ответ на главный вопрос – «Какая она?», а вот творец, создавший её, – это уже было второстепенно. Нет, нет, не подумайте, что мы не ценили и не чтили наших мастеров. Наоборот, мы слишком уважали любого, кто мог творить, чтобы разрешить даже нашим детям путать их. Сначала они учились просто слушать, потом про каждого великого создателя они учили всё до мельчайших подробностей, познавая его доступный для нас внутренний мир, и только потом, они сами пытались понять кому, что принадлежит. Я сегодня могу с уверенностью сказать: каждая мелодия несёт в себе часть его творца, как звук падающего листа в лесу содержит в себе музыку своего дерева.

Любой, даже ещё начинающий творить, может сказать: я строю – значит, я прав. Сознание своей правоты зачастую нам дороже всего в жизни, и сколько мы теряем, отстаивая её, даже не задумываемся. Да и, что потом имеем нам трудно понять.

Мои путешествия были посвящены поиску дорог, где можно пройти в мир фантазий и вечного наслаждения от идеальной мелодии. Её ещё не существовало в детской душе. Но поиск давал надежду-являющеюся проводником во взрослую жизнь. Мы пытались вместе с моими подопечными научиться отключать логику и отдаваться внутренним чувствам. Доверяя им, мы приобретаем возможность подобрать ключик к воротам безграничного мира искусства. Мыслить чувствами значит непрерывно удивляться – вот в чём главный секрет настоящего создателя.

– Всё, хватит мечтать. Вставай, тебя ждут твои ученики. Прокомандовал я сам себе, пытаясь украсть у утра ещё пару минут наслаждения. – Сегодня ровно год, как я здесь работаю учителем, в долине Дестино, ведя двойную жизнь. Утром преподаю, вечером путешествую в других мирах по разрешению сверху. С этими мыслями, приоткрыв глаза, пытаясь в темноте рассмотреть, где я, или найти хоть что-нибудь, говорящее о приближающемся утре, двигая веками вверх, вниз, пробую разогнать тьму и поймать хоть один лучик света – я стал пытаться встать. Но пока, кроме плотной стены из чёрного полотна, ничего не меняется передо мной. Я стал думать: – «Погибнуть не могу и умереть тоже (как не странно это звучит, но это так)». Хотя именно этого и ищу в своих рандеву, приобретая там статус обычного странника. Ну, уж если я уцелел в очередной раз, то стоит, может быть, остановиться и ещё раз всё продумать. По крайней мере, к такому решению призывала логика. Это ужасное слово логика, лишённое изначально всяких чувств и переживаний, завладела не только телом и разумом, но и душой. После того, что произошло год назад в долине Дестино, мне лично запретили пользоваться чувствами, и это привело к поиску миров, где я бы смог затеряться навсегда. Тот, кто был со мной с первого дня там – ушёл, не оставив никаких следов, кроме вопросов. Наступая на них, можно было получать только новые. Прошу прощения! Не представился, зовут меня Берт. Маг, высшей категории «Аль» (к коим отношусь после окончания Академии). Для таких, как я, отводилась специальная миссия – создания параллельных миров. Строя и экспериментируя с ними, мы приближались к формированию идеальной планеты для двоих, и эта пара должна была быть награждена целым набором чувств, что мы для них постепенно и подбирали. К сожалению, мы сами лишены возможности как любить, так и ненавидеть – это прерогатива людей, но зато проявление остальных «человеческих» эмоций нам вовсе не чуждо. Так было решено сверху и естественно никогда не обсуждалось. Хотя один из нас смог доказать, что и нам это не чуждо, и для более продуктивной работы даже не помешает, но об этом ниже. Всему своё время.

Ну, вот и представился, пора вставать и начинать свой обычный день. Но как начать? Мне бы сейчас сюда моего куратора по первой самостоятельной работе Анила. Уверен, этот вопрос даже не стоял бы на повестке дня. Но я – это не он, и как он мне не стать. К сожалению даже не приблизился. Похоже, застрял здесь надолго и у меня будет время не только придаться всем воспоминаниям во вселенной, но и поделиться с вами частью из них. Не важно, с чего начинать рассказывать, нельзя только забывать, что есть кульминация, развязка и конфликт. Даже их последовательность не имеет существенной роли, главное – чтобы они были, и вы их, мой слушатель, смогли отличить друг от друга.

Мои мысли прервал стук в дверь. Вообще за год, что я нахожусь здесь, мой порог никто не переступал. Я специально отдался одиночеству. Постоянно поддерживая его, пытался уберечь, как заблудившийся странник свой костёр от любого ветра, что может его затушить. Это не отменяло надобности думать о себе или говорить с кем-нибудь, и я выбрал тишину своим слушателем для моих лекций о прошлом, устраивавшая меня на сегодня полностью. Посмотрев на развешанные по стенам рисунки моих подопечных, и поняв, что на уборку у меня нет времени, решил открыть дверь.



Но я даже не успел встать, чтобы это сделать, как моя защёлка сама соскочила с места, и на пороге появился Высший Посланник. Самое тяжёлое – это было определить, сколько ему лет. Узкая талия была подчёркнута туго стянутым поясом, в продолжении было длинное сухое тело, заканчивающееся как пальма широкими плоскими плечами. Лицо похожее больше на луну, покоилось на длинной шее; тёмно-серое, слегка песочное лицо, и с глубокими морщинами щёки, говорили о человеке, проводящем много времени под солнцем. Но светло-зелёные глаза достаточно большие и слишком выпирающие вперёд, будто хотят всмотреться вдаль или просто расстаться со своим хозяином, плохо гармонировали с этим высушенным телом. Всё это покоилось под длинными и тонкими бровями, сходящимися на переносице и дающие продолжение маленькому расплющенному носу, что придавало ещё большую комичность его лицу. Губы были настолько тонкие, что издалека были больше похожи на маленькую полоску, разделяющую длинный подбородок от носа. Всё это вместе мне кого-то напоминало. Но кого? Точно, какое-то животное или насекомое. Но, вот какое именно, не могу понять? Всё больше погружаясь в изучение лица своего гостя, я всё дальше становился от самого него. На какое-то мгновение все движения на его лице остановились, он будто замер, прекратил двигаться, чего-то выжидая. – Точно, он напоминал птицу. Но обязательно она должна быть глупая. Уметь летать, клевать, в клюве что ни будь носить и спать. Так же и посланники, делали тоже самое, только ещё читать умели.

Каждый из нас был всегда готов принять человека сверху, потому что Главный Маг никогда к нам не спускался. Среди нас ходили слухи, что его вообще и не было. Это игра группы заинтересованных магов в этом. Но у домыслов, есть один минус, они всегда останутся ими, если не добыть факты. А их не было. Посланник, – единственный кто нас связывал с ним, и если он спустился в такое пекло ко мне, – дело срочное, – думал я.

– Но откуда вы могли знать, что я никуда не пойду или вообще успею вернуться с очередного путешествия? Вместо приветствия произнёс я.

– Откуда я знаю, что за тем как прячется луна, сразу восходит солнце. Так же и с тобой Берт. Мне не приходилось встречаться с ним с тех пор, как я окончил Академию магии. Тогда он вручал нам Медальон Принадлежности. Посланники, в отличие от нас, магов, даже эмоциями не обладают. Их предназначение – совершенно выполнять волю свыше, и делают они это настолько беспристрастно, что ни одна из жертв, равно как и спасённая ими сущность, не может упрекнуть посланников в какой-либо личной заинтересованности. А секрет в том, что обладая неограниченными возможностями Вселенной, посланники начисто лишены возможности выбора. Пытаясь по его лицу что-либо прочесть, кроме вопросительных знаков, для себя я ничего не увидел. Он тихо ходил по комнате, подходя к каждому рисунку, задерживался на какое-то время и продолжал свой обход.

– Долина Дестино? Спросил он тихо, держа в руках очередную работу моих учеников.

– Да.

– Вам это сейчас может очень сильно помочь. У меня сейчас родилась, очень интересная идея, пока всё это рассматривал.

– Они хотят дать мне новое задание, а долину закрыть, – пробежала мысль в голове. Меня вообще не трогали последнее время, хотя я был участником самого великого эксперимента, когда-либо проходившего в этом участке вселенной. Долина Симфоний была создана Анилом, а мне, как одному из лучших учеников Академии Высшей Магии, выпала честь помогать самому маэстро. Он был избранным в нашей «Долине магов» и создавал самые восхитительные миры. Ходили слухи, что он вообще не учился в академии. Все его познания были из книг и плюс невероятный дар предвидеть. Он имел доступ к библиотеке с закрытым архивом, а заведующий закрывал глаза на ночные посещения его. Этим он и пользовался.

Как шутил про себя Анил: – «Какая разница, стою я или сижу, всё равно, выше крыши». Вообще он любил шутить, смеяться, но главное, всё происходящее вокруг он принимал с юмором. Зачастую даже было тяжело понять, он говорит серьёзно или нет. Мне честно, взяло много времени вообще привыкнуть к его форме общения. Но не смотря на это, он умел уважать людей, с которыми работал или просто сталкивался в дороге. Я помню, меня пару раз Анил одёргивал и отчитывал за мою природную заносчивость и желание показать, насколько я владею знаниями. Кто-бы не был его собеседник, он всегда старался показать человеку его значимость и придать ему силы во время разговора. Уважение и какая-то внутренняя любовь ко всем руководила этим человеком. Меня ни разу учитель не отчитывал при других, хотя вначале было за что. Это происходило всегда один на один. Его взгляд я не забуду никогда. Глаза были прозрачно-голубые, но были моменты, они становились зелёными. Они были большие и глубоко посаженные, а длинные ресницы вообще им придавали вид самостоятельных единиц на лице. Глаза заканчивались прямо около острых верхних скул, формирующие чёткий треугольник его лица. Вообще всё в его лице настолько гармонировало, что если бы я был художник, уверен, лучший портрет нарисовал бы с него. Представьте себе, кожа даже под палящим солнцем, всегда сохраняла свою белизну. Распущенные волосы ниже плеч придавали его лицу определённую загадочность и в то же самое время они своей чернотой придавали контраст его коже. Большой прямой нос был продолжением широкого лба. Что меня всегда удивляло, – ни одной морщинки, даже под глазами. Это придавало даже какую-то неестественность его лицу. Один раз, я его спросил – «Каким кремом надо пользоваться, чтобы кожа была такой гладкой?». Смех – зовут этот крем, улыбаясь, ответил он. Улыбка всегда была на его лице. Она только становилась больше или меньше. Она исчезала с лица, только тогда, когда он начинал сильно переживать, но не за себя. Одно его немного портило, – это большие оттопыренные уши, но распуская волосы, он умело скрывал это. Вот такой был мой лучший учитель.

Во время учёбы я старался быть всегда впереди всех, а на первом задании понял, – «мои знания ничего не стоят, пока не наберёшься опыта». Построенная нами долина на семи нотах отличалась от всех остальных не только названием, но и наполненностью. Мы вместе с моим учителем Анилом создали мир, управляемый музыкой и где основной целью был поиск границ внутреннего мира в себе. Сегодня я понимаю, что он безграничен. Мы хотели создать свет, который смог бы ослепить нас самих. Или пытались найти камень, что не смогли бы поднять. Но это я говорю сегодня, тогда мы были уверенны в обратном.

– О! Я не успел переодеться, – пронеслось в моей голове. Встречаю высокого гостя в одних штанах. – Чем могу быть полезен? – задал я ещё один глупый вопрос, – протягивая гостю стакан холодной воды. В отличие от людей, обитатели нашего мира при встрече не здороваются. В том смысле, что не желают друг другу здоровья, – это бесполезно, поскольку мы не болеем. Мне же, кроме этого, нечего было ему предложить.

Посланник всем видом дал мне понять, что разговор будет короткий, и для меня вряд ли приятный. Лицо-луна покачнулось из стороны в сторону и остановилось посередине, подкрепляя мои сомнения по поводу будущего разговора.

– Есть решение о передаче Вам особого задания. Реставрация свитка. Гость сделал паузу и добавил. – Это ваш Свиток. Вам известно, что часть его утеряна, она сгорела при пожаре, или… или его пытались сжечь? Громко, печатая каждое слово, закончил он.

– Вы помните главный принцип реставрации, продолжил посланник, не дожидаясь ответа. – Мы не будем закрывать сейчас долину Дестино. Наоборот, мы вам её оставляем. Может быть в будущем, вы сможете вернуться наверх, и управлять, как вам захочется. Для этого вы должны прочитать всё заново, пока не дописывать главы, а кратко объяснить около каждой, что там не хватает, и потом мы вместе решим, что и как реставрировать. Моя идея была – это ваши картинки, просто подставьте в нужные главы. Будет красиво. – Да, пока не забыл. Главу с отражением, хотя бы одну, как пример закончите. Там вообще ничего не сохранилось – уж больно интересно, как это всё должно было выглядеть только наоборот.

– Да, конечно. При воссоздании свитка ничего нельзя изменить. Все должно быть точно повторено, в малейшей точности так, как создавалось в оригинале – теми же материалами и теми же формулами. Ответил я, продолжив думать про себя. – Это и есть, самое трудное. Одно дело, когда реставрируешь чей-то чужой мир: всегда манит луч исследования, интуиции, творчества. А другое дело, – твоё собственное творение и тебе изначально все известно. Я сейчас с ужасом думал о том, что мне придётся пройти по своим же следам – во многом ошибочным, невзвешенным, сделанным зачастую в порыве юношеских эмоций. Но, моим. Заранее известным только мне, а это как выпить стакан с ядом вперемешку с противоядием, не зная, что сработает первым. – Мне придётся повторять всё заново, заведомо предполагая, к чему это может привести. Пытаясь нарушить молчание, произнёс вслух свои мысли. – Если вас правильно понял, я должен к каждой главе дать краткое описание. Дописать чего не хватает, но пока не реставрировать до конца?

Его голова кивнула в такт, словно говоря: – Да. Продолжая смотреть на меня бесстрастно и в то же самое время безразлично, показывая всем своим видом – «У тебя нет выбора, ты сегодня знаешь больше, чем должен». Разбавлять свою тишину он не стал, а протянул мне ладонь в чёрной перчатке, где тут же появился рулон пергамента действительно обгоревший. – Узнаешь?

– Да! – быстро ответил я. – Скорее даже, не столько узнав свиток, сколько почувствовав его всем телом. Это была музыкальная долина, мой первый самостоятельный эксперимент, первое настоящее Творение. Могу сказать с гордостью: задумки некоторых будущих миров и героев тоже родились при воплощении этого – самого первого проекта: детская страна М, мир Красок, Маг Запахов и Каменная долина… Все эти миры и идеи должны были принести мне славу самого удачного экспериментатора. Тут меня захлестнула волна ностальгии.

– Проблема даже не в том, что свиток наполовину сгорел, – продолжал посланник, – или Анил сделал так? Он посмотрел на меня, будто меня здесь не было, и продолжил. – Это неизвестно и в нашем случае не играет роли. Добавил он и замолчал опять.

– Вы, правы. Произнеся это, я присел на стул, давая всем своим видом согласия против своей воли. Хотя бы с удовольствием поставил бы вопросительный знак в конце моих слов. Набрав в лёгкие воздуха, словно я сейчас пытался погрузиться под воду на год, выпалил как из пушки. – Тогда-Да. И замолчал, думая куда можно, прикрепить моё да.

– Прежде, чем я перейду с вами к главному, скажите, вы здесь за год никого не полюбили, не привязались и не прониклись ни к кому с симпатией, надеюсь.

– Нет, а что, надо было совсем очеловечиться? Я опять попробовал для себя понять, кого он мне напоминает. Вместо ответа я услышал смех, больше напоминающий хрип или скрип. Глаза его выражали больше озабоченность, но не тем, что происходило вокруг, а самим фактом, что вообще, он здесь. На мгновение мне показалось, что он задумался. Но как можно придаться этому процессу, если тебя ничего не может затронуть. Улыбка и задумчивость рисовали у него на лице одну, и туже гримасу, делая полукруглое лицо каменным, а глаза более выпученными, отображая внутри всю скорбь, замешанную на радости, подчёркивая полное безразличие. Пытаясь надуть свои полоски-губки, он увеличивал щёки, придавая лицу ещё большую схожесть, с каким то животным. Но с кем именно, я пока не мог понять. Его голос прервал мои тихие издевательства над ним. Судя по его ответу, я понял, что он меня не слушал вообще. Он спустился сюда выполнить задание и вернуться наверх.

– Мы хотели произвести отражение долины со свитка и обнаружили, что кто-то в нём продолжает дописывать сюжет. – Посмотрите! – этих мыслей не было вовсе, когда вы передавали нам это! Не дождавшись от меня ответа, или вообще хоть какой-либо реакции, он развернул обгоревший свиток и начал читать вслух: – «Вокруг музыкальной долины лежит огромное количество земель, связанных с ней и не ведающих, что она есть. Это обязывает меня быть более осторожным, и в тоже время, я понимаю, что повествование должно быть наполнено конкретными фактами, чтобы в него поверили.

Для огромного большинства странников разговоры о собственном будущем соблазнительны. В них просвечивается мироощущение и идея стремления человека совершенствоваться при помощи мелодии. Между тем, только в мире, что мы создаём сейчас, мелодия – это орудие и средство, как молоток в руках каменщика. При помощи него глыба может приобрести незабываемые очертания или навеки остаться ещё одним камнем». – Я читаю понятно, не быстро для вас. Не дождавшись в очередной раз ответа он продолжил стучать по раскалённому воздуху при помощи слов со свитка.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

сообщить о нарушении