скачать книгу бесплатно
– Прости, так уж вышло. Только эта женщина намного старше меня, и при встрече мы с ней обычно целуемся в щёчку.
– Ты издеваешься, да?
– Я гулял здесь с моей бабушкой. И да, я издеваюсь. – Его глаза снова улыбались.
– Знаешь что… А ведь ты злодей. – Мой ответ прозвучал драматично медленно.
– «You don’t know the power of the dark side», – пародийным голосом ответил мой спутник, ещё пять минут назад казавшийся самым романтичным мужчиной в истории.
После этого перформанса и последовавшего за ним выражения моего лица Ник явно понял, что я стопроцентно не в теме. Таким удивлённым я его видела впервые, он был таким трогательным и милым.
– Ты прикалываешься, да? Ты что, не смотрела «Звёздные войны»?!
– А, ясно! Теперь я поняла. Ты, должно быть, изображал того чувака в чёрном шлеме?
– Что?! Чувака в чёрном шлеме? Камилла! – Он рассмеялся. – Это ужасно! Но боюсь, что я бессилен перед твоей красотой, поэтому, так уж и быть, прощаю тебе этот грех.
– Благодарю, что пощадил.
– Без шуток: ты, серьёзно, не смотрела? – В глазах как будто бы ещё оставался маленький огонёк надежды.
– А что здесь такого? Да, не смотрела. Я ещё и «Игру престолов» не смотрела.
– Чёрт! Девушка, вы с какой планеты? – Он округлил глаза, вздёрнул правую бровь.
– С планеты «Я смотрю и делаю то, что хочу Я, а не то, что навязывает мне больное общество». И «Я» с большой буквы.
– Я уже это понял.
Мы рассмеялись. Нам действительно стало весело от этого глупого диалога. Должна признать, что минутка расслабления после погружения в культурно-историческую программу эпохи Просвещения была необходима. Хотя казалось, что наша эпоха взаимного просвещения только начиналась.
– Ничего, мы посмотрим всё это вместе, – серьёзно заключил Ник. – Тебе понравится.
– Я так не думаю. «Игру престолов» я смотреть точно не стану, ни за что.
– Ты так говоришь, потому что не пробовала.
– Я так говорю, потому что для меня этот сериал слишком жесток и… уж очень сер. И там всё время зима. Нет, это не моё! Я люблю, чтобы были краски, красота и любовь!
– Сопли, короче.
– Пусть так. Уж лучше розовые сопли, чем серая убогая жестокость. Надеюсь, ты не самый большой фанат и я не сильно задела твои чувства.
– Да ты просто разорвала их в клочья! – Мы рассмеялись. – Знаешь… – после недолгой паузы нежно добавил он, – ты необыкновенная. Кажется, я влюбился.
– Что, только сейчас? – Я игриво улыбнулась.
– Спроси меня об этом позже, – кажется, он засмущался. – Слушай, а ты, оказывается, вспыльчивая штучка! – подняв одну бровь, он улыбнулся, умело переводя разговор на другую тему. – Взгляд был такой испепеляющий, когда я сознался, что до тебя уже гулял тут…
– Со своей бабушкой?
– Ну, до того как я признался, что это была моя бабушка!
– Я не ревновала, если ты об этом. Просто не люблю быть «одной из» списка Казановы.
– Камилла, это не так. Не нужно судить по внешности, хоть я и правда офигенный. – Я рассмеялась, а он продолжал уверенно говорить со своей офигенной улыбкой.
– Какая самоуверенность! – Я рассмеялась. – Ладно, Дон Жуан, забыли!
– Что я офигенный? Нет, никогда не забывай об этом, пожалуйста. – Он улыбнулся. – Я прожил шесть лет в Париже, и они не прошли бесследно. За это время я полюбил этот город почти во всех его проявлениях. Много узнал о нём, вот и готов говорить часами.
– У тебя, между прочим, довольно неплохо получается. Можешь в случае чего работать гидом.
– Я и подрабатывал во времена учёбы.
– Это шутка?
– Естественно. Должен признать, что действительно знаю много, но увы – не настолько.
– А я поверила! – Я рассмеялась. – Помнишь момент, когда мы были в Пантеоне? Та пожилая интеллигентная пара, которая осторожненько к нам пристроилась! Они же затаив дыхание слушали твой монолог про копию маятника! Цитирую: «Вот он, висит под куполом, с помощью него Фуко продемонстрировал, что земля всё-таки вертится». Да, месье Николя, я всё услышала и запомнила, не нужно на меня так смотреть. Ты произвёл на них впечатление. Браво!
– Мне приятно, разумеется. Только вот старался-то я не для них, – после этих слов он поцеловал меня, крепко прижав к себе. Стоит только вспомнить те поцелуи, каждый из них, как на губах вспыхивают мириады обжигающих искр, и я до сих пор краснею. – Я хотел произвести впечатление на молодую студентку факультета философии, показав ей усыпальницу самых незаурядных мыслителей, учёных и писателей Франции. – Он был доволен собой. Его непоколебимая уверенность в себе сводила с ума, хотя и выглядела порой вызывающе.
– И у тебя почти получилось.
– Правильно, «почти», а всё потому, что мы стоим на месте – вместо того чтобы зайти вот сюда. – Мы стояли посреди очень узкой улочки, не отрывая друг от друга глаз. Взяв за плечи, Ник медленно меня развернул.
– Наконец-то привал.
– Это не просто привал, мадмуазель Камилла, это привал XVII века.
– Серьёзно? Le Procope… Я не сильно исковеркала название своим произношением? – Мне было абсолютно всё равно, куда идти с этим молодым парнем. Сердце пронзила долгожданная стрела Амура, и голову мою вскружил парижский воздух. Кажется, я была пьяна без розового шампанского.
– Вау, Никки! Экстерьер ошеломляющий!
– Знаю, Мисс Сарказм 2017, это не фешенебельное место вроде тех, что ты любишь, однако для обеда после прогулки вполне сойдёт. И я уверен, что ты изменишь своё мнение, когда узнаешь, кто любил здесь бывать! – мистически произнёс он последнюю фразу.
– Теряюсь в догадках, учитывая, что он открылся в XVII веке…
– Ну хотя бы попробуй угадать!
– Ты? – немного растерянно ответила я.
Мне не хотелось гадать, кто ещё бывал тут. Ведь Ник – единственный человек, который занимал мой микрокосмос. Кто ещё мог меня интересовать? Я смотрела на него, хотела утонуть в его глазах. Он дал моей жизни смысл. И как когда-то Фуко доказал, что земля всё-таки крутится, Ник дал мне почувствовать, что вокруг и внутри меня кружится целая вселенная.
– Нет, мой однокурсник. Возможно, ты о нём слышала. – Он наклонился ко мне и сексуально прошептал на ухо: – «Вся сила женщин – в слабостях мужчин»…
– Что?! Господи! Это правда?! Не может быть! Вольтер?
– Да, он был здесь завсегдатаем. Говорят, любил пить кофе, размышлять, записывать в тетрадку свои перлы. И всегда сидел за одним и тем же столиком.
– Ник, ты что, забронировал нам столик Вольтера?!
– Je suis dеsolе, это невозможно! Его столик до сих пор никто не занимает. Зато Вольтер оставил на нём трещину – говорят, в пылу ссоры ударил кулаком. Горячий был парень, вспыльчивый. У вас с ним есть что-то общее, не находишь?
– Я просто не верю своим ушам! Ты и вправду офигенный!
– Благодарю, mon chеri.
– Откуда ты всё это знаешь? И как ты запомнил, что я обожаю Вольтера?
– Как видишь, я подготовился.
– Для меня?
– Для тебя. – Он улыбался, а мне захотелось заплакать от счастья. – Ну! Чего же мы ждём? Прошу, после вас, мадмуазель.
– Как-то странно наблюдать такие изысканные и устаревшие манеры у Дарта Вейдера.
– Значит, ты всё-таки знаешь, что это не просто «чувак в чёрном шлеме». Отлично, значит, надежда ещё есть, – кивнул Ник, открывая дверь и пропуская меня вперёд.
***
– Камилл, ты слышишь меня?
– Что, прости?
– Опять ты в телефоне зависла, – устало заметил голос из гостиной. – Я зову тебя, а ты молчишь.
– Нет, голова просто разболелась. Куча мыслей… Должно быть, задумалась.
– Тебе надо отдохнуть, иди ко мне, вместе поваляемся.
– Мне надо накрыть на стол.
– Слушай, может, закажем пиццу? Или бургеры? Хочется чего-нибудь такого, сытного.
– Совершенно ни к чему! У нас на ужин всё сытно и вкусно.
– Приелась.
– Кто?
– Не кто, а что. Еда правильная приелась.
– А мне приелось то, как ты относишься к нашим отношениям.
Пауза.
– Конечно, сказать нечего. Почему? Почему ты не сказал ей, что мы живём вместе, что ты сделал мне предложение? – Я хотела добавить «в Париже», но вовремя замолчала. – Ведь это не секрет. Или я не права?
После небольшой паузы тихий недоумевающий голос прорезал тишину.
– Женщина, ты прикалываешься? Я даже не сразу понял, о чём ты.
– Мне, знаешь ли, не до приколов, Ник. Тут вообще ничего смешного нет.
– Хорошо, тогда я не буду возражать и даже не скажу, что всё это полнейший абсурд. И раз уж для тебя это всерьёз, отвечаю… – Он говорил размеренно и спокойно, хотя скрыть зловещий насмешливый тон ему было не под силу. – Я не вёл с ней светских бесед за чашечкой кофе. Встретил случайно, она меня окликнула. Я даже не узнал её сначала.
– Почему?
– Ну, она вроде как похудела.
Ник, непринуждённым тоном произносивший эти преступные слова из гостиной, даже близко не понимал, какого страшного зверя рискует разбудить на кухне. Камилле снова стало нехорошо. Она не ожидала, что её жених способен на столь вероломную наблюдательность. От неожиданности она уронила контейнер с брокколи на пол.
Послышались шаги. Ник зашёл на кухню.
– Так что на ужин? Я такой голодный… – улыбнулся он. – Тебе помочь? Знаешь, я даже рад, что ты уронила это. Терпеть не могу брокколи ни под каким соусом с самого детства, – весело пробормотал Ник.
– Что значит это твоё: «ПОХУДЕЛА»?! Значит, хорошо выглядит, да? Ты это хочешь сказать?!
– Что? О чём ты вообще? Я этого не говорил. Я же не самоубийца! – подмигнув, снова рассмеялся по-детски Ник. Кажется, он совсем не понимал масштаба происходящего, в упор не видел тучи, которая угрожающе нависла над ним. – Не смотри на меня взглядом Шерлока, клянусь, это смешно. – Он рассмеялся. – Ну хорошо, если тебе это так жизненно необходимо, слушай отчёт и анализируй. Сегодня, в районе 13:37, я заходил в то самое злосчастное кафе – на бизнес-ланч с Максом. Возможно, ты спросишь, почему не в 13:32, как обычно… Просто перед уходом на ланч… мне приспичило, ну ты понимаешь. Но из-за ремонта в офисном мужском туалете работала одна-единственная кабинка – и была занята неприлично долго. Как выяснилось, Саша-дрыщ съел эскарго на ужине в честь…
– Прекрати сейчас же этот цирк! Это абсолютно не смешно! Это тупо, слышишь!
– Ты про затянувшийся ремонт в сортире на моём этаже – или про первый раз Саши с улитками?
– Ник. Кажется. Я. Сейчас. Взорвусь! – Камилла чувствовала, что всё выходит из-под контроля, комната будто плывёт, концентрация улетучивается. Пранаяма испарилась, испугавшись совсем не йогичного желания метать молнии и гневно кричать.
– Ладно-ладно, Мисс Кипиш, – рассмеялся он. – Господи, ты же йогой вроде занимаешься, говорила, что теперь тебя не вывести из себя. «Я Будда, плывущий на лепестке лилии»… Правильно я процитировал тебя или ещё кого-то, о Великий Гуру? – Ник снова громко засмеялся по-тинейджерски – крайне раздражающе.
– Я как погляжу, у тебя с памятью проблем нет. Помнишь то, что я уже забыла. И да, возможно, я уже перешла бы на уровень выше в йоге, но пока я живу с тобой, это просто нереально. Ты и Будду выведешь из себя!
Он снова рассмеялся.
– Прекрати смеяться. Ты расскажешь или мне стоит прибегнуть к пыткам?
– И где твоё человеколюбие? – Ник театрально изобразил грусть. – Ну хорошо, хорошо. Прости. Раз уж для тебя это важно – конечно, расскажу. У меня нет секретов от тебя. Так вот, твоя подруга выходила из кафе и окликнула меня. Мы перекинулись буквально парой светских фраз, не до разговоров как-то было.
– Прекрати паясничать! Это очень серьёзно для меня. Скажи, это всё?
– Ну да. Прости, что разочаровал тебя отсутствием жареных деталей, – улыбнулся Ник. – Почему ты расспрашиваешь? Разве я тебя когда-нибудь обманывал?
– Никогда, Ники! Ты меня никогда не обманывал. Прости! Ну и чёрт с ней! – с облегчением сказала Камилла, её внутреннее напряжение, как на термометре, стало спадать.
– Только вот зонт свой пришлось ей отдать, – невзначай добавил Ник, взяв из тарелки белую спаржу. – Зелёная всё-таки аппетитнее выглядит, серьёзно…
– Что ты сказал? – Она замерла.