Айрин Лакс.

Притворись моей женой



скачать книгу бесплатно

Глава 1. Родион

– Что значит, не продаст?

– Родион Андреевич… – начал оправдываться мой помощник Владимир.

– Я уже тридцать с лишним лет Родион Андреевич! Почему мы не можем купить эти сорок три квадратных метра, а?

– Родион Андреевич, хозяева отказываются продавать. Ни в какую.

– Владимир, предложи больше. Мне нужно это здание. Мы купили земельный участок, купили прилегающие магазинчики… Все! Осталось только снести их и построить торговый центр. А ты говоришь, что я не могу купить какую-то… лавку блошиную.

– Родион Андреевич, хозяйка отказывается. Намертво стоит на своём.

Я вздохнул. Как ни крути, иногда некоторые вещи приходится делать самому.

– Ладно, Владимир. Скинь мне всю информацию, что там за лавка. Я сам навещу эту хозяйку…

Владимир обрадовано попрощался и уже через пять минут прислал мне на e-mail письмо с информацией. И одного беглого взгляда хватило, чтобы понять – жадная старушка хотела получить как можно больше денег за свой магазинчик по торговле антиквариатом. Почему старушка? А кто ещё будет торговать старьём. Антикварщица, старуха-процентщица!

Настроение у меня было не самое радужное. Развод с супругой – раз. Возникшие из-за этого проблемы с наследованием – два. Теперь ещё и антикварщица отказывается продавать мне лавку – это три… Не жизнь, а полоса препятствий. А так многообещающе все начиналось. Да и фиг с ней, с Татьяной. Мы уже давно охладели друг к другу и погуливали налево, детей у нас с ней не было. Не успели обзавестись, а сейчас понимаю – и слава богу.

Один небольшой нюанс: моя двоюродная бабуля, потомок эмигрантов из царской ещё России, жаждала переписать на любимого внука своё состояние. Благое дело, спасибо тебе, бабушка!.. Но она не хотела дарить своё наследство разгильдяям, семейные ценности для неё превыше всего. Я и был прекрасным претендентом среди прочих дальних родственников. Если бы не Татьяна. Татьяна нашла свою любовь и не желала тяготить себя браком со мной. Сучка. Знала же, что за наследство мне светит. Да я даже денег ей предлагал, чтобы потерпела месяц-другой! Потом бы шла, куда глаза глядят. Но нет… Её будто бешеная вошь укусила, она взбрыкнула и понеслась в счастливое будущее с новой пассией. Скатертью дорожка, совет да любовь… А мне вот что делать? Время поджимает, бабуля уже ждёт своего любимого внука с женой… Татьяной. А у меня дел невпроворот. И всюду сроки…

«Ладно, на крайний случай поищу среди знакомых Татьяну, распишусь и предъявлю бабуле. Всё равно она Татьяну видела только на фото. Мало, что ли, брюнеток Татьян? А если внешность немного будет отличаться… Ну, ничего страшного. Бабуле уж восемьдесят девять лет, а современные женщины очень любят экспериментировать с внешностью. Всё получится. Вот только с этой антикварщицей разберусь…» – так я думал, подъезжая к месту строительства будущего торгового центра. Скривился. Огромное пустующее здание старого магазина совковых времён. И сбоку к нему прилеплено это… убогий клоповник с помпезной выцветшей вывеской: «Vintage&Retro».

Я толкнул дверь. Безрезультатно.

Эта лавка ещё и закрыта. Прекрасно. Покупателей возле дверей тьма-тьмущая, аж ветер свищет. А эта старушенция… Ладно. Владимир скидывал ещё и контакты вредной бабки, которую я уже окрестил про себя процентщицей. Будет вредничать, я, как одноименный герой романа Достоевского…

– Алло? – раздался в трубке приятный мелодичный голос.

Я опешил. Не старушка. Или просто внучка или сиделка?

– Алло? – повторила девушка.

– Алло, – спохватился я, – я хочу поговорить с Марьиной Татьяной.

– Это я. Что вы хотели.

– Марьина Татьяна Николаевна? – переспросил я.

– Да, это я.

Надо же… Сюрприз. Неожиданный, но приятный. Голосочек сладкий-сладкий…

– Я звоню вам по поводу вашей лавки «Vintage&Retro». Я хотел бы купить у вас это здание.

– Не продаётся, – внезапно резко отрезала девушка.

– Вы меня ещё даже не выслушали.

– И не выслушаю. Не продаётся. Можете не звонить. Всего вам…

– Постойте!.. Давайте встретимся и всё обсудим.

– Я не обсуждаю этот вопрос. Не продаётся.

Вот коза упрямая!

– Назовите вашу цену. Любую.

– Что? – опешила девушка. – Любую?

– Любую, – подтвердил я, – и получите даже больше.

– Ха-ха-ха!

– Нет, я предельно серьёзен. Назовите вашу цену.

Последнее моё предложение прозвучало двусмысленно, и меня даже немного проняло жаром. Дурак, Родион, от одного голоса девушки начал придумывать всякое? А голос-то какой приятный… Это был бы самый крышесносный секс по телефону. Простреливает возбуждением от одного промелькнувшего предположения, а думать надо не о том. Не о том, Родя, чёрт бы тебя побрал!

– Хорошо-о-о, – тянет девушка. И называет цену, от которой мне становится дурно. Да за эти деньги я мог бы купить самый крупный торговый комплекс в центре города, и ещё осталось бы на однокомнатную квартирку с видом на этот самый комплекс. Она что, совсем с головой не дружит?

– Устраивает? – издевательски тянет девушка.

Меня вдруг проняло азартом. Посмотреть, что за акула по торговле недвижимостью прячется за этим сладким сексуальным голосом.

– Устраивает! – радостно говорю я.

Теперь наступает черёд девушки опешить. И замолчать. Молчание длится несколько секунд, я прислушиваюсь к её дыханию.

– Но вы обещали даже больше? – идёт ва-банк она.

– Разумеется. Я серьёзный человек и не бросаю слов на ветер.

И вдруг у меня щёлкает в голове. А что, если?..

– Встретимся, чтобы обсудить детали? Надеюсь, проблем с продажей недвижимости не возникнет? Например, супруг, который был бы против?

– Нет-нет… – она, кажется, растеряна.

Ещё бы.

– Отлично. Тогда жду вас в кафе «Модерн». Через полтора часа.

Я отключился. Не стал спрашивать, свободна или нет. За такую сумму, которую она запросила, освободится. Приедет.

А я тем временем зарулил обратно в офис и сел за компьютер, пощёлкал по отчётам сотрудников, проведя за этим около часа, потом полез смотреть информацию на Марьину Татьяну Николаевну. Брюнетка. Хорошо-о-о-о… Стройная… Ещё лучше. Большего, увы, непонятно. Всего одно фото со спины. Так, ничего особенного: дата рождения скрыта, только указана школа и университет, где она училась. Ха! Судя по всему, мы учились в одной школе…

Я приезжаю вовремя. Даже чуть раньше. Сижу в машине и наблюдаю за входом. Промелькнула фигурка темноволосой девушки. Чудная такая, подтянутая, крепкая аппетитная попка обтянута джинсами стрейч. Лёгкая курточка и шапка. Жаль, лица не разглядеть… Девушка садится за столик у окна. Кажется, она. Машет официанту, и тот согласно кивает. Я набираю номер Татьяны. Она отвечает:

– Нехорошо заставлять девушку ждать. Вы непунктуальны?

Какая сердитая!

– Я через тридцать секунд буду рядом с вами.

Вылезаю из тёплого салона автомобиля и захожу в кафе. Девушка сидит ко мне спиной и складывает из салфетки оригами. Ловко и быстро. Я даже засмотрелся на её тонкие белые пальчики, представляя совсем не то, что надо. В паху запульсировало. Чёрт… Наваждение какое-то! Официант прошмыгнул мимо меня, поставил чашку с кофе на стол перед Татьяной. Наверное, она почувствовала, что я на неё уставился, потому что резко обернулась.

Секунда молчания. Разглядываю глаза чайного цвета на миленьком личике. Вздёрнутый носик, пухлые губки, родинка под губой с левой стороны. Что-то знакомое мелькает на краю сознания. Но не могу сразу вспомнить, что именно. Зато она меня узнала. Вскочила с места, зашипев:

– Власов?

Глава 2. Родион

– Простите, а мы с вами знакомы?

Меня заклинило. Я просто разглядываю красивое личико и не могу понять, почему красотка на меня так злится. Обвожу взглядом фигурку, хороша-а-а… Чёрт, почему такое знакомое лицо? Я с ней спал? Не помню. Иногда в моей постели бывали случайные девушки. Но Татьяна вроде бы не похожа на одноразовую подстилку.

– И нечего на меня так смотреть, Волосатик!

Волосатик? Да меня так не называли… со школы. И это прозвище мне прилепила одна толстая, низенькая и очень некрасивая девочка в очках.

– Pac-man? – спрашиваю я в ответ изумлённо.

Язык мой выплюнул прозвище быстрее, чем я сообразил, что сейчас нахожусь не в том возрасте, чтобы обзываться школьными прозвищами. Но слово уже вылетело. Я начинаю жалеть о сказанном почти сразу же. Ведь меньше всего сейчас эта красотка похожа на мою одноклассницу Таньку Попову по прозвищу Pac-man. Кстати, именно я дал ей это прозвище. И оно к ней намертво приклеилось. Я не хвалюсь этим фактом, да и вообще, в то время я был редкостным болваном, только что переехавшим в этот город. Новая школа, новый круг общения, куда я не особо был вхож… Ловите лайфхак от Роди Власова. Хотите перестать быть изгоем? Обратите внимание толпы на кого-то другого!

Я переехал сюда вместе с родителями, когда мне стукнуло четырнадцать. Тогда я видел себя в будущем исключительно рок-звездой. Мне казалось, что для этого вполне достаточно носить патлатую шевелюру, уметь брать пару аккордов на гитаре и сипло орать, искренне веря, что это и есть настоящий скриминг.

Иначе говоря, я представлял из себя то ещё занятное зрелище. Поэтому вполне естественно, что поначалу я держался на отшибе. А однажды ко мне прилепилась кличка Волосатик. Вернее, прилепила её мне местная отличница, коротышка и колобок Татьяна Попова. В столовой её в суп попал чей-то длинный волос. А так как мы сидели рядом, естественно, это толстое создание громко фукнуло и брезгливо поморщилось, выдав:

– Надо же, с какого-то волосатика мне в суп подарок прилетел!

Сидящие рядом захихикали и подхватили кличку моментально. Теперь я стал Волосатиком и начал точить зуб на Попову.

Она, между прочим, тоже не пользовалась популярностью. Её называли за глаза то клопом, то колобком, то бочкой, но сильно не обижали. Потому что она была отличницей, но не жадиной. Попова всегда давала списать домашнее задание, если попросить хорошо. Она была на два года младше всех нас, четырнадцатилетних лбов, потому что пошла в школу на год раньше, а потом ещё и перепрыгнула через класс. Маленький, круглобокий, очкастый вундеркинд. Стараниями которого меня начали обзывать Волосатиком.

Ответное прозвище придумалось само собой. Как-то на перемене Попова достала из сумки перекус, потому что карманные деньги на столовую у неё были не всегда. Разложила на парте круглое печенье »Орешки» со сгущенкой внутри и принялась их есть, предложив несколько штук однокласснице. Я встал в проходе между рядами и громко заржал, привлекая внимания. На меня посмотрели, как на умалишённого, а я, давясь, от смеха, выдал, тыкая пальцем в Попову:

– Pac-man поедает точки в лабиринте!

Шутка одноклассникам понравилась. Грянул оглушительный взрыв смеха. А прозвище приклеилось к Поповой. Моё остроумие пришлось по вкусу, и теперь её называли Pac-man даже те, с кем она поддерживала нормальные отношения. Не, ну, а чё? Она правда была как Pac-man: такая же маленькая, круглая и постоянно что-то жевала на переменках. Попова надулась и даже шмыгнула носом несколько раз.

Но по-настоящему прозвище прикипело к ней после школьного концерта. Попова, оказывается, пела в хоре. А на том празднике, уже даже не помню, на каком, ей надо было спеть сольно. Пела она неожиданно хорошо и красиво, заслушаться можно было. Собственно говоря, я и заслушался, как зачарованный. Но после того, как смолкли последние звуки музыки и голоса Поповой, спросил у соседа:

– А чё, Pac-man ещё и поёт?

В наступившей тишине мой голос прозвучал неожиданно громко и разнёсся на несколько рядов. Кто-то выкрикнул, явно довольный шуткой: «Pac-man поёт!» Этот дебильный вопль подхватили. Стадный инстинкт – самый поганый. Зал начал дружно скандировать: «Pac-man поёт! Pac-man поёт!», чем довёл Попову до слёз. Два дня она не появлялась в школе. Видимо, была расстроена или просто ждала, пока все забудут.

Но не тут-то было. Теперь вся школа, включая мелочь, встречала её издевательским «Эй, Pac-man спой мне!» В спину Поповой неслись насмешки. Ей на одежду лепили бумажки с надписью «Pac-man», рисовали мелом на сумке этого героя игры и не давали ей прохода, постоянно подкалывая. Мне было немного стыдно за то, что именно я послужил катализатором. Но в это же время мне прилепили славу острослова, а ещё я удачно подстригся, и мой рейтинг резко возрос. Короче, я очень быстро превратился из лузера в звезду школы. А Попова начала прогуливать занятия, не появляясь в школе. Потом её родители тихо забрали документы. Кажется, они переехали в другой город…

Всё это проносится в моей голове за доли секунды. Я чувствую себя последним кретином на свете. И мне совестно за своё прошлое поведение. Нынешняя Попова – просто конфетка и фито-няшка, но смотрит на меня разъярённо.

– Власов! Скройся с глаз моих… У меня деловая встреча!

– Да-а-а, – довольно тяну я, – со мной. Это я хотел купить твою лавку.

– Не продам! – выплёвывает мне в лицо Татьяна. – Тебе не продам! Ни за что!

– А за предложенную сумму? Плюс сверху?

– Нет!

– Постой… Татьяна… Тань, да послушай же ты!

Я складываю руки в умоляющем жесте, глядя на то, как в прошлом Татьяна Попова, а сейчас Марьина Татьяна торопливо роется в кошельке, чтобы заплатить за кофе. Я нагло заглядываю через плечо: в кошельке денег не так уж много. Наглею ещё больше и выхватываю у неё кошелёк из рук.

– Тебе нужна эта сделка! Потому что вот тут звенит только мелочь…

– Не нужна… Только не с тобой, Волосатик!

– Я уже давно не Волосатик, а ты не Pac-man… Какое тебе дело до детских обид? Будь взрослой! Тебе же скоро исполнится двадцать девять, да?

Татьяна бросает на меня разъярённый взгляд. Я понимаю, что оплошал, но тут же нахожусь:

– Я предложу тебе больше! Намного больше!

– Нет!

Татьяна пытается дотянуться до своего кошелька. Но она осталась такого же невысокого росточка, а я вымахал под метр девяносто.

– Я сделаю тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

На нас уже смотрят остальные посетители кафе. Во все глаза.

– Какое же, интересно? – язвительно спрашивает Татьяна.

Я засовываю её кошелек в карман своего пиджака. А потом поступаю неожиданно для самого себя: бухаюсь на колени и обхватываю руки Татьяны ладонями.

– Татьяна, будь моей женой!

Глава 3. Родион

Посетители кафе заливисто улюлюкают и хлопают в ладоши. Кто-то уже достал смартфон и снимает происходящее на камеру. Татьяна смотрит на меня, хлопая глазами чайного цвета, и тихо спрашивает:

– Власов, ты обалдел, что ли?

– Да, я схожу с ума по тебе! – громко говорю я и слышу её ответный злой шёпот:

– Каким клоуном ты был, таким и остался.

Пауза. И Татьяна громко заявляет:

– Нет!

Посетители дружно и возмущённо вздыхают. Особенно сердобольные начинают уговаривать Татьяну. Она пытается вырвать свои ладони у меня из рук. Я держу их крепко. Она начинает пятиться, а я ползу за ней на коленях, протирая дорогущими брюками грязные полы кафе.

– Ты не пожалеешь ни об одной минуте, проведённой рядом со мной! – говорю я громко.

И тихо добавляю:

– Мне очень нужна временная жена. Умножь названную тобой цену за лавку на два, Марьина Татьяна Николаевна.

В глазах Татьяны мелькает огонёк, она сощуривается и наклоняется. Я дёргаю её на себя. И со стороны всё выглядит так, будто она всё-таки растроганно присела рядом со мной на колени. Толпа ахает, свистит, хлопает… А мы начинаем торговаться под улюлюканье толпы.

– Тройная цена, Власов.

У меня на языке вертятся слова, что у Поповой Татьяны всегда были большие аппетиты, но я вовремя прикусываю свой язык.

– Двойная, Татьяна. Побойся бога…

– Тройная, – судя по тону, немного уступает Татьяна.

– Ни тебе, ни мне, Тань! Умножаю твою цену на два с половиной и добавляю сверху тридцать тысяч на булавки!

Татьяна колеблется секунду, но потом выдыхает, пожимая руку:

– Идёт! Но развод – в начале марта!

– Согласен, – радостно заявляю я.

– Согласна, – чуть громче говорит Татьяна.

Посетители восторженно хлопают, кто-то выкрикивает «горько!». И я, воспользовавшись секундным замешательством Татьяны, прижимаюсь к её губам. Губки у Татьяны пухлые, сочные и без всякой помады. Целовать одно удовольствие: мягко прижиматься, втягивая их по очереди в рот, немного играя языком. И легонько покусывать, дразнясь. Татьяна шумно выдыхает. Опешив на мгновение, она позволяет себя целовать, но не предпринимает попыток ответить. А зрителям нужно хлеба и зрелищ! Хлеб лежит перед ними на столах, и зрелище я сейчас устрою.

Я обхватываю затылок Татьяны и врываюсь языком в её ротик очень глубоко, заставив её вздохнуть и пискнуть от неожиданности. Я тараню её сладкий ротик и ласкаюсь о язычок, чувствуя, как она внезапно решает ответить. И о, как сладко она это делает! Я балдею и ещё охотнее включаюсь в игру, забыв, что вокруг нас толпа. Рука уже скользит вниз с её затылка, перебирается на спину и сжимает тонкую талию. Внезапно всё заканчивается. Татьяна ловко уходит от поцелуя. Она смотрит на меня затуманенным взглядом, но слова как никогда чёткие и ясные:

– А ещё мне нужно колечко. С бриллиантом.

Меня настолько заштормило от шального поцелуя, что я рассыпаю перед ней щедрые обещания:

– Хоть с тремя, Танюшка!

Таня довольно улыбается. Я поднимаюсь сам и помогаю подняться ей. Нас шумно поздравляют. Я расплачиваюсь за кофе Тани, который она так и не выпила, галантно предлагаю ей свой локоть. Она послушно цепляется за него, а потом эта маленькая, но хитрая бестия шепчет мне со сладкой улыбочкой на губах:

– И стоимость колечка не входит в стоимость сделки, Власов!..

– Договорились!

Я согласен на что угодно сейчас, и выйдя из кафе, подхватываю Таню на руки.

– Власов, успокойся! – недовольно бурчит она.

– За нами ещё смотрят, так что обхвати меня за шею руками. Как-никак я твой будущий муж! – ухмыляюсь, млея от близости её тёплого точёного тела. Вдыхаю свежий аромат парфюма с зеленоватыми нотками и привкусом цитрусовых: так пахнет весна, бьющая пьяно и сладко мне в голову…

Я усаживаю Таню в свой автомобиль. Она переводит дыхание и поправляет волосы. Щёчки немного порозовели. Как бы она ни пыталась сделать вид, что ничего особенного не произошло, её тоже взволновали недавние объятия и поцелуй. Таня сразу разворачивается ко мне лицом:

– Подробности, Власов.

– Может, будешь называть меня Родионом? А я тебя Татьяной? Танечкой, Танюшой… Как-никак нам надо будет изображать мужа и жену.

– Хорошо, Родион. Но прежде, чем мы подпишем договор, – с нажимом произносит она, – я хочу знать, на что я соглашаюсь.

– Посидим в ресторане, обсудим?

– Нет, Родя. Офис, кофе и обсуждение договора по пунктам, – чётко произносит она.

Я стараюсь сдержат улыбку, потому что меня совершенно внезапно и непреодолимо тянет мыслями в игривом настроении. И слова Тани я переворачиваю с ног на голову. Мне во всём чудится сексуальный подтекст. Ох, Родя… Похоже, ты попал!..

Нет, блин, я реально попал!

Потому что, пока мы сидели в моём офисе и обсуждали условия нашей сделки, позвонила моя бабуля. Телефон лежал на нейтральной территории: посередине стала. Трель iPhone раздалась особенно громко. Я уставился на телефон, сказав почему-то шёпотом Татьяне:

– Это звонит моя бабуля. Её зовут Марта.

Я чувствовал себя так, словно бабуля поймала меня за руку на воровстве конфет из вазочки. Стряхнул наваждение и, прочистив горло, ответил на звонок:

– Добрый день, ба!

– Родя, милый! Какую ужасную новость я только что узнала! Ты что, развёлся с женой?

Чёр-р-р-рт… Откуда она узнала? Теперь наследства мне не видать, как собственных ушей! Но я сохранил невозмутимый тон и так же удивился в ответ:

– Ба! Действительно, это была бы ужасная новость… Но с чего ты это взяла?

Я посмотрел на Таню: она молча мне отсалютовала большим пальцем. Мол, хорошо, так держать. Я немного расслабился.

– Таки это неправда? – засомневалась бабуля. – Но Елисей мне сказал, что ты развёлся…

Елисей! Вот откуда ноги растут! Мой двоюродный брат. Наверняка он тоже хочет отщипнуть кусочек бабушкиного наследства или вырвать причитающийся мне кусок, поэтому рассказал бабуле. Кстати, откуда он знает? Ах, да… вспомнил. Его бывшая девушка работала в ЗАГСе, наверное, она его снабдила ценными сведениями.

– Привет, Родя! – заголосил Елисей в трубку.

Что?! Он ещё и опередил меня? Елисей уже у бабули?

– А мы без тебя тут уже почти две недели скучаем, – продолжал глумиться брат, – я, бабушка Марта и моя любимая супруга… Мой сладкий-сладкий котик!

– Я за тебя рад! А теперь передай трубку бабушке, – улыбнулся я, желая Елисею провалиться сквозь землю. Пронырливый гад!

– Родя, милый… Я ничего не понимаю! – проворковала бабуля.

– Ба, не хотел тебя расстраивать. Но да, пришлось развестись с предыдущей женой. Мы пытались сохранить наш брак и даже ходили к психологу, – вдохновлено врал я, – но психолог посоветовал нам быть честными друг с другом и взглянуть в глаза правде: всё это время мы обманывали сами себя. И пытались забыть прошлые привязанности…

– Ты одинок и несчастен, Родя? – спросила меня бабушка.

– Нет, что ты, ба! Напротив! Я смог понять свои чувства и наконец-то признаться в любви самой замечательной девушке на всём белом свете! Мы женимся… Потом у нас медовый месяц. И мы хотели провести его на тропическом курорте… А потом проведать тебя.

– Никаких курортов, – отрезала бабуля, – знаю я ваше сказочное Бали или что там ещё популярно у вас, в кругу творческой молодёжи. Франция! Париж! Вот где настоящий рай для влюблённых сердец! Я жду вас в скором времени!..

Я попрощался с бабулей и откинулся в кресле. Теперь мне предстояло не только поставить закорючку в официальных бумагах, но ещё и изобразить счастливую пышную свадьбу с Таней Поповой!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4