скачать книгу бесплатно
Нападать на них и отбивать девушку-кошку я не планировал. Мне было проще вывести из строя их машину – и подкрасться можно легко к задней неосвещенной части, и – я пощупал конец прута – проткнуть шины есть чем.
Сказано – сделано. Обошел полукругом освещенный сектор, лег в траву и пополз к машине. Скажем, разведчик из меня еще тот – немедленно заболели мышцы, и ладони все время загребали какие-то колючки. О, мать босая! кажется, дополз.
Ткнул острым концом стального штыря, попал в диск – звон раздался. Так не годится! Направил острие на шину – давил руками, налег плечом. Есть! получилось! – раздался пшик! И колесо село на обод. Со вторым также. Теперь никуда не денутся – запаска одна.
Я остался лежать под машиной, наблюдая за оргией – точнее, за Маришкой: ее не на миг не выпускал из виду. Но к ней персонально никто не клеился – видимо, все были парами. Я успокоился и задремал. Ничего удивительного – в последнее время спал урывками: был весь на нервах от удивительных открытий. А сейчас, надо признаться, загорелось завести себе девушку-кошку – такую молоденькую и красивую….
Проснулся я от того, что машину вдруг завели – хлопнули двери, и она поехала. Никого не увидел в свете фар, а по моей ладони проехало колесо. Ладно, что переднее и накаченное, ладно, что трава высокая и густая, а почва мягкая – иначе бы быть беде.
Проехала и уехала, больше ничего мне не затронув. Я только боль ощутил в ладони – пальцы гнуться: ничего не сломано. Могло бы и хуже получиться. Надо же! – под машиной уснуть.
И куда они поехали со спущенными колесами? Маришку мою увезли. Вряд ли смогут далеко. Я поднялся и побрел вслед за машиной, чей свет скакал на кочках впереди, и мотор захлебывался от натуги, протаскивая спущенные колеса через густую и высокую траву.
Они, конечно, меня обогнали, но – далеко-далеко, на опушке леса свет последний раз мигнул, и заглох мотор. Я ускорил шаг.
Ночь оказалось холодной – холодней, чем дома с открытыми окнами. Вместе с ознобом обычные чувства потихонечку возвратились. Странно снова ощущать что-то похожее на обиду к Маришке – я ее приголубил, а она сбежала.
Спустя час примерно, подошел к машине – все было тихо и вокруг, и в ней. Не спеша взглядом и слухом изучил окрестности прежде, чем заглянуть в салон. Поблизости было спокойно и безлюдно. По земле растекался предрассветный холод. Я совсем продрог.
Наконец, решился – подошел и заглянул в салон. Их было шестеро – молодых людей. Маришки не видно было, да и их толком не разглядеть – то ли живы, то ли нет.
Открыл дверь, и мне чуть в руки не свалилась девушка. Но не свалилась, а встрепенулась и спросила:
– Вы кто?
– Спите-спите, доброй ночи! Только скажите девушка с вами танцевала голая, точнее в одной тельняшке – где она?
– Морячка? – она быстро вспомнила ночную оргию. – А она ушла.
– Куда?
– Не знаю. Сказала – купаться….
Твою мать! Все проспал. Где теперь ее искать, девушку-кошку?
– Ну, извините. Дверь сами захлопните, чтобы я вам ничего не прищемил.
– А у нас машина заглохла! – с гордостью сообщила она.
Но я уже шел обратно.
Я вернулся на озеро. Обошел по периметру. Крикнул разок: «Эге-гей! Есть тут кто?». Никто не ответил. Ну, и что делать? Поплелся домой. Дверь подъездную открыл – на дворе уже светло, только солнце еще не взошло.
Домой зашел. У двери разделся. В комнату захожу… мать босая! как говорят бздежики – лежит моя красавица на диване во всей своей нагой красоте. То есть одеяло и тельник на грудь натянула, а все, что ниже пупа, предложено на обозрение.
– Ты, – говорю, – где была? Как научилась сквозь двери выходить и входить?
А, впрочем, понял – экая же я бестолочь! – она вышла в окошко лоджии, ни его не закрыв, ни дверь туда.
3
– Я здесь и была! – врет моя красавица. – Это ты куда-то сорвался среди ночи и убежал. Иди ко мне, я замерзла.
А глаза так и ластятся, язык заплетается – выпила же. Ну, греху быть!
– Так укройся, чего лежишь разнагишавшись?
Совет мой не был услышан. Более того, Маришка нахмурила картинные брови (Боже мой! Ей там и мордочку нарисовали. Ну, телки!) и повела допрос с пристрастием.
– Не, ну, а ты где был? У тебя, наверное, подружка есть?
– Нет.
– Что же ты, так и живешь без женщин? – ей захотелось подразнить меня; она согнула одну ногу в колене. Ничего не скажешь – красивая нога!
А мне вдруг стало интересно, какая мораль царит у кошек… или у оборотней… или… кого она сейчас представляет? Я уж запутался.
– Завести женщину довольно трудно в моем возрасте и с моей пенсией.
– Что ты имеешь в виду?
– Люди после шестидесяти стараются держаться подальше друг от друга, не общаться просто так… Я думаю это из-за возрастного консерватизма. А молоденьких боятся из-за болезней. От малознакомой девицы можно заразиться – не хочется рисковать.
– Чем заразиться?
– Тебе это надо знать?
– Ладно, если боишься, молчи. Так значит, ты – девственник?
– С какого бодуна? – у меня двое детей и две внучки.
– И сколько же ты живешь без женщины? Лет двадцать? Год?! Я бы не смогла. А сколько ты вообще рассчитываешь прожить?
– Сколько Бог даст.
– Но ты ведь хочешь меня.
– Хотеть-то хочу, только не пойму, как мы оформим наши отношения.
– Ты о чем?
– Я старый коммунист, а наша мораль предписывает не вступать с женщиной в интимные отношения, не оформив брак.
– А просто так – чтобы сделать шпили-вилли, а потом расстаться – никак?
– В самом деле? Ты мне отдашься и ничего не потребуешь взамен?
– Тебе это важно?
– А как насчет… ну, сама понимаешь.
– Насчет чего?
– Насчет детей! – выпалил я.
– Нормально, – Маришка слегка пожала плечами. – Половину тебе, половину мне.
– Ты хочешь сказать, что у нас будут котята?
Я попытался себе представить корзинку с шестью пушистыми котятами… нет, с тремя: остальные – ее. М-дя, ничего себе!
– Нет, у нас могут быть дитята.
– Дети, – поправил я. – И желательно одно.
– А когда женщины рожают детей? – спросила она. – Ведь я теперь женщина.
– Когда совокупляются с мужчинами.
– И всегда рождают? Это обычно?
– Я бы не сказал, что это обычная практика – часто используются контрацептивы.
– У тебя они есть?
– Пойду посмотрю.
Это было великолепно – знать, что тебя в постели ждет-недождется девушка неземной красоты. Радоваться ритмичной работе сердца и легких, ловить на лету мух ладонью, чувствуя себя помолодевшим лет на тридцать.
Вот она настоящая жизнь – подумал – вдвоем, а не одному, закупоренному в четырех стенах, словно покойник в гробу.
– Давай сначала поедим! – крикнула Маришка.
– Давай, – согласился я и быстро собрал, что нашел в холодильнике, на поднос.
По сравнению с тем пиршеством, что вчера устроили под открытым небом три парочки на машине, эта трапеза выглядела поистине жалкой.
– Может, мышонка поймать? – усмехнулась Маришка.
– Мышонка? – удивился я, не понимая зачем.
– На закуску. Я уверена, тебе бы понравилось.
– Мышонка? На закуску?
– Ну да… – гостья пожала плечами. – парочку штук – тебе и мне.
– И ты бы его съела сырым?
На этот раз в улыбке девушки-кошки промелькнуло что-то похожее на ностальгию.
– Всего без остатка – от ушей до хвостика. И даже с кишочками.
– Ты в своем уме? – предлагать мне такую гадость.
– Балда! Ты бы попробовал! – за уши не оттянешь.
– Давай перекусим тем, что есть.
– Слушай, а у тебя пивасик есть? Ну так сбегай!
– Ты ведь так станешь алкоголичкой.
– Не твое дело! Если хочешь со мной шпили-вилиться, неси пива.
Ну что тут скажешь? – конечно хочу. Сходил в магазин и принес трехлитровку живого пива из кег – кутить так кутить! Пусть лучше пьет, а то ведь опять убежит. С удивлением обнаружил в девушке-кошке чисто женские черты – капризность и требовательность. Кроме того, ей, похоже, знакомы товарно-денежные отношения – ты мне, я тебе.
Разлил пиво в фужеры. Маришка изящным жестом – не иначе вчера подсмотренным в компании у машины – взяла с подноса пряник. Съела его и сексуальными движениями, призывно поглядывая на меня, смахнула крошки с голых бедер. Похоже, пиво начинает действовать.
– Расскажи мне о своей прежней жизни, – попросила она, откинувшись на подушку.
– Даже не знаю, что тебе сказать. До тебя это была ежедневная, ничем не примечательная рутина – диван, компьютер, поход на тот край села за молоком, и снова диван-компьютер. Впрочем, должен сказать, у меня есть цель в жизни – хочу написать о себе книгу. Сейчас для меня это главное.
– И тут появилась я….
– У меня действительно давно не было женщины.
– Ты любишь заниматься сексом?
Я рассмеялся:
– Тебя интересует моя сексуальная жизнь?
Маришка тоже улыбнулась.
– Вообще-то я не знаю, как это делается у людей, – пояснила она, слегка покраснев.
– Ну, а вчера разве не видела? – одна парочка прямо на капоте… на виду у всех.
– Не-а…
– Не ври – я лично видел, как ты визжала.
– Все визжали и я визжала – думала, это для танца положено.
Я хлебнул пиво, потом мягко спросил:
– У тебя были дети в той жизни? – ну, котята… мышата… кто-нибудь.