скачать книгу бесплатно
– Доброе утро! – сказал я.
Он посмотрел на нас обоих, словно хотел удостовериться, что это действительно мы, и произнес:
– Нет, дорогие! Утро сегодня совсем не доброе.
Я хотел что-то ответить, но Арсений успел первым:
– Пять дней! Почему? – и забарабанил пальцами по кожаному креслу.
Видно, Громову не понравился или вопрос, или нервный тик моего друга, поскольку он вдруг гаркнул:
– Хватит дергаться! Значит, были причины! Пять дней мы никого не можем найти! И ФСБ, и органы, и мы… Как будто его невидимка убил! Ты понимаешь, что такого не бывает? Из Москвы приехали.
– И что? – как можно вежливее спросил я.
– Что? – не понял Громов.
– Ты говоришь, что из Москвы приехали…
– Они зашли в тупик, карьера Михалыча под угрозой, поэтому он так эмоционален, и они призывают нас на помощь, – ровным тоном пояснил Арсений, не дав Громову ответить.
Тот набрал воздух в себя и стал медленно выдыхать. Затем заговорил:
– Ну, чтобы не тратить времени впустую, скажу просто – да!
– Не будем терять время, – согласился Арсений и стал похлопывать кресло обеими руками. – Мы с Вадимом согласны помочь в расследовании, поэтому слушаем тебя.
– Пять дней назад, первого числа, убили нашего сотрудника Игоря Ухтомского. Причем он не рядовой работник нашей фирмы, а входил в совет директоров… Хотите, в ресторанчик пройдем? Тут недалеко, – вдруг предложил Василий Михайлович.
Я закивал, поскольку хотел есть, но Арсений тут же отказался от заманчивого предложения:
– Нет, только время потеряем. Вот шоколад, хотите? – и извлек из кармана в спинке сиденья большую швейцарскую шоколадку.
– Мог бы сначала спросить… – начал Громов, но Арсений стал ее тут же разворачивать и разламывать на части. Деваться было некуда, и каждый взял свой кусок. Я, признаться, был рад наглости моего друга.
– Итак, – продолжил Громов, – утром Игорь выезжает из дома…
– А где он жил? – спросил Арсений.
– На Жуковского. Звонит с дороги на работу, что немного задержится, такое случалось и раньше, а через некоторое время уходит с обычного маршрута и едет к выезду из города по Савушкина, на Приморское шоссе и останавливается после поста ДПС, вот здесь… – С этими словами Громов извлек бумажную карту города, испещренную линиями и пометками, и указал на красную точку, сделанную маркером, прямо на шоссе.
– А планшета какого-нибудь у тебя нет? – поинтересовался Арсений.
– Есть, я покажу в Яндекс-карте, если понадобится, – пообещал Громов и продолжил: – Там безлюдное место, небольшой съезд с дороги. Камер там нет, к сожалению. Он выходит из машины, закрывает ее и идет к другой машине, которая его ждет.
– А как вы это узнали? – удивился я.
Громов вздохнул, но терпеливо объяснил:
– На машине стоит «маячок», и можно проследить весь ее маршрут. Пока был включен телефон, тоже можно было определить, где находится человек. Далее, машина закрыта и поставлена на сигнализацию. Это значит, что он вышел на дорогу. Собака смогла взять след и провела нас метров на десять вперед. Затем след теряется. Следовательно, он сел в другую машину. Телефон еще работал. В это же время ему звонит с работы по какому-то делу один из помощников, но Игорь говорит, что перезвонит сам. Помощник рассказал, что по звукам, доносившимся из телефона, Игорь ехал в машине и играло радио. Это было одиннадцать утра. А затем телефон отключили. Скорее всего, это сделал убийца…
– Или убийца заставил Игоря отключить, – вставил Арсений.
– Возможно, – кивнул Михалыч. – Собственно, что происходило дальше – неизвестно. Но умер он примерно в двенадцать дня. «Судебники» очень осторожничали, когда определяли время смерти… Возможно, еще раз говорю – возможно, его убили в каком-то помещении с земляным полом. И там он находился в течение семи-девяти часов. Помещение с температурой, как в холодильнике – плюс пять градусов.
– А причина смерти? – спросил Арсений.
– Ну, – протянул Громов, – там сказано: «множественные ножевые ранения, острая сердечная недостаточность»…
Арсений взглянул на меня.
– Надо смотреть заключение целиком, – пожал я плечами. – Что за ранения, какая кровопотеря. А еще бы и поболтать с «судебником», который его вскрывал.
– Пожалуйста, – ответил Громов, – все бумаги есть, у вас будет возможность ознакомиться. Кстати, руки у него были связаны скотчем, а ноги – его собственным ремнем.
– Скотчем? Вообще-то сложно связать скотчем и не оставить отпечатков, – хмыкнул Арсений, – я пробовал.
– Отпечатков не было, а были микрочастицы и следы каких-то особенных медицинских перчаток… Забыл, как называются… Сказали, что они какие-то сверхпрочные…
– Кольчужные? – предположил я. – Это дорогие перчатки, их иголкой не проколоть…
– Да, точно! Так нам и сказали, – кивнул Громов.
– Ха, врач-убийца, – усмехнулся Арсений и поинтересовался: – Следы пыток?
– Ножевые ранения. Как сказал «судебник», некоторые из них были не смертельные, но болезненные. Типа, в ногу. Где лежало тело целый день, неизвестно, но известно, что около девяти вечера на обочину съехал джип темного цвета, номера не определить, грязные. Возможно, что в нем привезли труп и, выгрузив его на улицу, отнесли по тропинке на берег Финского залива. Вот здесь… – Громов указал метку в районе между поселками Лахта и Ольгино, на берегу залива.
– А как его несли до берега? На руках или тащили на чем-нибудь? – уточнил Арсений.
– Труп везли на тележке. Вывалили его на песок, а тележку неподалеку бросили. Место, в принципе, безлюдное, а в это время года, да еще вечером, только убийцы и ходят, – неожиданно пошутил Громов. – Но, к счастью, там мужик местный с собакой гулял, он ее каждый день по берегу выгуливает, и собака обнаружила труп. Мужик позвонил в полицию, а дальше опознали, хотя и паспорт, и кошелек пытались выкинуть в залив, но их прибило к берегу, недалеко от трупа…
– Мужика проверили, – то ли спросил, то ли констатировал Арсений, – и он не имеет к убийству отношения.
– Да, – кивнул Громов, – случайный прохожий.
– А откуда про джип темного цвета узнали? – спросил я. – Или там камеры есть?
– Движение вечером не слишком интенсивное, но нашли человека, который в это время проезжал мимо, и у него на регистраторе виден стоящий в этом месте и в это же время темный джип. Похож на «Мицубиси Паджеро». Номера попробовали рассмотреть, там пара цифр вроде угадывается. Но пока ничего про него не выяснили.
– Джип из города или из области?
– Пятьдесят на пятьдесят, – неопределенно ответил Громов. – Когда изучили все данные с камер наблюдения, которые на посту ДПС, на виадуке, на въезде в город и так далее, то похожий джип с похожими номерами въехал вот сюда… – показал он на спальный район озера Долгого. – Это по времени сходится, где-то через тридцать минут после того, как его видели у обочины. А потом он теряется во дворах. Его, конечно, ищут, но, во-первых, небольшая вероятность, что найдут. А во-вторых, не обязательно, что это тот самый автомобиль.
– Все происходило в районе Ольгино – Лахты, – то ли спросил, то ли заметил Арсений. – Машину оставил недалеко от Лахты, труп нашли в Ольгино, да и места немноголюдные…
– Да, – подтвердил Громов, – мы искали свидетелей в этих поселках, но пока никого не нашли…
– Правильно ли я понял, – вмешался я, – что он останавливается посреди дороги, потом пересаживается к кому-то в машину, его куда-то везут, где пол земляной и холодно, там убивают, а потом труп выбрасывают на берег залива? Причем не ограбив!
– Возможны варианты, – кивнул Арсений, а Громов просто промолчал. – Но для выводов нужны факты.
– Факты? А вон они, за вами, – развел руками Громов. – Целые горы фактов! Все, чем богаты…
Мы обернулись и заглянули в огромный «мерседесовский» багажник. Он был забит картонными коробками, на каждой значился номер и буква.
– Это все копии, приготовил специально для вас, – сказал Василий Михайлович.
Арсений, согнувшись пополам, вытащил одну из коробок. Повертел ее в руках и, забросив обратно, повернулся к Громову:
– Паришь! Сегодня пятое ноября, а на коробке дата «2 ноября», тогда ты еще не собирался нас привлекать к расследованию!
– Слушай, – скривился тот, – что ты все… – Он не закончил свою мысль и обратился ко мне: – Как ты с ним работаешь?
Я в ответ только улыбнулся.
– Да, кстати, – вспомнил Громов, – забыл добавить фотоматериалы с похорон. Может, они лишние?
– С каких похорон?
– С похорон Игоря, разумеется, с каких же еще?
– А зачем ты фотографировал похороны? – удивился я.
– Ну, мало ли, – пожал он плечами. – Народу много было, вдруг бы кто «засветился»… У меня парнишка толковый, он вначале незаметно всех снимал, а потом у него было задание – кое-кого послушать, что они говорят.
– Ну и как? – поинтересовался я. – Результат есть?
Громов отрицательно покачал головой.
– А где снимки? – спросил Арсений.
– На моем планшете, если надо… – Громов достал планшет, включил и разыскал папку под названием «Похороны. Ухтомский. 4 ноября».
Трагических фото было около сотни. Никогда бы не взбрело в голову снимать на похоронах. Вероятно, это у сыщиков такое поверье – убийца возвращается или на место преступления, или к своей жертве, что-то вроде этого. Во всяком случае, Арсений очень внимательно рассмотрел пару фотографий. И то ли техника была хорошей, то ли парнишка был мастером своего дела, фотографии удались. Если бы не повод, то хоть в альбом вставляй!
– Народу как много, – удивился он. – А почему?
– То есть как «почему»? – не понял Громов. – Много коллег по работе, много друзей…
– А родственники?
– У Игоря было мало родных. Родители умерли, вот жена Елена да какие-то дальние…
– А это кто? – Арсений ткнул в какую-то женщину, которая поддерживала жену под руку.
– Это тетка жены, – пояснил Громов.
– У жены тоже мало родственников?
– Почему? Родители, например…
– А где они?
– Дома у себя, они с внучкой остались, ну, с дочкой Игоря.
– А почему дочка не пошла? – искренне удивился Арсений.
– Дочка? – переспросил Михалыч. – Так она маленькая, ей то ли семь, то ли восемь лет…
– Ну, не такая уж и маленькая, – возразил Арсений, – у нее даже страница «ВКонтакте» есть… Почему ее на похороны не взяли? – Он вдруг повернулся ко мне: – Скажи, доктор, вот если ты сейчас умрешь… твои дети пойдут на твои похороны?
– Тебе никто не говорил, что ты отморозок? – возмутился Василий Михайлович.
– Говорили, но это к делу не относится, – пожал плечами Арсений и продолжил как ни в чем не бывало: – Итак, девочку на похороны не взяли. И родители его жены тоже отсутствовали…
– Тьфу ты! – дернулся Громов. – Был папа Елены! А с дочкой бабушка осталась. Вон он, как раз рядом со мной, – ткнул он пальцем в экран. – А я и забыл. Плохо он на меня действует, – кивнул он на Арсения.
– А ты неплохо выглядишь, – хмыкнул Арсений, рассматривая фото Громова на похоронах. Затем порылся в карманах пальто, извлек флеш-карту в виде зажигалки и добавил: – Скинь нам на флэшку, я их потом посмотрю.
– Ну, слава богу, – съязвил Громов и стал перебрасывать фотографии.
– Ну что ж, – важно заговорил Арсений, – мне совершенно ясно, что нам необходимо посетить… дом, где он жил, желательно поговорить и с женой, точнее, с вдовой. Затем посмотреть место, где он оставил машину, и берег залива, где нашли труп. И, конечно, работа! Надо побеседовать с коллегами и еще кое с кем…
– Не все так просто, – покачал головой Громов. – Тут уже пятидневная работа моих ребят и следственного комитета, круглосуточная! Куча информации и факты, после которых я сделал вывод, что его убийство не имеет к работе никакого отношения! Поэтому я вас и пригласил! Если бы это как-то касалось работы, я бы уже все знал, понял?!
– Конечно, – легко согласился Арсений, – в этом вопросе я вполне на тебя полагаюсь. Поэтому, когда мы поедем к вам в фирму, ты обязательно будешь нас сопровождать.
– Сопровождать?! Да ты без меня даже на пушечный выстрел не подойдешь к офису! Не допустят!
Я понял, что их надо «разнимать», и предложил:
– Может, начнем с места жительства? И с вдовы?
И Михалыч стал звонить вдове Елене.
Глава 2
Мы ехали в дом, где жил Игорь Ухтомский. Арсений сидел с закрытыми глазами и усиленно жевал. Он запихнул в рот целую упаковку жевательной резинки, сообщив, что его укачивает. А я смотрел по сторонам, удивляясь, какая странная судьба оказалась у убитого. Молодой, здоровый, обеспеченный мужчина. Прекрасная карьера, дочка, жена… По мнению Арсения, еще и любовница. И какая-то дикая, нелепая смерть! Несмотря на уверения Михалыча, мне почему-то казалось, что убили его из-за каких-нибудь разборок на работе. Большие деньги, большие разборки. Просто не хотят выносить сор из избы, точнее из офиса.
Оставив по левую руку замок, где был убит один из императоров, мы проехали мимо цирка Чинизелли, затем по мосту через Фонтанку на Литейный и, несмотря на пробки, довольно быстро добрались на улицу Жуковского. Неожиданно легко нашли место для парковки и вылезли из машины. Дождь перестал, но было все равно сыро, пасмурно и противно. Арсений, как обычно, не обращая внимания на непогоду, остановился посреди улицы и начал озираться по сторонам. Я, конечно, проследил за его взглядом: камеры видеонаблюдения, машины (многие – дорогие марки), редкие прохожие, окна дома на противоположной стороне (дом пятиэтажный, с мансардой). Громов тем временем потопал к подъезду. Арсений продолжал вглядываться в окна, но я ничего особенного не заметил. Разве что сам он стал не таким дерганым, как полчаса назад. А вот я начал почему-то нервничать. Вероятно, перед встречей с вдовой. Пять дней прошло – значит, истерики уже закончились и начинается депрессия, мне, как врачу реанимации, это хорошо известно…
– Доктор, отвернись! – вдруг гаркнул мне в ухо Арсений и тут же меня развернул в другую сторону.
– Ты чего? – накинулся я на него.
Он молча указал на мужчину с фотоаппаратом на другой стороне улицы.
– Ну и что? – спросил я.