Сердце Дракона - Воля девушки

Ada Moonway

Сердце Дракона - Воля девушки

Глава 1

«Начало нового, старый конец» | 11 лет тому назад |

Мне было всего пять лет, когда я узнала об этой истории: её рассказала мне моя бабушка. — Лэйнушка, скорее ложись в свою постель, я расскажу тебе очень интересную историю. Слушай внимательно и засыпай.

Домик у нас был уютным. Жили мы все вместе: бабушку мы забрали к себе, когда аренда её дома повысилась в три раза — больше, чем её пенсия. Мой папа не смог оставить в беде свою свекровь, да и видеть плачущую маму, не зная, как помочь своей маме, он тоже не мог, поэтому мы семейно приняли это решение. Я была больше всех рада, ведь мне было скучно: к лошадям меня не подпускали — слишком маленькая; мама всегда работала и лечила животных, а вот папа был всегда на какихто тренировках и вечно в кипе какихто бумажек.

Мы жили в одной главной и самой популярной конюшне — «Эквилибриум»: отец владел этим местом. Её местонахождение было в центре конного двора, поэтому сама наша конюшня была в эпицентре внимания. Попасть в неё могли единицы, и лишь при наличии таланта.

— Бабуль, уже всё! Ложусь, ложусь.

Бабушка погасила свет в моей детской комнате, зажгла свечи на полках и укрыла меня моим тёплым одеялом. Такой момент всегда был посвоему приятным и уютным.

Бабушка удобнее уселась в своём креслекачалке, начиная слабо покачиваться. — Давным- давно жили маги и их волшебные спутники — лошади-драконы.

Я внимательно слушала свою бабушку: её голос был очень спокойный и монотонный, создавая свою детскую сказку. В голове кружились картинки: я представляла этих волшебных лошадей, магов, представляла замок…

Начиная слабо засыпать, я всётаки решила спросить напоследок: — Бабуль, а если я встречу их? Я смогу оседлать такого дракона?

Бабуля тут же слабо посмеялась, поправив одеяло и закрыв меня чуть сильнее — до самых плеч. Она проговорила тихо: — Спи, моя дурашка. Это просто детская легенда: никто их не видел и не слышал даже. Засыпай.

И я заснула крепкокрепко. Мне приснился белый дракон: он был так далеко от меня. Я пыталась дойти, добежать до него, но он всё был далеко, а я никак не могла добежать и прикоснуться.

| 11 лет спустя | «Настоящее время»

Сейчас мне уже шестнадцать лет. Я всю свою жизнь думала, что любовь — она навечно, что мои родители всегда будут вместе и рядом. Но в жизни бывают такие необъяснимые вещи, которым ты никогда не сможешь найти логическую мысль и здравое мышление. Я стояла с пустой головой возле выхода из уже не нашего дома, нашей конюшни. В голове до сих пор не укладывалась мысль, что это больше не наш дом: отец проиграл наш дом, наш семейный бизнес, конюшню в казино. Слёзы уже выкатились абсолютно все. Сейчас на душе было чёрство; больше мне было обидно за маму: она так верила ему, любила, вкладывалась в нашу семью. А что отец отдал взамен? Оставил нас без дома? Всё ради какихто минут развлечений?

Сейчас мне бы хотелось, чтобы рядом была бабушка: она всегда давала мудрые советы и решения к задачам. Но она умерла полтора года назад. Отца бы она уже отлупила и выбила всю дурь из головы: она была поистине стойкой женщиной. Я бы тоже так сделала, но часть совести не позволяет так поступить со своим отцом. Но могу ли я вообще сейчас его так звать? Он предал нас, он не думал ни о ком, кроме игры и денег. Стоя со своим красным чемоданом с вещами, я и не заметила, как меня несколько раз позвал голос. Передо мною стоял мужчина в возрасте — это был водитель коневоза, Майкл Дексмин, давний знакомый нашей семьи: он работал у нас. — Лэйн, ты меня слышишь? Я посадил Оствинда в коневоз. Ты поедешь со мной или с мамой? Думай быстрее: время в обрез.

Я слабо потрясла головой: нужно привести свои мысли в порядок и жить дальше. — Нет, я поеду с мамой. Вы можете ехать, спасибо большое. Майкл слабо улыбнулся. Да, ему было определённо нас жаль — жаль меня и мою маму, но не моего отца: он вообще не понимал таких поступков, считал это не помужски. Но думать ли теперь уже об этом? Что есть, то есть… Спасибо отцу, что ли, что в проигрыше он не проиграл и моего коня: ведь все остальные лошади попали под этот удар, а какое вообще теперь у них будущее — неизвестно.

Мама вылетела с двора конюшни пулей: у неё до сих пор стояли слёзы на глазах. Прощаться со своим когдато родным домом было тяжело, а видеть своего бывшего мужа — ещё сложнее. Вслед за нею вылетел и папа: он полетел вслед за мамой. Взгляд у него был жалкий: он жалел о содеянном, но об этом нужно было думать раньше. — Девочки… Я умоляю вас, не уезжайте! Я придумаю чтонибудь, я всё обратно верну… Простите меня. - Отец упал перед матерью на колени, но моя мама была холодного характера: если ктото сделал ей больно, то она не примет обратно. Для неё папа был всем — опорой и крепкой стеной, самым любимым человеком. А сейчас из любимых у неё осталась только я. Маргарет, моя мама отдёрнулась от него, как от какой-то грязи, не сказав ничего ему, и пошла прочь — к такси, которое она заказала. Путь предстоит большой, но уже никогда — обратно.

Отец подполз ко мне и начал целовать руки. Видеть в таком состоянии папу — когда то уверенного в себе, разумного владельца «Эквилибриума» и опытного тренера по разным дисциплинам, — сейчас было невыносимо: он был разбит, убит горем и полон сожаления о своём поступке. — Пожалуйста, доченька, прости меня, прости меня, дурака… Я всё верну, я всё сделаю. Я люблю вас с мамой. Не держи на меня злость и обиду.

В душе на самом деле скребли кошки, слёзы вновь подступили к глазам. Для меня отец останется навсегда добрым, честным, умным — но только в мои детские годы. А сейчас… Сейчас я не в силах простить его. Возможно, я эгоистка, но я не могу его простить: он предал нас, отдал наш дом. Отойдя на один шаг, я в последний раз посмотрела в глаза отцу, прошептав: — Пап… Уже поздно. Мама не простит тебя. Я надеюсь, что у тебя всё сложится. Прости, мне уже пора.

После своих же слов я быстрым шагом пошла к машине. Сзади эхом отдавался звук колёсиков моего чемодана. Остальные наши вещи помог загрузить таксист; я подала и свой чемодан, а затем уселась на заднее сиденье, где уже сидела моя мама.

К огромному счастью, у нас есть куда ехать: старшая сестра моей мамы — Жизель Смотт — и её муж, Зот Смотт, приняли нас на свою конюшню. Они жили далеко от центра конного двора и от когдато нашего дома. Конюшня «Золотого созвездия». Моя тётушка в моей памяти запечатлелась как очень хорошая и добросовестная женщина. Она редко приезжала к нам, но всегда была рада меня видеть, привозила мне подарки и лелеяла меня как родную дочь. Дядя тоже относился ко мне хорошо: любил со мной играть, показывать лошадей, знакомить с чемто новым и говорил, что хочет, чтобы я стала чемпионкой. Мы давно с ними не виделись. Такая встреча сулит чемто приятным: теперь это наш новый дом.

Машина тронулась по маминой просьбе. Я в последний миг обернулась и увидела сидящего на земле отца. Никогда ранее я не видела его плачущим. Да, гдето в глубине души мне было искренне жаль его, но он не пожалел нас.

Встречай новое начало, прощай, старый конец.

ПРОЛОГ

В давности, когда не существовало нас, существовали волшебные существа, маги и их волшебные верные друзья. Каждый маг был разделён на свою способность. Таких немного, но самая сильная считалась «Тьма и свет», следом идёт по высокому статусу «Огонь», «Воздух», «Вода», «Земля», «Гроза».

За всеми магами стояли двое могущественных магов — Ашриэль Дэморбил, глава и важное лицо среди всех магов. Как по легенде гласит, внешность у него внушающая и запоминающаяся на долгие столетия: высокий, с сильным телосложением, длинные белые волосы, борода на лице, большой шрам возле глаза; одна глазница возле шрама была пустой, белой. А второй глаз был глубоко синим. Одеждой ему служили железные доспехи с синей накидкой. Руки у мужчины были шершавыми и сухими; он жил много столетий. Ашриэль владел силой огня. Его волшебным скакуном являлся лошадь-дракон Гембел — восточно-вороной дракон: уши, нижняя часть копыт возле таза и драконьи рога у ушей были огневыми, а также глазницы очертал огонь.

Вторая, высшая в этой истории, — Арнаэль Дэморбил, жена Ашриэля. Не совсем высокая женщина: у неё были короткие белые волосы, строгие черты лица, жёлтые глаза. На ней было лёгкое белое платье, на плечах — пушистый мех. Арнаэль обладала силой Земли, а её волшебным спутником была дракон-лошадь Ранэль — светло-серая по окраске: драконьи рога, небольшая часть мордашки, туловище, копыта были в рисунке листвы; грива была с листвой и цветами, а глазницы у кобылы — ярко-голубыми. У них также были дети.

Старшая дочь — Мелоди Дэморбил — юная и молодая волшебница; по человеческим меркам ей около двадцати лет. Миловидная внешность: у неё длинные белые волосы до поясницы, широкие глаза жёлтого цвета, маленький носик со вздёрнутым концом, пухловатые губы, лёгкий румянец, худощавое телосложение. Она была священна и подарена небесами, она — обладательница силы света, поэтому её спутницей была очень редкая порода драконов — благородные, обладатели сил света и тьмы. Светло-белая кобыла была обвита чешуёй: хвост, копыта, драконьи уши, конец мордашки, живот, глазницы были белыми. Мелоди не дала своей спутнице другого имени, оставляя ей нынешнее — Благородная.

И у семьи Дэморбил спустя 13 лет родился сын, священный и поцелованный тьмой. Такое не могло случиться, ведь за всю наследственность у них не было в родословной магов с силой тьмы, поэтому такое рождение было не просто событием: все знали, что это знаменует что-то серьёзное и масштабное. Сына назвали Герольд Дэморбил. Он рос смышлёным, умным, тихим и умелым парнем. В магии и поисках самого себя ему помогал его отец, Ашриэль Дэморбил, ведь ни один учитель, ни один старейшина из магов не знал, как пользоваться и показывать этому юному принцу его силу. Спутником для Герольда к его 13-летию стал Шэдол благородной породы: вороной масти, обвитый чешуёй в тех же местах, что и Благородная; глаза светились чёрным, пустым взглядом. Обе — священные породы, как неразлучники: если разделить одну пару, то вторая потеряет свои силы и умрёт, поэтому таких магических существ держат рядом и оберегают от глаз людей. Время шло, никакой масштабной проблемы не было, поэтому маги и перестали ждать своего несчастья.

Однажды старшая дочь, Мелоди, объявила о своём романе с человеком. Сначала маги были насторожены, ведь такое было немыслимо, но после, когда Ашриэль не увидел масштабной проблемы от людей, они решили познакомиться ближе, но быть бдительными и крайне аккуратными. Единственный, кто не одобрил этот союз, — Герольд. Он не шёл на контакт ни с молодым человеком своей старшей сестры, ни с другими людьми. Следом молодой парень сделал предложение руки и сердца дочери Ашриэля. Мелоди согласилась, ведь была по уши влюблена в Августа; помолвка должна была состояться через месяц, но люди всегда были подлыми и жадными. Август, из рода северных земель, всю свою состоятельную жизнь прожил в группировке «Тёмный свет» — это те, кто выполнял очень дорогие заказы. И там поступил заказ на похищение драконов-лошадей: за них давали непостижимые деньги, поэтому Август и пара его друзей отправились на охоту. Но прежде чем забрать, он одурманил голову своей невесты. Та сообщила и даже показала этих прекрасных существ, познакомила и показала, как с ними будет проще взаимодействовать и познакомиться. Волшебные лошади были насторожены приходом незнакомца, но с одобрением священной они приняли этого человека. Август также раздобыл информацию о том, как убить мага. Получив волшебный клинок, он расправился с нею и спрятал тело, а сам встретился в указанное назначенное время и в месте. Там они втроём смогли привязать драконов и увезти на свою сторону, где отдали драконов. Долго тайна для магов, а в особенности для Ашриэля, не оставалась тайной: круг защиты, который волшебные лошади давали магам, ослаб. Долгое отсутствие дочери… А когда её нашли мёртвой, началась страшная война между людьми и магами. Война была большой и кровавой: много смертей и крови. Герольд, будучи совсем юным парнем, тоже застал эту войну и видел слишком многое для подростка, но ради сестры он был готов мстить — он возненавидел людей