Абубакир Жемухов.

Буйный Баксан



скачать книгу бесплатно

СТИХИ И ПРОЗА
От автора книги «Эхо гор»

Весной 1959 года личная библиотека учителя начальных классов Мухамеда Жемухова пополнилась двумя толстыми словарями, изданными в Москве к 40-летию Октябрьской революции и 400-летию добровольного присоединения Кабарды к России. Русско-кабардинско-черкесский и кабардинско-русский словари, как и подобает, по наследству достались старшему сыну Абубакиру, дипломированному инженеру-механику.

Насколько дальновидным оказался отец, Абубакир понял только в зрелом возрасте. К этому времени он начал замечать за собой какие-то побудительные мотивы к писательской деятельности. Никто в роду ранее не промышлял этой интеллигентской профессией. Да и откуда было этому взяться, если все предки по отцовской и материнской линии умели только пахать землю и крепко держать рукоять кинжала. Хотя при этом их всегда сопровождал один важный атрибут, присущий горцам – хлебосольство. И при любой общественной формации они оставались настоящими горцами и были всегда верны данному слову. У них Слово имело незримый оттенок Присяги.

Ещё в детстве сын Мухамеда Абубакир как-то заметил, что кабардинско-русский словарь по объёму немного, но уступает русско-кабардинско-черкесскому. В первом было переведённых с кабардинского на русский 20 000 слов, а во втором переведённых с русского на кабардинский – около 30 000. И тогда, и после это больших опасений не вызвало, но стало понятно, что словами печатными, которые в словаре на родном языке, следует дорожить.

До возникновения письменности устно-разговорное творчество для кабардинцев (адыгов) было единственной возможностью выразить своё отношение к явлениям и событиям действительности. Существует много способов быть полезным своему народу, да и всем людям. Иной раз для этого достаточно соблюдать обычаи и традиции своих предков, приумножать их для будущих поколений. Абубакир Мухамедович Жемухов по-своему подошел к этому и, можно сказать, проявил некоторые новаторские качества, этому объективную оценку даст история.

А пока будет хорошо, если с каждым днём людей, пишущих на родном и русском языках, будет прибавляться. Для творческого человека нет срока давности, он всегда в гуще событий, и надо к таким людям относиться внимательнее и следить за их работой. Это безусловно их вдохновляет. Трудами, ими созданными, очень часто можно получить картину того времени, когда эти люди жили и творили. Ныне они далеки от сохи и кинжала, а потому столь дорожат пером, за которое осознанно и крепко взялись.

* * *

Родился в 1950 году, 17 апреля, в селении Заюково.

В три года чуть не потерялся в городе Нальчике, куда приехали с матерью Айшат и дядей Умаром проведать отца Мухамеда, который оказался здесь в служебной командировке из города Баку, где проходил срочную службу в Советской армии. Пока дядя Умар сидел в кресле в парикмахерской, я успел ускользнуть и пуститься в поход по улице Кабардинской вслед за маршировавшими по ней солдатами. Хорошо, вовремя спохватился мой опекун и, как рассказывал потом, нашёл меня возле кинотеатра «Победа».

С детства я был окружен пристальным вниманием не только дядей и тётей, но и дедушек и бабушек, которые здравствовали до моего совершеннолетия.

У моего дедушки Гисы Жемухова была одна дочь и шестеро сыновей. Поскольку мой отец был старшим из них, я был у него первым внуком. Мой дедушка во мне души не чаял, как и бабушка Мура, которых до самой их кончины я называл папой и мамой.

Когда мы ещё приезжали в Нальчик, отца я не запомнил, а когда он закончил военную службу и приехал домой, мне уже было четыре года, и я никак не мог понять, почему этот усатый дядя по ночам спит с нами в одной комнате, а мать ему это позволяет. Тогда не понимая некоторых вещей по детской наивности, я был зол на обоих своих родителей, да простит меня Бог.

Мать через месяц после моего рождения вышла на работу, так как в большой семье Гисы и Муры материальное положение было незавидное. К этому времени их единственной дочери не стало, она скончалась от воспаления лёгких, оставив после себя сына Ахмеда. После этого все заботы по воспитанию осиротевшего легли на плечи бабушки – мамы Муры. Сколько слёз она выплакала по случаю тяжёлой утраты, я тому свидетель, но тогда я ещё не осознавал ту трагедию, которая пришла в нашу большую семью.

В 1957 году я пошёл в подготовительный класс Заюковской средней школы. Когда год закончился и начался новый, мать меня за руку отвела в русский класс. В подготовительном классе нас обучали на родном языке, а так я должен был обучаться на непонятном русском. Но выучился, закончил школу в 1969 году и со второго захода поступил в Кабардино-Балкарский университет.

Желание писать было всегда, но сознавал, что это даётся только избранным. Правда, иногда удавалось подготовить материалы о своей работе, которые печатались в местных газетах. Выступал на радио, один раз по телевидению. Когда работал в «Сельхозтехнике», перед тем как ехать выступать по телевидению, заготовил текст, и его бегло просмотрел тогдашний наш руководитель Валерий Мухамедович Коков. При этом не внёс никаких поправок, даже знаки препинания не исправил. При воспоминаниях об этом меня всегда пробирают эмоции.

Написать первое так называемое стихотворение меня заставили обстоятельства. Младшей сестре в школе задали написать стихотворение про мелких животных на родном языке. Поскольку она была предрасположена к точным наукам, это у неё никак не получалось. Я помог, она получила пять.

Сегодня мне этим заниматься было бы немыслимо без словарей, которые мой отец предусмотрительно купил за последние копейки в 1959 году и принёс домой. Я храню их, как священные книги, и дам наказ своим потомкам дорожить ими как зеницей ока.

Ни в каких партиях не состоял, хотя несколько раз писал заявление о приёме в КПСС, закончил с отличием Университет марксизма-ленинизма при обкоме партии в конце 80-х годов. Я единственный его выпускник, который не пропустил ни одного занятия, чем весьма удивил тогдашнюю его директрису.

С момента организации партии «Справедливая Россия» состою в ней.

Намерен в прозе на родном языке описать, как я жил и работал в разных общественно-экономических формациях, каких людей и нелюдей встречал на своём жизненном пути.

Прощай

1

До свидания, Тырныауз

свет моих очей,

Вчера с Ромой пил я в доску

вспоминали всех друзей.

Все они сейчас на пенсии

внуков нянчат скорей.

Дай Бог здравия домоседам!

встретим вместе юбилей?!..

Далеко я не сутяга*

потому и пью до дна

Порой с верным негодяем пить уметь искусство,

Отзываясь о нем лестно – сохраняю дань традициям.

В наше время за бесплатно даром молотом не бьет.

Выпивая с угнетенным

терпят многие фиаско,

И для них я за столом: ангел,

посланный Творцом.

Кто, хоть краем задет Хабза

Просто так буянит редко.

Мне от них большая польза

Тире, точка, запятая –

В каждом из них своя азбука Морзе.

Неуютно на вокзале

даже нет людей со дна?

Боюсь скоро сдадут нервы

С кем бы выпить мне до дна.

В Москве строгие законы издают не зря,

С утра, все прилавки без вина.

Так бы всегда,

беспокоясь о народе,

Создавать рабочие места.

Загрузил я домочадцев

у которых ночь гостил.

Видел школьного товарища

по-соседски к ним зашел.

Он эмоций мне добавил:

за одной партой с ним сидел,

Только водку на грудь

никогда не принимали.

Слышал Бог, людей мне близких

Приглашал я на природу,

Кабардинской снохе с Удомли

не хотел я быть обузой.

Прощай, Тырныауз! – сюда я больше

не в зуб ногой.

Старый мой друг, отправляет меня

бандеролью домой,

Заработают шахты

может к шахтерам приеду почитать стихи…

2

В ушах Баксана журчание,

Шум буйной реки в салоне услада!

Мелодия, которая мне с детства

знакома.

В голове уже меньше сумбура,

Знакомая песня меня мигом взбодрила,

Вокруг все осязаемо,

Гони лошадей «Газели» водила,

У себя в зеркале можешь ты –

увидеть уникума.

Ты водитель скажу первоклассный,

Ухабы в пути минуешь – пружиня,

заранее знаешь, где виражи,

Сегодня я твой пассажир автостопом,

До приезда в пункт "В" буду помалкивать?!

Скорее бы ручку и тетрадь

пускай не печатно – курсивом,

Займу стихами человеческий род:

Я с опозданием вышел на старт

и потому до слов ненасытен.

Тихо, спокойно жить хорошо

сдержанным быть уместно,

Время сбивает с пути,

вокруг столько контрастов,

Иной раз лучше бы не видеть ни зги,

слишком многим нужна помощь…

Со всеми своими отпускными, когда приду

в Атажукинский сад,

Я пройдусь по аллее Поэзии

вот где можно душу излить.

Меня услышат Бекмурза и Кязим

им надо знать, как мы сегодня бытуем.

К святому месту мне путь заказан

одет и обут чисто.

Спасибо горянке Вере –

Кабардинской снохе с Удомли.

Рамазана выбор пришелся впопад

в семье Ашибоковых всегда лад.

В который раз мой старый друг

встречая меня радушно.

Провожает сурово –

Желая напутственно, заниматься мне делом?

3

Дыхание времени чуя

иду по Народной тропе,

Говорить, что накопилось на сердце

свойственно настоящих мужчин.

Пускай в моих строфах пробелы

это не так смешон,

Молчать в эпоху перемен –

не корректно.

В салоне маршрутки

я ничего не забыл,

Угнетало молчание,

Мой друг Рамазан – гяур**

Бубу на дорогу

не обстограммил.

Когда бы я всю дорогу молчал

если бы?!..

Опрятных людей не стесняя

хожу по аллее Поэзии,

Невдомек окружающим, что с ними

гуляет поэт,

Мое фото на Доску почета

время вынесет очень не скоро.

Было бы с утра горячительное

сейчас же о себе заявил публично!

Пришел я на аллею Поэзии

с большой ношей осмысленных слов.

Так при Советах с заранее заготовленным

текстом – ходил я на доклад.

Говорить с трибуны у меня от Бога,

Это все равно, что за столом толкать речь

во имя Светлого будущего.

Люди разных наречий

практикуют это в жизни.

Я с ними со всеми: да будет над нами

чистое небо.

На аллее Поэзии я не странник с чужбины

Я, соплеменник Измаил-Бея

и с поэтами я крови одной –

Через М. Ю. Лермонтова вышел я на эту тропу.

Говорю, – я герой своего времени

с трибуны правду, одну только правду вещаю.

4

Ландшафт России разнообразен,

В длину и ширину миллионы саженей

Электорат здесь народ толерантный,

Безвестных поэтов за труды не пиарят.

На всем пространстве: слово-владыка

Кто не дюж, за оный гуж не берется.

Хорошо смотреть все через призму дефолта,

Вокруг бьет ключом метафора.

Источники в горах лекарство от недугов,

От водки болеть здесь негоже,

Выдает за столом она недругов,

Хоть попивают они ее в малых дозах.

*Сутяга – любитель тяжб.

**Гяур (иронич.) – неверующий.

31.05.2016 г.

Мой голос

Неслыханно! Электорат

выйдет на старт,

И каждый себя уважающий.

Вспомнит в этот день про свой крест,

Будь он христианин, мусульманин или буддист…

Каждый со своей ношей жить будет –

двадцать четыре часа.

Кто к этому не привык

скорее слеп и не видит агитки.

Позабыв про все пороки

я тоже исполню свой долг.

Вдруг голос мой миллионный, сыграет какую-то роль,

И дела, у нас в государстве –

идти в гору начнут.

О чем тогда печаль:

живи себе и живи –

На бывшей одной шестой части Земли.

Надо подсобить демократам

мизерный штат скалолазов,

И те народ за нос водят,

Давай нам прозрачные выборы

дорогу героям времени

В пути с небольшими привалами

взойдут они на Олимп!

Губит излишняя скромность

людей бескорыстных, честных:

страдает электорат

Иные творят историю?

Не умея читать по-арабски Всевышнего я прошу,

чтобы достойные вышли на площадку,

За нынешних ручаться я не могу.

Задетых мной персонажей

прошу меня не тревожить.

У меня тоже нехватка времени –

я о жизни книгу пишу.

Золотыми нитками прошит мой голос.

Задаром его, я никому не отдам,

Жить мне в России с крестом,

я ее гражданин!

К черту Давос и Канары,

когда у нас Эльбрус.

Полмира мечтает побывать здесь,

Наслышаны люди о кавказском гостеприимстве.

У нас, энный ресурс

не меньше бы ее на выборах,

Тогда народ, то бишь электорат.

валом придет к урнам,

и их голоса не лишены декора.

Они желают отдать его самым достойным.

Чтобы к 100-летию всех революций

выйти на цивилизованный уровень.

06.06.2016 г.

Спасибо, незнакомка

Ничтожно мало истратив,

Мобильник держу свой в руке,

Неужто над дедом издевка –

Смотрю? – там 200 рублей

Как можно это трактовать?

Вклад в объявленный проект,

Или желая уязвить,

Кого-то тянет честь задеть.

Живу я не очень богато

И долгов по коммуналке нет,

Как двоечник в классе молчание

Об этом не стану хранить.

Спасибо моей супруге,

Она не любит долгов,

Еще при первом свидании

Я это в ней угадал!

Мне тоже должно вести в

чем-то,

Ее родители их простолюдин,

Пока живы были во всем –

С любимым зятем считались.

Если бы не перестройка

Они бы две жизни прожили

И тем что у них был на

сберкнижке.

Чад моих тайком баловали.

Теща Молова Дуня Ляцуевна

Сорок лет проработала в школе,

Она всему знала меру –

Правда, меня излишне хвалила.

Так много денег на счете

Я никогда не держу

У меня все на учете

Лишний раз никому не звоню.

Погодя, я всю пенсию на счет буду класть,

Мурат и Джамбулат на подходе

Пойдут в меня:

В районе Атажукина их

не сдержать.

Куплю им за свой счет по "Мобиле"

И к каждому привяжу к телу.

Народ мальчишек – хитер,

Чтобы они их реже "теряли".

До того, как они начнут занимать

женские уши,

Им телефон не нужен,

А уже будучи зрелыми

В кого из дедов пойдут

неизвестно?!

Спасибо тебе, незнакомка,

Назло недругам, что ты есть

у меня,

История тебя не забудет,

Туда ты золотыми буквами

вписала свое имя.

В нашем с тобой деле

присутствует неувязка,

Я законный муж Людмилы Леонидовны?!

С ней у меня полнейший порядок,

И душой и телом ей предан без остатка,

Это в школе докучал я педагогам –

Сами виноваты, были ко мне строги.

В начальных классах помню

нередко в угол ставили,

Памятуя об этом в доме все углы

вещами занимаю.

Нет, супруга, меня в угол не поставит.

Если я не проштрафился –

зачем лишние хлопоты.

Даже в лихие девяностые

мы не предали друг друга.

Подняли четверых детей –

дом кишит теперь внуками!

Если бы первый Президент России тогда

Меня внес в список олигархов, я бы отказался

ради сохранения семьи,

А сейчас мне хорошо –

проверяю демократию на прочность.

…И все таки ты не теряйся

таинственная незнакомка,

Ты вызвала меня на откровения

У тебя есть дар предвидения романа…

02.06.2016 г.

Сильные духом

Тело душою не стесненный

Парит спокойно во Вселенной

Не счесть препонов жизни граней

Дуэт сей разделить на части.

Об этом я не понаслышке

Зная, молчание сохраняю,

На незаметные интрижки

Редко в сердцах я отвечаю.

Лучше меня никто

Не знает мое – Я!

Все остальное ничто –

Я сам себе судья.

Между телом и душою

Дух не портит отношения –

Его постоянного присутствия

Я прошу Всевышнего.

Все что незримо –

Подлежит сомнению,

Даже любовь?!

В придачу вдохновение.

Дух определяет

Вектор направления,

И чуть ли не кнутом

Гоняет душу в теле.

Плохо, когда он властелин

Ее в пятки загоняет

И тело, как осиный сук от ветра,

Трясется все в ознобе.

Возможно, хоть раз

трус он иль смельчак

Испытав экстрим, становится другим.

Неуязвимо защищенным до абсурда,

От преобладания в нем избытка духа.

Я сам завидую таким

И попадая в крайне неприятное

состояние

Стараюсь не забывать о том,

Что он при мне – дух, который мне

никогда не изменяет.

Он не конь и не жена,

Труп тот, кому дух изменит

Это – целая страна

С пограничными заставами.

Поражало меня присутствие духа

Со скалистой горы Харакора

В моем брате Артуре – царство ему небесное.

Я его за руки в детский сад водил,

Отчаянной смелости человек Он был.

Такие, как Артур, своих на поле брани

не оставляют.

Его таким воспитал его отец Умар,

Который тоже рано ушел от нас.

Он души не чаял в единственном сыне,

Я свидетель того, как они одинаково сильны были духом.

01.06.2016 г.

SOS

Звезды ночью в чистом небе,

Чтоб надежду людям дать,

Тем, кому еще в утробе –

Счастья с гор желала Мать.

Уходя на время Солнце

За собой тянет мрак,

У людей тускнеют лица –

Начинают хлопотать.

Все хотят дождаться Солнце,

И к утру здоровым встать,

В том числе седые старцы,

Кому некуда спешить?!

Тот росток, что с почвы бьется

В землю силой не загнать.

Счастье всех с утра куется –

Так адыги говорят.

На востоке еще утром,

Когда первые лучи вижу

В одеянии любом, стоя, я

его встречаю.

То, что нам Светило дарит

Люди называет днем –

То в подгузниках, то без них

Он без стука входит в дверь.

С картой мира у руля

Хорошо стоять Светилу,

В штат к нему проситься зря

Руль, никому Он не доверит.

Помню в детстве хьэнщигуащэ*

Когда за руки водил,

Мольбам моим внемля –

С неба неделю дождь лил.

Если б жил я на Сахаре

Всегда был бы дождям рад,

И с соплеменниками в паре

Босым бегал бы как сайгак…

Ила много ль принесет

дождевой поток,

МЧС передает – ожидаются дожди?

Я живу на склоне лет

меж высоких гор

Куда река повернет

попробуй угадай.

Когда власть возьму я в руки

Узел сложный разрублю,

не прошу чинухам

страдания свои.

Унесет вода шедевры.

они у меня в столе

Издать их нет времени

я с лопатой во дворе.

Солнца в небе смотрю нет

уже давно сумерки.

Следует готовиться к худшему –

опасно ночью засыпать.

*Хьэцигуащэ – большая обрядовая кукла, которую "водили" во время засухи и обливали водой, чтобы пошел дождь.

28.05.2016 г.

Хачим

Здравствуй, город Тырныауз!

Дней минувших светлый образ.

Тяжело с тобою порознь

Коротать мне дни без муз.

Славен был горняцкий город

Молибденом и вольфрамом.

Все ракеты с Байконура

Стартовали с гор-металлом.

Не причастен я к тем стартам,

Ни на йоту своим вкладом,

Разве дядя мой Хачим

Под землей успех ковал.

Рудокоп он был великий

Всем шахтерам бригадир,

Отстающую бригаду

Вывел в лидеры один.

Не стань он парткомом цеха

Мог Героя получить,

Как бы было это лихо!

Я, его племянник, в будущем

поэт,

В Ленинграде в Музее славы

Ему бюст сейчас стоит,

Хоть иные нравы

К нему людей поток.

Помню дядя с большой зарплаты

Мне длинные рубли всегда давал.

Я тогда был олигархом,

Вкус к деньгам я потерял.

Благодарен я Хачиму

Для меня примером был,

Повзрослев как он когда-то

Младших быть людьми учу.

Всем шахтерам-взрывникам

С опозданием Спасибо!

Бригадира уважая

Берегли они друг друга.

Памятуя о былом

Я в парткомы не пошел

К званию Героя

мною выбран иной путь.

Хоть в шахтерской каске

Я под землю не спускался,

Верен я своим друзьям

С кем меня жизнь свела.

Это, у нас родовое –

от наших предков,

испокон века,

С кем хлеб насущный делишь

Ни в чем не подводить.

Когда муза засыпает

И меня берет тоска

Я в Тырныауз приезжаю

Здесь заоблачные горы

меня в детство возвращают.

г. Тырныауз, 22.05.2016 г.

Сон

Ночью снился Фонд?

Стабилизационный!

И большой пирог, рядом две персоны.

С детства я любитель

кондитерских изделий

С этим все понятно

сон в руку.

Денег, я небольшой любитель

зачем мне снились баксы –

голову ломаю.

Такой большой пирог

я один не съел бы,

И, когда взял нож в руки

пирог разрезал на троих.

Таким большим ножом

обычно я баранов режу.

Правда в отсутствие детворы,

чтобы те

не привыкали к крови.

Нож чуть ли не с кинжал

может я и не взял бы в руки.

Просто у тех двоих

они были заняты –

И крепко-крепко держали Фонд.

Даже во сне, что я остался Человеком

мне это льстит – клянусь!

Соблазн большой был.

Коммунальные услуги меня так доконали,

супруги сердце был шанс завоевать.

Помня историю с золотой рыбкой

Я счел за лучшее про сон ей не рассказывать…

Бедная, давно мечтает видеть меня

коррупционером.

Знает, что они живут как у черта за пазухой

Не покупают дорогих лекарств,

выезжают на отдых за рубеж,

И их куры денег не клюют, хотя носят

золотые яйца.

Тех двоих, я не запомнил на лицо,

Несмотря на то, что чай мы распивали при

дневном свете.

Я, такой отважный, был с ними по-простецки,

за одним столом сидел.

Тогда я думал не о Фонде, а том что есть,

что потомкам рассказать.

Не проснись я в то утро под пение петуха,

От Стабилизационного Фонда кое-что досталось бы.

А чем все закончилось, я вам не могу сказать.

Проклятой птице я содеянного не простил

такие сны может в жизни раз бывают.

2015 г.

Вояж

Кинжал по рукоять

всадив словом в сердце.

Заставила страдать

омская принцесса.

Лучше б мне не знать

про эту ЖД-станцию.

Которая стоит

века на Иртыше.

Мне жизнь там стала каторгой:

Целых пять ночей –

О ней я только думал

пока жил в "Иртыше".

Без нее домой мне ехать не хотелось

С нею в Сибири жить,

почему-то захотелось?

Макушки Харакоры тогда мне не приснись

Стать мог я омичом

вам всем святым клянусь.

Какой бумагомарака может скажет некто,

Но я с занозой в сердце

о былом пишу.

Чернобровая азиатка по паспорту

Гульнара

Своим высокомерием меня обескуражила.

В системе Госснабжения тогда я не работай

Холодностью задетый

совсем мог приуныть.

В фазе социализма по уши купаясь

человек я был при деле.

Аж со связями в Москве-мегаполисе!

С бывшими друзьями здороваясь не за руки,

Я метил далеко по карьерной лестнице.

Жизнь иных балует бывает ненадолго.

Я пример тому – сейчас я не на спецпайке.

Как было хорошо жить в большой стране,

Где народов много-много,

видел Вию Артмане

Проживая в "Иртыше"?

В кинозвезду советского экрана

я с детства был влюблен.

Еще учась в школе писал о ней стихи.

Заметив меня в холле

тому она воздала должное,

На человеке с лицом кавказской национальности

больше чем нужно

взгляд свой задержала.

Не в пример восточной женщине

я тем был обольщен,

В тайне от людей, неделю ходил с немытым лицом.

Да, Европа есть Европа

даже на краю Земли

узнают они друг друга.

г. Омск, 1991 г.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3