Татьяна Полякова.

Отпетые плутовки

(страница 3 из 13)

скачать книгу бесплатно

– Саш, а за что тебя посадили? – помолчав немного, спросила я.

– За убийство.

– Что? – Рот у меня открылся, а вот закрываться не желал, хотя я очень старалась.

– Вот до чего доводит любопытство, – развеселился Сашка. – Уже боишься, а тут место тихое, ты да я, и никого больше.

– Врешь ты все. Я тебе не верю. Кого же ты убил?

Сашка насмешливо улыбнулся, вздохнул, сморщил нос и нараспев проговорил:

– Много безвинных душ лишил я жизни, и все они были любопытные.

– Расскажи мне о себе, – попросила я, окончательно уверившись, что он врет и для меня скорее всего безопасен.

– А чего рассказывать? Сама говорила, личность я темная, подозрительная, все так и есть. Ты мне лучше про отца расскажи.

– Не буду. Зачем? – вновь насторожилась я.

– Я ж сказал, письмо у меня к нему. Говорили, он поможет.

Я сверлила взглядом Сашкину физиономию, пытаясь решить, что на это ответить. Вздохнула и сказала то, что думала:

– Я не знаю, Саша, правда не знаю. Мне папа никогда ничего такого не говорил. А тебе сидеть много осталось? – Бог знает почему, но этот вопрос меня очень волновал.

– Что значит «сидеть»? – удивился Сашка. – Я ж на воле.

– Ты все темнишь, ничего не рассказываешь, – вздохнула я, почувствовав странную обиду и острое желание спасти Сашку от всех возможных бед на свете. – Может, я помогу чем?

– Пошли, помощница, – хмыкнул он, поднимаясь. – Недалеко уже.


Часа в три мы вышли на проселочную дорогу. Сашка бодро печатал шаг, размахивая руками, я трусила рядом и на него поглядывала. Тут из-за поворота возник двухэтажный особняк за высоким забором. Сашка притормозил.

– Пришли мы, Марья Павловна, – сказал он необычайно серьезно. – Тут у меня дельце небольшое, оформлю дельце и тебя домой отвезу. И вот еще что. Ты здесь помалкивай, чья дочь. Поняла?

– Поняла, – кивнула я и сразу спросила: – А почему?

– Отца твоего здесь не любят, но очень уважают. Смекаешь?

– Нет, – честно созналась я. Сашка почесал нос и кивнул:

– И не надо. Молчи, и все.

У калитки был звонок, Сашка позвонил, и из дома вышел здоровенный тип в куртке нараспашку, увидев Сашку, заулыбался.

– Какие люди. Здорово, Саня. – Тут он покосился на меня и присвистнул: – А это откуда?

– На дороге нашел, – хмыкнул Сашка.

– Надо же, – подивился парень. – Вроде не дурак, а везет.

– Так ведь нечасто, – развел Сашка руками.

Мы вошли в дом. Он выглядел огромным и каким-то нежилым, точно построить его построили, но заселить забыли, а может, надобность в жилье отпала. Комнаты были наполовину пусты, почти все окна без занавесок, пахло лаком и краской. Правда, в кухне царил образцовый порядок. Дорогой гарнитур, французская газовая плита и два холодильника, огромные и тоже импортные.

Встретивший нас тип снял куртку, указал мне на стул и направился к плите. Поставил чайник, потом пошарил в холодильнике, собрал на стол кое-какой снеди.

Хитро подмигнул нам и сказал:

– Угощайтесь. Как говорится, чем бог послал.

Сашка сразу же стал угощаться, да и я себя упрашивать не заставила. Тип, с которым меня забыли познакомить, посматривал на нас и выглядел очень довольным.

– Что, Сережа, приютишь? – спросил Сашка.

– А чего ж нет, – удивился тот. – Наверху все комнаты свободны. Занимай.

Сашка удовлетворенно кивнул, торопливо доел последний кусок и сказал Сереже:

– Давай-ка выйдем на пару минут.

Отсутствовали они минут пятнадцать, я уже начала томиться, потому что в чужом доме чувствовала себя крайне неуютно. Тут Сашка заглянул в кухню и позвал меня. По лестнице с резными перилами мы стали подниматься на второй этаж.

– Саша, когда домой? – спросила я. Ни этот особняк, ни его хозяин мне не нравились. Я была готова отшагать еще километров двадцать, лишь бы здесь не задерживаться. Опять же было неясно, какое у Сашки в этом месте может быть дело? Планами он со мной не делился, и это беспокоило. Бог знает почему, но дом за высоким забором представлялся мне разбойничьим вертепом.

– Я ж сказал, дело сделаю, отвезу, – ответил Сашка, слегка недовольный.

– А телефон здесь есть, мне бы отцу позвонить? – не унималась я.

– Телефон есть, а звонить нельзя, – посуровел он.

– Да я только…

– Нельзя, – повторил Сашка.

– А мы здесь долго?

– Не надоедай.

– Ладно, не буду. А помыться здесь можно?

– Можно. Душ, третья дверь слева.

Я вздохнула, косясь на него, и решила порадоваться тому, что хотя бы душ есть. Сашка привел меня в просторную комнату с большим окном, выходящим на веранду. Мебель в комнате имелась, и даже с избытком, но все равно вид у нее был какой-то нежилой. Я огляделась, вздохнула, а Сашка сказал:

– Располагайся. – Опять ненадолго ушел, а вернулся с полотенцем и махровым халатом. – Чувствуй себя как дома, – заявил он, проникновенно улыбаясь мне.

Кивнул и удалился, а я вымылась, испытывая чувство, близкое к блаженству, накинула халат, принесенный Сашкой, и стала расчесывать волосы, стоя перед зеркалом. Неожиданно открылась дверь, и вошла женщина. Я обернулась, порадовавшись, что в доме есть хозяйка, но радость моя мгновенно поутихла: женщина стояла на пороге и смотрела на меня без всякого удовольствия. Более того, как-то угадывалось, что она бы с радостью меня придушила. Повода для такого отношения к своей особе я не видела и оттого разозлилась. Улыбку с лица убрала, поздороваться забыла и стала ждать, что будет дальше.

– Так, – сказала она наконец. – Это тебя Багров притащил?

Я молчала, выражение ее лица мне очень не нравилось. Ясно, что Багров – это Сашка и что она интересуется им не просто так. Женщина прошла, села в кресло, взяла сигарету, но не закурила.

– Чтоб ты знала, дорогуша, – процедила она насмешливо, – когда Багров сюда наезжал, то спал со мной, и ему это нравилось.

– Так это ж раньше, – ответила я, пытаясь понять, чего мне больше хочется: зареветь или вцепиться ей в волосы.

– Вот, значит, как, – хмыкнула она. – Любовь?

Я приподняла брови и сказала удивленно:

– Мне кажется, это не ваше дело.

– Пусть не кажется. Откуда ты взялась такая? – Она была раздражена и даже не пыталась скрыть это.

Я села в кресло, но отвечать не собиралась и молча разглядывала ее. Приходилось признать: красавица, правда, заметно старше меня, но я ни ходить, ни смотреть, как делает это она, не умею. Тут мне пришло в голову, что Сашка может разозлиться из-за того, что я вмешиваюсь в его дела. А если он ее любит? Желание вцепиться ей в волосы стало еще острее. С трудом подавив этот порыв, я сказала:

– Не знаю, что вы подумали, мы с Сашей давние знакомые. Учились вместе.

– В одной колонии, что ли? – фыркнула она. – Так там вроде мужики и бабы отдельно?

– Не всегда же он в колонии сидел? – растерялась я.

– По мне, так он там и родился, – усмехнулась женщина. – Дура ты. Насквозь я тебя вижу. Интеллигентная. Учительница, что ли?

– Нет, – бог знает почему испугалась я.

– Ну, все равно с институтом. И что это маменькиных дочек всегда тянет на шпану? Кольцо на пальце носишь, мужняя жена, а с Багровым связалась. Дура.

Это показалось обидным, потому что походило на правду. Я нахмурилась, глядя на женщину исподлобья, и сказала, теряя терпение:

– Я ведь вам объяснила…

– Что ты с ним в одном классе училась? – хохотнула она. – Нарочно не придумаешь, он лет на десять старше тебя.

– Слушайте, это ваша комната?! – рявкнула я.

– Здесь все комнаты мои.

– Хорошо, я на веранде постою.

Кусая губы, я вышла на веранду и с досадой подумала, что это не самое удачное место после душа и долго я тут не простою, начну шмыгать носом и клацать зубами. К счастью, женщина ушла почти сразу, а через пару минут явился Сашка.

– Машка! – крикнул удивленно. – Ты где?

Я похлопала ресницами, выровняла дыхание и вернулась в комнату.

– Чего на веранде стоишь? – подивился Сашка.

– Ничего, – хмуро ответила я, отводя взгляд.

– А почему глаза красные? Светка была? – проявил он сообразительность. Поговорить о Светке я была не прочь, очень она меня интересовала.

– Темные волосы, красная помада и бюст, как два арбуза? – уточнила я.

– Точно, – обрадовался Сашка. – Бюст у нее – полный отпад. Из-за нее, что ль, сердитая? Брось, пустое дело.

Я отвернулась, кусая губы, и сказала с отчаянием:

– Домой хочу.

Сашка сел в кресло, взял меня за руку и заявил совсем другим тоном:

– Машка, помоги мне.

Я резко повернулась и уставилась в его лицо. Был он серьезен и чем-то явно озабочен, никакого намека на веселых чертей в глазах. Стало ясно: он в беде и, кроме меня, никто ему не поможет (очень мне хотелось так думать).

– Я помогу, – сказала торопливо. – А что делать-то надо, Саша?

– Ты сядь, – кивнул он. – Объясню.

Я села в кресло, тараща глаза на Сашку, он придвинулся ко мне, поразмышлял о чем-то и тихо сказал:

– Машка, никакой я не уголовник. Я в милиции работаю. В шестом отделе. Знаешь, что это?

– Нет.

– Отдел по борьбе с организованной преступностью. У меня задание, очень важное. Поняла?

– Сашка, ты на милиционера не похож, – растерялась я.

– Ну, ты даешь, – покрутил он головушкой. – Ты прикинь, если б я на милиционера был похож, долго бы здесь продержался?

– Где здесь? – испугалась я.

– Ну… – В этом месте Сашка почесал нос и продолжил с чувством: – Я тебе все рассказать не могу. У меня задание повышенной секретности, сама понимаешь. Один я остался, Машка. Помощь мне нужна.

Он вздохнул и стал смотреть в угол, а я торопливо спросила:

– А что делать-то, Саша?

– Может, ничего и не придется, – блуждая в мыслях очень далеко, ответил он. – Рядом будь. В случае чего, пойдешь в шестой отдел с важными сведениями.

Тут я вспомнила про отца и побледнела:

– Ты зачем про отца выспрашивал? Ах ты, гад!

Я вскочила с кресла и на всякий случай стала приглядывать, чем бы огреть Сашку по голове. Он мой взгляд понял правильно и поспешил утешить:

– Тихо, не буйствуй. Отец твой ни при чем. У меня интересы другие, твоему отцу они даже на руку.

– Откуда мне знать, что ты не врешь? – не поверила я, хоть поверить очень хотелось.

– Ты сама подумай, я тебе честно говорю, кто я, тебе стоит выйти за дверь и слово сказать, и от меня только мокрое место останется. Ну, где мне врать в такой ситуации? Одна надежда на тебя. – Сашка запечалился еще больше.

– Поклянись, – помолчав с минуту, попросила я.

– Век свободы не видать, – серьезно сказал Сашка, а в глазах его опять появились черти, появились и исчезли. Тут до меня дошло, что если Сашка работает в милиции, значит, ни из какой тюрьмы он не бежал и его обратно не посадят. Это меня так обрадовало, что я забыла про Светку. – Ну, поможешь? – спросил он хмуро.

– Конечно, – заторопилась я. – Только ты ведь опять темнишь, толком ничего не объясняешь.

– Почему не объясняю? – вроде бы обиделся Сашка. – К примеру, домой тебе сейчас нельзя. Нужно остаться со мной. Причем знать об этом никто не должен. Даже отец.

– Саша, да я только позвоню, чтоб он не беспокоился.

– Вот видишь, какая ты. – Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня с обидой. – Говоришь «помогу», а как доходит до дела…

– Что плохого в том, чтобы позвонить отцу? – удивилась я.

– Он вопросы задавать начнет. Ты, Машка, как будто детективов не смотрела. Я ж объясняю: нельзя.

– А я отвечать на вопросы не стану. Скажу: «Папа, у меня все в порядке» – и повешу трубку. Когда твое задание кончится, я все ему объясню. Папа поймет.

– Ты скажешь вот так и напугаешь его еще больше.

Мы замолчали и сидели так довольно долго, пока я наконец не спросила:

– Саш, а дело действительно важное?

– Очень, – сурово покивал он. – Дело такое… Я тебе больше скажу: от того, будешь ты рядом или нет, зависит моя жизнь. Не могу я здесь никому довериться, и связи у меня нет. Человек, который меня сюда послал, сейчас в больнице, а у мафии везде свои люди, даже у нас. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнула я, приоткрыв рот. Сашка был в большой опасности и нуждался в помощи, этого было достаточно, чтобы личные соображения отошли на второй план.

– Спасибо тебе, – сказал Сашка и поцеловал меня в лоб. – В общем, я надеялся, что ты поможешь. Спасибо. Рад, что не ошибся в тебе. – Он опять поцеловал меня, на этот раз в нос, а средней величины чертик появился в одном зрачке и торопливо растворился.

– Что же мы делать будем? – немного посидев в прострации, спросила я.

– Мне надо в город. А ты здесь останешься. – Заметив, что я сдвинула брови, Сашка торопливо добавил: – Вся операция займет несколько дней, думаю, в неделю управлюсь.

– Ты хочешь сказать, я останусь здесь без тебя? – наконец-то дошло до меня.

– Ну вот, уже капризы, а обещала помочь.

– Саш, я не отказываюсь, но чего мне здесь делать?

– Меня ждать. Съезжу в город, вернусь…

– Подожди, а мне в город с тобой нельзя? – Перспектива сидеть здесь без Сашки повергла в ужас.

– Объясняю для бестолковых: нельзя, чтобы тебя кто-то видел. Начнем с тобой мотаться туда-сюда, обязательно засветимся. В городе явочная квартира под наблюдением мафии, а другой нет. Теперь поняла?

– А моя квартира не подойдет? – спросила я торопливо. Сашка только головой покачал:

– Ну, Машка, ты даешь. А муж, а отец, а соседи?

– Подожди, сейчас я тебе объясню, – затараторила я. – Мы с мужем живем в двухкомнатной на Тимирязева, а до этого жили в однокомнатной в Южном, квартира там так и осталась, мы разменять хотели, но все не получалось. В общем, ни Димка, ни отец туда не заезжают, зачем? Ключи у меня с собой. А там мебель и даже кое-какая одежда. Только холодильник пустой. Вот.

Сашка задумался.

– Телефон есть, – торопливо добавила я.

– А что, – через пару минут сказал он, – внимания мы там не привлечем?

– Да кому мы нужны? Мы там уже полгода не живем, я захожу при случае, и все. Если и увидит кто, не удивится: зашла и зашла. И твоя мафия уж точно нас по этому адресу искать не будет. Опять же – у меня там одежда. Посмотри, на кого я похожа? Свитер надевать противно.

– Ты, Машк, похожа на Мальвину, вот на кого. В любом свитере – красавица. И вообще, ты молодец. Что бы я без тебя делал? Пропал бы, ей-богу.

– Поедем? – с надеждой спросила я.

– Поедем, – вздохнул он.

– Когда?

– Да хоть сейчас, ключ-то с собой, говоришь? Здесь недалеко автобусная остановка, пойду у Светки узнаю, когда автобус.


В город мы приехали около восьми, успели заскочить в магазин за продуктами и отправились в Южный район. В квартире Сашка отправился мыться, а я прибралась немножко и задумалась об ужине. Сашка вышел из ванной и сразу оторвал меня от плиты.

– Отдыхай, Марья Павловна, сегодня шеф-повар я. Таким ужином тебя накормлю, закачаешься.

Он подвязал мой старенький фартучек и принялся за работу. Выглядел очень по-домашнему, мило и успокоительно. Я сидела за столом, мечтательно на него поглядывала и думала, что счастье – это очень просто: это когда Сашка в моем фартуке чистит картошку, а я сижу и пристаю к нему с глупыми вопросами.

– А у тебя звание какое? – спросила я.

– У меня? Капитан.

– А это большое звание или нет?

– Как тебе сказать, среднее. Не то чтобы большое, но и не маленькое.

– А живешь ты где?

– Меня из района командировали, чтоб, значит, местная публика обо мне не знала.

– Саш, а ты женат? – наконец решилась спросить я.

– Нет, – хохотнул он. – Не женат. Ни детей, ни алиментов. Правда, бесквартирный, и зарплатка у меня махонькая, а бегаю, как видишь, много. А чего спрашиваешь-то, Машка? Никак замуж собралась?

– А ты возьмешь?

– Так ты вроде замужем, – удивился он.

– То-то и оно, что «вроде». – Я вздохнула. – Мы с Димкой неважно жили, а теперь и вовсе… Или из-за того, что отец у меня… Не разрешат тебе, да?

– Жениться на тебе, что ли? – развеселился он. – Почему не разрешат? Вот выполню боевое задание, скажу начальству: «Премию оставьте себе, а мне дозвольте жениться на Машке». Разрешат. Им же выгодней.

– Ты, Саш, извини, все это как-то по-дурацки получилось. – Мне вдруг стало так больно, что слова из груди пробивались рывками. – Я вообще не умею разговаривать с мужчинами, говорю, что думаю, – выходит глупо, молчу – еще больше на дурочку похожа. Наверное, во мне нет чего-то такого, существенного.

– Все существенное у тебя на месте, можешь мне поверить, – улыбнулся он. – Просто ты фантазерка. Посмотри на меня, ну на кой я тебе черт? Это в тебе романтизм играет: задание, мафия и все такое. Я, Машк, типичный мент: исполнительный и нудный, дома ленивый, а на работе начальства боюсь. Ей-богу. Буду вечерами на диване с газетой лежать, надоем через неделю. – Он вздохнул и добавил: – Давай ужинать.

Питаться желания не было и на Сашку смотреть тоже, хотелось к отцу, прижаться к его плечу и реветь. Ужинали молча, я чувствовала, что Сашка меня разглядывает, но глаз не поднимала.

– Машка, ты никак обиделась? – спросил он.

– Нет, – покачала я головой. – На себя обижаться глупо, а на тебя не за что.

Он стал мыть посуду, а я пошла в комнату, готовиться ко сну. Сашка заглянул туда, увидел, что я постелила ему на диване, усмехнулся.

– Отделяешь, значит? – спросил весело.

– Отделяю, – кивнула я.

– А вдвоем теплее.

– Здесь не в сарае, не замерзнем.

– Ну чего ты злишься? – Он подошел поближе и вздохнул жалостливо: – Рожица кислая, улыбнись, а? Когда смеешься, ты мне больше нравишься.

– А ты мне меньше. Помочь тебе помогу, если обещала, а все остальное… в общем, давай помнить, что я замужем.

– Что ж, дело хозяйское. – Сашка разделся и завалился спать.

Я тоже легла. Сон не шел. Шевелиться я боялась. Хотя Сашка и спит как убитый, демонстрировать свое состояние все же не стоило. Я таращилась в потолок, усердно глотала слезы и думала, почему это в моей жизни все так по-дурацки? Размышления на эту тему меня очень увлекли, так что я не сразу сообразила, что Сашка вовсе не спит. Он вдруг поднялся и сел ко мне на кровать.

– Ну, что слезами-то давишься? – спросил он со вздохом, протянул ко мне руку, а я ее сбросила.

– Извини, что мешаю, – торопливо вытерев глаза, сказала я. – Думала, ты спишь, ты же быстро засыпаешь.

– Уснешь с тобой, как же.

– Извини.

– Ну что ты заладила, как попугай, извини, извини? Не за что мне тебя извинять. – Он вроде бы разозлился.

– Я знаю, что веду себя глупо, как в анекдоте про девицу, – хмыкнула я. – Ее парень на ночь подобрал, а она утром спрашивает, куда шифоньер поставим.

– Не про тебя анекдот.

Я пожала плечами, вовсе не поверив Сашке. Поднялась:

– Что-то не спится мне. Пойду постою на балконе.

Я накинула халат и вышла. Глядя на огни ночного города, пыталась убедить себя, что жизнь прекрасна. Через минуту на балконе появился Сашка.

– Шел бы ты отсюда, – попросила я. Видеть его не хотелось.

– Машка… – вздохнул он.

– Помолчи, а? То, что я хочу услышать, ты не скажешь, а про то, какая я хорошая и какой ты плохой, мне слушать неинтересно. Иди спи. У тебя боевое задание.

– Не могу я спать, когда ты тут одна стоишь и забиваешь себе голову чепухой, – разозлился он.

– Голова моя, хочу забиваю, хочу нет.

Было холодно, я поежилась, подумала об отце и о Сашке, конечно, тоже. Он спросил:

– Озябла? – И обнял меня. Рядом с ним было тепло и надежно, и плохого думать не хотелось. – Давай я тебя поцелую? – тихо сказал он и поцеловал. Не один раз, конечно. И все перестало иметь значение, я обняла его, а он подхватил меня на руки, как подхватывал в детстве отец, и пошел в комнату. Он был так нежен, что надобность в словах отпала, не нужны были слова, а когда я начинала что-то торопливо шептать, Сашка говорил «молчи» и зажимал мне рот. И я молчала.


Я открыла глаза, потянулась и взглянула на часы: почти пять. Сашки рядом не было. Приподняв голову с подушки, я покрутила ею немного и тут его увидела: Сашка стоял в прихожей и разговаривал по телефону. Но поразило меня не то, что Сашка в пять утра с кем-то беседует, а он сам, точнее, его лицо. В нем не было и намека на обычную насмешку, дурашливость и дерзость, лицо было жестким, даже злым и очень неприятным. Я испугалась, но лишь на минуту, потом вспомнила, каким Сашка был этой ночью, зевнула, сладко потянулась и с головой нырнула под одеяло. Звонит кому-то, ну и что, у него боевое задание.


Он разбудил меня часов в девять. Лизнул в висок по-кошачьи и засмеялся, глаза я не открывала и улыбку прятала, но губы дрожали, и Сашка шепнул мне на ухо:

– Не прикидывайся. Что снилось?

– Ты снился, – засмеялась я.

– Хороший сон, – кивнул он и тоже засмеялся.

Я легла на спину, потянулась и стала его разглядывать. Он успел побриться, выглядел молодцом, а с кухни доносился запах кофе.

– Завтрак готов? – спросила я.

– В постель прикажете?

– Нет, встану, подай халат и тапочки.

– Со всем нашим удовольствием.

Мы завтракали, хохоча и дурачась, Сашка убрал посуду, сел напротив меня и заговорил серьезно:

– Так. Первое. Можешь позвонить отцу.

– Правда? – обрадовалась я.

– Правда, – кивнул он. – Вижу, как ты мучаешься, а у меня от твоих мук просто сердце кровью обливается. Но и меня пойми, лишнее слово скажешь, и это может быть…

– Саш, да я только… – хватая его за руку, начала я.

– Короче, отец снимает трубку, ты говоришь: «Папа, со мной все в порядке», – и трубку вешаешь. Понятно?

– Хорошо. – Я торопливо кивнула.

– Второе. Деньги нужны. Само собой, верну, когда все закончится.

Я метнулась в прихожую за кошельком, заглянула в него и сказала испуганно:

– Почти ничего не осталось.

– Плохо. Ладно, буду думать.

– Я занять могу, – предложила я, а Сашка разозлился:

– Опять? Ну нельзя тебе нигде появляться. Сколько раз говорить?

– У меня в банке есть, в банке мне появиться можно?

– А бумаги где?

– Бумаги дома.

– Вот видишь. – Он вздохнул.

– Но ведь я могу сходить домой. У нас телефон на углу, позвоню, если Димки нет, быстренько сбегаю.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное