Фридрих Незнанский.

Долг самурая

(страница 3 из 17)

скачать книгу бесплатно

– Чего тебе? – сухо спросил генерал, покосившись на Меркулова.

– Объясни мне все-таки, почему она задержана? – негодующим голосом поинтересовался Константин Дмитриевич. – Почему не подписка о невыезде, почему такая мера пресечения?

Генерал недовольно дернул щекой.

– Задержана, потому что обвинение по сто пятой…

– Убийство? – оторопел Константин Дмитриевич. – Да абсурд это! Просто абсурд!

Генерал качнул головой и заметил:

– Это не абсурд, а законы формальной логики.

– Да какие, к черту, законы?

– Элементарные. Сам подумай и рассуди. Она – единственная подозреваемая.

Однако Меркулов не думал сдаваться.

– А улики? – спросил он. – А орудие убийства? Как вообще хрупкая женщина могла сначала убить, потом сжечь тело, – и все одна?

– Может, и не одна, – упрямо буркнул генерал. – Мы проверяем. Мы работаем. – Он вдруг остановился и четко произнес: – Костя, ты пойми, нам дело надо раскрыть. Меркулов покачал головой.

– Вы не раскрываете, – с усмешкой сказал он, – вы стрелочника ищете.

Лицо генерала помрачнело.

– Вот этого, Костя, не надо, – сказал он сурово. – Войны хочешь между ведомствами?

– Нет.

– Ну вот, – удовлетворенно кивнул генерал. – Одно ж дело делаем. Зачем нам ссориться?

Меркулов был хмур и бледен.

– Это ты верно сказал: дело одно. Поэтому, как замгенпрокурора, ручаюсь, что…

– Костя, ручайся – не ручайся, а твоя должность тут, прости, мало значит, – обрезал генерал. – И моя, кстати, тоже. Это дело знаешь, кто под контроль взял?

Генерал красноречиво показал пальцем наверх. Затем продолжил, перейдя почти на шепот:

– «Ти Джей Электронике» ведет переговоры с Минобороны. Эти японцы – наши стратегические партнеры.

Меркулов вскинул брови.

– Да-да, Костя, японцы, так тоже бывает! – заверил его генерал. – И все было на этого Икэду завязано.

– Гм… – Меркулов был слегка обескуражен. – А вдруг в Минобороне были недовольные. Они Икэду и…

– Эта версия тоже отрабатывается, – оборвал его генерал. Он помолчал пару секунд, потом сказал с чувством: – Костя, пойми, никому стрелочники не нужны. Всем нужен виновный, всем нужна цепочка – исполнитель, заказчик… А подозреваемый пока один. То есть – одна.

Генерал повернулся и направился к кабинету. Возле двери он остановился, глянул на Меркулова, пожал плечами, дескать, извини, служба, и скрылся в кабинете.

Меркулов остался один в пустом коридоре.

9

Бог знает, чего только ни передумала Ирина за те несколько часов, что находилась в следственном изоляторе. Пытаясь отвлечься от боли и успокоить расшалившиеся нервы, она попыталась построить несколько версий того, что же все-таки произошло с Икэдой.

Если его убили сразу после того, как он покинул квартиру, значит, за ним следили. Проследили до самого дома, подождали, пока он выйдет из подъезда, и…

Ирина попыталась припомнить, не было ли чего-нибудь подозрительного по пути из офиса компании домой? Впрочем, вспоминать было бесполезно, ведь половину пути она просто спала.

Следователь был прав, когда говорил о странностях и нестыковках.

Вечером Ирина как-то об этом не задумалась – просто потому, что ей было не до того. А теперь… Ведь у такого человека, как Икэда, в самом деле не мог быть только один мобильный телефон. А если и так, то он мог позвонить любому из своих подчиненных, и тот примчался бы в любую точку Москвы и привез бы рассеянному боссу целую россыпь мобильных телефонов.

У таких деловых людей, как Икэда, все схвачено. Помимо прочего, он ведь японец. То есть, человек аккуратный, обязательный и пунктуальный.

Да и подвозить ее до дома с его стороны было нелепо. Японцы четко чтут субординацию. В принципе Ирина для него – обычный нанятый работник, а вовсе не дорогой гость, которого нужно ублажить.

Размышляя обо всех этих вещах, Ирина почувствовала новый приступ боли. Терпеть больше было нельзя…

В медпункт она, слава Богу, дошла сама. Под конвоем, конечно, но «своими ногами».

Врач – крупная женщина лет сорока пяти-пятидесяти, в мешковатом халате и с лицом профессионального убийцы, уложила Ирину на кушетку и засучила рукава халата. Вид у нее при этом был такой, словно она не врач, а пыточных дел мастер.

Ирина невольно поежилась, когда руки женщины коснулись ее кожи. Врачиха долго ощупывала и мяла Ирине живот в районе солнечного сплетения.

«Как будто тесто месит», – подумала Ирина, сдерживаясь, чтобы не застонать. Наконец ощупывание было закончено, и врачиха гневно изрекла:

– Хронический панкреатит, говоришь?

– Да, – слабым голосом ответила Ирина. – Вот вчера было обострение.

– Обострение? Часто случаются?

– Да нет.

Врач подозрительно посмотрела на Ирину и нахмурила выщипанные брови.

– А поджелудочная-то спокойная… Говоришь, подташнивает?

Ирина кивнула.

– Так-так, – грозно произнесла врачиха. – А голова не кружится?

– Немного.

– Так-так, – снова сказала врачиха. – Она задумчиво посмотрела на Иринин живот и вдруг спросила: – А беременность не предполагаешь?

Ирина усмехнулась.

– Беременность? Нет, не предполагаю. И предполагать уже не могу. Никогда.

Врачиха отвела взгляд, что говорило о том, что и ей не чужды человеческие чувства.

– Ну, понятненько, – сказала она уже более мягким голосом. – Значит, скоро само пройдет.

– Вы уверены?

– Уверена. Для госпитализации оснований нет. Так что пойдешь в камеру.

Врачиха испытующе посмотрела на Ирину, словно ждала от нее какой-то реакции на последнюю фразу. Не дождалась. Ирина просто кивнула, затем поднялась с кушетки и неторопливо оправила одежду. Она все еще была бледна и слегка покачивалась, словно в любой момент могла потерять сознание.

Врачиха смотрела на нее с тревогой, но предпринимать ничего, похоже, не собиралась.

Приведя в порядок одежду, Ирина глянула на врачиху и сказала:

– Вы мне таблетку не забудьте дать, пожалуйста.

– Дам, конечно. Что ж мне, жалко, что ли.

Врачиха отвернулась, чтобы достать из шкафчика таблетки, и в этот момент ноги Ирины подкосились, и она рухнула на пол, потеряв сознание.

Спустя пять минут врачиха сняла телефонную трубку, набрала нужный номер и сухо произнесла:

– В камеру пока не получится. Да… Потеряла сознание. – Врачиха наморщила нос и резко добавила: – Сначала я должна сама разобраться. Да, это мое решение.

10

– Задержали, говоришь. Так-так…

Старинный друг Турецкого, адвокат, а по совместительству – растениевод, Лимонник расхаживал с распрыскивателем вдоль кадок с растениями и время от времени прыскал каким-то раствором на листья и стебли своих питомцев.

– Что, значит, «так-так»?! – вспылил Александр Борисович, который с момента встречи с оперативниками был не в духе. – Она в следственном изоляторе! Не мне тебе объяснять, что такое следственный изолятор Лефортово.

Лимонник повернулся к Турецкому и поправил пальцем очки.

– Тише, Саша. Тише. Нервы хороши для поэтов, а в нашем деле они – плохой помощник.

Александр Борисович хотел что-то сказать, но лишь махнул рукой.

– Вот так, – удовлетворенно кивнул Лимонник. – Ты был в квартире в момент задержания?

– Разумеется!

– Задержание прошло без нарушения процедуры?

– Да какие могут быть нарушения? Пришли, предъявили ордер и забрали.

– А как Ирина? Она вела себя как законопослушный гражданин?

Брови Турецкого вновь сошлись на переносице.

– Так, – жестко проговорил он. – Я пришел к тебе как к приятелю. А ты, вместо того чтобы помочь…

– Саша, – укоризненно проговорил Лимонник, глядя на Турецкого поверх очков.

– Скоро пятьдесят лет как Саша! – отрезал Турецкий.

– Пятьдесят лет – не двадцать. Нужно быть сдержаннее. – Лимонник прыснул жидкостью на листья олеандра и повернулся к Турецкому. – Успокоился? А теперь давай по порядку и со всеми подробностями.

* * *

Комната для свиданий представляла собой прямоугольное помещение в пятнадцать квадратных метров. Из мебели – стол и стулья.

Адвокат Лимонник внимательно вгляделся в бледное, изможденное лицо Ирины и, по всей вероятности, будучи недоволен увиденным, нахмурил брови.

– Показания дала? – спросил он.

– Да, – кивнула Ирина.

– По всей ночи? Когда заснула? Когда проснулась?

– Ну, конечно.

– Гм… – Лимонник нахмурился еще больше. – Это нехорошо.

Ирина пожала плечами и заметила спокойным голосом:

– Я сказала правду. Мне себя не в чем упрекнуть. Вы же знаете, я не умею врать.

Лимонник вздохнул и посмотрел на Ирину с сочувствием, как на человека, впереди у которого много горестей и напастей и помешать которым он не в силах.

– Плохо, – грустно проговорил Лимонник. – Не верят они твоей правде.

– В том-то и дело.

– Да ты подумай сама, как это звучит? Пришел на пятнадцать минут, ушел, легла спать и спала до утра. По-твоему, это достаточно правдоподобно?

Адвокат снова, на этот раз еще более тяжко, вздохнул и сокрушенно покачал головой.

– Пока они тебя держат в изоляторе, это хорошо. То есть плохо. Ты, вообще, как?

– Лучше, – ответила Ирина. – Но… Она запнулась.

– Что «но»? Договаривай.

– Странные какие-то приступы. Не очень похожие на то, что было раньше. Как там Шурик? Он вообще собирается меня отсюда вытаскивать?

– Землю роет, Ира. Ты на его счет не переживай. Он себя угробит, а тебя отсюда вытащит.

– Не надо, чтобы гробил, – устало сказала Ирина. – Надо с умом.

– С умом и делает, – заверил свою подопечную Лимонник. – А ты сейчас другим должна быть занята. Теперь твое основное правило – «не навреди себе». Значит, так, – сказал он, напуская на себя деловой вид и превращаясь из доброго дядюшки в ушлого и хваткого адвоката. – Показания твои мы менять не будем. Просто говори одно и то же. Ясно?

– Ясно, – кивнула Ирина.

– Вот и молодец. Ну, а теперь расскажи мне про тот вечер.

– Что рассказать?

– Все. Что показалось странным, что было нелогичным, кто излишне суетился, кто глаза прятал?

Ирина задумалась. С полминуты она размышляла, восстанавливая в памяти всю картину минувших вечера и ночи – эпизод за эпизодом, потом сказала:

– Сначала вроде все было как всегда… Провела тренинг. Потом пришел Икэда и предложил выпить чаю.

– Зачем? – быстро спросил Лимонник. Ирина пожала плечами:

– Да низачем. Просто так. Видимо, у меня был усталый вид. Поздно ведь уже было. А он как раз освободился. Вот и предложил выпить чашку зеленого чаю. Больше ничего… – Ирина осеклась. – Хотя погоди…

– Что? – спросил, цепко прищуриваясь, Лимонник.

– Рю, – сказала Ирина задумчиво и, увидев недоумение на лице адвоката, поспешно пояснила: – Это сотрудник «Ти Лжей Электронике», менеджер лет двадцати пяти.

– И что с ним?

– Ничего. Просто вел он себя немного странно.

– Так, – сказал Лимонник и записал себе в блокнот. – Значит, Рю. Отлично… А теперь в подробностях: кто такой Рю? Что он сделал странного? В каком отделе работает? И, наконец, как мне его найти?

Ирина потерла пальцами усталые глаза и ответила:

– Рю… Кажется он работал в отделе у Хироси… Во всяком случае, они были вместе на тренинге… А как их найти?.. – Она пожала плечами. – Меня встречал директор по персоналу и провожал в помещение для тренинга, где все уже были готовы к работе.

– Что странного было в его поведении?

– Понимаешь, он вел себя так, будто хотел что-то мне сказать, в чем-то признаться. Но поговорить мы не успели, потому что в конференц-зал вошел Икэда. А у них не принято болтать при начальстве языком…

– У нас тоже, – сказал с усмешкой Лимонник. – Если только это не корпоративная вечеринка, где все напиваются и несут всякую чушь. Это все, что ты можешь вспомнить?

– Все, – кивнула Ирина.

– Не густо. – Лимонник закрыл блокнот и ободряюще подмигнул Ирине. – Но я попытаюсь что-нибудь сделать.

11

Офис русского филиала «Ти Джей Электронике» был тих и печален. На лицах сотрудников читалась скорбь. Досужим разговорам и смеху не осталось места в этот траурный для всех день.

Одиноко пронесся по этажу мелодичный перезвон прибывшего лифта. Двери лифта открылись, и на мраморный пол холла ступила нога высокого худощавого японца. Это был Рю Такахаси.

Под мышкой он держал ноутбук и пластиковую папку с договорами на фирменных бланках «Ти Джей Электронике». Двери лифта мягко и плавно закрылись за спиной у Рю. Он прошел несколько метров и оказался в просторном помещении, где работало около полутора десятков менеджеров.

Рю прошагал мимо стойки ресепшена и покосился на портрет Томоаки Икэды, висевший над головой офис-менеджера Норико и задрапированный белым шелком.

Кивнув Норико, он хотел пройти дальше, однако Норико его окликнула. Рю остановился и вопросительно посмотрел на девушку.

– Рю, ты из переговорной? – спросила Норико, сохраняя на своей смазливой мордашке выражение спокойной скорби.

Рю кивнул:

– Да.

– А почему такой унылый вид? – поинтересовалась Норико, забыв на мгновение о трауре и улыбнувшись. – Клиенты не подписали контракт?

– Подписали, – хмуро ответил Рю. – А в унынии я, потому что у нас траур.

Норико поспешно стерла улыбку с личика и посмотрела на Рю с укором.

– Рю, тебе не стыдно? – негромко и обиженно произнесла она. – О господине Икэда скорбят все. Но работать надо еще лучше. Подписывать контракты, расширять бизнес. Господин Икэда всегда заботился об этом. Рю вдруг вспылил.

– Если тебе не нравится мой вид и мое уныние, можешь на меня не смотреть! – раздраженно произнес он. – И не указывай мне, как себя вести!

Он повернулся и зашагал прочь от ее стойки. Норико была так обескуражена, что даже привстала со стула.

– Рю, что с тобой? – крикнула она вслед. – Ты нервничаешь, как какой-нибудь русский! Постой! Эй, Рю!

Рю нехотя остановился.

– Ну, что еще?

– Я тебя не просто так остановила, а по делу. Тебе два раза звонили на корпоративный номер. Твой мобильник выключен. Включи, пожалуйста.

– Спасибо, Норико, – сказал Рю и достал мобильник.

Надо же, опять аккумулятор шалит. Пора покупать новый телефон.

Включив телефон, Рю Такахаси двинулся дальше. Лицо его по-прежнему было хмурым. Черные брови сошлись на переносице, острые скулы стали еще острее. Сделав несколько шагов от стойки ресепшена, он тут же забыл о существовании Норико и снова погрузился в свои мысли. А мысли его были невеселыми.

С хмурым лицом, делавшим его похожим на самураев из черно-белых фильмов Куросавы, Рю шагал мимо низких офисных ширм, за которыми работали менеджеры.

– Эй, Рю! – окликнул его звонкий голос.

Рю остановился и рассеянно взглянул на черноволосую голову, высунувшуюся из-за ширмы. Это бы приятель Рю – менеджер Хироси.

– С тобой все в порядке?

– Да, – ответил Рю.

– Значит, подписали?

– Да, – снова сказал Рю.

Хироси улыбнулся и весело подмигнул приятелю.

– А я в тебе и не сомневался. Даже в такие трудные времена ведешь дела отлично.

– Поведение человека не зависит от времен, – сухо сказал Рю Такахаси. – Человек таков, каким сам себя определил.

Хироси пожал плечами:

– Я и не спорю. Кстати, что делаешь вечером?

– А что?

– Выпьем пива с русскими из рекламного отдела? Или у тебя свидание с таинственной красавицей?

Рю на это предложение никак не отреагировал. Лицо его оставалось бесстрастно-хмурым, печать озабоченности покинула его. Он качнул головой и спокойно ответил:

– Нет, не могу. Вечером мне надо еще немного поработать. Я останусь в офисе допоздна.

Хироси вздохнул.

– Ну, тогда в другой раз.

– В другой раз, – как машина, повторил за приятелем Рю.

Он кивнул Хироси и двинулся дальше.

* * *

Зайдя за ширму и расположившись на своем рабочем месте, Рю Такахаси положил папку на стол и включил компьютер. Пока компьютер загружался, Рю сидел, откинувшись на спинку вертящегося кресла и тревожно поглядывал на ширму, словно ожидал, что из-за нее вот-вот покажется голова какого-нибудь незваного гостя вроде вездесущего Хироси.

Гостей, тем более незваных, Рю на своем рабочем месте не любил.

Наконец система загрузилась. Убедившись, что никто не наблюдает за ним, Рю открыл ICQ, нашел своего конфидента и, быстро пробежав пальцами по клавиатуре, написал ему короткое сообщение. Писал он по-русски, а сообщение гласило:

«У тебя есть время вечером? Если есть – поднимись, пожалуйста, очень».

Щелкнув на кнопку «enter», Рю отправил сообщение своему собеседнику. Затем подождал с минуту, но ответного сообщения не получил. Он подождал еще минуту. Наконец в углу монитора замерцал значок принятого сообщения. Рю открыл сообщение и прочел:

«ОК. Поднимусь после 19.00».

Рю облегченно вздохнул и закрыл окно сообщения. Он почувствовал себя разбитым и усталым и обессиленно откинулся на спинку вертящегося офисного кресла.

12

Александр Борисович Турецкий и Антон Плетнев сидели в офисе агентства «Глория» и негромко переговаривались. Турецкий курил сигарету – должно быть, уже сотую за день, Плетнев пил крепкий, сладкий чай.

Несмотря на все беды и неприятности, Александр Борисович был безукоризненно выбрит и аккуратно причесан. Говорил он деловито, хотя время от времени голос его становился чрезмерно взволнованным, напоминая о буре, терзавшей душу бывшего «важняка».

Плетнев отметил это не без удовольствия. Ему не хотелось бы видеть друга и коллегу убитого горем, расслабленного и обессиленно заламывающего руки.

– Работа с японцами требует особой специфики, – говорил Турецкий, щуря глаза от дыма. – Их менталитет сильно отличается от нашего.

– Кто бы спорил, – усмехнулся Плетнев.

Его и самого тяготило, что придется разговаривать с представителями «страны восходящего солнца», о сложном национальном характере которых Антон много раз читал и слышал.

– У тебя есть знакомые японцы? – поинтересовался Александр Борисович.

Плетнев вздохнул.

– Вынужден признаться, что среди моих знакомых нет ни одного японца.

– Вот и у меня нет, – хмуро сказал Александр Борисович. – А нужны! Нужны связи этого Икэды, нужны ходы, нужны версии!

Плетнев хотел что-то ответить, но тут на столе зазвонил телефон. Антон приподнял трубку и снова опустил ее на рычаг.

– Они же ничего не отрабатывают, – угрюмо и желчно проговорил Александр Борисович. – Они в Ирку вцепились и начальству своему рапортуют: поймали убийцу. Другие версии их даже не интересуют.

Турецкий воткнул окурок в пепельницу, вскочил на ноги и, не в силах сдержать волнение, принялся расхаживать по кабинету. Антон хмуро следил за его передвижениями.

– Саш, ну чего ты горячишься? – негромко сказал он, – ты же понимаешь, что прямых улик и доказательств у них нет. Они будут вынуждены ее отпустить.

Турецкий ничего не ответил. Плетнев вздохнул и продолжил:

– Понять бы, что у этих японцев происходит… Слушай, а если через Минобороны попробовать? Выйти на тех, кто вел переговоры с Икэдой, и…

– Меркулов уже пробует, – мрачно обронил Турецкий. – Но там, похоже, тоже глухо.

На столе снова зазвонил телефон. После нескольких звонков сработал автоответчик.

– Здравствуйте! – забормотал электронный двойник Плетнева. – Вы позвонили в сыскное агентство «Глория». Оставьте свое сообщение и номер телефона, и мы обязательно свяжемся с вами. Спасибо!

Турецкий прервал свой бег по комнате, остановился и посмотрел на телефон. Из динамика раздавалось чье-то прерывистое дыхание. Затем дыхание оборвалось и запиликали короткие гудки.

Плетнев тоже посмотрел на телефон и усмехнулся.

– Н-да, стеснительный пошел клиент. Звонят и – дышат. Думают, наш автоответчик кто-то, кроме нас, слушать будет?

– Мы его тоже слушать не будем, – сказал, как отрезал, Турецкий. – Сегодня все клиенты идут в…

Тут он прибавил такое крепкое выражение, что Плетнев удивленно вскинул брови.

– Не знал, что вы настолько мастерски владеете ненормативной лексикой, – заметил он.

Антон протянул руку, чтобы вырвать телефонный шнур из розетки, но Александр Борисович остановил его.

– Не надо. Я погорячился. Тем более Костя Меркулов может на городской позвонить. Или Лимонник. – Он махнул рукой на телефон. – Пусть работает.

Александр Борисович закурил сигарету и снова принялся мерить шагами комнату.

* * *

В то же самое время, на другом конце Москвы, в одном из кабинетов большого серого здания, шел не менее важный разговор. Это был кабинет генерала ФСБ Спивакова. Генерал, худощавый, широкоплечий, с мускулистой загорелой шеей, сухо вещал следователю Павлову, сидевшему напротив него, по другую сторону широкого письменного стола. (Если бы Ирина Турецкая увидела сейчас своего следователя, она бы наверняка его не узнала: от его самоуверенности не осталось и следа, напористый и нагловатый человек превратился в испуганного подчиненного.)

– Ну, Косте Меркулову я нашел что ответить, – говорил Спиваков, хмуря на следователя седоватые брови. – Но ведь прав он, стервец, прав! Как эта психологиня – неспортивная, боевыми искусствами не владеющая, – как она одна это сделала?

– Иногда, в экстремальных ситуациях, люди способны на экстраординарные поступки, – вяло заметил Павлов.

Генерал грозно взглянул на него из-под нахмуренных бровей.

– Ты сам-то себя слышишь?

Павлов понял, что сморозил глупость, и стушевался.

– Подумай, рассуди, – продолжал Спиваков. – Как эта хрупкая женщина мужика здорового убила? На чем она его увезла за тридцать кэмэ от МКАД? Ее машина в гараже, следов крови не обнаружено, сам же говоришь.

Следователь удрученно кивнул.

– И как она его в этом лесу жгла семь часов подряд? – продолжил генерал Спиваков. – Быстрее, как ты знаешь, труп так не обгорает.

– Не обгорает, – признал Павлов.

– А потом за полчаса и домой примчалась, и в халате дверь открыла? – грозно и в то же время насмешливо спросил генерал Спиваков.

Следователь кашлянул в кулак и уныло произнес:

– Я прорабатываю версии… Разные…

– А ты проработай одну, – сурово сказал ему генерал Спиваков. – Но нормальную версию. Вот, например, муж ее, важняк бывший.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное