Наталья Андреева.

Метель

(страница 1 из 20)

скачать книгу бесплатно

Буря не утихала; я увидел огонек и велел ехать туда. Мы приехали в деревню; в деревянной церкви был огонь. Церковь была отворена, за оградой стояло несколько саней; по паперти ходили люди…

А. С. Пушкин. «Метель»

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

– Девушка, вы крайняя?

– Что? Да, я. – «Это уж точно: крайняя!»

– А вы не знаете, тортики свежие?

– Не знаю. – «Мне все равно».

– Ну, конечно же, свежие! – вмешалась женщина в светлой дубленке, стоящая в самом хвосте. – Новый год на носу, весь товар влет разбирают! Только-только новую партию подвезли, я сама видала! Берите, не сомневайтесь! Становитесь за мной!

– С наступающим вас!

– Спасибо! И вас также!

Маша беспомощно огляделась: «Что я здесь делаю? Нужен мне был этот торт?». На улицах привычная предновогодняя суета: огромные очереди в палатках «овощи-фрукты» и «кондитерские изделия», повсюду елочные базары, возле них – ажиотаж, а едва закроешь глаза, чудится запах мандаринов и шоколадных конфет… Или это только кажется? Кажется, что пахнет мандаринами и шоколадными конфетами… Хвоей… Новый год… Ожидание перемен, ожидание счастья…

Разумеется, это еще не конец света: женатый любовник. Брат вчера сказал:

– Машка, не реви, на Новый год одна не останешься. Встретим дома: ты, я, Надя. Друзей позовем.

– Я буду вам мешать, – ответила она сквозь слезы.

– Да брось ты! Мы – одна семья. Вот увидишь – весело будет.

«Да уж. Весело». Где-нибудь после полуночи Володя, Владимир Васильевич, позвонит и прошелестит в телефонную трубку:

– Чижик, это я… С Новым годом… Я как только вырвусь – сразу к тебе… Увидимся, малыш… Все, пока… Целую…

Она где-то рядом. Она – это его жена. Говорит, давно не любит. Кто кого? Он жену или жена его? Мол, это был брак по расчету, а теперь уже поздно, двое детей… Все так говорят. Но кажется, что он говорит это как-то по-особенному. Каким-то особенным голосом, с настоящей, ненаигранной тоской, и при этом смотрит тебе в глаза каким-то особенным взглядом. Просящим и одновременно требовательным. Ну, ты же все понимаешь, Чижик, малыш, разве мы в силах что-нибудь изменить? Люблю-то я только тебя…

Все так говорят. Но он в отличие от других не врет. Или просто очень хочется ему верить?

– Маша, ты где?

Брат звонит. Игорь добрый. Они живут вместе, на съемной квартире, в большой комнате брат, потому что у него есть Надя, невеста, а в маленькой она, потому что… Ну, так получилось. Окончив школу, Маша подалась из родного города в Москву, искать счастья, но в институт – «на бюджет» – не поступила, баллов не хватило, а на платное образование для младшей дочери денег в семье не нашлось. Хватило только на курсы секретарей-референтов, с дипломом которых семнадцатилетняя Маша Ложкина и отправилась зарабатывать на высшее образование. Теперь деньги есть, времени нет.

У нее роман с женатым директором фирмы. Это же сплошные переживания! Голова кругом!

Ну, кто придумал Новый год?!!! В эти предпраздничные дни человек, у которого нет семьи, ощущает острую тоску. И ничто это не заменит, никакая веселая компания!

– Я стою в очереди за тортами! – говорит она нарочито весело в телефонную трубку.

– Здорово! Значит, я Наде скажу, чтобы торт не покупала! Я елку купил!

– Здорово!

– Надя сказала: без Машки не наряжать. В общем, ждем тебя.

– Ага. Скоро буду.

«Ну, сколько можно меня жалеть?!!» Игорь старше на семь лет. Ей девятнадцать, ему двадцать шесть. С квартирой все никак не получается, зато машину недавно купил, новую, из салона. Дорогущую! Она еще пошутила: «Не будете же вы с Надей жить в машине?» На что брат, смеясь, ответил: «Зачем? Но мы будем много путешествовать!».

У нее тоже есть машина, не новая, конечно, как у брата, а подержанная иномарка. Ее женатый любовник расщедрился. У них все по законам жанра: Маша работает у Владимира Васильевича секретаршей, она на пятнадцать лет моложе его жены, любовник платит ей в два раза больше, чем полагается за такую работу, дарит подарки, берет с собой в служебные командировки, в загранпоездки. История банальная до тошноты и всем уже набившая оскомину, но она при каждом новом приступе тоски внушает себе: «Нет, нет! У нас с Володей все по-особенному! У нас же с ним любовь! Настоящая!».

Вот и сейчас, вытерла слезы и протянула деньги:

– Со взбитыми сливками, фруктовый.

Взяла коробку с тортом и побрела по улице, глядя себе под ноги. По сторонам лучше не смотреть, чтобы не видеть этих счастливых лиц. Как ни крути, а Новый год она встретит одна. Без любимого мужчины.

– Э-э-э, красавица! А почему глазки печальные? Подняла голову: цыганка! Откуда взялась? Они как чувствуют слабину, вон ту красотку с фирменными пакетами в руках, небось, не остановит! Потому что услышит: «Да пошла ты…». А к Маше прицепилась:

– Позолоти ручку, погадаю!

– У меня нет денег!

– Ай, врешь, красавица! А белый конверт, что у тебя в сумочке лежит? Ты ж премию сегодня получила!

«Откуда узнала?!»

– Отстаньте от меня!

– Я тебе правду скажу, слышишь? – схватила ее за руку цыганка. – Ты верь мне, красавица. Вижу: тоска тебе гложет любовная. Дай ручку, погадаю!

Как Маша ни вырывалась, схватила за руку, забормотала:

– Никому не верь, никого не слушай. Только мне верь, я тебе всю правду скажу. Крутится возле тебя пиковый король, только все это – пустые хлопоты…

Она беспомощно оглянулась: милиция! Веки отяжелели, в голове туман.

– Ты, красавица, его не слушай. И посулам не верь… Гони его от себя, слышишь? Ждут тебя большие перемены: как только год начнется, будешь в паре с бубновым королем… Свадьбу вижу… Церковь вижу… Ай! Гроб вижу! Гроб посреди церкви! Надо бы денег красавица! Беду отвести!

Она выхватила из сумочки белый конверт с премией:

– На! Возьми! Только отстань от меня! Цыганка проворно схватила конверт и испарилась.

Маша не помнила, как дошла до дома. Дверь открыла Надя, увидев ее, испугалась:

– Господи, что случилось?

Она протянула помятую коробку с тортом и сказала жалобно:

– Меня обокрали.

– Кто?!!

– Цыганка.

В прихожую вышел Игорь. Увидев брата, она разрыдалась.

– Все деньги… Премия…

– Тихо, тихо, тихо, успокойся. Надя, принеси воды. Обнял за плечи, увел в большую комнату, усадил на диван. Надя принесла воды. Маша, захлебываясь, пила, потом заговорила:

– Она словно знала… Сказала: любовная тоска, конверт в сумочке…

– Цыгане – хорошие психологи. Видит: молодая девушка, в слезах. Небось, шла по улице и ревела? То-то. – Игорь стал гладить ее по голове, как маленькую. – Ну, о чем может плакать девчонка? Конечно из-за несчастной любви! А что конверт с деньгами в сумочке… Так сейчас конец года, всем выдают премию. Скорее всего, ты – случайная жертва… А много там было денег?

– Пятьсот долларов, – всхлипнула она. – Я часть уже потратила.

– В милицию идти смысла нет, – задумчиво сказал брат. – Праздники на носу. Не будут они этим заниматься. Только зря время потратим, промурыжат до ночи, и все без толку. И потом: ты ей сама деньги отдала. В оплату за услугу. Она же тебе гадала. Плюнуть и забыть.

– Игорь, пятьсот долларов! – всплеснула руками Надя.

– А что ты предлагаешь? Бежать, искать эту цыганку? Или все-таки будем елку наряжать?

– Сама виновата, – сказала Маша, всхлипнув. – Никуда мы не пойдем. Где елка-то?

И вытерла слезы. Ничего тут уже не поделаешь, а жизнь-то продолжается. Надо елку наряжать, праздник встречать. Игорь улыбнулся:

– Вот, умница! Видимо, у тебя наступила черная полоса. Но ведь это же хорошо!

– Почему? – рассердилась Надя.

– Потому что потом будет белая! – весело сказала брат. – Хорошо, хоть торт оставила, цыганка-то. Подсластила пилюлю. Есть в ней что-то человеческое.

Она невольно улыбнулась. Брат – неисправимый оптимист. Наде с ним повезло, она – серьезная девушка, по образованию врач, Игорь и познакомился с ней в поликлинике, куда пришел на прием. Надя и Игорь ровесники, родились и выросли в разных городах, в тысяче километрах друг от друга, но все-таки встретились и теперь счастливы. По их лицам видно, как они счастливы. А Маша… Маша завидует белой завистью. И за них рада, и себя жалко. Ей-то все это за что?

Брат возится с елкой, устанавливает ее в углу, у балкона, Надя разбирает игрушки, распутывает елочную мишуру.

– Машка, давай, присоединяйся! Хватит киснуть! Она со вздохом достает из картонной коробки красный шар. Вот уже второй год они наряжают елку в этой квартире. И год как она работает на фирме у Володи. Почти сразу у них начался роман. Маша подозревает, что ее потому и взяли на эту работу. На собеседовании он смотрел на нее как-то по-особенному. Уже тогда она почувствовала и поняла этот взгляд. Игорю все это, разумеется, не понравилось, хотя она долго не рассказывала брату правду о своих отношениях с генеральным директором. А когда тот узнал…

Разговор у них был серьезный. Брат впервые на нее кричал:

– Ты что думаешь, он на тебе женится?!! Дура! Девчонка! А у него губа не дура! Увидел хорошенькую, свеженькую девочку, наивную провинциалку и решил попользоваться!

– Не смей так о нем говорить!

– Я не первый год в Москве, всякого насмотрелся! Что дальше-то будет, Маша? – неожиданно мягко спросил брат. – А если у вас будет ребенок?

– Какой еще ребенок? – испугалась она.

– От этого бывают дети. А ты… Скажи честно: он у тебя первый?

– Да, – призналась она.

– Дура ты дура. Ну, зачем?

– Я люблю его. А если ты будешь на меня кричать и запретишь встречаться с Володей, я отсюда съеду!

– Я это понял. Видать, ты ему еще нужна. Не наигрался еще. Вот кто знает, что лучше? Дать девочке полную свободу, чтобы она еще в школе нагулялась и перебесилась, или, как тебя, взять под жесткий контроль? В десять домой, на первом месте учеба, выходные с родителями, никаких дискотек, сигарет и спиртного. Чтобы потом ты отдалась первому же развратнику, который положил на тебя глаз.

– Игорь!

– Это было легче легкого. Я имею в виду твоего женатого любовника. Сколько ему? Тридцать? Сорок?

– Тридцать пять. Игорь, он любит меня по-настоящему.

– Ну, понятно. Тут уж ничего не изменишь. И лучше, если все это будет на моих глазах. Когда он тебя бросит…

– Игорь!

– Когда он тебя бросит, я буду рядом. Хотя бы морду ему набью.

…Она достает из коробки стеклянный домик. С белой «заснеженной» крышей, с блестящими окошками. А если все будет не так? Бывают же исключения! Володя бросит свою старуху-жену, они поженятся, у них будут дети. И маленький домик, два окошка, островерхая крыша… Много ли надо для счастья? Любовь и крыша над головой. С милым и в шалаше рай.

 
…Мне нужен маленький домик
Чтобы укрыться от горя.
Мне нужен маленький домик,
Укрыться от суеты.
Мне нужен маленький домик
Рядом с кусочком моря.
Мне нужен маленький домик,
А в этом домике – ты…
 

Только не плакать. Хватит уже…


Надя – ее лучшая подруга. И – единственная. Другой нет. На фирме отношения с коллегами не складываются, Маша знает, что за глаза ее называют «секретуткой» и «директорской подстилкой». Завидуют особому отношению и зарплате, которую она получает. И распускают сплетни. О том, какие подарки ей дарит любовник, на какие курорты возит, в какие рестораны водит.

Нарядив елку, они с Надей пьют на кухне чай и шушукаются.

– Ты знаешь, – доверительно говорит ей Маша, – у меня такое чувство, что со звоном курантов все мои несчастья закончатся. Прав был Игорь. И наступит в моей жизни белая полоса. Просто надо заплатить за свое счастье, настрадаться вдоволь. Ну не может же все быть так плохо!

– А какого счастья ты хочешь? – осторожно спрашивает Надя.

– Ну, конечно, я хочу, чтобы мы с Володей поженились!

– А то, что у него двое детей, тебя не смущает?

– Но я же не виновата, что полюбила женатого мужчину! И что он меня полюбил!

– А что делать мне? – шутливо спросила Надя. – У меня-то белая полоса! Ждать черную?

– Что ты, что ты! Ты такая хорошая, что… В будущем году у вас с Игорем будет свадьба. Цыганка мне сказала: свадьбу вижу, церковь вижу. – Про гроб Маша благоразумно умолчала. – Похоже, это была твоя свадьба.

– Мы с Игорем не собирались венчаться.

– Ну и что? То было вчера, а то – завтра! А вдруг – надумаете? – Она рассмеялась: – Надумаете, надумаете! Наденька, я так за вас рада! Так рада, что даже о своих бедах забываю!

– Да какие у тебя беды? Тебе только девятнадцать, девочка совсем. Встретишь ты еще свое счастье.

– Да я уже встретила! Вот увидишь, все будет хорошо…

… В новогоднюю ночь он позвонил без пятнадцати час.

– Не спишь, Чижик?

– Нет. – «Разве я могу уснуть, не дождавшись твоего звонка?»

– С Новым годом!

– С Новым годом.

– Желаю тебе… – И сбивчиво, торопливо: – Желаю тебе счастья в новом году, а главное, исполнения всех твоих желаний… – «Наших желаний». – Я, как только вырвусь – сразу к тебе. Я тебе позвоню.

– Спасибо.

В трубке уже молчание. С Новым годом, Маша Ложкина! С новым счастьем!


Это были самые долгие новогодние каникулы в ее жизни. Владимир Васильевич с женой и детьми укатил на две недели во Францию, кататься на горных лыжах. Появился только пятнадцатого января, похудевший, подзагоревший, хорошо отдохнувший и, похоже, счастливый. А она…

Она все эти дни лежала на диване перед телевизором, от скуки много ела, набрала лишние килограммы, распустилась, обленилась. Изредка он звонил, узнавал, как дела. Разговор был коротким и деловым, никаких нежностей. Каждый раз после этого Маша подолгу плакала в подушку.

 
…Мне нужен маленький домик
С крышей или без крыши.
Мне нужен маленький домик
С окнами или без.
Мне нужен маленький домик,
Чтобы никто не слышал.
Мне нужен маленький домик,
Чтобы никто не лез…
 

И каждый день, засыпая, Маша говорила себе: «Так нельзя. Надо взять себя в руки. Надо жить дальше. Надо что-то делать…»

Но делать ничего не хотелось. Десятого она с огромной радостью вышла на работу. Но четыре дня до возвращения Володи превратились для нее в кошмар. Все словно сговорились. Маша только и слышала о том, какими замечательными были рождественские каникулы, и побольше бы выходных, о походах в гости, шашлыках у кого-нибудь на даче, катании на горных лыжах, на коньках. Казалось, всем было хорошо, кроме нее! А главный бухгалтер Изольда Борисовна, едва она вошла, нарочито громко заговорила:

– Мне звонила Люда… Да, да, из Франции. Говорит, они с мужем так счастливы! Ну, прямо, вновь медовый месяц! И, представьте себе, каждый день занимаются сексом! – И с торжеством: – Люда говорит, как бы опять не забеременеть!

– А что? Младшей уже девять, можно и третьего, – рассудительно заметила ее помощница Лена. – Людмила Павловна еще не старая.

– Мы с ней ровесницы, – подтвердила главный бухгалтер. – Ей, как и мне, тридцать четыре. Можно и еще детей. – И с торжеством посмотрела на «секретутку».

Маша закусила губу, чтобы не расплакаться. Люда – это Володина жена. Они с Изольдой не только ровесницы, но и учились вместе, в школе за одной партой сидели. Потому Изольда и главный бухгалтер. Имя-то, какое противное! И сама она…

Поспешила уйти, но дверь закрыла неплотно, а в коридоре задержалась, чтобы перевести дух. Голова закружилась, должно быть, нервы. Маша прислонилась к стене и через плохо прикрытую дверь услышала:

– Бросит он свою секретутку.

– Слава Богу! Прямо на шею села! Работать не хочет, а, попробуй, скажи ей хоть слово, тут же бежит к своему любовнику, жаловаться!

– Не понимаю, почему ты Людмиле не скажешь? Вы же подруги! И кем бы он был без жены? Фирма развивается под крылышком у ее отца! Как только у нас в балансе дыра, папа-банкир переводит деньги на счет. Своими глазами видела платежки из банка!

– Зачем человека расстраивать? Да и ненадолго все это. Видишь, он там, во Франции, с женой и детьми, а она здесь, слезы льет. И думать забыл.

– Вернется – уволит?

– А куда денется? Поигрался и хватит!

Потом она ревела в туалете. И ведь ни один человек на фирме ее не пожалел! Все только обрадовались! Разве Маша сделала им что-нибудь плохое? И разве она не работает?! Еще как работает!

– Ложкина, вот ты где! Клиенты в приемной телефоны оборвали! Хватит прохлаждаться!

– Так директора все равно нет на месте…

– Вот и скажи им! Это твоя работа! Хлопнула дверь. «Чтобы никто не лез…»

 
…Мне нужен маленький домик,
Чтоб закрывалась дверца.
Мне нужен маленький домик,
Но если домика нет…
Мне нужен маленький домик
В таком большом твоем сердце.
Мне нужен маленький домик,
А в этом домике – свет.
 

Неужели все? Заявление об увольнении на стол?… Четыре дня она глотала слезы. А потом приехал Володя. Увидев ее, поморщился:

– А ты подурнела. Что с тобой?

– Что? Нет, нет, ничего! Все в порядке!

Сердце у нее замерло. Но вечером они поехали в ресторан, ужинать. Маша постаралась взять себя в руки. Ни одного упрека, внимательно слушать, как он взахлеб рассказывает о своем отдыхе, о богатых и знаменитых людях, с которыми довелось пообщаться, о чудесной погоде, о дивной природе…

Наконец:

– Ну, а ты как?

– Все хорошо.

– Скучала?

– Конечно!

Для интимных свиданий есть гостиницы. Не к ней же? И уж тем более, не к нему. Впрочем, случалось по-разному. И к Маше он тоже приходил, когда Игорь куда-нибудь уезжал, или работал в ночь. Но в этот вечер была гостиница. Не похоже, чтобы у них с женой каждый день был секс там, во Франции.

– Володя, а ты жену любишь?

– Спятила? Думай, что говоришь!

– Я имею в виду, как женщину.

– А как любят «как» женщину, а как не «как» женщину? – пошутил он. – Я вижу, ты в этом деле эксперт.

– Изольда говорит… Она говорит, вы третьего ребенка рожать собираетесь.

– А она что, свечку держала? Маша, я тебя сколько раз просил: не задавай глупых вопросов!

– Но…

– Я соскучился…

У нее немного отлегло от сердца. Нет, это, похоже, еще не конец. Неужели же показалось? И все-таки не удержалась, пожаловалась. Дождалась, когда он насытится, расслабится и успокоится.

– Меня никто не любит.

– А как же я, Чижик? – подмигнул он.

– Я имею в виду, на фирме.

– Тебя кто-то обидел?

– Они говорят обо мне гадости!

– Ну, а как ты хотела? – Володя зевнул, но, увидев ее расстроенное лицо, уже по-деловому спросил: – Кто конкретно?

– В бухгалтерии. Изольда и ее помощница, Лена.

– Ну, с Изольдой я ничего не могу поделать. А вот что касается Лены…

…Лену уволили в конце месяца. В отделе кадров сказали, что в ее услугах больше не нуждаются и вывесили приказ на доске объявлений.

– Не понимаю, за что?! – рыдала та. – Что я такого сделала?!

– Наверняка проделки секретутки, – прошипела Изольда.

Но, как ни странно, подействовало. Любить Машу не стали, зато стали бояться. Говорили с ней заискивающим тоном, откровенно подлизывались. У нее даже появились подруги. Когда она рассказала об этом Наде, та всплеснула руками:

– И тебе не стыдно?!

– А что я такого сделала?

– Из-за тебя человека уволили!

– Да этот человек распускал обо мне грязные сплетни!

– Маша, Маша… Какая же ты еще девочка!

– Ну и пусть! Я ни о чем не жалею! Ни о чем!

– Все зло, которое ты делаешь, к тебе же и вернется.

Видимо, Надя была права.

…Это случилось в начале февраля. Маша сидела за своим рабочим столом, когда в приемную вошла холеная женщина средних лет. Ее нельзя было назвать красавицей, но она была шикарно одета, идеально подстрижена, в вечернем платье, накинутом поверх него собольем манто, в ушах переливались искусной работы серьги, а на тонком белом пальчике Маша разглядела обручальное кольцо с крупным бриллиантом. Глядя на эту шикарную женщину, Маша почувствовала себя замарашкой. И тон у нее был заискивающий, когда она спросила:

– Что вы хотели?

– А где Владимир Васильевич?

– Он у себя.

– Замечательно!

Женщина, не трогаясь с места и ничуть не стесняясь, стала ее разглядывать. Потом улыбнулась и направилась к двери с табличкой «Генеральный директор». Маша привстала, но не решилась преградить ей путь. Но тут дверь открылась сама, и из кабинета вышел Володя, то есть, Владимир Васильевич. Маша увидела, как он сначала побледнел, потом покраснел, как рак и залепетал:

– Люда? Ты здесь? Но я же должен был за тобой заехать… Маша, это моя жена… Людмила… Людмила Павловна… Так неожиданно…

– Зачем такие сложности, дорогой? Ты работаешь, я сижу дома, ты деловой человек, а я бездельница, домохозяйка. Зачем же утруждаться? Работай, ты же у нас кормилец, – Людмила Павловна тонко улыбнулась. – Я сама за тобой заехала. Поедем на моей машине. Собирайся, я не хочу опоздать.

– Но… Ужин с деловыми партнерами у нас в восемь вечера…

– Дорогой, на улицах сегодня ужасные пробки. Секретарь, вы, почему не предупредили своего шефа о пробках?

– Я… Ой, извините.

Людмила Павловна царственно повела плечами. Она здесь чувствовала себя хозяйкой. Маша стушевалась.

– Сколько тебе нужно на сборы, дорогой? Я пока посижу здесь, а, Маша, кажется? Маша сделает мне кофе. Маша, вы умеете варить кофе? Или вы ничего не умеете?

Она побагровела.

– Да-да, сделай нам кофейку, – сказал Владимир Васильевич.

– Кофе буду пить я, – отрезала Людмила Павловна. – А ты собирайся. Сделай нужные звонки, приведи в порядок бумаги, выключи компьютер. Время у нас еще есть.

– Хорошо, – шеф кивнул и поспешно скрылся в своем кабинете.

Людмила Павловна, не снимая манто, присела на диван, а Маша побежала варить кофе. Пока она носилась по офису с кофейником и чашками, сотрудники понимающе переглядывались. Наконец, Маша поставила перед хозяйкой крохотную чашечку с дымящимся кофе. Та к ней даже не притронулась. Спросила вдруг:

– Сколько вам лет?

– Девятнадцать.

– Девятнадцать. И уже такая дрянь!

– Я не понимаю…

– Приезжая, да? Москву покоряем. И откуда вы только такие беретесь! А, главное, откуда в вас столько наглости?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Поделиться ссылкой на выделенное