Михаил Нестеров.

Слабое звено

(страница 2 из 31)

скачать книгу бесплатно


Казимиров подозвал своего помощника Алибека Уварова.

– Проследи за ним, – велел он, кивнув на удаляющуюся фигуру продавца.

Уваров молча кивнул, блеснув желтоватыми белками глаз. Эти глаза, казалось, принадлежат больному, слабовольному человеку.

Потолкавшись на рынке, Санников привел Уварова к своему дому. Не заметив «хвоста»,«засветил» дверь своей квартиры.

Дом номер пять по улице Артема, где проживал Юрий Санников, давно требовал капитального ремонта. А точнее, восстановлению не подлежал. Двухэтажный, по типу возведенных по всей стране пленными немцами, он лишился за последние два года половины своих жильцов. На первом этаже никто не проживал. На втором, кроме Санникова, обитал одинокий, лет сорока спившийся мужик и капитан-лейтенант Дюжин.

Единственный подъезд выходил во двор. Напротив по всей длине дома протянулись сараи, объединенные одной крышей. Сарай Санникова находился в середине. В нем – где на полках, где в погребе – хранились боекомплекты диверсионной группы.

Воровства капитан не опасался. Если и вскроют сарай, то Сергея Дюжина.


– Меня интересует подводный пистолет, – повторил про себя Санников слова Рушана Казимирова. – Где бы его взять?

В это время капитан целился в свое отражение в зеркале из специального пистолета «амфибия». Из унифицированного автомата на базе «АКС-74у» он уже целился.

Шотландское виски по двенадцать долларов за бутылку придало Санникову решимости, и он все же рискнул еще раз наведаться в яхт-клуб, чтобы поговорить за «классный ствол».

* * *
16 июля, понедельник

Санников набрал пива, угостился у соседа балыком и смотрел из окна на его катер, удаляющийся от берега, на сворачивающие во двор «Жигули» шестой модели. И вздрогнул вначале от громкого стука в дверь, а потом – взглянув в желтоватые глаза Алибека.

– Я от Рушана. Где можно посмотреть ствол?

По спине капитана пробежал холодок. Он договорился с Казимировым о встрече в яхт-клубе. Без посторонних. Хотя насчет посторонних речь не шла. И вот Рушан все переиграл. Впору бросить желтоглазому: «Кто так делает?»

От двух бутылок пива в голове возобновился начатый накануне процесс. Санников порадовался автомату, стоящему в шкафу, – так, на всякий случай.

С видом знатока Уваров осмотрел оружие, равнодушно бросил взгляд на второй магазин в руках хозяина.

– Ты не понял, – осмелел Санников, – он заряжен патронами «МПС» для стрельбы под водой. На суше эти патроны не уступают обычным. – После паузы добавил: – Автомат состоит на вооружении морских диверсионных отрядов. Берешь?

Алибек сверкнул золотыми фиксами, отчего его глаза пожелтели еще больше.

– Я возьму два.

– Со вторым заминка, – тут же отозвался моряк. – Вначале нужно сделать заказ, а потом ехать в другой город. Но прежде расплатиться за один ствол.

«Круто», – подумал он про себя.

– Сколько ты хочешь? – спросил гость, стирая носовым платком отпечатки пальцев с автомата.

– А сколько дашь?

– Ты хозяин.

Телевидение – вещь хорошая, недавно по «ящику» передали калькуляцию едва ли не на все виды оружия.

Обычный автомат Калашникова с дополнительным магазином, пламегасителем и штык-ножом стоил на черном рынке тысячу двести долларов, пистолеты – от шестисот. Однако Юра продавал унифицированное оружие и накинул сверху еще тысячу:

– Две двести.

Уваров округлил до двух и кивнул:

– Привези ствол на автовокзал. Увидишь там «шестерку» белого цвета.

– Я в машину не сяду, – предупредил моряк.

– Как скажешь. Рассчитаемся у касс, – пошутил Алибек.

* * *
17 июля, вторник

С крупной суммой в кармане Юра прогуливался с Уваровым вдоль здания автовокзала. Отвечал на вопросы коротко – да или нет, иногда впадал в крайность и давал длинные пояснения.

– Из пистолетов есть бесшумная «амфибия». Дорогая. Полторы тысячи за единицу. Стреляет совершенно бесшумно, один глушитель двадцать сантиметров в длину. Правда, пистолет тяжеловат.

Санников досконально изучил найденное оружие, особой симпатией проникнувшись к «амфибии», этому уникальному пистолету, незаменимому в операциях морских диверсионных отрядов. «Амфибии» были закуплены у американской фирмы «Систем техноложи» российской торговой организацией «Рос-Полимер» – само Министерство обороны из вооружения ничего не продает и не покупает, этим занимаются специальные фирмы, и называется это большой политикой. Даже для Санникова такие вещи были очевидными.

Он досконально изучил «амфибию», разработанную на базе «люгера», измерил и взвесил, поскольку первое ощущение – будто он приподнял старинный чугунный утюг. Вес с магазином оказался в пределах полутора килограммов, длина с глушителем составляла 33 сантиметра – едва ли не длина дверцы шкафа. Конечно, в воде он ничего не весил, а на суше стрелять из него по силам разве что гиревику или штангисту. Впрочем, морские диверсанты – уникальные, как и это оружие, парни.

Санников стрелял из него и ничего не понял, когда на тетрадном листе – мишени – появилась дырка. Совершенно бесшумно. А вес пистолета почти исключал отдачу.

Моряк разработал план еще до расчета за автомат. Сейчас же, получив заказ на «калашников» и пару «амфибий», покачал головой: три единицы спрятать на себе не получится.

– Завтра привезу автомат, послезавтра – пистолеты.

Дома он произвел разборку «калашникова», что-то рассовал по карманам военной куртки, заткнул за пояс, завернул в тряпку и положил в полиэтиленовый пакет. Проверок он не боялся. Особенно здесь, в Южном. По дороге пассажирские автобусы не останавливают и не проверяют. В Дербенте его, одетого в морскую форму, рука не поднимется остановить ни у одного милиционера.

Но следить за ним будут, подтверждение тому – визит Алибека Уварова. В Дербенте он сумеет проходными дворами уйти от «хвоста», сесть на автобус и укатить домой. Важно при этом мероприятии убедить покупателя в том, что он не один, оружие хранит не дома. А пытливая мысль покупателя в итоге упрется в обветренную физиономию морского диверсанта.

Работы ума тут никакой, все складывалось автоматически, одно к одному. И вот ближе к вечеру следующего дня рейсовый микроавтобус доставил из Дербента утомленного капитана. Перед конечной остановкой Санников незаметно переложил в пакет содержимое карманов. Теперь можно было опасаться лишь ненадежности мешка, хранившего в себе разобранный автомат.

Юрия уже поджидала знакомая «шестерка». Он усмехнулся, принимая от Алибека деньги и передавая товар. Еще сегодня он сможет в очередной раз позвонить жене и попросить ее вернуться.


Моряк зря вешал лапшу на уши команде Казимирова. Они не упускали Санникова ни на секунду. Тот несколько раз петлял проулками и проходными дворами Дербента, потом, «оторвавшись», надолго засел в ресторане.

– Стволы Санников держит дома, – доложил Уваров, – он ни с кем не встречался.

– Завтра забери у него деньги и оружие, – распорядился Казимиров. – Только не перестарайся, вначале выясни, откуда у него этот арсенал.

3
19 июля, четверг

Ирина Санникова решила – если все это окажется пьяной выходкой мужа… Она заранее сузила зрачки. Прежде чем пуститься в эту поездку, Ирина осмотрела себя в зеркало: внешность несчастливой женщины.

Этот кретин звонил ей всю неделю. В первый раз она по голосу безошибочно определила, что муж навеселе, нес всякую ахинею: мол, жизнь у них только начинается и все такое прочее. Во второй раз голос Юрия показался ей твердым, до некоторой степени суровым, однако в интонациях прозвучало что-то вроде раскаяния. Он каялся, подумать только!

А ведь было в начале их совместной жизни что-то романтическое, даже ожидание рождало в груди истому. Он появлялся в их конуре не героем, но на лице, как на приборной панели, светились показатели накопленной энергии. Он подсоединял к ней свои клеммы, и оба сутками тряслись на рыдване, громко именуемом диваном. Потом энергия мореплавателя кончалась, он шел аккумулировать ее в море. Он копил положительную энергию, она – отрицательную. И долго так, конечно, продолжаться не могло. Плюс нищенская зарплата, которую Ирина называла получкой, вкладывая в это слово все презрение к профессии моряка и тяжкой доле жены неудачника-морехода.

Сейчас она терялась в догадках. Юрий не нашел новую работу, но у него появились СРЕДСТВА открыть свое дело. Он так и сказал в телефонную трубку: средства. Многозначительно, будто передал из рубки команду в машинный отсек: «Полный вперед!» Она долго потом повторяла это слово, пока оно не потеряло смысл.

Откуда у него средства? И что за дело? Что-то буркнул про деловые связи с каким-то человеком.

В груди шевельнулась грусть, когда в конце улицы показался дом, родной дом. На женщину обрушились воспоминания, глаза заволокло… Она вспомнила первое свидание с Юрой, представившимся потомком открывателя «Земли Санникова». Звучная фамилия, красивая история подействовали на девушку соответствующим образом. Конечно, никакой он не потомок, в паспорте его деда допустили ошибку: был Банников, стал Санников. «Земля Банникова».

Полгода она не видела этих мест – и много, и мало. Все кажется знакомым, ничего вроде бы не изменилось, но глаза замечают что-то неуловимо-новое в старом – чувство, не передаваемое словами. Может, такие ощущения испытывал и Юра, возвращаясь из похода? Она не могла вспомнить, говорили ли они с ним на эту тему.

Ей всего двадцать шесть, а чувствует себя на все сорок. Походка… нелегкая, взгляд – лишь бы ожечь кого-нибудь, сорвать злость. В запасе пара вариантов начать разговор с мужем. Может, купить бутылку вина? Ну уж нет! Подумает, что она обрадовалась первому же предложению, причем ждала его все эти месяцы, но жеманничала и набивала себе цену во время трудных телефонных переговоров. Раз уж он такой деловой, сам должен позаботиться… об интиме? – вдруг мелькнула несуразная мысль.

Ирина выругалась. Уши внезапно зажгло, походка стала моряцкой, чуть враскачку, слабость морской болезнью окутала ее тело. Нет, в такой диспропорции – утомленной и с красной рожей – появляться перед мужем-буревестником опасно. Он теперь умный, со средствами, которые раньше знал только в сочетании с плавучими.

Она свернула с улицы к морю, к ненавистному морю, этой каспийской нефтяной луже с мазутными берегами. Вот что ей предложил когда-то моряк Санников. Завладел ею обманным путем, горячо шепча на ухо басню о молочной речке с кисельными крутоярами.

«Земля Санникова». Миф, мираж, пригрезившийся и ей, и якутскому мещанину Якову Санникову…

Она шла вдоль побережья, отчего-то отчетливо представляя контуры Каспийского моря, напоминающие желудок кролика, Волгу-пищевод, Урал-кишку… Сейчас она обойдет его и вернется на прежнее место, не вынеся из кратковременного путешествия ничегошеньки полезного. Впору возвращаться домой, позвонить мужу и откровенно сказать ему, что она не нуждается в его средствах. Объясняться с ним здесь – означало показать материальную заинтересованность. Он по-простецки подумает, что она, как голодная акула, клюнула на его предложение, постарается различить в ее взгляде алчный блеск.

Нет, все это, конечно, несусветная глупость. Ею сейчас овладела давно забытая робость, подняла со дна души неоправданное, на ее взгляд, волнение. Она ехала сюда, чтобы увидеться с мужем. По большому счету она к нему уже ничего не испытывала, однако ей захотелось возродить в душе давно забытое чувство первого свидания, что наполовину уже произошло. Так отозвалась в ее сердце нескончаемая лента дороги.

* * *

Связанный Санников сидел на стуле. Побои прерывались лишь на несколько минут, чтобы возобновиться с новой силой. Он потерял счет времени, заплывшие глаза уже устало отмечали менявшихся истязателей. Он думал только об одном: когда же его наконец добьют. На чудо он не надеялся. Сосед вернется только завтра к вечеру, другой – Николай Згибнев – если и появится, то, как обычно, пьяный.

Позади двухэтажки открытыми задними дверцами к сараям стоял микроавтобус «Фольксваген». Он уже дважды подъезжал налегке – не считая четырех пассажиров и водителя, и во второй раз был загружен до предела.

Казимиров здесь не появлялся, его «БМВ» стоял на привычном месте возле яхт-клуба.


Сосед Санникова проснулся от невыносимой духоты и распахнул окно. Его мучило вечное головокружение, глаза отвыкли смотреть нормально, все казалось раздвоенным, нечетким. Своего веса он давно не ощущал – вроде как в невесомости. Иной раз качнет, только тогда, ища руками и ногами опору, он чувствовал себя на земле.

Николай перебивался случайными заработками, сегодня рано поутру вымыл пару машин и напился. Вот и еще одна, нуждающаяся в его неотложной помощи. «Фольксваген» – очень пыльный в глазах Згибнева, взирающего на него из окна второго этажа – стоял напротив Юркиного сарая.

Сунув ноги в тапочки, сосед проворно спустился вниз.

– Чего тебе здесь надо, мужик? – грубо осведомился появившийся вслед за ним парень.

– Живу я здесь, – так же вызывающе ответил сосед. – Машину помыть? Полтинник.

Уваров прищурился на покачивающегося незнакомца. Санников, отвечая на вопросы, назвал имена и фамилии всех жильцов, и этот мужик, хлопнувший дверью квартиры, скорее всего его сосед, Николай. Очень неплохо, подумал Алибек; он бы удивился, если бы узнал о том, что Санников – не единственный человек, знающий об арсенале с острова; что он, терпя побои, не выдал своих несовершеннолетних компаньонов.

– Тебя Николаем звать?

– Ну, – промычал Згибнев.

– Выпить хочешь? Мы как раз у Юрка собрались.

Уваров бегло, в очередной раз осмотрел двор. Одну сторону скрывали сараи, две другие прятали его от посторонних глаз за высоченными побегами тополя и зарослями вишни.

Не дав мужику ответить, Алибек увлек его за собой. Открыв дверь, втолкнул жильца внутрь.

– Мужик, ты сегодня так напился, что ничего не соображал. Зачем ты убил своего соседа?

От сильного удара Николай отлетел в угол комнаты. Ему хватило одного удара, чтобы, не сопротивляясь, брать в руку то бутылку, то стакан, которые ему подсовывали два парня. Потом его швырнули на связанного соседа. Пачкаясь в крови, Николай заглянул в изуродованное лицо моряка.

Кухонный нож ударил Санникова под ребра, еще и еще раз, потом ткнулся горячей ручкой в ладонь Николая. Он продолжал сжимать нож, когда его приподняли и изо всех сил швырнули на батарею. И снова убийцы точно все рассчитали: Николай врезался в чугунный радиатор, раскроив себе череп. Дернувшись пару раз, затих навсегда.

Стул со смертельно раненным капитаном развернули в сторону падения соседа, создавая иллюзию удара ногами, и опрокинули. Голова Санникова тяжело ударилась о пол. Раны на его теле были глубокими, кровь вытекала сильно и равномерно.

«Через две-три минуты с ним будет кончено», – напоследок подумал Алибек и даже посмотрел на часы.


Чем ближе было к дому, тем больше нервничала Ирина. Она открыла сумочку. На клапане с внутренней стороны было приделано зеркальце. Снова осмотрела себя: человек-загадка.

Она шла вдоль побережья, обходя мусорные кучи, обломки бетона с торчащей арматурой. Еще пара-тройка домов, таращившихся на нее сетками от комаров, и пора сворачивать. Дом Санникова находился на нечетной стороне улицы, его пока не видно. Зато воображение проникало даже за его стены. Там, поджидая ее, гладко выбритый, не находит себе места капитан третьего ранга.

Романтично.

Прежде чем выйти на улицу, Ирина смахнула с босоножек пыль, поправила прическу. Покосившись на беснующегося в соседнем дворе кобеля, прошла между домов.

4

Следователь городского отдела внутренних дел Усман Рашидов, худой, с темными, словно провалившимися глазами, смотрел то на тело капитана третьего ранга, то на участкового, встретившего следственную группу. Оба вызывали в нем отвращение.

– Опроси жильцов из соседнего дома, – распорядился Рашидов, бросив взгляд на сутулую фигуру оперативника Амдалова, одетого как на демонстрацию: свежая рубашка, пиджак, начищенные кожаные туфли. – Погуляли тут лихо, не могли не нашуметь.

Следователь с опаской посмотрел на просевший потолок: долго здесь задерживаться не стоит.

– И найди пару понятых, – бросил он вслед оперативнику.

Едва начавшись, осмотр места происшествия дал первые результаты: под столом-книжкой был обнаружен патрон, внешне похожий на автоматный калибра 5,45 миллиметра. Уже кое-что, подумал Рашидов: кроме пьяной драки после обильного застолья, а затем откровенной расправы над хозяином, можно выдвинуть пару дополнительных версий – капитан либо хранил патроны, либо занимался их продажей.

– А как ты представляешь себе картину преступления? – спросил он судебного медика, закончившего предварительный осмотр трупов. Эксперт имел богатый опыт, прослужив в органах два десятка лет. Он взирал на мир потухшим взглядом, имел маловыразительное лицо, страдал отсутствием интереса к окружающему.

– Рана на голове… как его фамилия? – Медик указал рукой на труп у батареи.

– Згибнев, – подсказал участковый, одетый в форменную рубашку и мышиного цвета брюки.

– Так вот, – эксперт снова обращался к следователю, – рана на голове Згибнева не вписывается в твою версию, на которую кто-то поработал. Чтобы так треснуться головой, – нараспев и с выражением произнес он, – нужно хорошенько разбежаться. Не мог связанный толкнуть нападавшего с такой силой. И другой момент: в случае удара на груди предполагаемого убийцы должны остаться синяки. Тело же чистое, исключение составляют запястья и правая часть лица.

– Кто-то приложился к нему кулаком?

– Возможно, еще кто-то держал его за руки, – подтвердил эксперт.

– Нападавший был левша?

– Не исключено. И еще обрати внимание на их телосложение, – медик указал на тщедушное тело Згибнева, затем на Санникова, – и сравни. Ссора закончилась бы скоро и не в пользу Згибнева. Конечно, ты можешь сказать о предательском ударе сзади… – Эксперт выразительно замолчал. – Кроме этих двух, – он снова указал на трупы, – здесь поработали еще минимум два человека.

– Они и убили обоих, – по инерции закончил хмурый Рашидов, отличительной чертой которого был гнусавый и невнятный голос. К тому же он имел привычку не к месту вставлять излюбленную фразу: «Как говорится». Причем у него выходило: «Кагытся» – больше похожее на «кажется».

– Возможно, патрон обронил убийца, – высказался оперативник, обнаруживший ценную находку.

– Каким образом? – спросил следователь. – Прохудился магазин?

– Заклинило автомат, стрелок передернул затвор, патрон выбросило.

– Я понял, – перебил Рашидов, издеваясь над молодым сыщиком: тому постоянно мерещились дикие перестрелки. – Когда убийца расчухал, что автомат неисправный, он сбегал на кухню за ножом.

Следователь не знал, радоваться ему или огорчаться. Уже сегодня ему предстояло нанести визит по месту прохождения службы капитана, выяснить специфику его работы, имел ли он доступ к боеприпасам и тому подобное.

На кухне Усман присел возле Ирины Санниковой и посочувствовал ей минутным молчанием. Оставив ее в покое, вышел во двор. Там Амдалов вел опрос жильцов из ближайших домов, ибо все они, как мухи на засахаренное варенье, слетелись сюда. Следователь отозвал оперативника в сторонку.

– Не нравится мне жена Санникова.

– В каком смысле? Она вроде бы ничего.

– В том смысле, – Рашидов повысил голос, – что ее муж в комнате мертвый, а она на кухне, и в глазах ни слезинки. Всем было бы легче, если бы она не приезжала. Но она приехала. Зачем? Чтобы на нее, кагытся, обвалился потолок? Единственная ценная вещь в квартире покойника – автоматный патрон.


Неприятности одна за другой валились на голову следователя. Во-первых, автоматный патрон оказался не 5,45-миллиметровым, а специального калибра 5,66 миллиметра, то есть для подводной стрельбы. Такие патроны применяются в специальных унифицированных автоматах Калашникова, состоящих на вооружении в диверсионно-разведывательных отрядах. В сарае нашли стреляные гильзы от высокоскоростного пистолетного патрона того же назначения.

«Вперся!» – восторгался собой удрученный следователь. Поймав свое отражение в зеркале, отметил отличительные черты пессимиста и неудачника – направленные вниз уголки губ и глаз.

Теперь Рашидов прикидывал, дадут ему довести это дело до конца или нет. Если не дадут, то каким способом. Лучший вариант – остановиться на предварительной версии пьяного беспредела. С патронами для подводной стрельбы можно опуститься очень и очень глубоко.

Опрос жильцов близлежащей двухэтажки показал, что последние день-два Юрий Санников стал хорошо одеваться, это подтвердила новая фирменная куртка в квартире покойного капитана; жил на широкую ногу, об этом говорили бутылки из-под виски и местного «Абсолюта». Два раза он пользовался катером соседа. Куда ходил на нем? Исходя из просьбы, за цветметом на Приветливый. Как бы то ни было, но поездки на катере так или иначе изменили жизнь моряка.

Поздно вечером после оперативного совещания Рашидов остался один на один с начальником отдела майором Санжаровым.

– Я предлагаю похерить улики, – заявил Усман, – изъять из дела документы о производстве экспертизы и закрыть его по причине смерти подозреваемого. Зачем нам лишняя головная боль?

Санжаров, коренастый, с угрюмым лицом, молча прошелся по кабинету. Заложив руки в карманы брюк, посмотрел во двор отдела, загаженного строительным мусором.

– У меня есть другое предложение. Давай вызовем начальника УФСБ и поговорим с ним.

Через полчаса в кабинет вошел недовольный, с запахом спиртного майор ФСБ Петрунин и долго соображал, чего хотят от него менты.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное