Марина Серова.

Удавка для жрицы любви

(страница 2 из 16)

скачать книгу бесплатно

Ладно, возьмусь я за это дело, хотя и не слишком оно мне импонирует. Собственно, такое решение я приняла уже в первые минуты встречи с этой женщиной. Однако теперь предстоит обсудить финансовые вопросы, а, надо сказать, в этом отношении я довольно щепетильная особа.

– Я согласна заняться вашим делом. Но – должна предупредить: беру дорого, – несколько сконфуженно произнесла я.

Причиной возникшего вдруг неудобства было следующее обстоятельство: моя посетительница была одета очень просто, хотя и со вкусом. Серый недорогой плащ, оригинальные ботиночки и удобная черная сумка, скорее всего из кожзаменителя, – вот весь прикид моей клиентки. Поэтому мне было немного не по себе, поскольку обычно мои заказчики выглядели посолиднее.

– Ничего страшного, двести долларов за сутки, ведь так? – ничуть не смутившись от моего проницательного взгляда, спросила моя заказчица.

– Да. Вы уверены, что в состоянии заплатить столько? – не переставала сомневаться я.

– Вот вам задаток за три дня. Остальное позже. – Татьяна Михайловна положила деньги на столик.

Я задумчиво поглаживала виски. Нужно было уточнить некоторые детали.

– Скажите, а что означали ваши слова насчет того, что в Хвалынске девушка вела себя не лучшим образом? Что именно там произошло?

– Дело в том, что пару месяцев назад она приезжала к нам и жила три недели. Когда я ее спрашивала, почему это она вдруг решила приехать, то в ответ слышала, что ей нужно перекрыться на некоторое время. Но причину тем не менее она не объясняла.

– Понятно. У меня пока больше нет вопросов, но они могут появиться в ближайшее время. Как мы с вами будем поддерживать связь? Ведь вы, как я понимаю, уезжаете?

– Да, но всего лишь на четыре дня, а потом снова вернусь. Вот вам адрес и телефон Гришиных. Нина в курсе того, какого мнения придерживаются родственники, так что вы можете обратиться за дополнительной информацией к ней.

Закрыв дверь за посетительницей, я снова налила себе кофе и закурила. Мой новый жилец Маркиз, чинно вышагивая, появился на пороге кухни.

– Мяу! Мр-р! – ехидно повиливая хвостом, котяра явно издевался над моим задумчивым видом.

Я уже ни капельки не сомневалась, что такое непонятное дело свалилось на мою голову не без кошачьего виртуального вмешательства. Даже несмотря на то что животное не имело черной окраски, традиционно присущей эзотерическим котам.

– Ну-ну, вот посмотрю я, как ты завоешь, если меня не будет пару дней дома. Голод не тетка, знаешь ли!

Но котяра лишь отвернулся и направился к миске с водой.

Глава 2

Первым этапом моего расследования был осмотр места происшествия. Предстояло выяснить огромное количество деталей, объяснить которые моя заказчица не смогла по причине своей далеко не полной осведомленности. Итак, за дело берется детектив Таня Иванова, а это, что ни говорите, очень многое значит.

Дом по адресу, который мне оставила Татьяна Михайловна, я нашла довольно быстро.

Располагался он в центре города, а жилье здесь по-прежнему котируется высоко. Неудивительно, что Нина Михайловна, мать погибшей девушки, не хотела разменивать квартиру, а тем более уходить от ее владельца, хотя тот и был алкоголиком.

Старые четырехэтажные дома стояли буквой «П», и в результате такой комбинации получался очень удобный дворик с многочисленными лавочками, беседкой и детской площадкой. Я оставила машину со стороны улицы, на всякий случай. Не хотелось светиться с самого начала.

«Шелковичная, дом 2», – прочитала я на фасаде здания. Итак, я у цели. Нужный мне подъезд располагался с самого краю, так что долго мне плутать не пришлось. Перед тем, как войти в подъезд, я внимательно осмотрела местность. Мирно играли дети, за ними следили старушки, при этом не переставая о чем-то активно судачить. Ничего особенного, совершенно обычная картинка. Однако мне, как ни странно, показалось, что это пространство между домами имеет какую-то особую стойкую энергетику. Вот только отрицательная она или положительная, пока разобрать я не смогла.

Подъезд, как и весь дом в целом, был старым и обшарпанным. Настенные надписи были самыми разнообразными, начиная от «Цой жив» и заканчивая «Маша, я тебя люблю». Взору моему предстали отличающиеся категоричностью резкие политические лозунги – результат недавно прошедших выборов. Да уж, в подъезде живут разносторонние личности, ничего не скажешь. Вон как художественно отделали стены…

Поднимаясь по лестнице, я очень боялась упасть или вляпаться в нечто нехорошее, так как уже отживающая традиция не иметь в доме лампочек здесь свято соблюдалась. Ох, ну и дыра, даром, что центр города!

«Черт знает что! – ругалась я про себя. – Веселое местечко, или кто-нибудь на тебя упадет в темноте, или ты сам споткнешься и переломаешь все кости на этих крутых ступеньках». На третьем этаже лампочки тоже не было.

«Интересно, а в вечер убийства здесь тоже не было лампочки?» Я осторожно ступила на следующую ступеньку.

– Вот гады, опять лампочку выкрутили, куда они их девают?! – злобно ругался мужской голос, обладатель которого, судя по всему, шел по лестнице мне навстречу.

Я была совершенно согласна с его определением, которое он дал неведомым истребителям лампочек. Уже давно не приходилось встречать таких домов. Чего стоит, например, эта лестница, такая узкая, что идущий сверху жилец, пожилой мужчина средней полноты, еле-еле протиснулся между стеной и мной.

Наконец, я добралась до нужного мне четвертого этажа. Как и объясняла Татьяна Михайловна, к полу была приварена железная лестница, которая заканчивалась люком, ведущим на чердак. Сейчас люк был закрыт на обыкновенный висячий замок.

Именно эта конструкция, насколько я поняла, и имела отношение к трагическому происшествию с Ириной Гришиной. Я подняла голову вверх: судя по всему, девушка стояла на той лестнице, привязывая к ней веревку. Но все это мне еще предстояло выяснить в ходе собственного расследования.

Четырнадцатую квартиру я увидела сразу: по сравнению с остальными ведущая в нее дверь имела самый непрезентабельный вид. Рядом была квартира соседки, которая, по словам Татьяны Михайловны, и обнаружила висящую на веревке Ирину Гришину. Зайти сейчас? Немного подумав, я решила, что лучше сделать это попозже.

Вообще-то, в тот момент я не совсем понимала, с чего следует начинать. Ведь каких-то очевидных подозрений заказчица не имеет, а мне их тем более трудно определить, так как информацией я владела довольно скудной.

Я позвонила в квартиру. Дверь открыла женщина, очень похожая на Татьяну Михайловну. Те же вьющиеся каштановые волосы, огромные карие глаза, только сильно заплаканные. Да и ростом Татьяна Михайловна была повыше.

– Здравствуйте, мне бы Нину Михайловну увидеть, – начала я.

– Да, здравствуйте, это я, – дрожащим от волнения голосом ответила женщина.

– Я – детектив Таня Иванова, я бы хотела…

Женщина смотрела вперед стеклянными глазами, казалось, она смотрит сквозь меня. Потом вдруг она встрепенулась и, словно очнувшись, перебила меня:

– Да-да, сестра мне говорила, заходите.

Я прошла в квартиру. Эта была обыкновенная малометражка, где в прихожей не повернуться. Стоя на пороге, можно было легко рассмотреть и кухню, и гостиную. Дверь во вторую комнату была закрыта.

«Очевидно, там и живет молодая семья», – мысленно решила я.

В середине комнаты находился стол, на котором стояла большая фотография погибшей. Рядом лежал альбом со снимками, некоторые были вынуты и разложены на столе. Наверное, Нина Михайловна в сотый раз рассматривала фотографии дочери.

– Присаживайтесь, – предложила она, показывая на кресло. – И спрашивайте все, что считаете нужным.

– Я хотела бы услышать от вас информацию о вашей дочери. Ведь вам должно быть известно о ней больше, чем кому бы то ни было. Возможно, есть какие-нибудь личные вещи, которые помогут пролить свет на то, что происходило в ее жизни в последнее время?

– Вещи? – Нина Михайловна растерянно огляделась. – Я даже не знаю, что именно следует вам дать…

– У нее была сумочка? Там наверняка есть записная книжка, косметика?..

– Да, конечно, Маринка все это сложила в ящик… – Женщина встала и направилась к стенке. Она открыла нижний ярус и вытащила оттуда картонную коробку. – Вот, посмотрите! – поднесла она коробку к столу. – Я последние дни совсем ничего не соображаю.

Я стала рассматривать содержимое коробки. Здесь была куча почти совсем новых губных помад, тени, тушь и прочее, но все это меня не интересовало. Мое внимание привлекла скрученная резинкой для волос стопка визиток. Я достала их. В основном здесь находились визитки ночных клубов и компаний досуга, было еще две или три карточки каких-то руководящих работников. «Шаганов Вениамин Александрович, – прочитала я на одной из них, – директор фирмы „Велкопрос“». Далее шли домашние и рабочие телефоны.

– Что это еще за «Велкопрос»? – удивилась я. – Что-то не слышала про такое.

На всякий случай я прихватила с собой всю стопку визиток, после чего снова стала перебирать вещи Ирины. Наконец, на дне коробки я почувствовала твердую обложку.

– А это что? – Я извлекла довольно-таки толстую тетрадь в твердом кожаном переплете. Хм, а такую тетрадь на лотке не купишь, стоит она недешево.

Я раскрыла тетрадь. На первой странице красовалась фотография Ирины, сделанная, наверное, около года назад. На меня смотрели не по-девичьи грустные серые глаза. Полные чувственные губки были слегка приоткрыты. Не знаю почему, но у меня сложилось впечатление, что девушка на фотографии словно взывает о помощи.

«Ей всего лишь семнадцать с небольшим, а такой взгляд… Ведь она совсем еще ребенок! – Я перелистнула страницу. – Дневник!» – пронеслось у меня в мозгу.

Это была настоящая удача! Дневник, как правило, таит в себе огромное количество тайн и разгадок, нужно только правильно читать между строк, и тогда легко можно будет отыскать ключ.

– Нашли что-нибудь? – спросила меня Нина Михайловна, входя в комнату со стаканом воды.

– Да, кажется, это дневник, – показала я его матери.

– Он вам нужен? – почему-то упавшим голосом спросила женщина.

– Только на время расследования, потом я его верну, – успокоила я Нину Михайловну. – Скажите, а у вас самой есть версии, почему это произошло?

– Не знаю! Моя девочка, она была очень доброй и доверчивой, я не знаю, кто мог желать ей зла. Хотя о чем я, может, она сама совершила это… Не простила мне, что я оставила ее здесь… – Женщина больше не могла сдерживаться, она разрыдалась.

– Подождите, а ваш сын дома?

– Мишка? Нет, насколько я знаю. Они мне не докладываются. Живем в одной квартире, а словно чужие, словно не мать я ему вовсе. Эта дрянь все глаза ему затмила!

Что касается дряни, то под этим определением, как я поняла, подразумевалась Марина.

– Я бы хотела поговорить с ними, это возможно?

Нина Михайловна вытерла глаза, окончательно успокоившись, и произнесла совершенно неожиданные слова:

– Может быть, они и дома, просто не выходят. А я сейчас спала, последние дни все на таблетках. Но только если вы, Татьяна, хотите поговорить с ними, сначала выйдите за дверь и снова позвоните. Если даже я вам открою, не подавайте вида, что вы со мной уже разговаривали, а сразу идите к ним.

– Но почему? – не понимала я.

– Иначе они с вами и разговаривать не будут! Я-то знаю! Она и родственников моих за людей не считает, и знакомых! Все мы для нее плебеи деревенские. Шалава городская!

Это уже совсем никуда не годилось. Если я такие слова слышу в первый раз и мне уже противно, то каково же было здесь молоденькой девчонке? Пока я еще не могла понять, кто здесь главный наводчик смуты и стоит ли внимать сказанному, однако на всякий случай решила сделать так, как просит хозяйка.

Выйдя за дверь, я усмехнулась: «Видел бы меня сейчас кто-нибудь!» – и снова позвонила в дверь.

Сначала никто не открывал. Потом послышались шаги и голос молодого человека.

– Кто там?

– Мне нужен Михаил Гришин, я могу его увидеть?

Дверь открылась, и на пороге показался молодой человек. Честно говоря, о его принадлежности к этой семье говорили только огромные карие глаза, как у матери и тетки. Сам же он был маленького роста и уж чересчур тщедушный. Казалось, дунь на него, он и полетит легким перышком.

– Я бы хотела с вами поговорить по поводу смерти вашей сестры.

– А кто вы? – довольно бесцеремонно спросил молодой человек.

– Я – частный детектив Татьяна Иванова, меня наняла ваша семья для расследования причин смерти Ирины.

– А я-то чем могу помочь? Все закономерно, она всегда шалавой была, это другим закончиться не могло.

– Это вы так про свою сестру?

Михаил некоторое время стоял молча. Он не прогонял меня, но и в квартиру не приглашал.

– Ну, так мы, может быть, все-таки поговорим?

– Ладно, заходите! Но учтите, что мне некогда.

В процессе общения с этим молодым человеком у меня стало складываться впечатление, что Нина Михайловна не так уж и далека была от истины.

– Михаил, почему у вас такие напряженные отношения со всеми родственниками? – как бы невзначай спросила я, когда мы прошли к нему в комнату.

Честно говоря, я ожидала увидеть здесь и жену, но ее не оказалось. С другой стороны, может, это было мне на руку.

– С чего вы взяли? – начиная злиться, ответил мне вопросом на вопрос молодой человек.

– Это легко заметить.

Однако как это ни парадоксально, но Михаил относился к тому типу людей, психологический портрет которых трудно уловить. Обычно мне всегда удается подстроиться под тип человека и найти с ним общий язык. Но это было исключение.

– Михаил, собственно говоря, почему вы так отрицательно настроены по отношению ко мне? Ведь я вас вижу первый раз в жизни? – решила я пойти на пролом.

– Ладно, извините, я зарвался. Просто поймите, после свадьбы и я, и Марина стали изгоями в этой семье. Мать невзлюбила мою жену буквально с первых минут знакомства.

– А разве это чувство не было взаимным?

– Понятия не имею, да никогда и не старался этого узнать. В ваши бабьи разборки ввяжешься, сам потом виноватым и станешь. У материных родственников характеры, как на подбор, не сахарные. Зато себя ангелами выставлять ох как любят. Ладно, это не важно. Я скажу только одно: у нас с Мариной иногда такие сложные времена были, что есть совсем нечего было. Разводили бульонные кубики в кипятке и ели, если это можно назвать едой. И никто из них не помог! Никто! Мать даже картошки не давала, говорила: «Женился, вот и корми свою шалаву чем хочешь!» И после этого они хотят, чтобы к ним хорошо относились?

Ох уж эти семейные дрязги! Наверняка мать Михаила имеет свою интерпретацию этого конфликта, и ее знакомые сочувствуют ей и называют детей неблагодарными или как-нибудь покрепче. Каждая сторона считает себя правой.

– Извините, можно попросить у вас стакан воды? – спросила я.

– Запросто, сейчас принесу.

Он вышел, а я вскочила с дивана и принялась осматривать комнату. На полке стояли свадебные фотографии, и я наконец-то увидела, что представляет собой Марина. Типичная стерва… Даже я, совершенно непредвзятый человек, и то согласилась бы с тем, что ее улыбка напоминает хитрый лисий оскал. Серые глаза, близко расположенные к переносице, тонкие губы, маленькие, слегка торчащие ушки – все это почему-то производило отталкивающее впечатление.

Неожиданно в комнату влетела та самая дама, которую я только что рассматривала на фотографии.

– Что вам здесь нужно? Ничего мы не знаем и знать не хотим! Она была форменной шлюхой, постоянно шлялась непонятно где! Целыми неделями дома не появлялась! Я даже боялась, что подхватим от нее что-нибудь через общий туалет! Уходите отсюда!

– Я бы попросила вас вести себя интеллигентнее, иначе мне придется поставить вас на место, – с убийственной вежливостью произнесла я.

Как ни странно, но ледяное спокойствие возымело действие. Увидев, что она меня даже не смутила своей выходкой, Марина замолчала, поджав губы.

– Ах так! – только и произнесла она, а через секунду словно молния вылетела из комнаты, звучно хлопнув дверью. – Эй, ты! – услышала я сквозь тонкую стенку. Очевидно, она обращалась к своему мужу. – Ты ее впустил, ты с ней и разбирайся!

Может быть, хоть теперь, пока они выясняют отношения, я смогу получше осмотреть комнату? Несмотря ни на что, во мне не угасала надежда найти что-нибудь важное, дающее ниточку к расследованию этого сумасшедшего дела. И моя неугасимая вера была вознаграждена. На одном из многочисленных листков, валяющихся на полках, я увидела оттиск печати: «ЧП Гришин Михаил Борисович» – и далее номер лицензии со всеми необходимыми элементами.

– Та-ак, а это уже интересно! – вслух подумала я.

Я уже было потянулась за листком, как дверь в комнату распахнулась.

– Татьяна, извините, но вы же сами видите! – Михаил понуро мотнул головой в сторону кухни, где еще, очевидно, бесновалась молодая ведьмочка.

– Да, вижу. Тогда давайте закончим неугодное для вашей супруги общение как можно быстрее. Я задаю вопросы, вы отвечаете, идет?

– Согласен!

– В каких отношениях были Марина и ваша сестра?

– Не ладили, это точно. А может, даже ненавидели друг друга.

– С какой компанией Марина поддерживала дружеские отношения в тот момент, когда вы познакомились?

– Да с обычной, они там… Ну, короче, ничего там ненормального не было.

– Хорошо, я по-другому задам вопрос: в этой компании были криминальные личности?

Молодой человек неожиданно замолчал.

– Так вы что, Маринку подозреваете? – Пауза. – Нам больше не о чем разговаривать. Когда раскопаете что-нибудь, тогда и приходите! Прошу! – Он широко раскрыл передо мной дверь.

Мне ничего не оставалось, как удалиться. Выйдя на лестничную клетку и закурив сигарету, я задумалась. Под сигарету очень хорошо получается выстраивать мысли из хаоса в логическую цепочку.

Семейка действительно веселая. Для создания полной картины оставалось увидеть еще мужа-алкоголика, но это, наверное, случится позже, так сказать, на десерт.

Не знаю почему, но я не могла отделаться от мысли, что в этой семье происходит что-то такое, о чем никто не догадывается, но что тем не менее существует и при этом приносит уйму неудобств обитателям квартиры номер четырнадцать. Как раз эту тайну мне и нужно будет узнать.

Сигарета закончилась. Одновременно с этим сформировалась моя моральная готовность совершить очередной бросок.

Я решительно подошла к соседской квартире и нажала на кнопку звонка. Дверь открылась неожиданно быстро, из чего следовал вывод, что за мной наблюдали через «глазок». Слова Татьяны Михайловны, что соседка постоянно следит за происходящим на лестничной клетке, оказались правдивыми.

– Здравствуйте, я Таня Иванова, частный детектив, провожу расследование обстоятельств смерти вашей соседки Ирины Гришиной. Я могу с вами поговорить?

Старушка подозрительно посмотрела на меня.

– Вы из милиции?! – прошамкала она беззубым ртом, причем было не совсем понятно, спрашивает она или утверждает.

– Да нет же, я сказала…

– А мне не важно, что вы сказали, я ничего не знаю. Дайте мне дожить спокойно до смерти, мне и так немного осталось! – И с этими словами дверь захлопнулась перед моим носом.

Это было уже слишком! Или люди из этого подъезда действительно что-то знают и бояться показать это, или они просто сумасшедшие. Бабку я решила сломить грубым напором: немного поколебавшись, нажала на кнопку звонка повторно и не отпускала ее в течение целой минуты. Ведь когда-то бабкино терпение должно было кончиться?

– Я сейчас милицию вызову! – услышала я вопль старухи, который прозвучал чересчур жалко.

– Не надо милиции, – крикнула я в ответ, устыдившись своих недостойных действий. – Я с вами всего лишь поговорить хочу, откройте дверь! Вам же все равно от меня не отделаться!

Через некоторое время дверь и в самом деле открылась.

– Ладно, заходи, – послышался недовольный старческий голос. – Чего тебе от меня надо?

Я прошла в комнату. Квартира у бабки была точной копией той, что я совсем недавно покинула, только обстановка свидетельствовала о явной бедности, даже почти нищете хозяйки.

– Вас ведь, кажется, тетя Катя зовут? – проходя на кухню, спросила я.

– Да. Это ты откуда знаешь?

Надо бы постараться расположить бабульку к себе, она может пригодиться в расследовании. Только вот как сделать это, если симпатии она у меня не вызывает? Эх, иногда в моей работе вырисовываются явные минусы.

– Сказали ваши соседи. Но это не имеет большого значения. Пожалуйста, расскажите мне о семье Гришиных.

Старушка немного замешкалась. Она то поджимала губы, то отводила глаза. Очевидно, я ее обидела своей настойчивостью, но избавиться от меня она не могла, поэтому была вынуждена подчиниться грубой силе.

– А чего рассказывать? Семья как семья! Обычная, ничего в ней особенного нет.

– Меня больше интересует погибшая, – подсказала я.

– Э-эх, Иринка! Такая девчонка была! Скурвилась. А как тут не скурвиться: отец всю жизнь пьет, гоняет их по ночам. Она ведь, Иринка-то, всего года два назад перестала писаться в постели! Да и Мишка такой был. Нервы-то у детей попорчены! Денег не хватало. Мать на трех работах, за детьми улица следила. Но старший пацан, ему-то ничего, а за девчонкой глаз да глаз нужен.

– Но Михаил все-таки женился, семью завел, – решила я поддержать бабкины сплетни, а заодно разговорить ее еще больше.

– Женился! Не жена, а мегера. Всех бы выжила из квартиры, была бы ее воля. Иринке проходу не давала, девчонка даже в комнату свою бывшую чуть ли не тайком пробиралась за вещами – сколько раз жаловалась. А Маринке той палец дай – всю руку отхватит, – так образно показала старушка, что я зябко поежилась. – Но не тут-то было, мать за дочь заступалась, в обиду не давала. Нашла коса на камень. Вот она и невзлюбила Нину Михайловну. А Мишка сам мог бы подумать: женился – вот семью и обеспечивай.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное