Кондратий Жмуриков.

Принц и Нищин

(страница 3 из 25)

скачать книгу бесплатно

У этой стойки Сергей, поблуждав взглядом по залу, нашел и Юджина: крупье пока что не работал, а меланхолично пил кофе и разглядывал переливающуюся и фосфоресцирующую, как фитопланктон в океане, прозрачную плиту в основании стойки бара, на которой стоял крутящийся стул Юджина.

– Здорово, – сказал Воронцов, присаживаясь рядом с ним. – Чем порадуешь?

– А-а, Серега! – заговорил тот. – Пришел? Ночка должна выдаться занимательная. Ну, что пить будешь?

И Юджин выразительно посмотрел на бармена.

– Вот что. А забацай какой-нибудь коктейльчик… по своему желанию, Берт, – сказал Корнеев этому самому бармену, нерусского типа молодому человеку, тщательно причесанному и выбритому, с гладким лощеным лицом и неприятными черными, как оливки, глазами. В белоснежной сорочке, под неоновым световым великолепием отливающей лиловым, и в довольно-таки вульгарной цветной жилетке.

– Понял, – быстро ответил тот. – А тебе, Юджин, уже работать пора. Клиентура прибывает.

– Одну минуту, – отозвался Юджин, повернулся к Воронцову и негромко произнес, – подойдешь ко второму столу с блэк-джеком, там буду я. Поставишь две фишки по полтиннику. Потом сам поймешь.

– Хорошо… – пробормотал Сережа, принимая изготовленный барменом Бертом коктейль. – Сейчас я только немного освежусь.

– Ну разве что немного. А где Алик?

– Он подойдет позже. У него же родители на неделю на дачу уехали, так он у себя на хате со Светкой отвисает.

– А… это такая рыжая кобыла с огромными сиськами?

– У тебя всегда был вкус в оценке девушек, – кривясь, отозвался Сергей, – а главное – такт.

– Да ну, не гнуси ты, Серега. Чтобы ты понимал в бабах, после своей армии-то. Тебе сейчас любая шмара за Клаву Шиффер покатит. А сегодня такие свеженькие миленькие девочки наличествуют, – сказал Юджин и многозначительно подмигнул. – Насмотришься на них, а если удачно выиграешь, то можешь и не только посмотреть. У нас их тут можно прямо по анекдоту…

– Какой анекдот? Какой-нибудь под Карла Маркса – бородатенький? – выговорил Воронцов, вытягивая коктейль через трубочку.

– А как же! Значит, так. Нанял бизнесмен новую секретаршу. Как вот мы позавчера новых девочек. Знакомит ее, типа… с ее новыми обязанностями: «Вот стол, за которым вы будете работать». – «Хорошо». – «Вот телефон с автоответчиком, по которому вы будете отвечать на звонки и помогать мне связываться с нужными людьми». – «Хорошо». – «Вот кофеварка, в которой вы должны уметь быстро приготовить кофе и подать в мой кабинет». – «Хорошо». – «Вот компьютер, на котором вы будете рассылать и принимать факсы, электронную почту, работать в Интернете, и все такое». – «Хорошо». Бизнесмен хренеет от его обширного лексикона: «Да ты хоть кроме „хорошо“, какие-нибудь слова знаешь, а?!» – «Знаю. Секс. Минет.» – «Хо-ро-шо-о-о…»

Сказав все это, Юджин исчез. Сережа стал допивать коктейль. Бармен Берт включил телевизор в режиме Mute (т. е. без звука), и на экране замелькали размалеванные лица, широкие, веерно разлетающиеся одежды, а потом кадр укрупнился, и Сергей увидел безобразно отмакияжированное лицо существа непонятного пола; впрочем, существо тут же показали в полный рост, и исходя из того, по каким контурам и выпуклостям обтянули красные кожаные штаны ноги этого существа – то оно все-таки было мужеского полу.

Клип заканчивался, и появилась короткая надпись: АСКОЛЬД. «Гвадалахара».

– Вот пидор… – пробормотал Сережа. – Выпускают же таких уродов…

Он отвернулся от телевизора и увидел, что Корнеев уже раздает карты игрокам в блэк-джек. В тот же самый момент, когда Юджин занял свое рабочее место за игорным столом и начал принимать ставки, в зал вошли два новых посетителя.

Один из этих вновь вошедших был рослый мужчина лет около тридцати пяти, в дорогом пиджаке, со спокойным широким лицом и спокойными темными глазами под аккуратно уложенными в челку светло-каштановыми волосами. Даже под пиджаком было видно, что он просто-таки богатырской комплекции. И, надо сказать, его телосложение в сочетании с выступающими острыми скулами широкого лица, глубоко запавшими словно от усталости сощуренными глазами – неподвижный взгляд! – и массивной угловатой нижней челюстью выглядело достаточно характерно. При всех этих не самых симпатичных особенностях внешности мужчина смотрелся отнюдь не отталкивающе, даже напротив – вполне привлекательно. Вероятно, свою роль играло то изящество и легкость, с которыми он нес свое статное массивное тело.

Рядом с ним в зал казино вошел невысокого роста человек с темным, одуловатым, нездорового цвета лицом и длинным носом. Этот второй выглядел далеко не так внушительно, как его спутник, и потому все время суетливо пробегал взглядом по стенам казино и по лицам посетителей, словно пытливо ища кого-то или пытаясь разглядеть их реакцию на свою персону. Реакцией этой они его не баловали, а потом он перестал крутиться и последовал за ровно вышагивающим здоровяком прямо к стойке бара, за которой сидел Сережа.

Они уселись в некотором отдалении от Воронцова и, заказав себе по бутылке пива «Невское», стали лениво потягивать его. И какое удовольствие сидеть в казино, когда можно спокойно пойти в кафешку или ресторан и там выпить и закусить, а не стоять тут и не портить пронизанную флюидами азарта атмосферу… нет, портить не естественными газообразными отправлениями организма, а самим своим равнодшием к Игре.

Сергей глубоко вздохнул, допил коктейль и направился к игорному столу, за которым священнодействовал Юджин. С первых же ставок ему начало везти. Причем везти так, что, быть может, Юджин был тут не совсем при делах. Сережа даже проверил свое предположение, поставив три фишки на рулетку, и тут же умудрился сорвать весь банк, верно угадав число.

Юджин косился на него, кажется, с одобрением. За полчаса Воронцов выиграл около десяти тысяч. При этом он выглядел как взмыленная лошадь, которую пришпоривал по дистанции особо рьяный и озлобленный жокей. Деньги, которые давались с такой завораживающей и фееричной легкостью, опьяняли его не меньше иного спиртного, и Юджин, вцепившись взглядом в бледное лицо Сережи, произнес вполголоса:

– Пойди освежись. Попроси у Берта коктейль «Ариозо». Это наш фирменный, самый дорогой, но тебе сейчас, по-моему, особо бабло считать не приходится… поперло, Серега, поперло! Но главное – впереди.

Как раз в этот момент в казино заявился гражданин Мыскин. Этот был в откровенно упадническом состоянии, имеется в виду не то, что Алика обуревали декадентские мотивы, а всего лишь его неотвязное стремление принять горизонтальное положение. Прочем, раз за разом Алик Иваныч свято выдерживал вертикаль. В связи с намеченным походом в казино Алик облачил свое длинное тощее тело в отглаженные брючки, белую рубашку с длинным рукавом, которая вместо того, чтобы придать Мыскину солидность, делала его фигуру еще более длинной и тощей. Алик заметил Сергея сразу. Направился к нему довольно бодрой и деловитой, хотя и несколько клонящейся в синусоиду, походкой. Несколько раз поглазел на вяло танцующих девиц, вопреки всем правилам казино составляющих подтанцовку и отвлекающих клиентов от игры, сунул одной из них в трусики десятирублевку, при этом едва не порвав последнюю деталь туалета бедной девочки. Впрочем, судя по всему, та приняла «деревянную» десятку за стобаксовую купюру.

Алик подошел к Сереже Воронцову.

– Ну как у тебя?… – осведомился он. – Чего-нибудь выиграл?

Воронцов молча сунул в вытаращенные глаза Мыскина пачку смятых пятисотенных, а потом все так же молча убрал деньги в карман.

– Уффф!.. – выдохнул Алик. – Это надо же, а?! Не, ну тут если такое дело, то надо срочно выпить по чуть-чуть.

– Ты, уже, кажется, чуть-чуть выпил, – отозвался Сережа, – может, тебе хватит?

– Ква… хва… да нет, ты че, успехи полагается вспрыскивать! – запротестовал тот. – А то дальше не пойдет.

– Ладно, – сказал Сергей.

Они подошли к стойке бар, и Воронцов, припомнив название упомянутого Юджином коктейля, сказал:

– Нам два коктейля «Ариозо».

Берт моргнул и поднял на Сережу взгляд оливковых глаз, в которых Воронцов, как показалось ему самому, увидел некоторое недоумение.

– А что тут такого, Берт? – выговорил он. – Это мне Юджин порекомендовал. Сказал, что это ваш фирменный.

– Конечно, конечно, – кивнул Берт и нырнул под стойку, очевидно, добывая какие-то из ингредиентов коктейля с таким поэтическим наименованием, а Мыскин качнулся лбом к стойке и, едва не придя с ней в тесный контакт, выбулькнул:

– Ну и рожа… у здешнего барыги. Да и имечко: Берт… да-а-а.

Через минуту охаянный Аликом бармен Берт поставил перед Мыскиным и Сережей Воронцовым два запотевших от холода бокала, до половины заполненных каким-то мутно-зеленоватым пойлом, словно бы слабо светящимся изнутри.

– Жабья жидкость, – буркнул Мыскин. – Вы че, туда фосфора, что ли, насовали? Жидкая соба… собака бррр… Баскервилей…

– Попробуем, – сказал Сережа и отхлебнул коктейль со столь оригинальным названием. Да! И вкус этого напитка, чуть горьковатый, тянущий, но какой-то необычайно свежий и совершенно без ощущения алкоголя, – это впечатляло не меньше, чем название. Недаром у Юджина так горели его обычно мутноватые водянистые глаза, когда он говорил о коктейле «Ариозо».

Да и Мыскина, судя по его лицу, проняло. И это несмотря на то, что он уже по приезде сюда был до отказа загружен спиртным и уже у себя дома, интенсивно общаясь со Светой, начал плохо отличать водку от шампанского.

И все как-то неуловимо изменилось вокруг. Словно повеяло свежим ветром, а в жилах доныне тягучая и вязкая, ленивая кровь заискрилась и зашипела, как новогоднее шампанское. Воронцов с легким приятным удивлением почувствовал, что он нужен здесь, в «Золотых воротах» и что каждый человек, который дышит с ним одним воздухом под этим фосфоресцирующим потолком казино, бесконечно дорог…

Таа-а-ак! Впечатляющий коктейль! Что они туда, в самом деле, насовали? Напичкали его наркотой, что ли? Такое впечатление, что эндорфины – так называемые «гормоны счастья» – взорвались и заполонили весь организм.

На лице Алика вообще появилась умильная гримаса. Глаза сощурились, по физиономии, как сыр в масле, каталась длинная довольная улыбка.

– Вот это торкнуло! – с восхищением выдохнул он. – Слышь, бармен, а ты не мог бы дать рецепта этого зам-мечетельного… напитка?

Берт покачал головой.

– П-панятна-а!.. – протянул Алик.

После приема «Ариозо» вернулись к столу Юджина и поиграли еще. Сережа выиграл еще пять тысяч. Соседи по столу смотрели на него удивленно и недоверчиво, а на сухом лице крупье Корнеева не отражалось ни единой, даже самой мизерно скудной, как дождик в Сахаре, эмоции. Лишь когда посторонние игроки отошли и у стола остался только Юджин, манипулирующий картами, и Сережа с Аликом, крупье позволил себе чуть скривить уголки рта и произнести:

– Можете немного отдохнуть, господа.

– О! – оживился Алик, который проиграл триста рублей, принесенных с собой в казино, да еще двести позаимствованных у Воронцова; благодаря этому обстоятельству его игроцкий пыл поугас. – Пойдем хлопнем еще по коктейльчику.

Но Сережа не мог оторваться. Игра уже затянула его, как омут. Его пальцы дрожали, перебирая карты с такой нервностью и трепетностью, словно не мертвые куски пластика он держит, а живых, прихотливо расписанных птиц. Он поднял глаза на Юджина: тот мимикой, скупыми движениями губ и бровей показывал ему не горячиться. Дескать, все главное и самое серьезно еще впереди.

Впереди «ройял флэш», которым можно сорвать по-настоящему огромный куш.

– Я повременю, – сдерживая дрожь, сказал Сергей.

– А вот я… ладно, давай последний раз, – кисло сказал Мыскин Юджину, – одну по полтишку ставлю. Так… ну… еще… э-э-э… упа-а-ал!!

У Мыскина был перебор.

– Ерунда какая, – пробормотал он. – Серега, займи мне стольник, выпить надо.

– Выпьем.

– А не повезло в игре, повезет в любви, – многозначительно подмигнул крупье Юджин и выразительно посмотрел туда, где в буйствующем скрещении лучей светового шоу под тамтамы двух полуголых мускулистых негров извивались три почти обнаженных танцовщицы, резко кидая свои точеные тела туда-сюда и застывая в самых немыслимых позах.

– Не нравится мне, что в вашем казино такие безобразия с голыми девками, – икнув, кисло выбулькнул Алик, который сам придерживался далеко не пуританских взглядов. – Баловство это… казино – это место серьезное… деньги, игра, а не бордель с голяком…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. В ОЖИДАНИИ «РОЙЯЛ ФЛЭША»
* * *

Воронцов не помнил, сколько прошло времени. Вроде бы только что стол за игорным столом, но ш-ш-ш… что-то сдвигалось в голове с легким шипением, словно уходил театральный занавес – и уже пестро лезли в глаза этикетки с разнокалиберных бутылок со стеклянных полочек бара, и мягко, невыразимо приятно стелился в ушах бархатный голос певца Аскольда, которого Сережа еще недавно в праведном гневе титуловал пидором, а яркие сочные тона телевизора выбрасывали блики, из которых ткались все новые и новые контуры, лица, яркие развороты движений и жестов…

Сережа повернул голову и обнаружил сидящего рядом с собой Алика Мыскина.

– Так, Алик, теб-бе уже хватит.

– Ну все одно и то же мне гнусишь… одно и то же, тебе ква-а-атит, тебе ква-а-ават! – возмутился Мыскин. – Расвакался! Ник-какой фантазии у тебя, В-ввваранцофф! Граф, блин, а гришь… как сантехник Гррришка ты гришь… в-вот.

Хоть бы что-нибудь новое сказал.

С новым у Сережи Воронцова были проблемы. Три выпитых один за другим коктейля «Ариозо» оказали на него странное, магнетическое, можно сказать, колдовское действие. Он беспричинно улыбался и время от времени повторял сакраментальную фразу касательно того, что «Алик, тебе уже хватит». Большего его мозг сконструировать не мог. Громадные деньги, посуленные Юджином и его «ройял флэшем», казались близкими и вполне уже реальными, и Воронцова ничуть не смущало то обстоятельство, что эти деньги нужно еще было выиграть, а потом отстегнуть из суммы не хилый процент коварному крупье Юджину, ведущему двойную игру. Таинственный «ройял флэш» представлялся Сереже этаким могущественным магом, персонифицировался в смутном облаке, принимающем облик джинна из бутылки… кстати, о бутылке:

– Уже второй бутылек пролетает, как мотылек… вы-ы глотку, – надсадно бубнил Алик, вытирая губы о рукав своей рубашки. – Типа ничего не пил, а уже в говно… алкоголизм… к наркологу. А вот теперь сам понял… думаешь, мы нам, алкоголикам, легко… думаешь, там тебе не тут… что мы меды распиваем?

Бармен Берт посмотрел на Мыскина с каким-то странным застывшим выражением на лице, а потом написал что-то на бумажке и спрятал в карман.

– Может, перейдем на пиво? – переспросил он.

– П-пиво, – машинально повторил Алик. – И хх-хачу угостить в-вас… пивом «Невское»… – пробулькал он вдогонку собственной коротенькой фразе. Явно из какой-то рекламы. Ну да: реклама пива «Невское».

«В-в-в-в… чего же, все-таки, Алик так нажрался», – проползла в голове Сережи надсадная досадливая мысль, а потом голос бармена Берта, холодный и четкий, гулко проговорил:

– Да… перебрал ты что-то сегодня. И денег просадил, говорят… совсем не слабо. Отдохнуть немного не желаете, господа?

– Ж-жела… ж-желаем, – прожужжал Алик, потому что Сережа Воронцов словно бы и не собирался отвечать, а просто мутно пялился на сидящую неподалеку от него фигуристую белокурую девицу лет не больше чем восемнадцати, одетую в весьма вызывающее платье, из которого едва не вываливались ее роскошные (несмотря на юный возраст) груди.

Берт проследил глазами направление воронцовского взгляда, а потом понимающе прищелкнул языком… в этот момент Сергей почувствовал, что на его плечо легла чья-то рука, и голос Юджина негромко и интригующе вынес на рассмотрение Воронцова следующее:

– Я вижу, ты уже обратил внимание? В общем, так: эту соску могу предоставить тебе в качестве утешительного приза. Все-таки ты сегодня проиграл столько, что вполне хватит купить сотню таких, как эта кукла. Не на время, а в вечное пользование.

У Воронцова похолодело под ложечкой.

– Что, Женек… много я проиграл? – запинаясь, проговорил он. – Чего… м-молчишь?

Где-то неизмеримо далеко прозвучало:

– Да порядочно, Серега. Ты и Мыскин этот твой – на пару хорошо поиграли. Но ты не горюй, все это поправимо. Ничего страшного.

– А как же «ройял флэш»?

– Сделаем, говорю! А пока отдохни.

Если бы Воронцов был потрезвее, то он услышал бы в голосе Юджина преувеличенно бодрые – фальшивые – интонации… а так – он просто пьяно взмахнул головой и бросил:

– А двух телок… не подгонишь?

– Все сделаем, дорогой, – сказал Юджин, делая какие-то знаки бармену Берту. – Сделаем.

– А хто платить будет? – немедленно влез Мыскин и густо икнул.

Юджин растянул губы в неопределенную улыбку: дескать, чего тебе спрашивать, если дают?

* * *

– А номера-то здесь похуже, чем в московских… в-в-в… блядюшниках.

Эта невинная фраза Мыскина, выданная некоторое время спустя, была сказана вовсе не для того, чтобы констатировать факт наличия существенных недостатков номеров комплекса «Золотые ворота» на фоне аналогичных заведений столицы. Нет. Просто он подпустил очередную шпильку по адресу Юджина, которого терпеть не мог и всегда говорил Сергею, что, дескать, твой Женя Корнеев – лживая и продажная тварь.

Верно, назначение этой реплики почуял и масляно улыбающийся Юджин, потому что его крысиная угловатая мордочка с густо проклевывающейся черной щетиной на мгновение закаменела, а темные глаза бешено вспыхнули. Нервы, однако.

…В довольно большой и прилично обставленной комнате с жалюзи на окнах они увидели двух в меру вульгарного вида девиц, в одной из которых Сережа Воронцов признал ту самую, за стойкой. Как она только успела так быстро сюда попасть? Вторая же, облаченная в одни достаточно условные трусики, стояла спиной к входу перед огромным, от пола до потолка, зеркалом и рукой поправляла сильно растрепавшиеся пепельно-русые волосы, а дива из-за стойки бара сидела в низком кресле перед столиком, заставленным бутылками различной формы, объема и степени наполненности и пила из бокала мартини, который она только что плеснула из стоявшей прямо на полу бутылки.

Одета она была более прилично, нежели ее коллега – аж целая комбинация плюс целомудренно наброшенное на колени смятое короткое платьице. То самое, в котором Сергей ее видел в зале.

На появление в комнате новых людей она отреагировала довольно странно: за один присест выпила до отказа наполненный бокал мартини, а потом вдруг пропела несколько хрипловатым и заплетающимся, но в целом довольно приятным и мелодичным голосом:

– Пей пиво на заре-е, пей пиво перед сно-о-ом… пей пиво натощак, пей пив-в-во просто так… Пей пиво… ешь мясо!

Алкогольный мегахит «Дискотеки „Авария“ привел Мыскина в телячий восторг: он подпрыгнул на самом пороге и хлопнул Юджина по плечу так, что субтильный служитель казино едва не согнулся в дугу.

Девушки, казалось, только заметили, что к ним кто-то пришел.

Стоявшая у зеркала повернула голову и неожиданно грубо спросила:

– И че за дела?

В этот момент открылась боковая дверь рядом с зеркалом – оказывается, комната была проходной – и появился невысокий человек с растрепанной темно-каштановой челкой, в расстегнутой на груди рубахой и в шлепанцах.

Как ни были пьяны Мыскин и Сережа Воронцов, они не могли не узнать этих характерных черт с нездоровыми коричневыми мешками, как у законченных наркоманов, страдающих неврозами и бессонницей, под глазами. Этого помятого лица, этого длинного носа.

Тот самый человек, который несколько дней приходил в казино с амбалом и не играл, а только анемично просиживал за стойкой бара.

– Это к вам, девчонки, – сказал он чуть нараспев. – Вместо нас.

– Ага, – промурлыкала девица у зеркала и, легонько пошатываясь, прошла наискосок через всю комнату, не делая ни малейших скидок на свою более чем скудную экипировку, и спокойно уселась на колени несколько оторопевшего Алика Мыскина, который завалился в кресло, не отрывая взгляда от неожиданно появившегося мужчины с помятым лицом.

Юджин, ухмыляясь, стоял у двери и, откровенно рисуясь, оглаживал свою униформенную жилетку.

– Все это, конечно, замечательно, – наконец сказал Сережа Воронцов, несколько собравшись со своим растрепанными мыслями, – но чем обязаны, э-э-э… чем обязаны? Ведь мы… ик! м-м-м… пардон… даже, так сказать, не знакомы.

– Почему же не знакомы? – произнес тот, вдруг удивительно напомнив Сереже очковую змею. – Вы Александр Мыскин, не так ли? А это, – тусклый взгляд упал на Воронцова, и глубоко посаженные глаза очковой змеи еще больше сузились и коротко вспыхнули – вероятно, так же бледно и завораживающе кобра смотрит на птицу, подумал Сережа, – а это Воронцов, девичья фамилия – Нищин. Сергей… или, быть может, я ошибаюсь?

Сережа уже собрался с мыслями настолько, что начал довольно откровенно обследовать некоторые фрагменты тела девицы на коленях у Алика – особенно из числа тех прелестей, что прорисовывались у него перед глазами. При этом он еще и успел сколотить следующую фразу:

– Разумеется, вы не ошибаетесь. Если бы вы допускали возможность ошибки, вы подсунули бы нам не этих ша… т. е. милых дам, а каких-нибудь кривоногих будок со шпалопропиточного завода.

– Простите? – не понял тот.

– Да это я так… не обращайте внимания. Лирическое отступление.

– Хорошо, – отрывисто сказал тот. – Моя фамилия Романов. Ваш тезка. Сергей Борисович меня зовут. Я хотел бы поговорить с вами, Сережа.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное