Игорь Хрусталев.

Делец платит наличными

(страница 1 из 10)

скачать книгу бесплатно

Предоплата

? С вами все в порядке, господин Паратов? ? подскочил ко мне тот самый одноглазый коротышка, что давеча сломал спинной хребет одному типу, который отстрелил ему мочку левого уха.

– Угу, ? буркнул я, стряхивая с запястья обломки часов.

Сапфировое стекло моих «радо» нельзя было ни разбить, ни поцарапать. Но против пуль крупного калибра это швейцарское изделие не устояло.

Шесть трупов за двое суток ? это чересчур даже для бизнесмена моего уровня.

Один-два ? еще куда ни шло, а с таким веером жмуриков я сегодня рискую нарваться на крупные неприятности. И для себя и для своей фирмы.

Тем более, что я вляпался в эту историю исключительно «из любви к искусству», в данном конкретном случае ? к искусству расследования.

А за любовь, как вам должно быть известно, надо платить. Причем наличными.

Кстати, надо на досуге подсчитать, сколько нулей потеряла моя кредитная карточка. Так что о личной выгоде речь пока что не идет.

Впрочем, это еще как сказать и с какого боку посмотреть. Возможны варианты.

Но для этого нужно сначала разложить все по полочкам, потому что времени остается в обрез.

Черт, они снова стреляют.

Но пули мыслям не помеха.

Даже наоборот.

Итак, как же все начиналось?

$ 1

Зал ресторана «Лайнер» был оформлен под салон самолета, только что раз в десять больше.

Между круглыми столиками туда-сюда сновали рослые длинноногие официантки в прикиде аэрофлотовских стюардесс и развозили заказы.

Несмотря на все рекламные навороты, кормили тут довольно скверно, как-то без души.

И по-хорошему, стоило прилагать к столовому набору пакетик ? для блева, понятное дело, если уж имитировать авиа-сервис до конца.

«Продержатся от силы три месяца, ? подумал я, промокая губы салфеткой, ? у Марциненко ни одно заведение не функционировало больше этого срока. Потом опять возьмет подряд и забабашит какой-нибудь гриль-бар. С тем же, разумеется, результатом».

– Что-то ты хмур сегодня, дружище, ? похлопал я по плечу соседа. ? Я все в толк не возьму ? мы обмываем твою сделку, или справляем поминки?

Сапожников попытался улыбнуться, но это у него не очень-то получилось.

– Да и под конец поминок народ обычно расслабляется, ? продолжал я.

Но Максим по-прежнему молчал и продолжал вяло ковыряться в овощном салатике, терзая тупыми выступами вилки мясистый лист спаржи.

– Да вы только посмотрите на него, люди добрые, ? всплеснул я руками, ? этот человек за два дня уломал французов, чтобы они открыли у себя филиал его фирмы. Любой другой на твоем месте прыгал бы ль счастья, пока не свалился бы без сил.

Мой сосед за столом отнюдь не произвел подобных действий, а, казалось, еще глубже погрузился в мрачную меланхолию.

– Но ты умудрился под согласие французов уломать греков, ? продолжал я, ? а те, в свою очередь, уломали итальянцев. Теперь у тебя свои предприятия по всей матушке-Европе, а ты выглядишь как рэкетир, которого обдурили десятилетние наперсточники.

– Отчасти ты прав… ? через силу выдавил из себя Максим.

– Да что с тобой стряслось? ? тронул я его за плечо.

? Кухня в этом кабаке не нравится? Плюнь в тарелку и сменим диспозицию.

– Да нет, ? отмахнулся Сапожников, ? просто… просто у меня предчувствие.

– Вот как? ? поднял я брови. ? И что это за ощущение такое? В каком месте твоего тела? Не забывай, что я врач по образованию.

– Понимаешь, Сергей, ? Сапожников провел бледной рукой по лицу, ? похоже, что моя благоверная ввязалась во что-то нехорошее.

– Это Ленка-то? ? искренне удивился я. ? С ее-то мертвой хваткой? Ни в жисть не поверю. У нее всегда все получалось. Уверен, что приди ей в голову идея стать президентом РФ ? прошла бы. Просто, наверное, пока ей в Кремль неохота.

Максим Сапожников издал вроде нечто задорного смеха, но тут же снова помрачнел.

– Ну а все-таки, ? наклонился я к нему, ? что же у тебя происходит?

Судя по его рассказу, происходило, действительно, нечто странное.

Максим неделю назад поехал за город ? переговорить кое с кем без лишних ушей.

Переговоры оказались удачными и все проблемы были разрешены к ободному удовольствию.

Но на двести первом километре от города Максим Сапожников увидел автомобиль.

Серый «форд», стоявший на обочине лесочка не представлял бы для него никакого интереса, если бы не принадлежал его супруге.

Максим заверял меня, что никакой ошибки тут быть не могло ? Сапожникову даже удалось разглядеть номер автомобиля и он совпадал с номером «форда» его супруги. Понятно, что Сапожников разволновался.

И вот, этим же вечером, когда Елена вернулась домой, Максим осторожно поинтересовался, что она делала в такой глухомани.

А в ответ…

– Ты же знаешь, какие у нас отношения, ? хмуро процедил Сапожников.

Я молча кивнул.

Максима Сапожникова нельзя было назвать обыкновенным подкаблучником ? все было гораздо тоньше и, в то же время, гораздо банальнее.

Его брак с Еленой был почти идеальным, если бы не одно немаловажное обстоятельство.

Дело в том, что Максим стал преуспевающим бизнесменом лишь два года назад.

А два года плюс один месяц назад он был всего лишь гражданином Сапожниковым, освободившимся по амнистии из мест лишения свободы.

И лишь знакомство с Русланом Коровиным помогло ему укрепиться в новой реальности, которая открылась перед Максимом после выхода из зоны.

Старый номенклатурщик Коровин к тем временам успел прочно обосноваться в областной администрации и курировал вопросы охраны окружающей среды.

Даже такое благородное дело, как экология, стало в его руках средством извлечения «черного нала» из еще работающих в области предприятий.

Руслан Архипович Коровин быстро понял, что Максим ? очень способный работник, а ерундовый срок за мошенничество, который было проще простого получить в перестроечные времена владельцу кооператива, можно было списать на грехи молодости.

Номенклатурный эколог устроил Сапожникова в структуру при местном авиазаводе, которая вскоре отпочковалась и, обретя вывеску акционерного общества, продолжала обслуживать государственные нужды.

Более того, вскоре дочь Коровина Елена и Максим поженились.

Коровин был поставлен перед фактом и решил, что лучше не спорить ? его дочка отличалась характером взбалмошным и мстительным, ? а разумнее продвинуть зятя на еще одну ступеньку карьерной лестницы, обеспечив, тем самым, благополучие молодой семьи.

Но Коровин был тертым калачом и на всякий пожарный случай держал Сапожникова на очень коротком поводке, время от времени давая ему понять, что без тестя Максим ? пустое место.

Пару раз он даже поступился собственной выгодой, только бы не дать зятю обрести такую степень самостоятельности, чтобы тот смог обходиться в дальнейшем без протекции всесильного тестя.

И вот, когда Максим дерзнул поинтересоваться у своей супруги насчет присутствия ее автомобиля в пригородном лесочке, та пришла в такую ярость, что Сапожников не на шутку испугался.

Обычно Елена предпочитала не вмешиваться в деловую сферу жизни своего мужа ? ее вполне устраивало положение домохозяйки.

Впрочем, это не определение образа жизни, а всего лишь термин.

Дом и дети находились на попечении целого штата домработниц и гувернанток, а сама Елена проводила большую часть своего времени в косметических салонах и на курортах Средиземного моря.

Но в этот проклятый вечер Елену Сапожникову словно бы подменили.

Услышав вопрос мужа, она прикрыла глаза, словно бы собираясь с силами после нанесенного ей оскорбления и заявила буквально следующее:

– Если ты хоть еще раз будешь лезть в мои дела, я пожалуюсь отцу и ты снова вернешься туда, откуда вышел два года назад.

После этих жестоких слов Елена удалилась в свою спальню и не появлялась перед глазами своего супруга до следующего утра.

Зато на другой день Елена вела себя так, как будто накануне вечером ничего такого особенного между ними не произошло.

Напуганный Максим решил, что так тому и быть, хотя неприятный осадок остался.

Сапожников на всякий случай убедил себя в том, что эта угроза вырвалась у нее случайно и Елена даже отчасти чувствует себя виноватой, хотя этого и не скажешь по ее внешнему облику и поведению.

– Впрочем, я сделал одну глупость, ? добавил Максим. ? Кажется… Ладно, я не хочу больше об этом говорить. Давай лучше выпьем.

И плеснул себе водки.

Я выслушал этот резанувший мне по сердцу рассказ с двойственным чувством.

С одной стороны, нельзя было не пожалеть своего приятеля.

А с другой, как ни крути, выходило, что Максим сам был во всем виноват.

Не стоило, ну не стоило ему соглашаться на покровительство, и уж тем более не стоило жениться на дочери своей «крыши».

По мне так уж лучше не хватать звезд с неба, но быть независимым человеком.

Разумеется, я не стал говорить этого вслух, а ограничился сочувственными фразами насчет непредсказуемости женского характера.

На десерт предложили какое-то химическое мороженое, на которое я даже смотреть не мог ? с детства не переношу молочных продуктов.

А Максим, не поморщившись, поглотил всю башню пломбира ядовито-желтого цвета.

«Пожалуй, ему действительно херово, ? думал я, глядя как Сапожников механически уплетает ложку за ложкой всю эту гадость. ? Если человек не чувствует вкуса еды, то ему надо помочь».

Но тут я был бессилен.

Если бы дело касалось финансовой или политической сферы ? нет проблем.

Вернее, проблем не стало бы, возьмись я за дело со своей энергией и связями.

А вот разруливать чужие семейные дрязги ? эта деятельность уже на любителя, каковым, надо заметить, я отнюдь не являюсь.

Договорившись встретиться на другой день и поболтать ? Максим пригласил меня в гости поужинать, ? мы расстались заполночь.

Я тешил себя мыслью, что тот объем работы, который навалится завтра на Максима ? ведь ему придется курировать все свои филиалы в Европе, ? отобьет у него охоту переживать по пустякам.

«Труд освобождает», ? вспомнил я фразу какого-то древнего философа.

Впрочем, нет, кажется, этот лозунг висел на воротах Освенцима…

Ну да это детали.

А наутро на работе меня поджидал крайне неприятный сюрприз.

Только я переступил порог родной конторы, как вице-президент «Ледокола» ? так называется торгово-промышленная ассоциация, которую я возглавляю ? сообщил мне ошеломляющую новость.

Я велел собрать команду и через час мы начали обсуждение создавшейся ситуации.

Созданная мной торгово-промышленная ассоциация «Ледокол» в последнее время пыталась расширить круг своей деятельности.

Мы брались и за строительство и за разработку полезных ископаемых.

Особенно, конечно, нас интересовала нефть, за неимением в наших недрах золота и алмазов. Не говоря уже о радии и плутонии.

«Черного золота», по правде говоря, в нашей землице было не так уж и много, но, тем не менее, игра все равно стоила свеч.

Сначала «Ледокол» немного занимались поставками оборудования, а в последнее время планировали вложиться в переработку.

Но самым лакомым кусочком, разумеется, были сами шесть скважин.

Медленно, но верно, руководство области пришло к мудрой идее приватизации.

Конечно, со всем геморроем, который только мог иметь место в наших условиях, но уже и это было значительным шагом вперед.

Шесть огромных дыр в земле, из которых хлестали живые деньги, использовались местным руководством на редкость бездарно.

Но скважины были расположены на самом краю области, у черта на куличках, в такой заброшенной глухомани, что прокладывать туда рельсы для транспортировки нефти было не по карману нашим властям.

Тогда государственные мужи решили прибегнуть к помощи частных фирм и объявили конкурс, по результатам которого победитель получал бы преимущественное право на разработку нефтяных месторождений. Под строгим контролем того же государства, разумеется.

Эта немаловажная оговорочка выглядела бы вполне приемлимо при нормальных условиях, а при нашем «новом режиме» могла значить только одно ? дополнительный грабеж со стороны власти.

Впрочем, можно было ткнуть чиновников носом в ими самими же принятые законы, которые сулили значительные льготы частным компаниям.

Но и тут была палка о двух концах ? законы были приняты лишь на местном уровне, кое в каких пунктах, натурально, противоречили федеральным и служили лишь для лишнего плюса в имидже губернатора, который прилагал все усилия, чтобы представить нашу область в глазах центра передовой и самостийной.

На мутной волне договоров разграничения полномочий центра и регионов ? а в последнее время эта волна принимала очертания цунами ? все эти состряпанные на скорую руку законы принимались на ура.

А вот с точки же зрения их конкретного выполнения сами же чиновники, если это им было выгодно, кивали на федеральное законодательство. Очень удобная практика, как вы сами понимаете.

Можно было перешибить и этот обух, если иметь под рукой достаточно прочную плеть.

Среди фирм, которые подали заявки на конкурс такой плетью обладал только «Ледокол».

Нашими главными козырями были, есть и останутся деньги и независимость.

Все остальные участники, одержи они победу, рано или поздно оказались бы под мощным прессингом администрации и неизбежно превратились бы в карманные фирмы того или иного высокого лица.

И вот, сегодня утречком агентурные данные приносят мне информацию о том, что областная дума намерена поставить на повестку дня законопроект о запрете привлечения частных компаний для разработки недр нашей области. Ни больше, ни меньше.

На деле это значило бы (будь этот законопроект принят), что государство приберет к рукам всю нефть путем создания собственной структуры.

Не вызывало, разумеется, никаких сомнений, что данный законопроект этот вышел из недр родной администрации и был спущен в комитет по землепользованию думы для создания видимости действенной работы и влиятельности законодательной власти.

Таким образом правительство области одним метким выстрелом убивало наповал сразу двух жирных зайцев ? оставляло себе нефть и позволяло думе продемонстрировать оппозиционность.

Еще бы!

После такого никто не станет упрекать депутатов в том, что они послушно работают под чутким надзором власти исполнительной.

Как раз наоборот ? чиновники-Матросовы ложатся, можно сказать, на амбразуру своими твидовыми костюмами, не позволяя отдавать на откуп недра малой родины вским толстосумам-проходимцам.

Похоже, именно в такой упаковке все и будет подано населению.

И я даже знаю, кто из журналистов напишет об этом передовую статью.

Короче, все складывалось так, что нужно было немедленно принимать какие-то контр-меры.

До очередного заседания думы оставалась всего неделя и я решил переговорить кое-кем из депутатского корпуса, чтобы прояснить обстановку.

Мой выбор остановился на Вадиме Поснове и Степане Белоглазове.

Первый принадлежал к демократам, который был последовательным коммунистом, но, несмотря на столь значительные различия, оба они были схожи в одном ? с ними можно было разговаривать.

Почти все остальные, с тех пор, как в думу прекратили выбирать по партийным спискам, были пешками в руках обладминистрации и только и ждали, пока для них освободится место в правительстве, чтобы отдать свое кресло молодым да ранним из той же поросли.

Демократ Поснов согласился приехать в «Ледокол» и обещал быть через полчаса.

Коммунист же Белоглазов предпочитал встречу на нейтральной территории.

Мы пробеседовали с Вадимом Посновым полчаса, досконально обсудив проблему.

Мои самые худшие ожидания после этой встречи вполне оправдались.

– Понимаешь, ? говорил он, отхлебывая текилу из рюмки, ? они уже все решили. Даже то, что я и еще несколько человек будут голосовать против, заложено в их интриге. Видимость демократии, а как же иначе? Это раньше было девяносто девять и девять десятых процента. А теперь все чин чином, не подкопаешься. Конечно, жлобство. Конечно, маразм. То что тут можно поделать, я не представляю.

И от слизнул с тыльной стороны ладони толченых соленых гусениц ? традиционная закусь для текилы, которую, кстати сказать, поставляло в наш город только соответствующее «ледокольное» подразделение.

– Ну, кое-что все-таки можно, ? улыбнулся я. ? Я уверен, что правительство не сможет изменить сроки конкурса ? об этом уже раструбили в центральной прессе и Кремль одобрил инициативу снизу. А заседание запланировано за пять дней до исходной даты. Как у вас, например, как у вас обычно обстоят дела с кворумом?.

Поснов лишь пожал плечами.

– В такие дни все депутаты являются как штык. Ну, заболею я, еще пара-тройка народных избранников. Это же не решить проблему, не так ли?

Я, скрепя сердце, вынужден был согласиться с этим заявлением.

Пока что у меня не было никакого реального плана, и я удовольствовался уверенностью, что Поснов не откажется помочь мне, если, конечно, это не будет стоит ему депутатского кресла.

Вторая запланированная встреча была немногим оптимистичнее.

Коммунист Белоглазов пил немецкую водку и последними словами ругал власть ? как исполнительную, так и законодательную. Доставалось и судебной ветви, и, само собой, журналистам.

– Коммунистов совсем за людей не считают, ? жаловался он. ? Впрочем, москвичи сами виноваты. Ну вот скажите мне, куда податься нормальному человеку, если он социал, скажем, демократ. Да он откроет газету «Завтра» и его стошнит еще на первой странице.

– Да, у левых с эстетикой плоховато, ? не кривя душой, согласился я. ? Ничего, на следующих президентских выборах отыграетесь.

Когда разговор зашел о законопроекте, Белоглазов подтвердил мою гипотезу относительно происхождения этого документа.

– Само собой, с площади, ? кивнул он, имея в виду здание областной администрации в центре города. ? Дурная бумага, что тут говорить. Сами работать не способны и другим не дают.

– Но ведь коммунисты, насколько я знаю, традиционно выступают против частной собственности, ? якобы удивился я его словам.

– Так мы за то, чтоб дело делалось, ? ответил Белоглазов. ? А насчет нефти, есть специальные поправки. Если соблюдать их ? нет проблем. Работай и делись с государством. А эти все под себя тянут.

Короче, он тоже не сомневался, что законопроект пройдет при первом же голосовании.

– Ну, ладно. А вот, скажем, можно провалить этот законопроект? ? мрачно спросил я.

– Можно. Но у тебя, Сергей Радимыч, денег не хватит, ? уныло пошутил депутат.

Я понимал, что он прав, но, будучи человеком обстоятельным, решил произвести кой-какие подсчеты и прикинул число мест в думе.

Так, значит…

Если переговорить с половиной депутатского корпуса один на один в строго конфиденциальной обстановке, да приплючовать еще человек пять…

Цель оправдывала средства.

Просто наличных средств действительно, немного не хватало.

Я купил бы всех депутатов, но для этого пришлось бы продать весь «Ледокол».

Вот только с пустым карманом нас к нефти никто бы не подпустил.

Однако Белоглазов также подтвердил свое желание помочь в случае чего.

Последнее словосочетание можно было истолковать следующим образом:

– Тебе надо, ты и напрягайся. А я, само собой, впрягусь, если буду уверен, что дело того стоит. Да и ты, я уверен, не обидишь.

Приблизительно то же самое сказал и Поснов, только почти открытым текстом.

Так что проблема стояла перед «Ледоколом» как неприступная крепость ? с отвесными стенами, прорезями бойниц, ощетинившимися пушками и хорошо укоплектованным гарнизоном защитников.

Эту самую крепость нам и предстояло взять, несмотря ни на что.

Я решил не отступать и отдал распоряжение своим ребятам рыть землю носом.

Вице-президент Гессен был обязан рассмотреть все возможные варианты.

Наш гениальный юрист, которому бы позавидовала любая контора ? среди своих его звали просто Епифаныч ? поступал в распоряжение Гессена и должен был работал с ним в тесной связке.

На начальнике службы безопасности «Ледокола» Воронцове лежала задача оказывать любое содействие в случае необходимости, вплоть до задействования наших вооруженных бойцов охраны.

Для полноты картины я подключил к этой команде руководителя рекламного подразделения Грустенко ? среди его работников были психологи со стажем, которые досконально знали все приемы воздействия на извивы общественного мнения через рекламу еще с колыбели.

А сам я направился в гости к Сапожниковым, как мы и договаривались.

Максим с Еленой жили в новом двухэтажном доме на набережной.

Постройка была спланирована на четыре семьи ? подъезда не было (зато был подземный гараж), просто с каждой стороны дома располагалось по одной двери, которая и вела в двухуровневые квартиры.

У Сапожниковых я застал Руслана Коровина, который навещал дочку с зятем.

Главный эколог на госслужбе уже собирался уходить и я провел в его обществе не более получаса, хотя мне хватило и этого.

Такой народ, честно говоря, как-то не мо мне, но посмотреть на Коровина в неформальной обстановке было, отчасти, небезынтересно.

Руслан Архипович Коровин тихо беседовал с дочкой, со вкусом попивая чай, который присылали Сапожниковым прямо с цейлонских плантаций ? свернутые листья в полиэтиленовых мешках.

Чиновник, отвечающий в области за экологию был в этот вечер на редкость благодушен и доброжелателен, напоминая вояку на пенсии.

Глядя на его одутловатые щеки, я вдруг вспомнил прозвище Коровина.

«Санэпидемстанция»!

Дело в том, что в советское время данная организация была грозой любого учреждения и могла рассчитывать на небольшую, но стабильную мзду.

Теперь же, само собой, уровень ставок повысился на несколько порядков.

Елена Сапожникова вежливо расспрашивала отца о его работе, тот охотно рассказывал о новых инициативах его подразделения, вдаваясь в необязательные для светской беседы подробности.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Поделиться ссылкой на выделенное