Галина Романова.

Окно в Париж для двоих

(страница 2 из 21)

скачать книгу бесплатно

Думал он недолго. Помолчал, покрутил головой, снова посмотрел на нее, потом сказал:

– А знаешь, в этом ведь что-то есть! Почему нет?! Чего ради тогда все это…

Сумбурная скороговорка не внесла особой ясности, но немного приободрила Дашу. Неважно, что он до сих пор так и не сказал ей «да», главное – «нет» не прозвучало.

– Хорошо, едем. – Костя встал, протянул ей руку, но вдруг отдернул, оговорившись тут же: – Ой, знаешь, мне нужно позвонить моему другу. Он будет очень волноваться, если я вдруг пропаду.

«Пропади! Ну, пропади же! – мысленно уговаривала его Дарья, встав со скамейки и замерев рядом с Муратовым. – Пропади со мной навсегда!»

Кажется, была такая песня. Или очень на нее похожая. Финальный куплет с припевом тоже стерся из памяти, но вот про «пропади» Даша помнила очень точно и отчетливо. И пропадала, пропадала, пропадала…

Ей совершенно не бросилось в глаза то, что Костя звонить принялся с мобильного телефона, извлеченного из кармана расхлыстанной вдрызг куртки. И то, что телефон был одной из самых последних моделей, очень дорогой, совершенно не показалось ей удивительным.

Счастьем дыбилась одинокая ее, запущенная душа, сказал бы поэт. Счастьем и ожиданием необыкновенного чуда. И Даша повезла Муратова через весь город на троллейбусе к собственному гаражу. Потом завезла домой, где вытащила из заветной шкатулки одну треть своих сбережений. Следующим этапом был супермаркет, где забивались продуктами и средствами личной гигиены громадные пакеты. Хвала небесам, скудноватыми у девушки оказались сбережения, иначе красоваться бы Константину в новеньких джинсах и рубашке с курткой.

Она носилась меж прилавков с горящим от возбуждения и радости лицом. Хватала все, что попадалось под руку. Бросала в магазинную тележку и виновато улыбалась, когда Константин противился и возвращал ненужную ему вещь обратно.

И еще он говорил ей при этом тихим голосом председателя попечительского совета:

– Эк тебя разобрало, Даша. К чему такие траты? Это лишнее, поверь мне. С чем сама останешься?

Ей хотелось орать на весь магазин, перекрывая гул сотни голосов, что с ним, с ним она останется. И никого ей не нужно, кроме него. И от всего она готова отказаться ради него. Не есть, не пить, не наряжаться и не откладывать на летний отдых на море, лишь бы быть с ним все время рядом.

Потом она повезла его за город, забыв, что дорога не близкая, а время к вечеру. Что там и жарким летом колея глубиной в полметра, а уж что говорить про раннюю осень, когда следы пятиминутного дождя просыхают неделю. И про то не думала, что в деревне обитаемым остался всего лишь дом Щукиных, которых в шутку еще при густозаселении именовали Щукарями.

Вот, казалось бы, пугайся – не хочу! Молодая девушка везет загадочного незнакомца в совершенно глухое место. Где может произойти бог знает что! И узнать об этом никто не узнает, в том числе и о том, где потом останется ее могилка, но…

Не боялась! Не боялась, как будто белены обожралась на воскресном дне рождения у начальницы своего брата.

Кто-то водку жрал, а она белену! Надо же было так ума лишиться в считаные минуты. Да что там минуты, счет шел на секунды. Стоило Муратову взглянуть на нее, как она и сомлела. И ведь отрезвления не наступало, хотя должно бы было наступить.

Еще тогда должно было бы наступить, когда она съехала с шоссе на грунтовку и принялась швырять бедную старую «восьмерку» на дорожные амбразуры.

Не наступило!

Потом, когда въехала в деревню уже в полной темноте и долго петляла средь запущенных, заросших высохшим бурьяном улиц, пытаясь отыскать свой дом.

Не наступило!

И когда вошли наконец в старый тлеющий год от года дом, где отвратительно скрипело и повизгивало все вокруг от дверей до ветхих половиц под ногами.

Не наступило!

Не было никакого просветления в полыхающих эйфорией мозгах! Не трезвела Дашка и трезветь не желала! Она просто сошла с ума, вот и все! Как же еще можно было расценить тот факт, что она осталась с Муратовым в доме до утра?!

Нет, она честно пыталась уехать, оставив его там с горой продуктов, вещей первой необходимости от бритвы до куска хозяйственного мыла. Пыталась, но не уехала.

Не уехала, потому что Костя вдруг возмутился, закапризничал, заметив, как Даша медленно двинулась к двери.

– Ты что это, хочешь свалить отсюда?! Эй! Я не понял, ты чего это?! Собралась уехать, так?!

– Ну… да… Мне завтра утром на работу рано вставать, и потом… Мы же договорились…

Никто ни о чем не договаривался. О чем Константин ей и поспешил напомнить, преградив путь к отступлению:

– Я так не договаривался, Даш! Мне тут не в жилу одному среди ночи оставаться. Жутко тут и одиноко. Да и тебе опасно в обратный путь в такое время одной…

Но вот позабыл напомнить, что оставаться с незнакомцем в такое время да еще в глуши гораздо опаснее.

Ну, да, конечно, они переспали! А как еще мог развиваться сюжет в такой ситуации, скажите?!

Он, она, почти сто километров от города. Глушь такая, что слышно, кажется, как с бархатистым шорохом скользят по небосклону плотные ночные облака. Из всего освещения лишь три свечки в старом медном канделябре, укрепленном на гнилом подоконнике. А нет, забылось. Еще печь исправно подавала тепло и скудные отблески огня сквозь старые неплотные заслонки. Потом еще имелся старый стол, накрытый новенькой клеенкой – она ведь и ее прикупила, да. На столе бутылка вина, приобщенная Константином ко всему прочему уже на выходе из магазина. Снизка бананов, колбаса, треугольники плавленого сыра, две пластиковые тарелки с заваренным кипятком ужином. Банка крохотных огурчиков с незнакомым по детству названием «корнишоны». Опята, прожженные уксусом до прозрачности. И они совершенно одни в этой заброшенной, забытой деревне. Совершенно одни на этой планете, покинутой всеми ради того, чтобы быть им вдвоем.

Приблизительно такая чепуха пульсировала у Дашки в мозгах, когда они ели, пили, разговаривали. Когда Костя потянулся к ней, сначала легонько поглаживая косточку на ее запястье, потом локоток, а потом…

О том, что никому не расскажет про Константина Станиславовича Муратова, Даша решила, как только въехала в город ранним утром в понедельник.

Никому и ничего про него не расскажет. И добавлять к нерассказанному о Косте комментарии про собственную глупость, тоже ни за что не станет.

Пускай живет себе там ровно столько, сколько ему требуется, решила она, заметно протрезвев к утру. А как ему надоест, пускай катится ко всем чертям на все четыре стороны.

Нет, это опять неправда.

Так подумала Даша уже почти через неделю после воскресного своего безумия. Сначала путевые направления для Муратова были более щадящими.

Она вернулась в город, когда еще многие спали. Когда дворники только-только доставали из своих закутов замызганный свой рабочий инвентарь. Когда, казалось, только минуту назад прошлись по городу поливочные машины. И когда спать бы ей еще и спать, а она…

Она уже въезжала в город! И одному богу было известно, какой стыд Даша испытывала за себя перед самой собой. Стыдно было вспоминать себя неумелую минувшей ночью на старом скрипучем топчане. И белье свое неэротичное тоже. И как потом неловко прогибалась над медным тазиком за печкой, пытаясь помыться. И бога молила лишь об одном: чтобы Костя вдруг не вздумал заглянуть за печку и не застал ее за неуклюжими попытками привести себя в порядок.

Он не заглянул. Он уснул к ее возвращению, хотя она пробыла там чуть больше пяти минут. И спал все время, пока она собиралась поутру, хотя она нарочито погромыхивала старыми табуретками и ойкала, будто бы наткнувшись на них.

Взяла сумку в руку и пошла к двери, все время оборачиваясь на него спящего. А вдруг вот сейчас он откроет глаза, улыбнется ей и снова попросит остаться. Она уже и извинительное заявление для своего начальника заготовила, если вдруг Костя ее попросит остаться. Не попросил. Не проснулся даже. И тогда, исчерпав весь свой лимит по шумовым эффектам, Даша не выдержала и написала помадой прямо на клеенчатой скатерти номера своего домашнего, рабочего и мобильного телефона. Подумала чуть и приписала: «Позвони».

Только после этого она вышла из дома. И только потом влезла в машину, нарочито долго прогревая и без того незастывший двигатель. Уехала, не оглядываясь. Потому и не видела, как провожает взглядом Муратов ее «восьмерку» из подслеповатого окна. И слышать, разумеется, не могла, как он набрал знакомый номер, ткнув пальцем в тройку. Как извинился за ранний звонок и обескураженно произнес потом:

– Ну, братан, я попал, я так попал, блин!!!

Глава 3

Леха ввалился в ее квартиру ну так не вовремя, ну так не вовремя, что Даша едва не заплакала от досады на него, себя – нерасторопную, и на Муратова Константина Станиславовича, позвонившего ей слишком поздно, а не заблаговременно.

Леха ввалился, а не вошел, с огромным букетом хризантем. С большущим пакетом, в котором что-то шуршало, позванивало и источало одуряющий аромат свежекопченого окорока.

– Ну, сестрища! Гуляем!!! – оповестил он с порога тоном, не терпящим препирательств.

Осмотрел ее с головы до ног. Внимательно и предвзято осмотрел, как мог смотреть на нее только строгий родитель.

Разумеется, тут же отметил про себя ее походно-боевой настрой. Куртка там с капюшоном, которую она надевала крайне редко на природу и почти никогда в городе. Сапожки непромокающие чуть повыше щиколоток, она их тоже в городе никогда не носила. Объемная сумка, набитая так туго, что «молния» еле-еле держалась. Ключи от машины на пальце. Ну и конечно же нетерпение, брызжущее, как сок из стиснутого пальцами плода.

– Гулять собралась? – с нежной вкрадчивостью поинтересовался Леха и тут же полез к ней целоваться. – Я угадал, детка? Гулять собралась? А?

– Ну… типа того… – промямлила Даша в ответ, уловив в момент поцелуя характерный запах спиртного. – Ты чего, Леш, выпил, что ли?

– Ага, выпил, – закивал тот, дурашливо улыбаясь, и тут же принялся разуваться и приказывать: – Ты раздевайся, раздевайся, милочка. Все прогулки отменяются. Никуда не идем, не едем, а станем заниматься кое-чем другим.

– И чем, если не секрет?

Даша осторожно поставила сумку на пол и незаметно так затолкнула ее в самый темный угол прихожей. Не приведи господь, полезет проверять, с чем и куда она собралась, беды не оберешься. Будет сразу столько вопросов!

И зачем ей, к примеру, крем для бритья? И бумажные полотенца с пластиковой посудой и супами быстрого приготовления? Туалетная бумага, мыло, печенье, кусок сала, завернутый в фольгу?..

Уж не в тюрьму ли к кому собралась с передачей? Тюрьма-то в их городе имелась, да еще какая! Так вот, может, отчаявшись найти себе жениха среди людей вполне приличных, подалась на поиски в том направлении, а?!

Что-то приблизительно подобное рисовало моментально взмокшее от испуга Дашкино воображение, когда она незаметно от Лехи заталкивала ногой сумку. Что-то такое, от чего моментально расхотелось жить. Ведь если прицепится, живой не отпустит, пока не вытрясет всю правду. А разве могла она ему все рассказать?! Да нет же, нет! Он же тогда…

Подцепила неизвестно кого на улице и поволокла на ночь глядя в деревню?! Очумела, баба, дура совсем!..

Накупила ему продуктов на неделю, приготовила для него ужин, истопила печь?! А потом легла с ним в постель и ублажала ублюдка до самого утра?! Казнить, нельзя помиловать!!!

Мало этого: целую неделю с замиранием сердца ждала звонка от него, вздрагивая от каждого звука? Потом не выдержала и позвонила сама, а когда ей никто не ответил, проревела всю ночь? И хорошо, что ночь уже была, а то точно бы поехала туда, испугавшись за бедного бродягу.

Дура!!! Трижды, четырежды, сотни тысяч раз дура несусветная!!!

Выпороть, посадить под замок, лишить права проживания в одиночестве под крышей отчего дома!!!

Приблизительно таким был бы список наказаний, уготовленных Лехой, узнай он обо всем.

Но ведь и это еще не все!

Когда сегодня утром Константин Муратов все же позвонил ей и после непродолжительных и бурных извинений попросил ее приехать, купив попутно что-нибудь – список был тут же озвучен, – она как ненормальная помчалась сначала в гараж, потом по магазинам, потом снова домой переодеваться и…

И вот тут Леха и пришел.

– Мы с тобой, сестрища, станем обмывать мой успех! – провозгласил Леха.

Едва ли не за пазуху засунул ей хризантемы, подхватил пакет и понес его на кухню. И уже оттуда принялся выкрикивать:

– Ты не стой столбом, Дашка, давай раздевайся и присоединяйся! Нужно накрыть стол! Накрыть красиво, как ты умеешь! Мы ведь не одни будем!

– Варя придет? – поинтересовалась она, неуверенным движением потянув «молнию» на куртке книзу.

– Не-а, Варька к родичам подалась, ребят в дальнюю поездку собирать. Предки Варькины изъявили желание свозить пацанов на пару месяцев к морю, у них там друг детства проживает, домик им уже там снял или коттедж, точно не знаю. Но знаю, что клево им там будет. А то сопли с ангинами достали уже, – трещал без умолку брат, хлопая дверцами шкафов и холодильника.

– А кто же тогда к нам в гости пожалует? – насторожилась моментально исстрадавшаяся Дашкина душа от нехорошего предчувствия. – Ты что, опять?!

По тому, как моментально затих на кухне Леха, Даша догадалась, что попала в точку. Тот снова задумал сватовство! Выбрал удачный для этого случая день – суббота же, никто никуда не торопится. Подобрал удачную на его взгляд легенду – успех какой-то требуется обмыть. И…

В кухню Даша ворвалась, едва не выломав притолоку. Куртку снять так и не успела, только-только расстегнула, как истина восторжествовала.

– Ты!.. Ты знаешь кто??? – заорала она на бедного Леху прямо с порога. – Нет, ты знаешь, кто ты???

– Знаю. – Леха вдруг ощетинился, сделался насупленным и недобрым, уселся на табурет, привалившись спиной к подоконнику, – он всегда так сидел на этой кухне – и спросил очень зло: – А ты кто, сестрища?!

– Я? Я несчастная жертва твоей добродетели, вот! – пискнула она, заподозрив неладное и чуть сбавляя обороты. – Ты вечно лезешь ко мне с этими знакомствами и…

– Ты лучше заткнись, а то я тебя сейчас выпорю, – оборвал он ее громко и грубо. – Ты не жертва, ты… Ты гадкая девчонка, если не сказать, что еще похуже! И только посмей сейчас выйти за порог, прикую наручниками к батарее, просидишь у меня дома целый месяц, поняла?!

Он как-то узнал про Муратова? Даша еле удержалась на ногах, но все же ахнула, не сумев совладать с собой.

Он точно все узнал! Узнал, узнал, сомнений нет! Либо Щукари позвонили Лехе. Они ведь доброхоты еще те. Узрели чужака в пустующем доме и тут же отзвонили.

– Как ты узнал? – сникла она моментально и тут же принялась стягивать с плеч куртку.

– Как узнал, как узнал! – прорычал, не сбавляя громкой злости, Леха. – Так и узнал! Щукари позвонили и доложили, что в наш дом кто-то влез. Я и съездил туда во вторник…

Вот почему Костя не позвонил, застонала мысленно Даша. Леха снова влез в ее жизнь и все напортил.

– И что там? – Она оседлала табуретку возле двери, потому как стоять сил больше не было. – Состоялись разборки? Ты набил ему м… лицо?

– А че это мне ему морду бить?! Зачем?! Если моя сестра сама к нему привязалась и сама потащила его и в дом, и на себя. – Здесь Лехины кулаки с таким грохотом обрушились на столешницу, что Даша, не выдержав накала, все же потихонечку заплакала. – Ты повела себя как последняя шлюха, понимаешь хотя бы?!

Она молча замотала головой, все отрицая.

– А это так, сестра! Именно так! И этот подонок думает приблизительно так же! Это я, твой родной брат, думаю по-другому, а вот он!.. – Леха матерно выругался и, забыв извиниться, продолжил: – Он принял тебя за глупую распущенную авантюристку, вот!

– Это он сам тебе так сказал? – не поверила Даша, ведь позвонил же ей сегодня Костя, сам позвонил и попросил приехать.

– Он так не сказал, – нехотя признался брат, врать ей он тоже не любил особо, да и не умел. – Но я же видел по глазам, что он о тебе думает.

– Вы подрались, Леш? – Даша слизала языком назойливую слезу, повисшую на верхней губе и не желающую оттуда скатываться.

– А чего мне драться с этим дрычем?! – фыркнул Леха, в недалеком прошлом – отпетый микрорайонный хулиган. – Мне его завалить – пару раз плюнуть! С таким даже неинтересно, пальцем ткнул, он и заныл.

– Ныл? – не хотела, да спросила она.

Верить в то, что Костя оказался рохлей, слабаком, нытиком и подонком, жутко не хотелось. Так вот сразу из героев и в подонки?..

Тяжеловато давалась ей подобная метаморфоза.

– Ну не ныл, – снова через великое «не хочу» признал Леха. – Ну не тыкал я его пальцем, что вообще это меняет?

– Это меняет все, – подала голос Даша, непонятно с чего обрадовавшись.

Подумаешь, не подрались. Подумаешь, не оказался Костя нытиком. По сути, это ничего не меняет, хотя ей казалось совсем иначе.

Главное – это то, что Леха узнал про ее тайную глупость, называйте это именно так. Узнал, представил все в гадком, искаженном свете. Наговорил наверняка кучу гадостей Косте, и теперь ничего уже невозможно исправить.

Но вот почему он все же позвонил ей сегодня утром и попросил приехать? Интересно…

– Ты выгнал его? – осторожно поинтересовалась Даша.

– Очень мне нужно! – фыркнул тот, снова с грохотом опустив кулак на стол. – Он же твой гость, разве я смею! Пускай живет, этой рухляди никому не жаль, но вот ты… Ты, Дашка, чтобы не смела туда и носа казать. Узнаю, что приезжала, спалю дом вместе с этим подонком, поняла?!

А он спалит! Ему станется! Измордовал же он ее одноклассника на выпускном вечере, когда тот из невнятной юношеской ревности взял и обрызгал Дашино платье грязью из свежей лужи. Еще как измордовал, невзирая на то, что родители Дашиного одноклассника занимали какие-то кресла в городской мэрии, а сам Леха еще ничего собой не представлял. Еще никаких постов главных менеджеров в солидных фирмах не имел. И никакие начальницы по имени Татьяна – это для других Татьяна Ивановна, ему – просто Татьяна – не были с ним запанибрата.

Уже тогда Леха славился сволочным и независимым характером.

– Не поеду, – пообещала неуверенно Даша и взглянула на брата с мольбой. – Ну, а позвонить можно?

– Звони, – смилостивился Леха и тут же внес поправку, на которые был большой мастак. – Но в моем присутствии!

– То же мне, цензор, – обиделась Даша и пошла в прихожую за дамской сумочкой, куда убрала мобильник перед дальней дорогой.

Леха страховки ради потащился следом. И дышал и сопел ей на ухо, пока она тыкала неуверенными пальцами в крохотные кнопки телефона. Ей в какой-то момент даже показалось, что уши брата начали шевелиться от нетерпения.

Костя долго не отвечал. Она даже запаниковать успела. А вдруг его утренний звонок был розыгрышем?! Вдруг он давно уже покинул домик, а ей позвонил из желания досадить бдительному Лехе, поднявшему такую бучу. Но потом неожиданно пришло соединение, и жизнерадостный Костин голос произнес:

– Алло! Даша! Привет! Ты подъезжаешь? Тебя встретить?..

Она ошалела, если честно. Чего угодно ждала, но только не подобного счастливого гомона, не позволяющего ей вставить хотя бы слово.

– А-а-а, я это… Не приеду, наверное… – промямлила она, с тоской наблюдая за своей трусливо упавшей в пятки душонкой.

– Не приедешь?! Ну, почему?! – с обидой спросил Костя. – Мы же договаривались! Ты же обещала! И потом… Мне здесь жрать нечего, если честно.

– Я понимаю, но…

Даша моментально осеклась, увидев возле своего носа увесистый кулак братца. Он конечно же слышал все. И теперь бдительно контролировал ее ответы.

И Даша вдруг разозлилась.

Какого черта, а?! Какого черта он лезет в ее жизнь?! Пускай вон со своей Варькой-притворщицей разбирается.

– Я не приеду, потому что мой брат обещал приковать меня наручниками к батарее, если я выдвинусь из дома, Костя! – выпалила Даша и, так и не узнав, как Муратов на это отреагирует, сложила свой телефончик книжечкой. – Все, Леха, конец лав стори. Пошли накрывать на стол, и веди своего претендента. Только не смей меня просить о том, чтобы я вела себя с ним приветливо, мило, без ехидства и зубоскальства излишнего.

– Опять издеваешься? – снова засопел тот.

Леха, как никто, знал, что, если сестрице шлея попадет под хвост, пиши пропало! Может выставить себя такой стервой, что любой здравомыслящий человек будет обходить не то что ее, а дом ее и улицу дальней стороной.

– Я не издеваюсь, я предупреждаю! – рыкнула Даша, повесила куртку, сняла непригодившиеся сапожки, напялила тапки, место которым было на помойке, и снова пошла на кухню. – Можешь выставить тут хоть полк, хоть три полка женихов, ничего не поменяется. Ничего! Мне они будут не нужны!

– А кто же тебе нужен? Дрыч этот, что ли? – все никак не сдавался Леха, шлепая за ней следом и дыша ей в затылок горячо и громко. – Нашла жениха! Да он же… Он же рвач, он же плейбой доморощенный! Ему же от приличной девушки только одно и нужно, пойми!

– И что ему нужно, что?! – Даша схватила принесенный Лехой пакет с такой силой, что бутылки, стукнувшись друг о друга, жалобно взвизгнули потревоженным стеклом. – Вот что ему нужно от меня, по твоим понятиям? Секс? Да он его может иметь за день раз по сто! К его ногам любая ляжет, понимаешь!

– Ты и легла, – огрызнулся брат, снова усаживаясь на табурет и упираясь спиной в подоконник. – Но ты ведь не любая. Ты же у меня особенная, Дашка! Тебе нужен другой, пойми!

– Кто?! Кто мне нужен?! Володька твой Королев, что ли?!

– А чем он плох? – Леха обезоруживающе улыбнулся ей, и вот в тот же самый момент в дверь ее квартиры позвонили. И братец моментально проговорил, как будто бы не было неприятного разговора между ними только что: – Давай, малыш, накрывай на стол, кажется, он пришел чуть раньше времени.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное