Елена Арсеньева.

Академия обольщения

(страница 3 из 19)

скачать книгу бесплатно

– Иди к тете, мальчик! Попроси, может, она тебя по головке погладит!

Двойник просто-таки зашелся хохотом.

– По головке? – удивился было блондин, но тотчас тоже захохотал: – Да, супер, точно супер! А что, я завсегда! Тетенька, погладь меня по головке, а?

Те двое ржали самым натуральным образом, будто два молодых жеребца.

До Алёны наконец-то доехала сальная двусмысленность остроты. Чувствуя себя дура дурой, она снова спихнула блондина со своих ног и отвернулась к стенке, свернувшись калачиком.

– Слышь, садись, – послышался голос шатена. – Вон тетенька рядом со своими ножками место тебе освободила. Я понимаю, ты предпочел бы между ножками, но уж что дают…

Алёна решила, что ослышалась. Но это оказались только цветочки.

– Ты малолетний похотливый геронтофил! – снова засмеялся Двойник. – Ты заметил, сколько ей лет?

Алёну бросило в жар. Вот скотина… А так похож на Игоря! Хотя явно и Игорь задавался теми же мыслями о ней, потому, наверное, и слинял к Жанне. Все же она на десять или даже на одиннадцать лет младше Алёны… Хотя все равно старше своего молодого любовника.

– Возраст женщины – предрассудок. И вообще, лучше быть похотливым геронтофилом, чем дрочером, – фыркнул шатен. – Я не усну сегодня просто так, я же чувствую…

– Вечерняя эрекция – обычное дело, – философски рассудил Двойник. – Или ты так уж сильно озабочен?

– Ха! – хвастливо сказал шатен. – У меня на ФСО, ну, на городском форуме сексуального опыта знаешь какой ник? Sperma forever!

– Йопт! – восхитился блондин.

– Есть, конечно, лекарство от всякой озабоченности, – задумчиво проговорил шатен. – Живот на живот – и все пройдет.

– Так хто дасть? – хохотнул блондин.

– М-дя… – раздался тяжелый вздох шатена.

– Выпей брому, – посоветовал Двойник.

– Лучше йаду, – огрызнулся шатен.

– Лучше коньяку, – примирительно сказал блондин.

Раздалось некое звяканье, а потом бульканье, из чего Алёна заключила, что трое ненормальных притащили с собой коньяк из ресторана. Видимо, еще не напились.

Конечно, ненормальных! Такие вещи говорить при женщине! Неужели они не понимают, как оскорбляют ее? Или не соображают, что она все слышит?

– Не помогло? – ухмыльнулся блондин. – Еще налить?

– Не надо, – вздохнул шатен с некоторым смущением. – Чем больше выпью, тем дольше стояк.

– Аналогично, – пробормотал Двойник.

– Масса проблем возникает, верно? – вздохнул шатен. – Хоть гарем заводи. А что, вполне закономерно. Мужчина полигамен по природе. Назначение женщины – хранить семейный очаг. Мужчина должен завоевывать окружающее пространство. Другие женщины – тоже оно, пространство. Значит, адюльтер – необходимая тактика для мужчины.

– Одобрям-с, – усмехнулся блондин. – За это надо выпить!

И снова послышались бульканье и звон.

 
Червонная дама, четыре валета,
Ах, песенка ваша, сударыня, спета!
Червонная дама, четыре вальта
Теперь вы не та, уж давно вы не та! —
 

пропел вдруг блондин.

Пропел не без приятности, как писали в старину.

«Валета? Вальта? – мимоходом озаботилась великая пуристка русского языка, писательница Алёна Дмитриевна. – Как правильно? Вроде бы вальта – разговорное, но в принципе можно и так, и так».

– Аффтару респект и мой персональный горячий привет, – пробормотал шатен. – Классный проект замутил!

– А то! – гордо согласился блондин.

«Песни петь начали, – с тоской подумала Алёна. – Черт, интересно, надолго у них загул или нет? Может, все же попросить парней угомониться?»

Обычно она не лезла за словом в карман и в реакциях своих была стремительна, как фехтовальщица. Но тут что-то подсказывало: не нарывайся, не нарывайся. Парни без тормозов, такого негатива оберешь, что вовек не отплюешься!

На некоторое время наступила тишина. Слышно было, как парни что-то жуют.

– Ну и кислятина, – пробормотал блондин.

Понятно. Коньяк заели лимоном. А-ри-сто-кра-а-аты хреновы! Может, теперь пытка кончится?

Она и представить себе не могла, что пытка только начинается…

– А вот интересно, – сказал шатен, – анал почем щас?

– Блин! – пробормотал Двойник. – Колбасит молчела конкретно… Тебе пить, оказывается, вредно. Клинит!

– В наше время не пить, а жить вредно, – буркнул шатен. – Вышел на улицу, вдохнул – и хапнул целую кучу элементов таблицы Менделеева. Ладно, хватит флудить![2]2
  Флуд на сленге форумов Интернета – пустая болтовня.


[Закрыть]
Я хочу трахаццо, понятно?

Блондин хмыкнул застенчиво, а Двойник вздохнул:

– Ежу понятно, чего ты хочешь. Ну а мы-то чем тебе поможем, скажи на милость? Пойти для тебя пелодку[3]3
  На так называемом «языке падонков» пелодка, пелотка – женщина, а также – женский половой орган.


[Закрыть]
по вагонам искать?

– Зачем искать? – вкрадчиво проговорил шатен. – Да вот же она. Под одеялком скрючилась. Ее-то мы и будем трахать.

«Что?!» – чуть не вскрикнула Алёна, но от шока у нее пропал голос.

«Не может быть! – мелькнула мысль. – Я сплю и вижу сон, что ли? Этого просто не может быть!»

И в странном оцепенении она продолжала слушать полубезумный бред трех полупьяных молодых мужчин.

– Ее?! – воскликнул Двойник.

– Мы?! – воскликнул блондин.

– Ага, – ухмыльнулся шатен.

– Ну, если тебе охота, ты и рискуй, – протянул Двойник.

– Группен, только группен… – расхохотался шатен.

– Неддд! – сказал Двойник.

– Да вай нот? – возмутился шатен. – Чем она вам не нравится? Возрастом? Ну, это предрассудок. В каждой женщине и в каждом возрасте есть своя изюминка…

– Горошинка и кукурузинка, – хихикнул Двойник.

– Не перебивай! – отмахнулся шатен. – У дам в возрасте такой опыт и такой темперамент! Они же понимают, что мы – их последний шанс, у них же хронический недотрах, ну и стараются вовсю. Когда еще тетке такая везуха выпадет?

– Честно говоря, – задумчиво пробормотал блондин, – я был когда-то влюблен в вожатую в пионерлагере…

– А я – в свою тренершу по легкой атлетике, – перебил Двойник, и в голосе его послышалась мечтательная улыбка.

– А я когда-то фанател от коленок своей первой учительницы. До сих пор у меня фетиш – красивые женские коленки, – с легким оттенком смущения признался шатен. – А впрочем, все это оффтоп![4]4
  На сленге посетителей интернетских форумов – высказывание не по теме.


[Закрыть]
Ближе к делу. Вернее, к телу.

– Я что хотел сказать? Я вообще-то всегда мечтал поюзать[5]5
  На компьютерно-интернетском сленге – поиметь, попользоваться.


[Закрыть]
взрослую женщину, – признался блондин. – На сайт знакомств хожу иногда, фотки смотрю… Даже написал как-то раз одной. Но побоялся встретиться, если честно. Но там такие дамы – что надо. Ухоженные, налощенные, подтянутые, одеты только в марки. А эта… Серая мышка. Морщинки на мордочке… грудь, наверное, уже того-с, животик дрябленький, пелодка, конечно, небритайа…

– Да и бельишко у нее наверняка – отстой, – поворчал Двойник. – А я люблю, чтобы красные трусики, чулочки черные…

– Угу, в тебе пип-шоу, стриптиз рулит! – хохотнул шатен.

«Ну, всё! Хватит с меня!» – не выдержала Алёна и повернулась было, чтобы обрушиться на «падонков» – вот именно, никак иначе их не назовешь! – с самыми ужасными оскорблениями, которые только могли прийти ей на ум. Как вдруг ощутила, что с нее сорвали одеяло.

Взвизгнув, наша героиня села, поджав колени и заслоняясь руками, в ужасе оглядывая трех парней, которые разглядывали ее с пристальным, садистски-исследовательским выражением лиц.

– Ну, про ее животик мы пока ничего не знаем, – сказал шатен, – какой он, только при ближайшем рассмотрении выяснится. Насчет груди тоже лучше уточнить на ощупь. Что касаемо пелодки… Сейчас эпиляция уже немодна, ты что, не в курсе? А про морщинки я тебе вот что скажу: куда от них денешься? Или ты предпочитаешь теток после пластических операций? Золотые нити там в них, рестилайн, силикон… Конечно, выглядеть она может классно, но ведь это уже не женщина, а, типа, чисто конкретно апгрейд[6]6
  Апгрейд – переукомплектация устаревших моделей компьютеров новыми деталями.


[Закрыть]
. А наша очень даже натуральненькая вся.

– Да, запал ты на нее… – пробормотал Двойник весьма скептически. – Вот уж йопт…

– Пока еще нет, но скоро будет, – с ухмылкой пообещал шатен.

– Да вы что?! Рехнулись?! – обрела наконец дар речи Алёна. Она хотела выкрикнуть слова возмущения, но не получилось: из груди вырвался только слабый хрип.

– А что такого? – ухмыльнулся шатен.

Алёна мимолетом подивилась тому, насколько трезв и сосредоточен его взгляд, как осмысленно звучит голос. Да и остальные… Они больше притворялись пьяными, чем были на самом деле. Но зачем? Что значит та дурь, которую они на себя напускают?

Додумать не удалось, шатен заговорил снова:

– Вам что-то не нравится? А мы вот решили доставить вам удовольствие… Не часто в жизни небось такой кайф выпадет, как потрахаться сразу с тремя бравыми молодыми мужиками. Да ладно притворяться! По глазам вижу, ты ж только о том и мечтаешь!

– Как ты сме… – попыталась было вскрикнуть Алёна, однако шатен мгновенно оказался рядом и зажал ей рот:

– Помолчи, тетя. Лучше помолчи. А то, если крик поднимешь и кто-то сюда прибежит, мы ведь что скажем? Что ты к нам приставала. Стриптиз тут перед нами изобразить решила. Начала раздеваться, да только страху на нас нагнала. – Он издевательски хохотнул. – Подумала, что если мы выпили, то прям сразу на тебя накинемся. Да не на тех напала! Мы ведь люди женатые… – У него вдруг дрогнул, словно сорвался, голос. – Короче, лучше молчи. А то поднимем шум сами и выставим тебя так, что весь вагон в лежку будет лежать от смеха.

– Да кто вам поверит? – рванулась из-под его руки Алёна. – Кто поверит, что я к вам приставала? Нужны вы мне! Я скажу, что… Скажу, что есть!

– А что есть? – хмыкнул Двойник. – Скажете, мы хотели вас изнасиловать, да? Да вас за ненормальную примут. Мол, паранойя у вас. Мания преследования. Или наоборот, что вы выдаете желаемое за действительное. Нужны вы нам! Ни у кого из нас даже не встало. Хотите, покажу?

И он взялся за ширинку.

– Нет! – в ужасе отпрянула Алёна. – Не надо! Отстаньте от меня! Не смейте!

– Отстанем, не бойся, – с ненавистью поглядел на нее шатен. – Тебя, такую пакость, никто трахать и не хочет. Да неужели ты всерьез приняла то, что мы тут флудили? Да просто издевались над тобой. И ты заслужила, тварь, уродина. Да ты посмотри на себя! Посмотри на свои тряпки!

Он рванул ее за футболку.

– Одета, как старуха! И кому ты нужна? Какой нормальный молодой мужик тебя захочет? Только натуральный геронтофил. А здесь таких нет! Нам молодые, красивые телки нравятся. Такие, как наши собственные жены. А на тебя нам и плюнуть противно!

Алёна отпрянула, зажала уши. Слезы так и жгли глаза. Слезы унижения, ненависти. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного! Умереть бы сейчас… вот в эту самую минуту…

– Да ладно сопли распускать! – усмехнулся шатен.

И Алёна подумала, что он, пожалуй, ненавидит ее больше других. Но за что? Да ни за что. Она его в жизни не видела. За самый факт ее существования, что ли? Ненависть порою спонтанно вспыхивает между людьми – совершенно необъяснимая, патологическая, уничтожающая все вокруг себя ненависть. Шатен явно заводила в их компании. Двойник тоже глядит на нее омерзительно. Глазами Игоря. Какой кошмар, какая боль! Блондин же так, пристяжная, статист. То ли не настолько зол, как двое других, то ли выпил больше и думает лишь о том, чтобы уснуть.

Алёна страстно взмолилась о том, чтобы пьяные попутчики наконец уснули. И тогда она… Что она тогда сделает? Да соберется и сбежит отсюда, вот что! Гори оно все синим пламенем! Боже мой, а она-то думала, что ей повезло – нашелся билет. Ничего себе – повезло!

– Хватит сопли распускать, – повторил шатен. – Давай лучше выпей. Налей-ка ей по-быстрому…

Двойник набулькал в стакан коньяку до половины, сунул Алёне.

Она покачала головой, убрала руки за спину.

– Бери, бери! – склонился к ней шатен. – Не заставляй применять силу. Мы все равно тебе в глотку вольем. Будем держать за руки, за ноги, но вольем. Ты уж лучше сама, сама, сама… быстро, быстро, быстро… – Он хохотнул. – А то ведь мы можем и возбудиться от твоего сопротивления… Инстинкт охотника ка-ак проснется! Или ты как раз того и хочешь?

– Мне бы очень хотелось, чтобы вы сдохли, – пробормотала Алёна, уворачиваясь то вправо, то влево от стакана, который шатен подсовывал к ее рту.

– Полное совпадение желаний, – проскрежетал он. – Я б тебя своими руками придушил, еще и с удовольствием. Пей, ну!

– Не буду.

Глаза шатена мрачно блеснули:

– Ты внушаешь мне жуткое отвращение, но, если я еще немного выпью, у меня точно встанет. Таковы причуды моей физиологии. И я тебя оттрахаю. А потом и мои друзья-приятели присоединятся. Ты этого хочешь?

– Нет! – прошептала Алёна. – Не надо.

Она шептала не от страха, хотя ей было страшно. Она шептала, чтобы не зарыдать перед ними. Если она заплачет… Казалось, ей не пережить такого унижения. Если заплачет, только и останется потом с собой покончить, честное слово!

– Зачем вы хотите, чтобы я пила?

– Затем, – ухмыльнулся шатен. – Утром допетришь. Пей, ну!

Стакан с силой стукнулся о зубы. Мерзкий запах дурного коньяка ударил в нос, а потом спиртом обожгло рот. Она глотала медленно, с отвращением, сосредоточенно думая, как о чем-то важном, что никогда, никогда в жизни больше ни глотка коньяка ни сделает. Никакого! Даже проклятущего миллезимного арманьяка!

Наконец-то полстакана кончились. Во рту жгло.

– Еще? – спросил шатен, пристально глядя в глаза Алёны.

Она слабо качнула головой. От легкого ее движения лицо шатена вдруг расплылось.

– Ага, – сказал он довольным голосом и слегка толкнул Алёну в плечо. Она откинулась на подушку.

– Готова? – равнодушно поинтересовался Двойник, зевая.

– Наконец-то, – буркнул блондин, стаскивая свой зеленоватый пуловер и расстегивая брюки.

«Они милосердны, – вяло подумала Алёна, с трудом управляясь с разбредающимися мыслями. – Они собрались меня изнасиловать, но хотят, чтобы я это легче пережила. Потому и напоили. Какое, к черту, милосердие, о чем я?! Они просто хотят, чтобы я тупо спала, пока они будут…»

– Готова, – пробормотал блондин. – Спит.

– Я же говорил, что все будет чики-поки! – обрадовался шатен. – Вот дело и сделано. Только, малчеги-красафчеги… только давайте уж, как решили, – не выдавать, если что. 14АА41 – и все тут. Договорились?

– Договорились, отвяжись, – послышался голос Двойника. – 14АА41.

Алёна с невероятным трудом подняла тяжелеющие веки.

– Игорь… – прошептала чуть слышно. – Как ты можешь… Я тебя так… так…

– А тебя разве Игорем зовут? – спросил кто-то.

Алёна не поняла кто. Она хотела посмотреть, но не смогла. Веки стали совершенно каменными и упали. Тьма сомкнулась перед ней и втянула в себя, как водоворот втягивает неумелого пловца.

Телефонный разговор, имевший место быть за месяц до описываемых событий

– Привет. Слушай, ты знаешь, что Тонька с Романом разводятся?

– Да ты что!

– Отпад, да? Я тоже как узнала, просто онемела.

– Но почему?

– Тонька не рассказывает. Ревет все время. Ничего не говорит, только бормочет, что все кончено.

– А, ну понятно… застукала с кем-нибудь, наверное.

– А он что, погуливал?

– Ну, я не знаю. Вообще-то не видела его ни с кем, но можно зашифроваться как угодно. Чтоб с такими глазами да не гулял? Под него же девки сами ложатся!

– А может, сама Тонька погуливала, а он ее накрыл?

– Ага, эта курица? Да кому она нужна! Если бы не папочка ее, думаешь, Ромка на ней женился бы? Такой парень, красавец. Все девчонки, глядя на него, вон как облизываются, прям слюнки у всех бегут. А она? Без слез не взглянешь. Другое дело, что папочка им сразу и квартиру, и машину, и работу для Ромки в… как его… ну, новый центр открыли…

– Он что, ушел со старой работы?

– Да вроде. На новом месте и зарплата больше, и клиентура совсем другая. А теперь, если он с Тонькой расходится, его в два счета оттуда выпрут.

– Да нет, не выпрут. Он и сам приманка для клиентуры. Сейчас на него богатенькие дамочки тучей налетят, расклюют!

– Ну, может быть…

– Не, я всегда говорила, что брак по расчету хорош до поры до времени. Потом мужик обязательно начнет гулять. Машина, квартира – оно, конечно, хорошо, но стояк-то у них не на квартиру и не на машину. Надо же, какое совпадение: у одной моей знакомой барышни аналогичная история. Тоже разводиться собрались, но, честно, не знаю, дойдет ли до развода. Где-то застукала муженька, скандал закатила, а теперь, я так чувствую, на попятный.

– Из-за ребенка?

– Ну, ребенок ребенком, да только кто в таких делах о детях думает. Нет, у них бизнес совместный. Отец ее большая шишка, а парень… Он откуда-то с Урала, что ли. Был тощий, голодный, а сейчас – ну что ты! Валья-ажный такой… Но у него на морде написано: «Хочу трахаться!»

– То есть он как был голодный, так и остался?

– Ага! Только в другом смысле.

– Ну и что та барышня?

– Да ничего особенного. Прикинула, что теперь бизнес нужно делить, – и ревность в карман засунула, куда подальше. Да и правильно. Подумаешь, мужик гуляет. А кто из них, кобелей, не гуляет? Где-то я читала… а, у Бегбедера: мужчине нужно трогать как можно больше женщин, чтобы убедиться, что его – самая лучшая.

– Трогать? В смысле, щупать?

– Ну да. В смысле – лапать.

– Ага. Как всегда, значит: им можно, а нам не моги.

– Да почему? Моги, только осторожно… Но это не телефонный разговор. Ладно, при встрече раскроем тему.

– Да, при встрече… Мы с тобой уж сто лет не виделись! Опять в последний момент что-то придумаешь!

– Да ладно тебе… А скажи, откуда Тонька узнала, что Ромка гуляет?

– Да вроде бы кто-то ей сказал, не знаю точно. То ли подруга какая-то засекла, то ли вообще аноним настучал.

– Серьезно? Ну и суки! Бывают же люди… Подруга, главное! Да таких подруг надо топить в сортире! Вот же народ, блин!

– Точно, жуть. Покоя им не дает чья-то нормальная жизнь, надо изгадить. Я б на месте Тоньки, вместо того чтобы с мужиком разводиться, ту подругу кислотой облила.

– Вместе с той, с кем Ромка спал.

– Слушай, а может, он с подругой и спал? А потом ее бросил, и она из мести…

– Да я, честно, даже не знаю точно, кто на него настучал, подруга или просто случайный какой-то человек.

– Не, ну а случайному какое дело до того, с кем Ромка спит? Зачем ему в чужую жизнь лезть?

– А ты представь, вдруг та девка была его жена. Ну и понятно…

– Погоди, так Тоньке мужик, что ли, настучал?

– Откуда мне знать? Ничего я не знаю, кроме одного: Тонька с Ромкой разводятся, и все.

– Точно – все… Приплыли, называется… Бедняги. Никому не дай бог!

* * *

– До свиданья, – пробормотала Алёна, неловко сползая по ступенькам. – Спа… – Чуть не сорвалась, но успела схватиться за поручень. – Спасибо.

– Не за что! – отозвалась проводница.

Она еле сдерживала смех. Алёна слышала, как вибрирует ее голос. Можно представить, что тетка расскажет товаркам, лишь только вернется в вагон!.. Нет, лучше не представлять.

Однако картина воображаемого рассказа уже не могла исчезнуть из головы Алёны, которая всегда отличалась буйной фантазией. Другое дело, что никогда, даже в самом разнузданном буйстве, ее пресловутая фантазия не рисовала картин, хотя бы отдаленно, хотя бы приблизительно напоминающих то, что ей пришлось пережить нынче ночью.

Алёна вяло брела по перрону, опустив глаза и вздрагивая, когда кто-то из многочисленных таксистов или просто частников, оккупировавших платформу, бросался к ней с предложением отвезти в Шереметьево, Домодедово, Внуково, на Курский вокзал, на Савеловский и даже на Ленинградский с Ярославским. Учитывая, что наша героиня сейчас находилась на Казанском вокзале, через площадь от двух последних, предложение свидетельствовало о глубоком чувстве юмора столичных водителей.

При мысли о деньгах Алёна безотчетно сунула руку в карман куртки и пошелестела лежащими там купюрами. Тридцать тысяч рублей: четыре оранжево-розовых пятитысячных, пять голубых тысячных бумажек и еще десять малиновых пятисоток. Каждый из трех попутчиков, значит, заплатил ей по десять тысяч рублей. За что?

Она споткнулась.

– Осторожней, девушка! – вскрикнули рядом.

А, ну да, она чуть не сшибла кого-то. В глазах темно, и подгибаются колени.

Алёна устало провела рукой по лицу. Кожа казалась ужасно сухой, будто бы даже поскрипывала. Это слезы на ней засохли. Значит, она все-таки плакала. Только не могла вспомнить когда…

Надо поскорей умыться, в поезде не успела. Ничего не успела – ни умыться, ни даже сходить в туалет. Она проснулась (вернее, очнулась от тяжелого, словно комья сырой ваты, сна), когда кто-то сильно потряс ее за плечо и тонким от изумления голосом сказал:

– Ты что тут делаешь?!

– Сплю, – пробормотала Алёна. – А что, уже пора просыпаться?

– Пора просыпаться? – Голос поднялся до визга. – Ничего себе! Да мы ж давно в Москве! Все уже вышли, одна ты дрыхнешь тут. Вставай, живо!

Алёна с трудом заставила себя сесть. Голова болела, болела, болела и была такая тяжелая, будто ее сырой глиной набили. Над Алёной склонялась проводница, глаза так и липли к лицу, так по нему и ползали, чудилось, оставляя клейкие следы:

– Что ж твои попутчики тебя не разбудили? Ну, хорошо вы гульнули! Как же я ничего не слышала? А деньги кто разбросал? Мальчики забыли, что ли?

С невероятным усилием протирая глаза, Алёна увидела, что на столике стоят пустые бутылки из-под конька и шампанского, валяются пластиковые стаканчики, а под Алёниной косметичкой, с вечера оставленной на столике, лежит солидная пачка купюр. И рука проводницы замерла над ними, пальцы подрагивают в нерешительности…

Алёна мгновенно все вспомнила и резким движением натянула до горла одеяло. Ужас так и плеснул в лицо: она лежит голая! Проводница все поймет!

Но нет: на ней была родимая футболка и родимые же велосипедки. Она не раздевалась? Ничего не было? Или ее одели – потом? Значит, это было? Наверное… Иначе почему же, прежде чем выскочить из вагона в числе первых и в сей же секунд раствориться в огромной Москве, парни оставили ей деньги? Клиенты оставили деньги проститутке!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное