Андрей Пушкаш.

Цивилизация или варварство: Закарпатье (1918-1945 г.г.)

(страница 10 из 54)

скачать книгу бесплатно

   2 августа 1927 года германский посланник доносил из Будапешта об основании в этой стране Венгерской ревизионистской лиги под влиянием акции Ротермира. [208 - Ibid. K 109429-432.] 27 июля германский посланник в Праге информировал Берлин о заочной дискуссии в чехословацкой печати между лордом Ротермиром и Эдвардом Бенешем. Он обратил внимание МИДа своей страны на то, что чешская пресса остро нападала на лорда Ротермира. [209 - Ibid. K 109442-445.] В то же время в донесении немецкого посланника в Варшаве от 25 августа в связи с выступлением Ротермира приведена цитата из газеты Warszawianka, констатировавшей, что отношения Польши с Венгрией «выдержаны в духе традиционной дружбы». [210 - Ibid. K 109451-452.] Консул Германии в Братиславе 1 сентября сообщил о позиции отдельных партий в отношении этой акции: Словацкая народная партия поддержала инициативу Ротермира, а остальные словацкие и чешские партии образовали единый фронт против него. Венгры – национальное меньшинство в Словакии и Подкарпатской Руси – разделились, одни были «за», а другие – «против». Евреи «против» Ротермира, а немцы – «за». Автономный земледельческий союз Закарпатья также выступил в поддержку Ротермира. [211 - Ibid. K 109456-457.]
   3 сентября 1927 года руководитель германского консульства в Кошице информировал свое руководство о прошедших в городе протестах против «акции Ротермира». [212 - Ibid. K 109464.]
   Вместе с тем 20 октября посланник Германии в Будапеште Ханс Шён сообщал в свое министерство в Берлине о том, что венгерский премьер-министр Иштван Бетлен после летних каникул провел первую конференцию Партии единства, на которой в качестве главных обсуждались вопросы об отношении венгерского правительства к акции Ротермира и ревизии Трианонского мирного договора. Премьер Бетлен утверждал, что Ротермир предпринял свою инициативу, не будучи в контакте с венгерским правительством. [213 - Ibid. K 109479-480.]
   Однако МИД Германии имел основания усомниться в этом, опираясь на полученную 15 февраля 1928 года информацию берлинского посланника в Лондоне. Немецкий дипломат сообщал об опубликованной в Daily Mail серии статей съездившего в Венгрию публициста Роберта Дональда, направленных против Чехословакии, в поддержку акции Ротермира в пользу Венгрии. [214 - Ibid. K 109487-492.]
   После подписания договора о дружбе и арбитраже с Италией в 1927 году в Венгрии усилилась открытая пропаганда пересмотра границ, установленных Трианонским мирным договором. Венгерское правительство сочло возможным выступить с требованием восстановить Венгрию в границах «государства святого Иштвана», то есть фактически добиться возвращения потерянных в войну и отошедших к соседним странам территорий, по величине в два раза превышавших саму Венгрию.
   В конце 20-х – начале 30-х годов Венгрия в союзе с Италией вела военные приготовления для достижения своих целей, но чтобы «не дразнить соседей», выступала с идеей «мирного» осуществления намеченных планов.
В то же время регент Венгрии со своими военными серьезно готовили нападение на Чехословакию с целью овладения Фелвидеком, то есть Верхним краем – под этим термином тогда понимали Словакию и Подкарпатскую Русь. [215 - Horthy Miklós titkos iratai. Bp., 1963. 68–81. old.]
   Одна из венгерских газет утверждала, что у Венгрии в Англии два хороших друга: палата лордов и «Дейли мейл». В ходе дискуссии депутат-консерватор Виктор Казалет поддерживал ревизионистскую политику Венгрии: «Я думаю, что сейчас положение для мира в Европе столь несправедливо и опасно, что всеобщая ревизия венгерских границ не заставит себя долго ждать». [216 - Az Est. – 1928. —12.05.]
   В Daily Mail в августе 1928 года была опубликована новая статья, в которой говорилось, что с Венгрией поступили несправедливо. Те обещания, которые содержались в письме Мильерана, [217 - Александр Мильеран в период подписания Венгрией Трианонского мирного договора (4 июня 1920 года) написал письмо, в котором предусмотрел возможность в будущем исправить «несправедливости». Тогда он был премьер-министром Франции, а в сентябре его избрали президентом.] при помощи которого Венгрию склонили подписать Трианонский договор, не выполнены. [218 - Daily Mai1. – 1928. – 24.08; Pesti Hirlap. – 1928. – 25.08.] В мае – июне 1929 года председатель Венгерского национального союза [219 - Между прочим, позднее генеральный секретарь фашистской партии Италии, заместитель Муссолини Старче назвал эту венгерскую организацию второй фашистской партией в Европе (Nemzeti Újság. – 1932. – 19.10.)] барон Жигмонд Перени совершил поездку в Англию, где пробыл две с половиной недели. Он устанавливал контакты с политическими деятелями, поддерживавшими венгерские устремления, направленные на ревизию границ, установленных в Трианоне. Среди них был и лорд Ротермир. После возвращения из поездки в Лондон Жигмонд Перени заявил представителям печати, что теперь уже «вопрос венгерской ревизии попал на благоприятную почву». [220 - 8 órai Újság. – 1929. – 11.06.]
   В 1930 году венгерская печать часто обращалась к проблеме ревизионизма. Когда вышла первая книга на французском языке Антала Улейна, посвященная проблеме «упорядочения» Трианонского мирного договора, была опубликована большая статья в газете «Мадяршаг». В ней приведены слова профессора Сцелла: «Каждое правительство имеет право путем переговоров проводить политику пересмотра мира». Автор статьи французский профессор Лонс Виллат в заключение отмечает, что венгры не отказались от идеи тысячелетней империи Святого Иштвана, от «Великой Венгрии». [221 - Magyarság. – 1930. – 01.06.]
   «Турецко-венгерская дружба» – так озаглавлена передовая статья, посвященная пребыванию премьера Иштвана Бетлена в Турции. Его большим достижением стало то, что вслед за Муссолини в Анкаре раздались голоса за пересмотр Трианонского мирного договора, а это приближает трианонских венгров к ревизии мирных договоров. [222 - Új Nemzedйk. – 1930. – 31.10.]
   В июле 1930 года в газете Dzien Polski опубликована статья, в которой подробно говорится о политике чехов в Подкарпатской Руси. Поводом послужил выход книги Фердинанда Герандо. [223 - Le complot rouge en Ruthenia. Paris, 1930.] В ней утверждалось, что в результате этой политики там распространяется коммунизм и украинизм, а последний очень опасен для Польши, ибо мог бы привести к отторжению от нее Восточной Галиции. Автор статьи привел фрагмент из этой книги, в котором содержалось ранее опубликованное профессором Пражского университета Бидло [224 - Československá Republika. – 1928. – 28.10.] высказывание руководителя Чехословакии о том, что Подкарпатская Русь только временно принадлежит Чехословакии и в свое время будет присоединена к Украине. Автор статьи по этому поводу высказал свое мнение: «Если так, то нам нужно заявить: Рутенфёлд надо вернуть Венгрии». [225 - Magyarság. – 1930. – 22.07.]
   Венгерскую сторону, проводившую политику, направленную на воссоздание «Великой Венгрии», беспокоила позиция правительства СССР. Еще 28 октября 1924 года из Мишколца доносили в Генштаб Венгрии о заявлении наркома иностранных дел СССР Георгия Чичерина на заседании исполкома. Его суть такова: положение Советского Союза упрочилось тем, что многие государства признали его де-юре. На это не оказывает влияния то обстоятельство, что Чехословакия с этим все еще опаздывает. Тем более что Россия не признала аннексию Закарпатья и не склонна признать этого и в будущем, как и никогда не успокоится в аннексии Бессарабии. [226 - HL. Vkf. 1924. 2a oszt. 63. d. 456. 1.]
   В то же время в 1930 году в венгерской печати подняли вопрос о руководящей роли венгров. Журналист Шандор Петё опубликовал в газете «Мадяршаг» статью по этой проблеме. В полемику с ним вступила газета премьер-министра Чехословакии Vecˇer. В ней было сказано, что Петё писал: история дала венграм власть над другими народами на вечные времена. В защиту своего автора венгерская газета опубликовала ответ. Она утверждает, что статью Петё исказили, ибо он писал только о Дунайском бассейне, а это совсем другое дело. Там, исходя из численного соотношения, материальной, моральной и культурной силы, а также из-за географического положения венгерской нации принадлежит руководящая роль. Однако это далеко не означает угнетения, порабощения или уничтожения других народов. [227 - Magyarság. – 1930. – 20.08.]
   Как видно из вышеприведенных материалов, Польша, исходя из своих интересов, поддерживала венгерские территориальные притязания, прежде всего к Чехословакии. В июне 1931 года выходящая в Катовице газета Polska Jutrzejska («Завтрашняя Польша») опубликовала статью, посвященную Подкарпатской Руси. В ней, по ее утверждению, «сейчас все более широкий размах набирают бедность, голод и большевизм», ибо чехи так ведут себя с населением, «как с неграми африканских колоний». Так искажали положение дел польские журналисты в угоду венграм. А венгерская печать сообщала об этом с восторгом в статье под заголовком «Поляки требуют общей венгеро-польской границы» [228 - Magyarság. – 1931. – 16.06.] (то есть передачи Подкарпатья Венгрии).
   Венгерские ревизионистские требования в определенной форме преподнес в ноябре 1933 года бывший премьер-министр граф Иштван Бетлен в докладе в Англии. Прежде всего он потребовал без всяких условий присоединить к Венгрии населенные венграми пограничные территории соседних государств. А словакам и рутенам (то есть подкарпатским украинцам) предоставить такую автономию, которая дала бы им возможность самим решить свою судьбу при международном контроле, надеясь, что те проголосовали бы за свое присоединение к Венгрии. Трансильвании он предлагал обеспечить самостоятельность при полном равноправии проживающих там народов. В Бачке и Банате он высказывался за проведение плебисцита, как на таких территориях, где после турецкого господства нет национальности, которая составляла бы большинство. [229 - ÚMKL. KŰM. Bй. o. III/3. 1207. 1945. 164. 1.]
   Английский историк Макартни, открыто поддерживавший политику хортистов, сразу после Второй мировой войны опубликовал книгу, посвященную Дунайскому бассейну, в которой размышлял: «Опыт последних десятилетий показал, что в Восточной Европе только те планы могут претендовать на успех, которые учитывают интересы всех народов, а не только избранных. Не только Австро-Венгрия распалась, но развалился союз Чехословакии, Румынии и Югославии, несмотря на то что он опирался на французскую армию и благосклонное отношение к нему Лиги Наций». [230 - Macartney C.A. Problems of the Danube Basin. Cambridge, 1945. P. 151.]
   В последующие годы, особенно после прихода к власти в Германии Адольфа Гитлера, тактика хортистов по проблеме ревизии границ, установленных в Трианоне, продолжала меняться.


   Население Подкарпатской Руси в годы военной диктатуры и экономического кризиса (1919–1923) не могло почувствовать улучшения от замены венгерского господства на чехословацкое. Меры, предпринимавшиеся в области просвещения и культуры, тоже не проявлялись немедленно. Надежда на улучшение материального положения четырех пятых населения, которые фактически продолжали прозябать в нищете, не сбывалась.
   Во втором томе «Очерков» по истории Закарпатья к лучшим частям книги относятся главы, написанные В.И. Илько в соавторстве со своим сыном и А.В. Хлантой. Они опираются на солидное научное исследование, защищенное в качестве докторской диссертации. Имеются в виду прежде всего главы, относящиеся к состоянию промышленности и сельского хозяйства в Подкарпатской Руси в 1920-х – начале 1930-х годов. [231 - Нариси історії Закарпаття. Т. 2. С. 150–180.]
   Как указывалось выше, чехословацкое правительство не реагировало на требования политических деятелей Подкарпатья передать во владение автономного края государственную собственность бывшего венгерского королевства. Более того, оно сделало все возможное (издав в 1920 году постановление о нострификации) для перехода в руки чешского финансового капитала и частного имущества иностранцев, имевшегося долями почти во всех отраслях народного хозяйства. Так, в собственности чешских предпринимателей, финансового капитала и иностранцев находились: три химических завода, почти все деревообрабатывающие предприятия, мебельные фабрики, спичечная фабрика и другое имущество. [232 - Там же. С. 151.] На протяжении всего периода господства чехов в крае не было построено ни одного промышленного перерабатывающего предприятия. Край рассматривали как базу сырья для чешской промышленности и рынок сбыта чешских товаров.
   На страницах, отмеченных в сноске, авторы дважды обращаются к такому факту: из шахт в Солотвине, которые чехословацкое государство прибрало к своим рукам, временами обеспечивали солью всю республику. Но власти не поставили на месте добычи соледробильную мельницу, а вывозили соль за многие сотни километров в Моравию, в Оломоуце и Жилине дробили ее, упаковывали и пускали в продажу втридорога, в том числе и в Подкарпатье. В 1928 году чехословацкое правительство продало (всего за 36 млн. чешских корун) доминию австрийского графа Шёнборна-Бухгайма франко-бельгийско-швейцарской финансовой группе, получившей наименование фирмы «Латорица». Эти владения в Подкарпатье распространялись на 150 поселений (всего их тогда в крае насчитывалось около 500). Фирме стал принадлежать и ряд промышленных предприятий.
   Характеризующим политику чехословацкого правительства является и установление им дискриминационных тарифов на перевозки по железной дороге по отношению к своей восточной провинции. На товары (фрукты, виноград и другие), вывозившиеся из Подкарпатской Руси в Чехию, налоги и пошлины были в два – четыре раза выше, чем на товары, завозившиеся из Чехии в Закарпатье.
   В 1930 году почти половина территории Подкарпатья была покрыта лесами (48,5 % – 612 332 гектара). Более половины лесного массива принадлежало государству, остальное – частным лицам, акционерным обществам, урбариальным и сельским общинам, церкви. Более половины составляли буковые леса, а прочее (из лиственных твердых пород) приходилось на дуб и граб. Определенную долю составляли хвойные – качественные сосна и ель. Наличие такого богатства обусловило превращение лесоводства в одну из основных отраслей народного хозяйства, причем более половины заготовленной буковой древесины использовали химические заводы для сухой перегонки (дистилляции). Самым мощным среди них был Великобычковский завод, дававший половину всей продукции этого типа производства. Три государственных лесозаготовительных управления (Ужгородское, Буштинское и Раховское) в первой половине 1920-х годов заготовили 512 тыс. кубометров древесины, а во второй половине увеличили заготовки на треть. [233 - Там же. С. 158.]
   Для ускорения вывоза леса к местам его вырубки прокладывались узкоколейные железные дороги. Часть заготовленного леса перерабатывалась на местных государственных и частных предприятиях. В начале 1920-х годов их было в Подкарпатье около 40, а позже это число возросло до 46. Но большая часть леса сплавлялась в виде кругляка по Тисе в Венгрию. Некоторые виды ценных пород древесины вывозились для переработки в Чехию, а также в соседние государства – Австрию, Германию и Италию. Часть готовой продукции шла на экспорт даже в Англию.
   Горнорудной промышленности по добыче железной руды в 1920-е годы не повезло. Слабо развитая чугунолитейная и обрабатывающая промышленность продолжала сокращаться. Она не выдерживала конкуренции развитой чешской промышленности. До того она обеспечивала скудные потребности края в незамысловатом инвентаре и домашнем инструменте, несмотря на то что залежи руды были незначительны и добыча ее нерентабельна. Теперь же месторождения в западной части Подкарпатья (Ужгородском, Перечинском округах) повсеместно были заброшены. Работали только те шахты, которые обеспечивали сырьем заводы по выплавке чугуна и изготовлявшие домашние инструменты, а также орудия труда (топоры, молотки, серпы, косы, мотыги, утюги и так далее). Такие предприятия работали (хотя и с перебоями) в Долгом, Фридьешове и Кобылецкой Поляне.
   Завод по производству спичек «Вулкан» в Чинадиево был обеспечен сырьем мягкой породы – осиной, он выпускал в год около 10 млн. коробок спичек и обеспечивал потребности населения края. Но с 1923 года завод перешел под контроль чешского картеля «Соло» и к концу 1920-х работал уже на половину своей мощности, а потом почти прекратил выпуск продукции. [234 - Пруниця С.Ю. До питання про характер економічної політики буржуазної Чехословаччини на Закарпатті // Великий Жовтень і розквіт возз’єднанного Закарпаття. Ужгород, 1970. С. 169.]
   В пищевой промышленности традиционной была мукомольная. В крае в разные годы работало около 650 мельниц, перерабатывавших почти весь урожай пшеницы, ржи и кукурузы на муку. Причем на этих же мельницах было перемолото и 69 % пшеницы привозной. [235 - В 1930-е годы был опубликован на чешском и русском языках сборник статей, подводивший итоги деятельности чешских властей в хозяйственных, политических и культурных областях: Подкарпатская Русь за годы 1919–1936. Ужгород, 1936. Там опубликована и статья: Северин Рон. Промышленность Подкарпатской Руси в 1919–1936 годах. С. 56 и др.]
   Водочная промышленность регулировалась правительственным постановлением республики от 1921 года, обеспечивавшим чешским монополиям возможность поставок этой продукции в восточную провинцию. Единственный пивоваренный завод в Подгорянах, ранее принадлежавший Шёнборну, обеспечивал внутренние потребности населения. В Подкарпатье выращивали табак, а в Мукачеве (с конца XIX века) работала табачная фабрика, сначала специализировавшаяся на выпуске сигар «Куба» и «Коста-Рика». В чешский период она продолжала выпускать сотни тысяч сигарет.
   В 1920-е годы в Подкарпатье работало несколько электростанций, использовавших паровые двигатели. В 1925 году их объединили, а в 1932-м в Ужгороде началось строительство гидроэлектростанции, которая освещала почти все крупные поселения Подкарпатья и снабжала энергией часть промышленных объектов. Мощность ее была 20 млн. киловатт-часов. Часть выработанной ею энергии передавалась в Восточную Словакию.
   В те годы в Подкарпатье довольно успешно развивались кустарные промыслы, хотя им приходилось выдерживать жестокую конкуренцию с фабрично-заводской продукцией за сбыт своих товаров. Наравне с этим и в сельской местности жители занимались кустарными промыслами. В 1930 году в 23 селах насчитывалось 96 кустарных мастерских по изготовлению полотна, сукна, шерстяных ковров, художественных вышивок, плетеной мебели, корзин (представителей этого промысла из-за Карпат и сегодня можно встретить со своей продукцией на московских рынках). Тогда в Подкарпатье этим промыслом занималось около 50 тыс. человек.
   В Подкарпатье было много каменных карьеров, особенно с гранитными породами и разного рода глинами, которые использовались при сооружении дорог, тоннелей, мостов, для изготовления кирпича для строительства жилых домов, новых административных зданий в Ужгороде и других местах, а также в чешских колониях для таможенных и финансовых служб.
   В результате бурного строительства Ужгород из провинциального городка превратился в современный город – краевой центр. В 1929 году в Ужгороде был построен аэродром, и город получил воздушную связь не только с чехословацкими городами, но и с зарубежными странами.
   В 1920-е годы произошли значительные изменения в социальной структуре населения края в сторону увеличения числа занятых в промышленности и некоторых других отраслях. Число занятых в промышленности возросло с 63 до 85,5 тысячи человек, в торговле – с 20 до 41,5 тыс. человек, на транспорте – с 15 до 23 тыс. человек. [236 - Statistická pr¡iruc¡ká Republiky Československé. Praha, 1921; Statistická pr¡iruc¡ka Republiky Československé. Praha, 1932. Di1. IV.]
   1920–1930-е годы характеризовались дальнейшим процессом социального расслоения населения. Все ярче стали выделяться слои, становившиеся богаче в результате приспособления к капиталистическому производству. В ходу был лозунг «каждый человек может стать миллионером». В качестве примера приводился Томаш Батя, который из простого сапожника стал в городе Злинь крупным предпринимателем, обувным фабрикантом с мировой известностью.
   Но, несмотря на это, промышленность в Подкарпатской Руси оставалась слабо развитой. По статистическим данным, в 1930 году в промышленности края уже было занято 90 тыс. рабочих. Однако, если быть объективным, то среди них фабрично-заводских рабочих было только 16–18 тысяч. В эту цифру были включены ремесленники, занятые на транспорте и в связи, в торговле, строительстве, в коммунальных службах. Если учесть членов их семей, то это уже почти половина населения края.
   По чехословацкой переписи в Подкарпатской Руси в 1921 году всего проживало 595 тыс. человек, а в 1930-м – 709 тысяч. К названным 90 тысячам было прибавлено более 100 тысяч сельской бедноты (половина из которой была занята в сельском и лесном хозяйстве). Короче говоря, группа ученых насчитала на 1930 год рабочих наемного труда в крае 250–270 тыс. человек. [237 - Гранчак I., Мiщенко Н., Пальок В. Робiтництва горде iм’я. Ужгород, 1976. С. 48–51.] Если это было бы так, то с членами семей они составили бы число большее, чем население края. Достаточно сказать, что приведенные цифры превышали число принявших участие в Подкарпатье в голосовании на выборах в чехословацкий парламент (в 1924, 1925 и 1929 годах) или в 1920-е годы численность населения края увеличилась на 114 тыс. человек, в основном за счет естественного прироста. Из переписи 1930 года видно, что почти 113 тыс. семей занимались сельским хозяйством. Значительная часть сельского населения, в абсолютном большинстве своем крестьянского, жила в трудных условиях, и часть членов таких семей вынуждена была заниматься приработками, но это еще не дает основания для перевода их в разряд рабочих.
   За весь период вхождения Подкарпатья в состав Чехословакии основной отраслью народного хозяйства оставалось сельское хозяйство. В 1919 году советская власть в крае существовала очень недолго, поэтому особых изменений в сельском хозяйства не произошло, крестьяне землей официально наделены не были. Поэтому после свержения советской власти румынский и чешский оккупационные режимы быстро восстановили старые порядки. Их и капиталистическими трудно назвать, если учесть уйму феодальных пережитков, прежде всего сохранившееся крупнопоместное землевладение. Правда, в 1919 году чехословацкое правительство заявило о проведении аграрной реформы, но она затрагивала в основном латифундии бывших венгерских и австрийских землевладельцев, да и то не всех. Для «целей аграрной реформы» было изъято за выкуп 104 землевладения, к ним была присовокуплена часть государственных земель. В целом в фонде для аграрной реформы оказалось 253 429 гектаров. [238 - Dvacet let ceskoslovenského zemedelstvi: 1918–1938. Praha, 1938. S. 36.] Из этих земель на лучших участках было создано 29 новых крупных латифундий, 146 образцовых хозяйств, часть земель вернули бывшим хозяевам, часть роздали колонистам. Для крестьян осталось 30,3 тыс. га, причем худших земель. [239 - Ibid. S. 28–29.] Значительная часть из этих наделов в последующие годы мирового кризиса была продана с молотка – получившие участки по реформе не смогли расплатиться за них.
   Соотношение владельцев отдельных категорий земель и их количество по статистике 1930 года показывает таблица 1. [240 - Ceskoslovenská statistika. Praha, 1935. Sv. 92. 105. 115; Macartney C.A. Hungary and her successors. The Treaty of Trianon and its Consequences. 1919–1937. London – New York – Toronto, 1937. P. 236.]
   В.И. Илько много лет работал над изучением положения подкарпатского села и крестьянства в ХХ веке. На эту тему он защитил докторскую диссертацию. Ту часть ее, которая относится к чехословацкому периоду, он депонировал в ИНИОН АН СССР в Москве. [241 - Илько В.И. Социально-экономические отношения в закарпатском селе в 1919–1938 гг. Ужгород, 1981. (№ 8649). Рукопись монографии.] Его добротное и всестороннее исследование заслуживает всяческой похвалы. Оно легло в основу написания параграфа по этой проблеме во втором томе «Очерков», опубликованных в 1995 году. Его научное исследование опирается на широкий круг источников (в том числе архивных) и литературы. В результате и выжимки из него в очерках оказались одной из лучших частей тома. [242 - Нариси історії Закарпаття. Т. 2. С. 167–180.]
   Состояние сельского хозяйства и положение крестьянства автор сравнивает с развитыми частями Чехословакии, в частности с Чехией, и для Подкарпатья вырисовывается плачевная картина. Он обращает внимание и на трудности выравнивания уровней в республике, которые усугублялись отсутствием у пражских правителей таких целей и желания.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54

Поделиться ссылкой на выделенное