Александр Тамоников.

Вернуться живым невозможно

(страница 3 из 27)

скачать книгу бесплатно

Абдель вновь взялся за аппарат спутниковой связи:

– Дуни?

– О, шейх?! Ассолом аллейкум! Давно не слышал твоего голоса! Как здоровье, дела?

– Все хорошо! Как у тебя?

– У меня тоже все нормально. Президент Карагаб и его продажное правительство доживают последние дни. Войска готовы в любой момент выбросить марионеток из дворца шаха! Жду твоего сигнала.

Абдель проговорил:

– Еще немного терпения, мой Дуни! Тайба от нас никуда не денется, но ты уверен, что в провинциях поддержат твое выступление против Карагаба?

– Армия в центре со мной. Полиция тоже. Остальные не в счет. Любое сопротивление будет подавлено самым жестоким образом.

Шейх усмехнулся:

– В этом я не сомневаюсь.

– А у тебя неприятности, саиб?

– Ты о налете русских?

– О чем же еще? Об этом налете все СМИ трезвонят чуть ли не наперебой. Да, кто бы подумал, что Москва решится на что-то более серьезное, нежели грозные, но пустые заявления о своих правах. Теперь придется считаться с каждой угрозой Кремля.

Абдель повысил голос:

– Но и Кремлю придется считаться с Абделем Аль Яни. Он получил Новокоролевск? Получит еще сюрприз. В Бутаре.

Дуни проговорил:

– В этом никто не сомневается, но русские не американцы. Они не остановятся, пока не достанут тебя.

– Что ж, один раз им это удалось. Почти удалось. Я надолго запомнил урок, преподанный мне неверными. Но вернемся к главной теме. На днях ожидай прибытия в Тайбу отряда моих профи. Его будет возглавлять один из самых на данный момент известных диверсантов – Флинт.

Дуни переспросил:

– Флинт?

И добавил:

– Слышал о нем. Действительно, профессионал-диверсант высочайшего уровня, а главное – человек успешный. В плане того, что всегда проводил свои акции так, как этого требовал заказчик, вовремя уходя от преследования лучших спецслужб мира. Достойный уважения человек! Одно мне непонятно, ты отводишь ему какую-то роль в перевороте?

Абдель ответил:

– Нет. Флинт будет иметь собственную задачу. Но его действия послужат тебе сигналом для начала собственной игры.

– Если не секрет, шейх, какую миссию ты отводишь наемнику?

– Дуни, ты задаешь вопрос, зная, что ответа на него не получишь. Почему?

– Извини, шейх! Спросил, чтобы в ходе свержения режима Карагаба исключить вероятность столкновения моих сил с отрядом Флинта.

– Никакого столкновения не будет. Перед акцией ты получишь все необходимые инструкции по взаимодействию с наемником.

– Хорошо, шейх! Флинт прибудет в мою резиденцию?

– Нет. Чартерным рейсом одной из подконтрольных мне авиалиний он прибудет в Тайбу и отправится в гостиницу «Националь», где для него будет забронирован номер. Твоя задача – оградить Харта от всякого рода досмотров служб действующего пока Карагаба.

Дуни заверил:

– Это я обеспечу!

– Хорошо! Следующий сеанс связи – если у тебя изменится обстановка.

– Я все понял, шейх!

– Не расслабляйся, Дуни Абу Бар.

Понимаю твое состояние. Ты уже видишь себя главой государства. И ты станешь им, но при условии, что сейчас будешь тщательно готовить переворот. Малейший сбой может привести к непредсказуемым, а возможно, и печальным последствиям. Думай о деле! Чем больше думаешь, тем лучше! Да хранит тебя всевышний, Дуни! Конец связи!

Глава 2

В 10.00 в среду, 5 октября, Талбок внес в кабинет Абделя тонкую папку:

– Информация по Флинту, саиб.

Шейх приказал:

– Положи на стол! Ожидай!

Помощник выполнил приказ хозяина, отойдя к двери.

Абдель открыл папку, в ней находилась фотография довольно симпатичного мужественного мужчины лет сорока. Шейх отметил глаза человека на фото. Сосредоточенные, прищуренные, безжалостные. Глаза убийцы. Вместе со снимком – лист бумаги. Распечатка сообщения о том, что господин Вильям Харт вылетит из аэропорта Хитроу в Исламабад рейсом…

Прибытие лайнера в столицу Пакистана ожидается в 18.00 местного времени. Отложив фотографию и лист бумаги, Абдель включил спутниковый аппарат. Набрал по памяти номер.

Ему ответил хриплый голос:

– Ассолом аллейкум, шейх! Слушаю вас!

– Ва аллейкум, Маджахур! Слушай и запоминай! В 16.00 отправишь в аэропорт двух своих людей. Они должны встретить человека из Британии, прибывающего в Исламабад рейсом… в 18.00 по местному времени. Фотографию его получишь по электронной почте немедленно. После встречи организуешь доставку его к границе с Афганистаном в районе Ажрабского ущелья. Там гостя встретят мои люди. Учти, Маджахур, ты головой отвечаешь за безопасность гостя, так что организуй все на высшем уровне, используя все свои связи. Среди пограничников в первую очередь! Доклады мне по прибытии гостя в Исламабад и после передачи его моим людям. Вопросы?

Человек в Пакистане ответил:

– Какие могут быть вопросы, многоуважаемый шейх? Сделаем все как надо!

– Надеюсь! Выполняй приказ, Маджахур! Гость уже вечером должен быть в моей резиденции.

– Я отвечаю только за проводку его через Пакистан.

– Большего от тебя и не требуется. До связи!

Абдель бросил папку на край стола:

– Талбок! Срочно отправь фото Флинта на адрес Маджахура! А затем… затем вызови в резиденцию Мурдая. В сопровождении двух-трех телохранителей. Передай в Парши, что Мурдай должен быть в Назари вечером, как и Флинт. С единственной разницей! По прибытии Мурдая арестовать и посадить к Амуркулу! Рани ко мне!

Помощник, забрав папку и поклонившись, удалился.

Спустя несколько минут в кабинет вошел хозяин поместья в Назари:

– Вызывал, шейх?

Абдель вышел из-за стола, приблизился к моджахеду:

– Тебе сегодня придется поработать, Рани!

– Я всегда готов! Что следует сделать?

– Во-первых, в 18.00 отправить к границе с Пакистаном небольшой, штыков в пять, отряд. Задача – встретить человека с той стороны, которого передадут люди Маджахура. Самому же принять небезызвестного тебе Мурдая. Я вызвал его сюда. По прибытии Талбок арестует его и посадит к Амуркулу. На цепи. Побеседуешь с Мурдаем на предмет его сотрудничества с американцами, а также узнаешь, чем объясняется интерес предателя временем выхода моего отряда из Парши. Особо с Мурдаем не церемонься, но и не увечь. Его людей в Парши переподчинишь тому же Рамазану. Сольем два отряда в один. Так будет лучше. Кстати, как чувствует себя Амуркул?

Рани пожал плечами:

– Не знаю, шейх! Он меньше всего меня интересует.

– Но, надеюсь, жив?

– Жив! Эти твари живучи! Не пойму, для чего ты держишь Амуркула в темнице? Все, что знал, он выложил. Думаю, можно и клинком по горлу да в ущелье шакалам!

Абдель повысил голос:

– А вот это, брат Рани, позволь решать мне! Понятно?

– Извини, шейх!

– Работай!

– Обед подать, как обычно?

– Да!

– Спустишься вниз или сюда?

Подумав, шейх приказал:

– Сюда! Пусть доставит Раджаб.

– Моим людям не доверяешь?

– Я никому, Ашраф, не доверяю. Поэтому до сих пор и живу. Свободен!

После сытного обеда, каждое кушанье которого первым отведал молодой слуга, Абдель решил вернуться к забавам с прекрасной наложницей. Главарь террористической организации закрылся с ней до вечера в своей опочивальне, приказав без особых причин не беспокоить его.

Раджаб занял место охранника возле дверей спальни хозяина, откуда вскоре донеслись вскрики и стоны девушки, вызвавшие у юноши, не знавшего до сего времени женского тела, трепетную дрожь. И надежду, что, может, насытившись рабыней, хозяин отдаст ее ему, верному слуге. Признаться, девушка нравилась Раджабу. А то, что она спит с хозяином, не беда. Она раба, как и сам Раджаб, а посему обязана выполнять все прихоти повелителя. Слуга подождет! Надо лишь намекнуть шейху о своем желании. А для этого выбрать подходящий момент. Раджаб выберет его. Он терпеливый и готов ждать столько, сколько потребуется. В этом его жизнь.


«Боинг-747» рейсом Лондон – Исламабад прибыл в столицу Пакистана точно по расписанию в 18.00 по местному времени. Имеющий багажом обычный кейс английский наемник по прозвищу Флинт без труда прошел пограничный контроль. У него даже не спросили цель прибытия в Пакистан. Прилетел иностранец, значит, это ему нужно. Флинт, купив газету «Джанг», прошел к электронному табло. Он обратил внимание, что многие рейсы были отменены. Однако толпы в зале ожидания не увидел. Раскрыл газету. К нему подошли двое мужчин в черных европейских костюмах. Один из них спросил:

– Мистер Харт?

Наемник ответил:

– Допустим! Вы кто?

– Мы посланы встретить господина Харта.

– Кем посланы?

– Господином Маджахуром!

Флинт прищурил и так маленькие от природы глаза.

– У вас есть доказательства, что вы являетесь людьми Маджахура?

Тот, кто первым заговорил с наемником, ответил:

– Лучшее доказательство – ваше фото!

Флинт усмехнулся:

– Напротив! Это вообще не доказательство. Свяжите меня с хозяином или боссом.

В голосе наемника прозвучали нотки приказа. Пенджабцы подчинились, вызвав по сотовому телефону Маджахура. К удивлению встречающих, обратившихся к гостю на ломаном английском, Флинт заговорил с их боссом на чистом урду:

– Здравствуйте, господин Маджахур, я – Вильям Харт. И должен быть уверен, что встретился с нужными людьми.

Маджахур произнес:

– Согласен! Предосторожность никогда не мешает. Вас соединить с мистером Симпсоном?

– Нет. Достаточно назвать номер его специального телефона.

Пакистанец назвал цифры, известные весьма узкому кругу людей.

Удостоверившийся Флинт произнес:

– Благодарю вас, господин Маджахур! Я полностью в подчинении у ваших людей.

– Они доставят вас на границу с Афганистаном, где передадут людям шейха.

– Хорошо! Еще раз благодарю, прощайте!

– Я предпочитаю, до свидания, мистер Харт!

На что наемник жестко ответил:

– А я нет! Конец связи!

– Как вас называть, господа пенджабцы? – обратился он к встречавшим его. – Или вы представители синдхов?

Старший пакистанец произнес:

– А вы неплохо владеете урду, господин Харт!

– Я много чем владею так же неплохо, но вы не ответили на вопрос. Или Маджахур вам запрещает называть себя?

Старший улыбнулся:

– Нет! Такого табу босс не накладывал. Я – Ариз, напарник – Шараф!

– Прекрасно! Не будем терять время. Отправимся к границе.

– Поужинать не желаете?

Наемник ответил:

– Нет. Если позже, в Пешаваре.

– Вам известен наш маршрут?

– Достаточно посмотреть на карту, и сразу станет ясно, что к Ажрабскому ущелью ведет одна дорога. Через Инд, к Пешавару и далее к границе. Кстати, где точно вы намерены передать меня людям Абделя? В кишлаке Сарди?

Пакистанцы удивились осведомленности наемника, но постарались не показать вида, ответив:

– В трех километрах от названного вами селения. Пройдя границу.

– Хорошо! Где машина и сколько нам ехать?

Ариз ответил:

– До Пешавара около ста восьмидесяти километров по прямой, до Ажраба еще тридцать…

Флинт перебил проводника:

– Я знаю, сколько километров до границы. Я спросил о времени в пути и о марке машины.

Ариз кивнул:

– Понятно! В Сарди мы должны прибыть часам к восьми. Поедем на «Тойоте». В джипе вам будет удобно. В Пешаваре ужин. Насчет последнего я правильно вас понял?

– Правильно! Едем! Где джип?

– На стоянке. Выход через центральную арку.

Флинт направился через зал, опережая сопровождение. Спустя десять минут он развалился на заднем сиденье «Ленд Крузера». Джип вел Шараф. За старшего сидел Ариз.

Моджахур передал в Назари, что британского гостя встретили и отправили к месту передачи людям Абделя. Талбок принял сообщение, оповестив о нем хозяина. После чего только что закончивший любовные игры с наложницей шейх проговорил:

– Отлично! Наши люди вышли навстречу?

Помощник поклонился:

– Так точно, саиб! Отряд из пяти человек к Сарди повел Турус.

– Хорошо! Что насчет Мурдая?

– Им занимается Рани, как и было вами приказано.

– И давно Мурдай объявился в Назари?

– После обеда, шейх! И сразу в бункер!

– Хорошо! Что-то я проголодался! Отправь Раджаба за ужином. Пусть доставит пищу в кабинет. А я пока приму душ и переоденусь. После ужина навестим бункер.

После трапезы Абдель с помощником спустились в бункер. У железной двери камеры пыток их встретил часовой, низко поклонившийся при виде столь высокопоставленных особ, для простого, забитого, неграмотного пуштуна – чуть ли не небожителей.

Талбок спросил:

– Где Рани?

Часовой ответил:

– Командир с полчаса как покинул бункер. Выставив на пост меня.

Абдель приказал:

– Свяжись с караульным начальством, пусть вызовут сюда вашего командира, и открой дверь!

Часовой замялся:

– Но… саиб, мне запрещено впускать в камеру посторонних.

Слова пуштуна буквально взбесили Абделя:

– Что?!! Это кто здесь посторонний, червь ты навозный?! Ты в своем уме или променял его на косяк анаши? Ты хоть представляешь, КТО перед тобой, выродок шакала? Я же сейчас прикажу с тебя живого шкуру снять!

Часовой рухнул на бетонный пол:

– Простите, господин! Я маленький человек и исполняю приказы саиба Рани! Он тоже обещал отрезать мне голову, если я допущу до пленных кого-либо без его разрешения. Что же мне делать?

Талбок что-то шепнул Абделю. Шейх сменил гнев на милость, Аль Яни умел быстро перевоплощаться.

– Встань, воин!

Часовой поднялся, застыв перед грозным Абделем, втянув голову в плечи, ожидая неминуемой расправы, но Аль Яни подошел к нему:

– Я был не прав, воин! Ты исполнил свои обязанности, как того требовал порядок, установленный непосредственным командиром. И исполнил хорошо. Я погорячился. Вместо наказания ты заслужил поощрение, и тебя поощрят.

Шейх повернулся к помощнику:

– Талбок! Выдели часовому сто долларов!

Помощник протянул пуштуну купюру.

Тот принял большие для него деньги:

– Спасибо, шейх!

– Не за что, воин! Ты заслужил их! А сейчас открой камеру и вызови сюда Рани!

– Слушаюсь, саиб!

Двери каземата распахнулись. Абдель с помощником вошли в слабо освещенную камеру. Часовой остался в коридоре и вызывал начальника караула.

Амуркул, обработавший раны, лежал в углу на кошме. Мурдай, в оборванной одежде, исполосованный кровоточащими рубцами, висел на стене, прикованный к ней цепями. Он был без сознания, но, как доложил Талбок, обследовавший провинившегося и теперь уже бывшего полевого командира, дышал. Амуркул тут же поднялся:

– Шейх! Я…

Абдель прервал подчиненного:

– Молчи, Амуркул! Тебе слова не давали!

Аль Яни достал удлиненную папиросу, прикурил анашу, вдохнул и выдохнул, почувствовав легкость в теле и голове. Спокойное равнодушие овладело им. Талбок тоже был бы не прочь пару раз затянуться дурью, но не решился. Не решился спросить на это разрешения хозяина, посчитав, что может раскумариться и позже, оставшись наедине со своей наложницей, после того, как в Назари прибудет Флинт и Абдель займется наемником.

Вошел Рани. Доложил:

– Я сделал свое дело, шейх! Мурдай признался в том, что продался янки и сотрудничал с ними. Сотрудничал не без помощи своего подельника.

Хозяин Назари кивнул на Амуркула.

Тот взвыл:

– Мурдай лгал, шейх, клянусь всем святым! Я не имел ни малейшего представления, что он был связан с американцами. Если б узнал, лично отрезал бы голову предателю!

Абдель сделал вид, что пропустил мимо ушей слова обреченного на смерть подчиненного, рукой указав Рани на Мурдая:

– Привести эту крысу в чувство!

Рани крикнул в коридор:

– Али! Быстро два ведра воды сюда!

И повернулся к Аль Яни:

– Минуту, шейх! Сейчас сделаем все в лучшем виде!

Абдель грозно посмотрел на хозяина Назари.

– Учти, Рани, ты имел задачу обработать предателя так, чтобы не изуродовать его. Если же Мурдай после твоей с ним беседы не сможет самостоятельно передвигаться, если ты изуродовал его, сломав конечности, я лично подвешу на цепи тебя и лично займусь твоей персоной! И первое, что сделаю, – сломаю тебе позвоночник! Впрочем, уже этого будет достаточно, чтобы ты тихо сдох в своей конуре не нужный никому!

– Но почему ты так говоришь, саиб? Я работал с Мурдаем аккуратно! Жестко, но аккуратно. Да, я мог сломать его. Но иначе он молчал бы! Почему свой гнев с предателей ты переносишь на меня, своего верного раба?

Абдель пронзил Рани безжалостным, змеиным взглядом черных, слегка затуманенных наркотиком глаз.

– Почему, спрашиваешь? Потому, что я не позволю никому нарушать или не исполнять мои приказы и распоряжения! Ни рядовому бойцу, ни лучшему и приближенному командиру. А еще потому, что ты слишком много времени уделяешь удовольствиям. Или, думал, я не узнаю про гарем, который ты в тайне содержишь в Назари? Откуда подарил мне наложницу. Думал, я не узнаю, что ты после каждого похода уводишь у бедных афганцев молодых жен и дочерей, представляя глав семейств врагами ислама?

Шейх повысил голос:

– Ты много взял на себя, Рани! И я узнал об этом! Но, учитывая твои заслуги, наказывать не буду. Однако запомни, что только я могу решать судьбы людей. Не ты, а я, посланный на землю всевышним! Посему всех женщин, что держишь в гареме, отдашь воинам отряда, и, если я узнаю, что ты и впредь создаешь себе особые условия, я выполню обещание сломать тебе позвоночник. Тогда и посмотрю, как сможешь переспать с рабыней! Ты хорошо понял меня, Рани?

Хозяин Назари прошептал:

– Я хорошо понял тебя, саиб! Я поступил недостойно и заслужил наказания. Я оценил твою благосклонность! Клянусь, больше подобного не повторится! Благодарю за милость, саиб! Я твой вечный раб!

– Да, ты мой раб! Но благодарить рано! Я еще не убедился, что ты не искалечил Мурдая!

В это время моджахед внес два ведра. Рани перехватил их, отправив подчиненного назад в коридор, и окатил водой висящего на цепи бывшего товарища по оружию.

Тот пришел в себя, закашлялся.

Абдель подошел к пленнику:

– Ну, как чувствуешь себя, Мурдай?

Пуштун неожиданно зло произнес:

– Будь ты проклят, кровавый шакал!

Шейх изменился в лице:

– Вот ты как заговорил, ублюдок? А давно ли клялся мне в верности?

– Чтобы найти момент и придушить тебя! Жаль, не смогу теперь, а еще больше жаль, что тебя не прибили русские, когда ты позорно проиграл им и попал в их руки!

Слово подал Рани, воспользовавшись ситуацией:

– Слышишь, саиб, что говорит эта мразь? Он сразу начал поносить тебя, как попал на цепи. Разве я мог удержаться и не ввалить ему за подобный псиный лай?

Абдель кивнул ему:

– Заткнись!

Рани замолчал и отошел в сторону, проклиная в душе тот момент, когда подсунул шейху шлюху-наложницу, которая и сдала его, почувствовав расположение Абделя. Отомстила, сука, Рани за убитых родителей, напела шейху о гареме! Ничего, недолго ей находиться в свите Абделя. Тот долго еще ни одной женщины при себе не держал. Попадет она еще в руки Рани. Ох и отыграется тогда он над стервой. В клочья изрежет, скармливая части тела собакам. Так будет! Дура! Лучше бы молчала!

Шейх же вплотную приблизился к Мурдаю:

– Так ты, вонючий предатель, жалеешь, что я не погиб?

Пленник выкрикнул:

– Да, жалею! Как жалеют об этом тысячи афганцев, которых ты сделал заложниками своих безумных планов, безумной войны, отвечающей только твоим интересам!

Шейх на этот раз не выдержал.

Сверкнула сталь его клинка, и из перерезанного горла на грудь Мурдая ручьем потекла черная кровь. Мурдай захрипел, тело его задергалось.

Абдель воткнул нож в живот пленнику. Вытащив, вытер его об ошметки одежды, оставшиеся после хлыста Рани. Вложил нож в ножны. Повернулся к хозяину Назари:

– Я был не прав, Ашраф! Мурдай мог спровоцировать любого. Даже я не выдержал. Признаю, ты проявил адское терпение, не убив эту крысу! Беру свои слова обратно! Но только в отношении предателя. Насчет женщин все остается в силе!

Рани поклонился:

– Да, господин! Конечно! Я все понимаю!

В камеру вошел посыльный:

– Саиб, вас на связь вызывает Турус!

– Передай Зохуру, иду!

Шейх указал Рани на Мурдая:

– Ночью выбросишь труп в ущелье. Сейчас навести здесь порядок! Амуркула держать в прежнем режиме! Быть в готовности немедленно прибыть ко мне!

Рани ответил:

– Слушаюсь, мой повелитель!

Абдель прошел мимо дрожащего Амуркула на выход. За ним, как тень, следовал Талбок.

Войдя в кабинет, Абдель включил станцию:

– Шейх слушает!

– Это Турус, шейх! Мы встретили гостя из Европы.

Аль Яни посмотрел на часы – 20.30. Долго он задержался в бункере.

– Ты уверен, что это тот человек, которого мы ожидаем?

– Да, саиб! Это подтвердили люди Маджахура.

– Хорошо! Ему нужен отдых?

– Нет.

– Следуйте в Назари! При подходе свяжись со мной, чтобы я лично встретил гостя!

– Слушаюсь, саиб!

– До встречи!

Абдель вновь посмотрел на часы. Прикинул. Около 22.00 его люди должны привести сюда Флинта. Надо приготовить ему встречу с ужином, вином или виски и на ночь выделить молоденькую красавицу. Это сделает Рани, представит на выбор с десяток шлюх. За трапезой можно и поговорить. Предварительно обозначив ту задачу, ради выполнения которой Абдель и вызвал английского наемника Вильяма Харта по прозвищу Флинт.

Конный отряд под предводительством Туруна прибыл в резиденцию в 22.20. Харта немедленно провели в кабинет Абделя. Шейх поднялся при виде наемника, расставив руки, словно хотел обнять дорогого гостя:

– Господин Харт! Рад приветствовать вас на земле многострадального Афганистана. Надеюсь, дорога не настолько утомила вас, чтобы отложить недолгую ознакомительную беседу перед сытным ужином и полноценным отдыхом?

Наемник улыбнулся:

– Здравствуйте, шейх! Ну что вы, разве профессионала может утомить какой-то переход в 200 миль, тем более на автомобиле и лошади? Подобный марш и пешком я в состоянии совершить без длительного привала. Так что мы вполне можем сразу приступить к делу.

Абдель указал на кресло у гостевого столика:

– Тогда, прошу, устраивайтесь! Чаю, анаши, виски?

– Естественно виски. Чистого и настоящего, а не левой азиатской подделки!

– Подделок не держу!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Поделиться ссылкой на выделенное