Александр Прозоров.

Андрей Беспамятный: Кастинг Ивана Грозного

(страница 2 из 35)

скачать книгу бесплатно

– Все, – опустил автомат Матях. – Цирк окончен.

Где-то над головой запоздало ухнул разрыв гранаты. Лейтенант отложил в сторону оружие и лег на живот. Харитонов, отстегнув магазин, передернул затвор, поймал вылетевший патрон. Новиков чему-то рассмеялся.

Внезапно Матях ощутил, как по лицу скользнул некий непривычный крупяной холодок – и тут же на него обрушилась огромная, непереносимая тяжесть.

Глава 2
Кастинг

Тело ныло все, от макушки и до кончиков пальцев ног. Было такое ощущение, словно кожу содрали, наполнили до краев газировкой и натянули обратно. Вспышки боли вспыхивали сразу везде и тут же угасали. К ним добавлялись судороги – во всех мышцах одновременно. На фоне этого кошмара Матях даже удивился тому, что смог ощутить в горле теплую и мягкую, но шершавую трубку. Это означало, что говорить он не сможет, а потому сержант просто открыл глаза. И всю его сущность тут же охватила паника – потому, что он обнаружил себя плавающим в воде. Прямо перед глазами колыхалась желтоватая жижа, сквозь которую с огромным трудом угадывались какие-то манипуляторы, лица и провода.

Паника сотрясла тело – и схлынула. Если в первый миг Андрей подумал, что вместе с отрядом сорвался с обрыва и теперь бултыхается в болоте, то разум быстро напомнил, что он не захлебывается, что легкие подпитываются кислородом, а вода отнюдь не холодная, как в горном болоте, а имеет точную температуру тела – то есть совершенно неощутима.

«Получается, я… В Моздоке? Что же случилось? Нас накрыло этой чертовой гранатой? Или была еще группа, которая накрыла нас, пока мы кромсали первую банду?»

Мысли вспыхивали и угасали. Матях пытался вспомнить, не слышал ли он посторонней стрельбы, угадать – как остальные ребята. И, самое главное – понять, где находится. То, что не в санитарной палатке на заставе – это точно. В Моздоке ему тоже ни разу не доводилось видеть механизмов, лечащих таким образом: с погружением в какой-то раствор, дыханием и подпиткой по трубкам. Может быть, его вывезли в Москву? Или в Питер? Если в город над Невой – значит, мама наверняка где-то рядом. Волнуется, наверное.

Андрей попытался покачать рукой, дать знать, что все в порядке. И тут же понял, что не может согнуть конечности в локтях. Но не потому, что они сломаны или оторваны, а просто из-за толстых манжет, напяленных по самые плечи. Сквозь жидкость было видно, что к ним подходит не меньше десятка трубочек и кабелей.

«Однако, крепко же меня достало, если так упаковывать пришлось, – одними уголками губ улыбнулся он. – Небось, сижу на искусственных легких, искусственных почках, искусственном сердце и искусственной печени. Интересно, как меня собираются собирать обратно, если не работает ни один орган? Не могу же я плавать здесь вечно!»

Сознание отключилось, а когда он пришел в себя снова, судорога мышц уже отпустила, а «газировка», залитая внутрь тела, лопалась своими пузырьками совсем не болезненно. Так, слегка. Будто руку во сне отлежал. Матях попытался пошевелиться, и теперь конечности успешно подчинились.

Более того – он начал себя ощущать. Откликались сгибаемые и разгибаемые пальцы ног, икры, а пальцами рук он даже смог потереть друг от друга – и почувствовал соприкосновение подушечек! Волна радости погасла в быстро туманящемся сознании, и когда Андрей пришел в себя в третий раз, никаких болезненных ощущений более у него не имелось.

Жидкость, в которой плавало тело, начала нагреваться – все сильнее и сильнее, под спину уперлась мягкая подушка. Сержант с удивлением понял, что его извлекают из ванны. Грудь уперлась в крышку, голову резко наклонило вперед, послышался резкий свист. Легкие резануло острой тяжестью – словно сразу со всех сторон надавило мощным прессом. Матях застонал – и как только тяжесть исчезла, сделал свой первый судорожный вдох. Тут же трубка выскочила изо рта и он громко закашлялся. Наружу полетели вязкие желтые капли, похожие на подсолнечное масло, но пахнущие лавандой. Изо рта вырвался морозный пар.

– Так мне холодно или горячо? – переставая что-либо понимать, простонал пограничник и… снова потерял сознание.

***

Когда Андрей Матях проснулся, он почувствовал, что на глазах лежит какая-то тряпка. Сержант дотянулся до нее рукой, небрежно откинул в сторону. Тут же по векам ударило ослепительным светом.

– Приснится же такое! – пробормотал он, усаживаясь на койке. – Кто сегодня в наряде? Почему не разбудили?

Потом Андрей понял, что почему-то совершенно раздет – а спасть голыми у них на заставе было как-то не принято. В голове промелькнула слабая надежда: он уже на дембеле, валяется дома на диване и смотрит кошмары о прошлой службе? Затем Матях открыл глаза.

В паре метров перед ним стояла бревенчатая стена, на которой висело несколько костюмов. Обычная полевая хэбэшка, зимний комплект из ватных штанов и куртки с меховым воротником, кальсоны с белой нижней рубахой, и здесь же, почему-то – немецкая форма времен второй мировой войны.

Андрей чертыхнулся. Ему показалось, что сон все еще не закончился, и если чуть-чуть подождать, то разум окончательно прояснится и перенесет его в мир реальности. Однако минута проходила за минутой, а стена впереди продолжала оставаться бревенчатой, потолок – единой светящейся панелью, постель – по виду грубо сколоченный топчан, на ощупь – нечто мягкое, как поролон. Окон в помещении не имелось вовсе, дверей тоже. Земляной пол излучал нежное приятное тепло.

– Вот черт! – сидеть надоело, поэтому Матях поднялся, натянул кальсоны с рубахой, поверх надел хэбэшку без знаков различия. Подпоясался ремнем. Вся остальная одежда мгновенно исчезла, а вместе с ней – и сама стена. Перед сержантом открылась обширная, залитая белым светом комната с круглым столом посередине. Здесь находились его ребята, давешний лейтенант, а так же несколько чудиков, одетых под немцев.

– Слава Богу, живы! – не удержавшись, Андрей подбежал к подчиненным, сгреб сразу обоих мордвинов. Потом, отдельно, обнял Колю Харитонова: – Целы значит? Ну, тогда все хорошо. Мы где находимся? Что это за ванна была? Меня что, ранили?

– Хрен тут чего разберешь, командир, – пожал плечами Смирнов. – Мы с Витей сами только вчера проснулись. Потом эти фрицы появились, потом Харитон, лейтенант. Ну, и вы тоже. Кормят, вроде, нормально. Но пока ничего не объясняют. В Москве мы, наверное. Где еще такие устройства быть могут?

– Внимание! – Свет мигнул и зажегся снова. – Подойдите к столу и приступите к трапезе. Вы получите полностью сбалансированную пищу.

– Вот, – кивнул Смирнов. – Роботы одни и компьютеры. Точно Москва. Не в Японию же нас занесло?

– Passen Sie zum Tisch. Sie bekommen Sie die vollstndig ausgeglichene Nahrung, – повторил голос на немецком языке. Правда, на этот раз свет не мигал.

– Сейчас какой-нибудь слизью накормят, из витаминов и протеина, – предположил Харитонов, но ошибся. Над поверхностью стола прокатилась волна, словно от горячего воздуха, и на столешнице обнаружились овальные тарелки, на которых парило горячее картофельное пюре, присыпанное с краю крупным зеленым горошком, а рядом – пара ровненьких толстых бифштексов.

Матях ощутил, как рот его моментально наполнился слюной, и решил отложить все вопросы на потом.

– Точно, Москва, – кивнул Новиков. – Еда, как из ресторана.

– Uber welches Moskau sprechen sie die Zeit? – достаточно громко высказался один из одетых в немецкую форму солдат.

– Ich kenne nicht. Kann, es ist die Polizisten des Teiles? – пожал плечами другой и прямо обратился к Матяху: – Sie woher, Russisch?

Сержант пожал плечами, уселся за стол, придвинул к себе тарелку и принялся торопливо наворачивать картошку и горох алюминиевой ложкой – других столовых приборов все равно не имелось. Следом за столом расселись и все остальные.

– Скажите, лейтенант, – осторожно поинтересовался Матях. – Вы знаете, куда мы попали?

Офицер, разламывая ложкой бифштекс, пожал плечами.

– А это не связано с тем, что вы у нас на заставе делали?

– А разве я чего-нибудь делал?

– Вы с нами зачем пошли, товарищ лейтенант? С каких это пор в пограничный дозор наблюдателей из штаба отправлять стали? Как на заставу попали? Вертолета я не слышал.

– На машине приехал. А дальше по ущелью пешком.

– На машине? – недоверчиво прищурился Матях. – В одиночку, через всю Чечню?

– А что в этом такого? – пожал плечами офицер. – Я русский воин. Что мне какие-то басурмане сделать могут? Это же просто тати. Разбойники.

– Странно все это, лейтенант. И вы странный, извините за прямоту, и появились странно. И теперь еще это… – Матях развел руками.

– Успокойся, сержант. – Лейтенант оторвался от еды и повернул голову к Андрею. – Потерпи пару часов. Думаю, очень скоро все разъяснится.

– Значит, вы все-таки знаете, что все это значит?

– Потерпи, сержант, – повторил офицер и снова вернулся к еде.

Матях, вздохнув, доел мясо, запил его стаканом сока, по вкусу напоминавшего персиковый, передернул плечами и привычно окинул взглядом подчиненных: не пора ли давать команду встать из-за стола?

– Больные! – оборвал его раздумья мигнувший свет. – Вы должны вернуться в свои комнаты и лечь на постель. Вам будут введены знания тюркского и русского языков. Die Kranken! Sie sollen in die eigenen Zimmer und Zu liegen auf das Bett zurckkehren. Ihnen werden die Kenntnisse der Tьrkisch und der russischen Sprachen eingefhrt sein.

– Что значит «введены»? – удивленно поднял голову к потолку Харитонов. Среди солдат вермахта тоже наблюдалось некоторое недоумение.

– Ну, пока еще нас никто не калечил, а наоборот, лечили, – поднялся из-за стола лейтенант. – Наверное, не для того, чтобы угробить по дурости. Давайте, ребята, по койкам.

Офицер первым ушел в одну из комнат – вместо дверей тотчас образовалась бревенчатая стена.

– Ладно, ребята, раз так нужно… – Матях направился к «своей» конурке, лег на непривычно мягкий топчан. Стрельнул глазами влево-вправо, ожидая, что сейчас откуда-нибудь вылезет мощный футуристический агрегат. Но вместо этого голову внезапно бросило в жар, на миг он ощутил свой разум отстраненным, и даже вроде как увидел свое тело со стороны. Тут же странное ощущение прошло.

Сержант рывком сел, прижал пальцы к вискам, пытаясь заметить изменения в сознании. Изменений не ощущалось, зато пришло понимание того, что они находятся явно не в Москве. «Внедрение» языков, исчезающие и появляющиеся стены, вырастающая из ничего еда. Вряд ли подобное возможно даже в Москве… Или уже возможно?

– Процедура окончена. Выходите в центральный зал. Die Prozedur ist beendet. Kommen Sie in die zentrale Halle heraus.

Стена исчезла. Матях медленными шагами вышел к столу. Со всех сторон в помещение с такой же неуверенностью выбирались остальные обитатели странного места. Похоже, не только у сержанта развеялись последние иллюзии относительно того, что они находятся не дома.

– Сядьте, собратья. Сейчас с вами станет говорить хан замысла.

Слова прозвучали не на русском и явно не на немецком языках – но Андрей понял все. И почувствовал, что может ответить на точно таком же наречии.

«Кто-то действительно поковырялся в наших мозгах», – попытался для пробы сказать он, но вместо этого прозвучало:

– Чужак копал яму в нашей голове…

– Он оторвал память, – ответил Новиков.

– Это османский язык? – спросил один из немцев.

– Хватит трепаться и садитесь за стол, – предложил лейтенант. – Нам обещали показать руководителя проекта.

– А это какой язык? – Матях уловил, что обращение офицера прозвучало несколько иначе, чем речь всех остальных.

– Вы что, русский позабыли? – рассмеялся офицер. – Теперь только на татарском болтать собираетесь?

– Я вас понимаю! – воскликнул все тот же немецкий солдат. – Значит, я действительно понимаю славянский язык?

– Русский, – поправил его Матях.

– Какая разница? Русский, болгарский, литовский. Все одно, недочеловеки. Это вам надле… – Его речь оборвалась на полуслове, поскольку лейтенант без предупреждения врезал пехотинцу кулаком в челюсть.

– Ты как разговариваешь в присутствии хозяев, немецкое отродье? – рыкнул офицер. – Тебя для чего звали? Проповеди читать?

– Славянское быдло! – Рука немца зашарила на поясе, но ничего там не обнаружила. – Да я…

– Ты заткнешься, сморчок европейский, и будешь дожидаться команды, чтобы разговаривать, – с усмешкой объяснил ему лейтенант. – Тоже мне, ариец выискался.

– Das schаndliche, schmutzige Schwein!

– Сперва руки после сортира мыть научитесь, а потом к русским с советами подходите.

– Займите места за столом! – потребовал голос, мигнув светом. – К вам входит руководитель проекта.

На этот раз обращение прозвучало точно по-русски. Лейтенант и немец, который вытирал стекающую из уголка рта кровь, разошлись, угрюмо поглядывая друг на друга. Все расселись по полупрозрачным креслам. На несколько секунд наступила тишина. Затем свет мигнул в очередной раз, и в центре стола оказалось странное существо. Именно существо – на человека оно походило только отдаленно. Те же две руки и две ноги – но необычайно тонкие, и даже легкая, опадающая складками ткань длинного, до пят, балахона не могла скрыть невероятной худобы. Столь же болезненно изможденным выглядело и тело, напоминая увеличенную в двадцать раз куклу Барби. Голова на этом фоне выглядела вполне нормальной: светло-голубые глаза, коротко стриженные волосы, тонкий острый нос, чуть синеватые губы. Вот разве только росту в госте имелось никак не меньше двух с половиной метров.

– Вот блин! – выдохнул Харитонов. – Так значит, нас пришельцы похитили? А это все НЛО?

– Мы не пришельцы, – мягко, даже вкрадчиво ответило существо. – Мы земляне, люди. Относимся к роду homo sapiens. Можно сказать, от вас всех мы отличаемся только расой.

– Славяне? – грубо поинтересовался немец, облизывая разбитую губу.

– Частично, – слегка склонил голову гость. – Наша раса произошла благодаря смешению вас, европеоидов, и восточно-арабских народов.

– И когда произошло это смешение? – шевельнулось в душе Матяха нехорошее предчувствие.

– Давно, – уклончиво ответил гость.

– Это ложь! – вскочил со своего места немец. – Арийцы никогда не могли испортить свою кровь арабской грязью!

– Но… – явно смутился гость, – разве арабы и арийцы это не одна раса?

Немец вякнул что-то непотребное, дернулся вперед, пытаясь дотянуться до существа, – по балахону гостя побежала светлая волна, и пехотинец, болезненно вскрикнув, отдернул руку:

– Das Vieh! Feig Schafbock!

– То есть, мы находимся в будущем? – сформулировал свою мысль Андрей.

– Die Zukunft gehцrt Deutschland! – буркнул немец, но внимания на него никто не обратил, даже свои.

– Да, – кивнул гость.

– Вот блин, – схватился за голову Харитонов. – Уж лучше бы пришельцы! А домой нам попасть никак нельзя?

– Как мы здесь оказались? – перебил его один из немцев.

– Вы найдены на ледниках Восточного хребта сто сорок лет назад и хранились в холодных витринах музея Улугчата, – сообщил гость. – Судя по одежде, а также по обнаруженному при вас оружию, вы являетесь воинами. В связи с последними открытиями в архивах Ахеминидов, Малая Академия Земли приняла решение о вашей реанимации.

– Какой же сейчас год? – спросил Смирнов.

– Триста седьмой год пятой эры Земного цикла.

– Это… Какой же, если от рождения Христа считать? – попытался уточнить немецкий пехотинец.

– Христианство? – Гость задумчиво склонил голову набок. – Эпоха единобожия? Это было давно.

– А как давно?

– Это не важно. – И, видимо желая прекратить расспросы раз и навсегда, человек из будущего сообщил: – По мнению специалистов по архетипам древности, знание о том, как далеко во времени вы находитесь, а также знакомство с современной цивилизацией необратимо разрушит вашу психику.

– Нам, что же, остаток жизни в этой тюрьме сидеть придется?

– Нет, сородичи. Мы приняли решение реанимировать организмы, не получившие фатальных повреждений за время холодного хранения или в момент смерти, не имея в виду пребывание образцов в замкнутом пространстве. – Гость остановился, подумал, потом уточнил: – Вы меня поняли?

– В общих чертах, – кивнул лейтенант.

– В связи с недавно случившимся открытием, нам потребовался homo sapiens определенной внешности и правильного архетипа. Таким образом, я хочу задать вам вопрос: вы действительно являетесь воинами?

– Кому интересно, имею честь представиться, – прикомандированный к отряду Матяха офицер поднял руку. – Лейтенант Любченко, войска связи Северо-Кавказского военного округа. Несколько басурман на своем послужном счету имею.

– Капитан сто первого отдельного горного егерского батальона Герман Айх, – поднялся со своего места немец с разбитой губой. – Эти трое солдат – мои подчиненные. А это, значит, все-таки не полиция, а недоноски, которые противятся войскам вермахта?

– Не противятся, а противились, – хладнокровно возразил лейтенант. – Да настолько удачно, что весной сорок пятого наши деды взяли Берлин, а Гитлера и его проститутку повесили на осине в зоопарке.

– Ты лжешь! – Капитан перепрыгнул стол и обрушился на русского офицера. Однако тот в последний момент успел отклониться, стремительным ударом смахнул немца на пол, сел сверху и несколько раз с видимым удовольствием врезал ему кулаком по зубам.

Пехотинцы вермахта неуверенно дернулись, но Матях грозно поднялся со своего кресла, широко развернул плечи и, указав на них пальцем, скомандовал:

– Сидеть!

Капитан Айх обмяк. Лейтенант поднялся с него, улыбнулся внимательно наблюдающему за схваткой гостю:

– Извините. На чем мы остановились? Ах, да. Сержант, представьтесь.

– Андрей Матях, командир взвода. Погранвойска. Эти трое ребят – мои бойцы.

– Я удовлетворен, – степенно кивнул гость. – Ваш архетип соответствует заданному. Надеюсь, капитан Герман Айх сможет занять место за столом?

Человек из будущего наклонился вперед, протянув свою истонченную руку к потерявшему сознание немцу. Капитан застонал, качнул головой, после чего поднялся и действительно побрел к своему креслу.

– Посмотрите сюда, сородичи. – «Руководитель проекта» выпрямился во весь рост, раскрыл правую ладонь. На ней блеснул множеством граней голубоватый камень, похожий на песочные часы: два цилиндрика, соединенные тонкой перемычкой. В длину камень имел сантиметров пятнадцать, в диаметре – сантиметра полтора. – Это устройство называется «кастинг», сородичи. Оно предназначено для длительного хранения больших объемов информации. Используется в сложных автономных псевдоразумных системах, крупнотоннажных транспортах, глубоких исследовательских зондах.

Гость сжал кулак.

– При сортировке нашими студентами архивов рода Ахеменидов, в Джехруме, обнаружилась записка купца, сообщавшего знакомому о неудачной торговле с ханом Кубачбеком на берегу Волги, неподалеку от горы Большое Богдо. Хан хотел продать купцу крупный самоцвет, по описанию в точности соответствующий кастингу. Однако ногаец запросил за камень слишком большую цену. Встреча случилась в первых числах июня девятьсот тридцать первого года.

– В десятом веке? – переспросил капитан Айх.

– Вряд ли, – мотнул головой Матях. – Купец-то, похоже, из Персии. Значит, года по мусульманскому обычаю считал.

– Дата рассчитана с высокой степенью точности, – сообщил гость. – Ученые Малой Академии считают, что упомянутый купцом камень является одним из утерянных кастингов с глубоких зондов.

– А что такое «глубокий зонд»?

– Вам не нужно интересоваться столь сложными темами, – мягко пожурил гость. – Многие аспекты деятельности современной цивилизации трудны для понимания людьми вашего архетипа.

– Тогда зачем вы нас оживляли?

– С момента упоминания кастинга в девятьсот тридцать втором году его следы окончательно теряются. Между тем, он крайне интересен, а может быть и важен для современной науки. Мы бы хотели получить его в свое распоряжение. – Человек будущего широко развел руки и дружелюбно улыбнулся. – Вы должны понять, что любому представителю нашей расы будет трудно не привлечь к себе внимания в прошлом, о чем-то там договариваться или использовать иные… э-э-э… методы убеждения. Кроме того, наши морально-этические принципы и господствующая ментальность крайне не допускают насилия, а упомянутое время очень и очень жестоко.

– Короче, – подвел итог лейтенант, – вы хотите, чтобы мы нашли этот самый «Кастинг» и привезли его вам?

– Да, – с видимым облегчением кивнул гость. – Мы внимательно исследовали имевшееся при вас снаряжение и готовы дублировать его в необходимых для выполнения проекта количествах.

– А вашу ментальность и морально-этические принципы не сильно смутит тот факт, что мы почти наверняка используем полученное оружие?

– Этот поступок будет соответствовать обычаям того времени и вашей ментальности, – с готовностью сообщил человек будущего. – К тому же, если вы захотите, то можете ограничиться бескровными действиями.

– Понятно. Вы просто собираетесь спихнуть грязную работу на нашу совесть.

– Если вы доставите кастинг сюда, мы выделим вам для проживания обширный остров на планете земной группы. Там, так же как и здесь, постараемся обеспечить привычные для вашего проживания условия. Думаю, мы даже сможем обеспечить вам качественные имитаторы женщин, предметы роскоши и развлечения.

– А вернуть нас назад, в наше время нельзя?

– Мы предвидели этот вопрос. Против возвращения вас к моменту замерзания возражает большинство специалистов по зондированию времени. Они опасаются возможных волновых макроскопических последствий. Но на острове вы сможете находиться в полной изоляции от воздействия нашего мира, в полной безопасности и в полном комфорте.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Поделиться ссылкой на выделенное