Зосима Тилль.

Китайский гороскоп. Калейдоскоп рассказов



скачать книгу бесплатно

Ото всей души желаем вам

Счастья, благополучия и глобальности

Глобальные лампочки,

Глобальные девочки.

Хэй –

Закрываешь ли ты своё обнажённое лицо

Когда плачешь за кирпичным окном

На пятом этаже?

Егор Летов, 1985-1988

Год Козы, или По теории дурака

Наступавший Новый год, как предупреждал меня тем слякотным декабрём восточный гороскоп, обещал быть годом Козы. Коза же всегда была капризным и своенравным животным, по себе знаю. А потому, дабы угодить соплеменнице, праздник нужно было встречать не то, чтобы на широкую ногу, но с выдумкой и фантазией. Так, чтобы весь год потом удача сопутствовала. При моих скромных тогда финансах и нескромных на всё талантах это было очень даже по мне. Единожды писатель – навсегда питатель. Знает, потому что уже чересчур.  В общем, я всерьёз озаботилась антуражем.

По советам восточных мудрецов, при встрече Нового года, мне неплохо было бы вырядиться в бабушкин платок или дедушкины штаны, связанные из козьего пуха или овечьей шерсти. Если таковых не имелось, разрешалось, так уж и быть, обойтись валенками или, на худой конец, кусочком козлиной шерсти, повешенным на шею в качестве амулета. Носить его потом полагалось, не снимая, весь год. "И пусть вас не смущает запах, даже если он вызывает недовольство близких, коллег, друзей и знакомых", – упорно твердил мне гороскоп. "Да и место в общественном транспорте мне на год будет обеспечено, и национальную исконность-посконность опять же никто не отменял", – вторила я на волне предсказателя, но в силу собственного упрямства, так свойственного тотему наступающего года, решила пойти своим путём.

"Для меня нет безвыходных положений", – решила я накоротке с собой. Безвыходной я никогда не слыла, просто у меня давно уже не было выходных. Предстоящие праздники предполагали бонус в виде двухнедельных каникул и их я предполагала посветить как минимум исполнению новогодних песен. По совету оракула, их репертуар должен был быть строго определен традицией. Ничего кроме "Жил-был у бабушки серенький козлик", "Я – коза-дереза" и "Идет коза рогатая" петь не рекомендовалось. Так написано и было: "Никаких Киркоровых!"

И здесь уже встал вопрос о рогах. Я была хрустально одинока, следовательно, о них мне нужно сказать особо. Год Козы по восточному гороскопу спокойно может трактоваться и как год Козла. А по сему сей год не только обо мне, но и о всех обманутых мужьях и ретивых любовниках, взятых вместе. Обманывать мне на тот момент было некого, да и ретить-то было особо не с кем. Поэтому – долой хрусталь! Да здравствуют рога! Шампанское я в этом году пью только из них. И если не случится козьих, то вполне подойдут и бараньи.

Но прекрасные незнакомцы прекрасны, пока они незнакомцы. Подчас, чтобы увидеть пусть и козлиную, но маску необходимо резко снять намордник. Это женщину, если вовремя не напоить, то можно так и остаться с ней друзьями.

А вот если вовремя не накормить мужика, то он так и будет приезжать только за-ради секса.

А мужику нужен борщ. Борщу в свою очередь нужно мясо. Коза же – вегетарианка, но вегетарианка всеядная и мой праздничный стол для привлечения тотема года в мою жизнь просто обязан был бы быть обильным и разнообразным. Как утверждали китайские мудрецы, очень хороши на нём будут салаты и капуста во всех видах: тушеная, вареная, квашенная, провансаль, шинкованная, сырая, тертая, протертая, цветная, брюссельская, кольраби и даже сычуаньская. Во всей этой тираде я спасительно зацепилась за слово "капуста" и очень быстро убедила себя, что, если мужик за стол придёт не бедный, это вполне себе даже зачтётся.  Так что я вполне себе смогу обойтись и без табуированных китайскими мудрецами мясных блюд и спокойно обойдусь пирогами и кулебяками с капустой, а для полноты натюрморта поставлю на стол мисочку с сеном. Главное, чтобы козё…, тьфу, мужик попался хороший. Кстати, о мужике. Даже на дальнем горизонте мужика не было, причём категорически. Но я же девушка хоть и без выходных, но с выходом. И с аналитическом мышлением, надо заметить. Между нами говоря, совсем не во всех случаях от слова анализ, но это строго между нами. Изучив предложения скотного интернет-двора с первой поисковой выдачи по запросу "сайты знакомств" и проведя отсев по возрасту и родному городу N, из того, что было, я слепила Его в виде среднестатистического портрета мужчины от сорока трёх до пятидесяти трёх лет, ищущего счастья в интернете.

Пятьдесят процентов претендентов на моё расположение составили женатые искатели приключений, и их понять можно – плюс-минус двадцать лет брака кого-угодно загонят "за можай". Нам, свободным женщинам, как никому, хорошо известен этот вариант: будет ходить, нудить – "да какая ж ты умная, красивая, самостоятельная, а моя колода… Да почему же я тебя не встретил тогда, лет дцать назад", ну и так далее. Здесь всё понятно.

Тридцать процентов – этакие не женатые молодчики под полтинник, типа "собирайтесь девки в кучу – я вам чучу отчебучу". Эти хотят познакомиться с девушкой лет до двадцати восьми. Чтобы была без детей, а еще лучше – без интимного прошлого, и чтобы непременно родить общего ребенка. Тот факт, что, когда ребенку будет лет десять-двенадцать, и в него нужно будет вкладывать и вкладывать, а папе уже седьмой десяток пошёл, никого не волнует, все забывают, что средняя продолжительность жизни мужчин у нас в стране до шестидесяти чуть-чуть не дотягивает, а простатит – болезнь века. Здесь понятно не все, но только здравомыслящему человеку.

Оставшиеся пятнадцать-восемнадцать процентов анкет вызывают желание откликнуться – они лаконичны, не самодовольны, в них не сквозит обида на бывших жен и нет фраз типа: "ищу женщину без заскоков, не очень страшную, и чтобы грудь непременно шестого размера".

Итак. Встречалась-общалась. Результат плачевный. Например. Зима, семь вечера, встреча назначена у метро, мокрый снег с дождем, темень. Неясный силуэт претендента сорок минут водит меня по переулкам, выспрашивая про работу и зарплату. Ноги промокли, но я хорошо воспитана, нахамить не могу, общаюсь послушно.

Не умолчу и о сокровенном, иначе картина будет не полной: в трех случаях отношения продвинулись дальше просто дружбы, мужчины были симпатичны, образованны, свободны, умны и тактичны, но… Простатит-таки гуляет по стране, импотенция – бич современного мужчины.

Я умышленно оставила напоследок два процента неопознанных претендентов. Очень хочется верить, что они просто прошли мимо моего внимания, что где-то есть. Есть нормальный, свободный, адекватный мужчина, с котором можно встретить год Козы. Которому нужны цивилизованные, партнерские, любовные, дружеские отношения с красивой, высокой, стройной и, к сожалению, умной женщиной. Никто не претендует ни на чью жилплощадь и ни на чей кошелек. Ну а дальше – как звезды на небе станут.

А вообще, в том наступавшем году должно было повезти тем, кто, надев шерстяной свитер и валенки, а также колокольчик на шею, успеет, пока бьют куранты, выпить рог шампанского, зажевать клочком сена и перепрыгнуть праздничный стол, не перебив при этом посуду. Впрочем, и тем, кто не успевал всё это проделать, отчаиваться не стоило. Ведь любой год по восточному календарю наступает только в феврале.

По теории дурака, умный всё понимает со второго раза, дурак – с десятого. Всё, что не получилось в новогоднюю ночь, вы можете спокойно попытаться повторить вновь. Как и супружеский долг. Ибо всё, что поначалу исполняется, позже – приводится в исполнение.

Есть время жить насыщенно, а есть время насыщаться жизнью. И дай Бог всем дожить… А дожив – не пресытиться. Ведь жизнь не настолько прижимиста, чтобы не дать второй шанс, но не настолько глупа, чтобы давать третий. И год Козы здесь не исключение. Любой год. Тем более Новый и годный......

Год Свиньи, или Привет Трещину!

– Привет!

– Привет!

– Как жизнь?

– Не жалуюсь. А у тебя?

– Наоборот.

– В смысле?

– Жалуюсь. Начну? Моя жизнь дала трещину…

– Ха! Трещину она дала… Трещину дала, а тебе нет!

– Да нет, я фигурально…

– Да хоть оральное, хоть анально! Ты ей, когда в последний раз хотя бы банальные предварительные ласки причинять пробовал? Любви и нежности подвергать?.. Вот то-то же… Кстати, кто такой Трещин?

– Тю, неужели он к тебе не разу не заходил?

– С тех пор, как моя жизнь накрылась звиздой, ко мне никто не заходит, ни Трещин, ни еврей по фамилии Мах. Ко всем ходят, ко мне нет. Вот теперь интересуюсь…

– Ну, когда приходит звизда – это ещё по-лёгкому. Можно пережить…

– Да я за себя не переживаю, я за тебе переживаю. Наверное, это пипец, как унизительно, когда приходит Трещин, и твоя жизнь ему даёт. Ты это, не пускай его больше. А то один раз – не водолаз. А потом он привадится и будет у тебя каждый раз, как в первый раз. Найди себе звизду помохнатее, укройся ей и не отсвечивай. Авось и пронесёт…

– Твои слова да Богу в уши! У меня реально дело – швах!

– Делай как тебе сказано, и будь, что будет! Наступает год Свиньи? Ещё Егор Летов пел: "Стукач не выдаст – Свинья не съест"! Значит, всё будет хо-ро-шо!

С наступающим Новым годом тебя! Трещину налить не забудь… Сам много не пей. До первой звизды нельзя, ибо грех. Хотя, что я рассказываю о грехах человеку, чья жизнь дала Трещину? Пей, больше пей. Начни с коньячка, закончи пивком. Когда с утра голова болит – жопе легче. А Трещин – он такой, он к тебе ещё и Маха с его обрезом позовёт…

Ладно, бывай. Будет желание пожаловаться – обращайся. Всегда. Рад. Всегда рад помочь. Хотя зачем ждать Новый год? Некоторые как были свиньями, так и остались. И это ни хрена не смешно… "Хо-ро-шо, всё будет хорошо! Всё будет хорошо, я это зна-а-ю.…"

Год Змеи, или О мой Гад!

– Мужчина! Да что Вы себе позволяете?!

– Девушка, с моими возможностями я могу себе позволить многое!..

– Мужчина! Да за кого Вы меня принимаете?!

– Девушка, я был бы не против с вами где-нибудь принять! А вы – догадливая!..

– И загадочная… Где не догажу – загажу заново. Так, что, мужчина, расслабьтесь!..

– Девушка, я с удовольствием расслаблюсь, но сам с собой не люблю…

– Мужчина! Да катитесь Вы!..

– Девушка, конечно, прокатимся! Я не из тех, кто даму в нумера пешком препровождает…

– Мужчина! Да я Вам сейчас ка-а-ак дам!

– Девушка! Стоп! Давайте по порядку: сначала позволим, затем примем, позже прокатимся, после расслабимся и уже только потом дадите…

– Ну, ладно, мужчина! Вы, конечно же, нахал, но как уговаривать-то умеете! Нутром чую – далеко пойдёте!

И, как водится, пошёл. Она его боготворила, и потому он стал числился у неё в контактах телефона, как "О май гад". "О май гадина", – ласково называл её он, потому что она была рождена в Год Змеи. Они были идеальной парой. Он, мужчина, переставший искать оправдание собственным бедам во вне, и она, постоянно думающая, что ему делать дальше.

Позже, когда их отношения уже окончательно оформились, "О май гад" закономерно завёл себе вторую сим-карту, и в её контактах появился "Мистер Гадсенд". В реальной жизни "Гадсенд" несколько отличался от "О май гада" и в минуты, требовавшие особой доверительности, называл её "Машей". Не потому, что по паспорту она была Марией там или на худой конец Мариной, а ласкательно-сокращенно. От "О май гадины".

– Маша, здравствуй! Извини меня, пожалуйста, я вел себя как последняя скотина…

– Я тебе что сказала? Я тебя куда послала? На йух?!?! Вот и иди!!!

– Маша, а я уже…

– Что уже?..

– Уже сходил и вернулся…

– Вот принесешь магнитик на холодильник, тогда и поговорим.

И он приходил, приносил и они разговаривали. Часто из-за таких "магнитиков" она украдкой ходила по врачам, сдавала анализы и тайком пила антибиотики. "Обвивающая чашу змея – символ медицины. Глупо отрицать очевидное", – утешала себя она и потихоньку пристращалась. Но не к той полной чаше, какой он время от времени пытался сделать их дом, а к той, которая у оптимистов наполовину полная, а у пессимистов наполовину пуста.

Она старалась быть к нему доброй. Получалось, что, иногда, как бешеной. Когда ни того, ни другого не получалось, пыталась отстирать себя добела. Как только уверялась, что ей это более или менее, но удалось, оказывалась преступно не права. К собственному же, единственному сожалению… Анти-зимняя хрень мегаполиса оставляла засохшие белёсые следы на её любимом дениме. Выйти завтра в таких же «поцелованных» штиблетах, как и в испачканных под ультрафиолетом джинсах – не комильфо. "У тебя сзади грязно, но под штанами не видно". И вот – философия жизни… Делая закладку в трудяжку-стиралку она по выработанной годами привычке была готова бросать туда всё, что только подходило по цветовой гамме. Вплоть до кота или собаки… Экономия СМС. Нет, не коротких текстовых сообщений, а, стирального порошка, синтетического моющего средств». На телефонных СМС ей в течении дня она и так, как только он стал «Мистером Гадсендом», экономила деньги сполна. Его деньги. Ему…

«Можно твой номер мессенджера?» – в одно прекрасное утро сразу после секса спросил Он. Тогда с неги Она сообщила ему тот заветный номер, хотя в глубине души была возмущена – неужели Он отныне уже не может позволить себе ей звонить – такой всей из себя потратить копейки на разговор и разницу в тарифах…

Это был первый обман. Самообман. Если у тебя просят номер бесплатного мессенджера, готовься – размер кольца и название любимого ресторана уже не спросят. Никогда. Хотя… Есть такое понятие – выбор человечка "для жизни"… И это обман второй. Для умного человека последний. Потому что по жизни всё понимается со второго раза, и жизнь – не заика, чтобы повторять трижды.

"Я даже все его желания для себя заранее оправдала… Я же дала ему всё: и "шесть", и "девять", и "шестьдесят девять", и "игрушки"… И даже обосновала… Где же я ошиблась?.. Почему в итоге выходит только "девяносто шесть"? И доколе!?.. – в подушку рыдала она – несчастная женщина, указывавшая Богу на уже пустое своё чрево, которое за сутки до благополучного разрешения какая-то хворь сделала стерильным. Она вопрошала вверх так, что казалось, и сама Вселенная встала из-за стола и с остервенением выбросила в ближайшую Кротовую нору глянц. Ведь даже Вселенная, сортируя бельё, может ошибаться…

"До чего ты дошла? – запылало ей во сне. – Неужто все лишения и попытки соединить Воду и Пламень, Землю и Огонь, все эти локальные эпидемии страусиной гонореи, выдававшиеся окружающим за свинскую, по своим последствиям, инфлюэнцею, были тщетны?.. Милочка! А, легко отпуская свой Космос в Никуда, на что ты рассчитывала? Типа, счастье всегда найдёт дорогу обратно? Но счастье – не домашний питомец. Из Ниоткуда не возвращаются… Прекрати "сортировать бельё" жизни! Не экономь на СМС… Хватит! Хватит играть во Вселенную! Ты – не Вселенная в глобальном масштабе. Ты – Вселенная одного, тобой же избранного Космоса… Избери, а уже потом вопрошай своё "доколе?!…"" И Кротовая нора выплюнула глянц назад…

Проснувшись, она подошла к дамскому столику, долго в нерешительности водила пальцем по канту конверта с надписью: "Открой в момент отчаяния!" Руки дрожали, но… Не будь она женщиной – рывок и… "Бумажное сердечко? Всего-навсего? Бумажное сердечко? Вот так? Просто-напросто, сердечко из бумаги? Ты издеваешься?"

Утро в новостройке началось неожиданно странно – запах свежеиспечённых пирогов манил и дурманил. Пресмыкающаяся скинула старую кожу, и одной атеисткой в подлунном мире на время стало больше. По календарю наступало четырнадцатое февраля. По китайскому гороскопу начинался Год Змеи.

Год Дракона, или Дауншифт

Они переезжали в начале сентября. Мало кто находил в себе силы сменить удобную и благоустроенную квартиру в центре города на полуразрушенную хибару на отшибе забытой Богом деревушки, хотя запрос на бегство от deus ex machina Урбана в бабье лето за последние годы только набирал и набирал обороты. Обычно такие дезертиры с фронтов городских действий, наречённые масс-медиа эко-туристами, исчерпывали эту потребность проведенным в условиях натурального хозяйства кратковременным отпуском. Через пару недель они, как правило, возвращались в столь привычные им каменные джунгли, получив годовую порцию вакцины от ипохондрии мегаполиса. Но и те, кто, в силу тех или иных причин, решались пройти путём дауншифта до конца, на полном ходу с перегазовкой, понижая передачу скорости болида собственной жизни, хоть и редко, но случались…


Первой на хутор приехала женщина, поговорила с деревенскими, долго просидела в конторе у директора бывшего когда-то передовым колхоза, после чего, вернувшись в город, без спешки начала оформлять все необходимые бумаги.

Женщину звали Татьяной, ей было немногим больше сорока, моложавое лицо, грустные глаза, разведёнка с ребёнком, учитель истории по профессии и призванию. Сына звали Мишей. Ему недавно исполнилось двенадцать, и его поведение ощутимо разнилось с общепринятыми нормами. Миша не разговаривал, но отрывисто выкрикивал одно-два слова и вновь замолкал. Татьяна с тяжёлым сердцем рассказала директору колхоза Петру Алексеичу, что в городской школе Мишку затравили "в основном за его непохожесть". Наверное, слегка, исключительно по-матерински, углы проблемы она заостряла. Мишка хотя и не был рождён ею в Год Дракона, но и сердцем, и душой, и в особенности тем, что в народе принято называть "шестым чувством", этим самым драконом был гораздо больше, чем иные герои былинных повествований. И хотя из сверстников с ним никто толком не общался, но и дурачком назвать его было нельзя – говорил Мишка всегда по делу, коротко и предельно ясно. Тогда Татьяна, конечно же, умолчала о многом, попросив деревенских лишь постараться быть терпимыми к её такому непохожему на остальных детей сыну. Именно это для неё в тот момент было основополагающим.


Дом, куда собрались въезжать новосёлы, особо хорошей славы в деревне не имел, поговаривали про него много разного и, в основном, не шибко хорошего… То вещи в нём сами по себе пропадали, то по ночам ходуном ходить начинало, а один из его предыдущих ответственных квартиросъёмщиков – местный участковый Ермолаев – так вообще закончил свои дни в лечебнице для душевнобольных. Во всём этом незримое влияние дома для деревенских было, как ясный день, очевидным.

Но, не смотря на достаточно дурную славу, в назначенный день к пустующему слегка покосившемуся пятистенку на отшибе по разбитой, давно не знавшей грейдера грунтовке из города с трассы свернул небольшой грузовичок с нехитрым скарбом, нажитым Татьяной и Мишкой за долгие годы.


Ещё издалека завидев пылящий в их направлении «каблучок», деревенские с интересом начали сходиться «на поглазеть». С момента обрушения минувшей зимой кровли в местном клубе, зрелища для них стали в дефиците, и упустить такой шанс было непозволительной роскошью.


Первой из кабины выгрузилась по-городскому угловатая женщина и тут же, жестикулируя и активно артикулируя, начала объяснять нанятым ей за дьюти-фришную бутылку вискаря местным забулдыгам, что, куда и, главное, как необходимо поставить, но не это стало предметом пристального внимания деревенских. Литровый односолодовый «ирландец» – единственное, что осталось после её «друга» их с Мишкой семьи, который, как и все его предшественники, испугался сопутствующих разведённой школьной учительнице трудностей и оказавшегося, к тому же женатым. Последнее для Татьяны с опытом перестало быть принципиальным, со временем она пришла к выводу, что лепить половинку из «своего материала» всегда вернее, чем претендовать на то, что сделано чужими руками, под чужие размеры и по чужой мерке. Но финальная фраза: «Ты хорошая, но я еду туда, где меня ждут» до сих пор звучала в её голове набатом и явилась, пожалуй, последним толчком к их с Мишкой переезду. Чуть погодя из машины не очень уклюже вылез мальчик лет десяти-двенадцати на вид. Он молча прошел к дому, словно прислушиваясь к самому себе, постоял у крыльца, и внезапно громко выкрикнул: «Священник… Звать!».


Женщина, бросив вещи, тут же кинулась к деревенским, мол, помогите,  Батюшку срочно звать нужно, ведь так сказал её сын и иначе нельзя. Несколько мальчишек из числа соглядатаев тут же вызвались проводить её к Храму, и Татьяна, крикнув что-то через плечо сыну, побежала вслед за ними. Стоило ей скрыться из вида, как бабы тут же начали шушукаться, дескать, странная эта городская, ведь отродясь никто ничего подобного с проклятым домом не делал. Мишка же так и стоял, застыв перед крыльцом, словно прислушиваясь к вероятным жутким историям, которые мог рассказывать ему этот старый дом.

Когда Татьяна спустя полчаса привела священника, тот в первую очередь изучающе посмотрел на мальчика. Мишка же, не обращая никакого внимания на окружающих и убедившись в присутствии Батюшки, всё так же громко и отрывисто продолжил: «Святить… Надо!» Пока Батюшка в окружении деревенских старушек освящал дом, Мишка так и стоял перед его крыльцом, не смея зайти вовнутрь, и лишь, когда церемония переместилась по кругу в ближайшую к выходу из дома комнату, всё-таки вошёл и, указав на самый дальний тёмный угол, до которого не дотягивался последний лучик заходившего к тому времени  солнца, громко указал: «Здесь!». Батюшка от неожиданности чуть не выронил кадило и оборвал молитву на полуслове, бабки за его спиной окаменели… «Здесь! Надо успеть…», – не меняя громкости и тембра голоса вновь повторил мальчик.

Словно очнувшись от глубокого сна, священник продолжил читать молитвы, окропляя стены святой водой. Стоило ему дойти до указанного Мишкой места, как вокруг начало происходить что-то необъяснимое… Попадая на стену, Святая Вода не стекала на пол, а словно с перекаленной сальной сковороды поднималась дымом и, стелясь по полу, ручейком выбегала за порог. Так продолжалось ещё минут с двадцать, и когда последняя подымка, исчезнув за порогом, растворился в ближайшем овражке, комната вдруг озарилась тёплым светом закатного солнца. Мальчик, словно на последнем дыхании, громко вскрикнув: «Все… Хорошо!», начал падать, теряя сознание… Татьяна еле успела подхватить сына и, расталкивая сопровождавших ритуальную процессию любопытствующих, вынесла его на крыльцо.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3